Разбуди меня

— На пару слов, Доминик. — Я спешу… — На пару слов! — и Артур буквально втолкнул Кобба обратно в кабинет, на пороге которого поймал. Рабочее место Кобба не представляло собой ничего особенного: безликий офис, отличавшийся от остальных помещений многочисленными профессиональными фотографиями зданий, спроектированных его отделом. — В чём дело? — с лёгким оттенком нетерпения спросил Кобб, отходя к столу. Артур наблюдал за ним и не мог поверить, что этот гад всё время водил его за нос. — Артур, если ты пришёл сюда помол… — Ты знал Имса, — быстро выговорил он. В точку. Кобб на мгновение замер, прислушиваясь, потом поднял голову и открыто, с вызовом посмотрел ему в глаза. — О чём ты? — Я видел тебя в машине с Имсом в его сне. Ты был за рулем того Хаммера, Доминик, — ровно и чётко процедил Артур. И вот теперь Кобба проняло. Только что он был расслаблен, слегка утомлён трудным рабочим днём, но доволен, а сейчас мигом напрягся, теряя хваленую самоуверенность. Бросил взгляд Артуру за спину, на закрытую дверь, судорожно огляделся, машинально сунул руку в карман, словно искал ключи. — Ты всё записал? Вот как. Доминика не столько волновало, что Артур мог увидеть лишнее. Его волновало, что об этом узнают другие. Во что бы ты ни влез, Кобб, но у тебя были серьёзные проблемы. Артур размашистым движением швырнул папку с делом Имса на стол Доминика. Несколько листов выпали и рассыпались поверх его чертежей. — А ты сам почитай. Доминик пристально смотрел на него, а Артура охватывала злость. Он молчал, не отводя взгляда, и пытался вспомнить всё, что говорил Доминик, чтобы уличить в ещё какой-нибудь лжи. Вместо этого перед глазами всплыла другая картина — как Кобб прострелил ему голову. Раньше Артур был уверен: это дело касалось их с Имсом лично, а теперь выяснилось, что как раз он тут и был третьим лишним. — Артур, — уронил в тишину Доминик. Взгляд у него стал остекленевшим, каким-то неестественно напряженным. — Мне нужно знать, что ты успел рассказать. — Пока — ничего, — ответил после паузы тот. — Самое время прекратить врать, раз ты втянул меня в это дело. Кобб медленно выдохнул и сгрёб со стола бумаги. — Ты всё ещё можешь подписать отказ и ни во что не ввязываться, — ледяным тоном ответил Доминик. Он подошёл к Артуру, грубо сунул папку ему в руки и направился к дверям. — И они поставят на мое место кого-нибудь другого, — слова Артура догнали Кобба, когда он уже хотел открыть дверь. — А уж он запишет всё до последнего слова. Доминик оглянулся, окинув его раздраженным взглядом. Артур сейчас получил невероятную власть — Коббу было не всё равно, но он бежал от разговора. Если Артур намеревался мстить, сейчас был самый подходящий момент. Но ему хотелось не этого. Артур понимал, что стоял на краю пропасти, и у него всё ещё был шанс избежать ловушки, не влезать в это дерьмо, что уже успело замарать ему мозги. Дело становилось сложнее и интереснее, обнаруживалось всё больше подробностей, и Артуру хотелось ещё. — Чего ты хочешь? — устало спросил Доминик. — Денег? Артур не поверил своим ушам — это действительно говорил Кобб? Значит угроза, нависшая над ним, имела нешуточные размеры. — Я хочу его вытащить, — прямо ответил он. — И мне нужно знать, что произошло. Кобб помолчал. Потом развернулся, но, прежде чем уйти, бросил через плечо короткое: — Это связано с Аоэ Сайто. Разберись дальше сам.

***

Домой, в съёмную квартиру, Артур вернулся абсолютно убитым. Голова не варила совершенно, в ногах была дурная слабость. Создавалось ощущение, что все подробности сна и разговор с Домиником превратились в настоящий груз и рухнули на плечи. Артур работал над этим проектом всего одну гребаную неделю, и сделал за это время два погружения, но впечатлений уже хватало на три спокойные жизни. Вроде той, какую Артур вёл до этого кошмара. Он никогда не ввязывался в криминальные дела, не ходил по грязным клубам, где могли зажать в углу, ему никогда не разносили выстрелом голову во сне. И, чёрт возьми, Артур с каким-то отвращением понял, что это уже перекроило ему жизнь. Выйди он из дела сейчас, и не сможет жить, не вспоминая каждый день, что отказался от чего-то нового. Пугающего, неприятного, но болезненно притягивающего. Пошло оно всё к черту. Артур снял пиджак и галстук, аккуратно сложил рубашку и брюки, находя в этом медитативном занятии успокоение. По крайней мере, раньше находил. Сейчас получалось не очень. Он опустился на диван, налил себе виски, но к стакану так и не притронулся. Это тоже была дань традиции — налить и оставить. Пить сразу после погружения и за день до него было категорически запрещено, иначе сомнацин мог вытворить с мозгом любой финт. В лучшем случае Артур гонял бы собственных демонов по задворкам Лимба, уверенный, что выполняет задание, пока не кончится действие снотворного. Его до сих пор не отпустило, чудились фантомные боли в раздробленной пулей челюсти. Он в сотый раз трогал языком зубы, убеждался, что весь ряд на месте, но зараженный идеей мозг упорно подставлял смутные, но от того более ужасающие ощущения: солёная кровь, наполняющая рот, онемевший язык, тепловатые раскромсанные дёсны, осколки зубов… Артур брезгливо потёр щёку, машинально дёрнулся взять стакан, но опустил руку. От пронзительного звонка телефона боль на мгновение снова стала реальной. Он поморщился и дотянулся до разрывающейся трубки. — Артур? Привет. Привет из нормальной жизни. Артур выпрямил спину. — Джул, — отозвался он. — Ты как? У Артура было всё: правильная работа с хорошим окладом, правильная квартира в Лос-Анджелесе, правильная девушка. Всё, о чём можно было мечтать и к чему вернуться после завершения дела. Он старательно отогнал от себя тоску, внезапно возникшую при мысли об этом. — Я думала, ты приедешь неделю назад. — Форс-мажор, — Артур запрокинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза. — Подкинули очень необычное дело. — Что там может быть необычного? Это же просто сон. Его рука замерла, пока он приглаживал волосы. Просто сон. Со стороны вся работа Артура была просто сном. Он приходил, подключался через сомнациновый аппарат к обездвиженному коматознику, несколько часов спал на соседней койке, а затем записывал свои наблюдения. Должно быть, это напоминало этакое составление сонников