Пока смерть не сделает всё возможное.

Утро началось тяжело, даже слишком. Разбудил Санзу звонок от Муто. Когда Харучиё ушёл вместе с Ясухиро в Поднебесье — уже начинал придумывать план мести за предательство Майки. Однако.. пообщавшись с ребятами из новой банды, Акаши передумал. Здесь все такие неправильные, разбитые, неживые и именно здесь место для него — для паренька, когда-то, с озорными огонёчками в глазах. Подняв трубку, в уши сразу ударил спокойный голос Муто. Парень предлагал Санзу проебать уроки и пойти с ним и ребятами из банды смотреть на байкерское шоу и, чёрт возьми, Санзу не отказался. — Не хочу вставать... — простонав, Хару повернулся на бок, уставившись взглядом в окно. За дверью во всю кипела жизнь — были слышны громкий, писклявый голос Сенджу, охрипший от постоянного курения, голос Такеоми, и родителей. Но поднять свой зад всё же пришлось, Санзу — псевдоним, который парень придумал себе в раннем детстве — обещал Муто пойти с ними. Через «пот и слёзы», но Харучиё всё же поднялся: прохрустел своими костями, заплёл волосы в пучок и тихо вышел из комнаты. Шёл тихо — встречаться с семьей абсолютно нет желания, как вдруг его со спины обняла Сенджу. Девушка младше него на год, она совсем ещё малышка, по меркам Санзу. Обнимала, кстати, очень-очень крепко, буквально заставив кости прохрустеть ещё раз. — Задушишь, Сенджу. — похлопав по рукам, Харучиё попытался выбраться, но его сжали сильнее. — А ты против? — голос малышки был таким весёлым, что парень невольно улыбнулся. К слову, Сенджу была любимицей родителей. Не смотря на холодные отношения в семье, к Сенджу всё было иначе. Оба родителя ужасно хотели дочь, и когда Сенджу родилась, они буквально подарили ей всю свою любовь, оставив только негатив на старших сыновей. Если Такеоми полностью утопился в славе Чёрных драконов, и ему было абсолютно всё равно на своих брата и сестру — разгульная жизнь казалась такой сладкой, то Харучиё, в силу своего возраста, не мог уйти. Когда мама позвала младшую Акаши, ей пришлось отпустить Хару — она, кстати, ужасно любила старшего брата — они, в детстве, постоянно играли вместе, кушали и даже мылись. Вместе придумали их знаменитые «Санзу» и «Кавараги». Сенджу даже удалось подружиться с Муто — с человеком, который единственный был плюс-минут терпим для Санзу. Тот в шутку обещает пригласить малышку в Поднебесье, а девочка искренне верит и тренируется, чтобы быть сильнейшей. Кивнув своим мыслям, Санзу зашёл в ванную комнату. Чистка зубов, холодный душ — ритуал, который парень исполняет каждый день. Хлопнув ладошкой по лбу, Хару понял — забыл одежду, придётся бежать голышом по этажу. Впрочем, пока на горизонте тихо, проблем быть не должно. Ужасно не хотелось, чтобы кто-то увидел его тело. Завязал полотенце вокруг бедёри вышел. Босые стопы громко шлёпали по паркету, и пока что, никаких препятствий не встречает, пока не заходит в комнату. — Бу! Испугался? — Сенджу лежала под его одеялом, довольно улыбаясь, — мне разрешили сегодня никуда не идти! А затем взгляд девочки был направлен на рубцы на теле Санзу и парню, резко, стало ещё больше противно от себя. Сенджу не глупая, но Сенджу, всего лишь, подросток, который только входит в пубертат и Хару ужасно пугало то, как она может отреагировать. Девочка поднялась и настолько быстро подошла и сжала в своих объятия парня, что Хару успел испугаться — не привык к физическому контакту. А Сенджу время зря не теряет и быстро чмокнула в один из рубцов, вызвав недоумение у старшего. На неозвученный вопрос ответили молчанием. А затем Муто начал звонить, тогда Сенджу его отпустила. — Ты где, блять? — голос Муто был раздражённым. — Да, я уже выхожу. — Я хочу с вами! — вдруг начала встревать Сенджу. И как бы Санзу не пытался игнорировать Кавараги, но сестра была слишком настырливая. — Поставь на громкую связь. — Муто хмыкнул, а Санзу послушно включить режим динамика. — если родители разрешат, тогда, может быть, мы возьмём тебя с собой. — А они уже ушли, а я знаю, что Санзу прогуливает уроки. Если не возьмёте меня, я скажу папе, что Хару прогуливает! — та ехидно улыбнулась, а Санзу недовольно вздохнул — он знает, что Сенджу ничего не расскажет. В трубке было молчание, а потом Муто сказал короткое: «ладно, одевайтесь теплее, сегодня очень холодно». Сенджу сразу влезла в шкаф Санзу — ну есть привычка у ребёнка — воровать одежду у старшего любимого братца, а потом перед одноклассницами хвастаться. Штаны, кстати, тоже взяла у Санзу. Пришлось искать ремень, а ещё пару подштанников — штаны хоть были утеплённые, но сползали с ног Сенджу, благо длинная, тёплая толстовка прикрывала задницу, где больше всего было заметно, что штаны большие. Сам Санзу напялил на себя форму Поднебесья, предварительно натянув на себя футболку и тоже подштанники — болеть не хотелось от слова вообще. Дабы не получить пизды от Ясухиро, сверху, на форменную рубашку свитер и сверху плащ с лого Поднебесья. Впрочем, оделись ребята очень тепло, и всё это добро ещн и припечаталось куртками и сапогами, и не ошиблись. На улице правда было очень холодно. Кивнув на прощание Такеоми, который к слову, ни слова не сказал, а просто кивнул в ответ, а после поднялся и закрыл дверь за своими младшенькими. — Ну наконец-то.. — Шион недовольно оскалился. Ребята, как оказалось, подошли прям к дому Акаши, потому что заебались ждать. И каждый из них был в форме, помимо братьев Хайтани — у них свой стиль, уже все привыкли. Больше смешило то, что каждый пытался утеплиться как мог, и от формы почти нихуя не было видно, но кого это волновало. Дорога была не особо долгой: за это время Сенджу стала любимицей между главы Поднебесья и Санзу, честно говоря, не удивлён. — Эй, вот это у тебя сестра зачётная, было бы охуенно, если бы ты таким же был. — Риндо Хайтани. Слишком прямолинейный, и даже прав в этой ситуации. Был прав, пока Муто не шикнул на него. Муто единственный знает и проблемах Санзу, он не раз спасал младшего товарища от попыток самоубийства, постоянно приезжал и забирал его на ночную прогулку, когда Харучиё становилось плохо ночью — в общем, идеальный друг и товарищ. Когда же компания пришла, шоу уже началось. Уселись на холодную траву, а Сенджу Ран посадил на свои колени. — Когда они успели подружиться? — в мыслях проговорил у себя Харучиё и внимательно начал рассматривать не шоу, а именно сестру и знакомого из банды. Ран был ласковым, видимо, очень любил детей — он, не смотря на вечные подъебы, заботился о всех членах банды, кто младше него, тобишь о Риндо и о Санзу. На Кисаки и Ханму ему попросту наплевать. Маленькая Сенджу внимательно рассматривает сережки Изаны, сидячего рядом. Впрочем, расслабиться не получалось — страшно было за младшую сестру, холодная трава неприятно отдавала холодом, а ещё он слишком долго рассматривает Хайтани-старшего со спины. Шум от моторов и звуки восхищения всех смотрящих отвлекли блондина от своих мыслей, и он даже не заметил, как смотрел в одну точку больше часа. — Мучо-сан. — потянул за рукав Ясухиро, Санзу перевел взгляд на него же. — А? — Мне кажется, я чувствую себя не очень хорошо. — не выспался, ещё и сильно напряжен — всё это заставило сонную голову разболеться и начать крутиться. — Может быть, пойдёшь домой? — наконец, в голосе старшего можно было услышать беспокойство. — Я сам не дойду.. — пальцами потёр себе глаза, Санзу попытался сфокурисовать взгляд. — Я понял. — тяжело вздохнув, Муто поднялся. — Изана, надо уйти, я подойду позже. Санзу поднялся следом, и лишь когда Изана кивнул, безразлично взглянув на белого как лист Акаши, Муто выставил руку вперёд, чтобы Сенджу поняла — время уходить. Впрочем, девочка попрощавшись, послушно ушла с Санзу и Мучо. Дорога прошла тихо — Санзу сам попросил, голова болела нещадно, он буквально готов вырвать себе мозги. Зная, что Такеоми, скорее всего, под градусом или спит, Муто самостоятельно занёс парня в его комнату — в конце пути, Харучиё настолько стало плохо, что он не мог уже идти. Сенджу следом бежала за громилой и внимательно слушала огромную лекцию, как потом ухаживать за Санзу, а потом Мучо ушёл — нужно возвращаться к банде. Сенджу помогла брату раздеться, а парень в трусах, вместо того, чтобы пойти спать, пошёл к рабочему столу и достал тетрадь. — Хару! Ты должен отдыхать! — Сенджу возмутнулась.

***

Запись номер два. Пока что всё хорошо, помимо моего плохого состояния. Сейчас обед, надеюсь не проспать весь день.

***

— Ты что, дневник свой ведёшь? — Сенджу с интересом взглянула. — Такие вещи никому нельзя читать. Даёшь слово, что не будешь читать мой личный дневник? — наигранно надув щеки, Санзу вытянул мизинец, а Сенджу пожала его. — Обещаю. После долгих уговоров, Санзу всё же лёг спать, ближе к трём часам дня. Сенджу, улёгшись под боком, крепко обняла брата и под его сопение, уснула тоже.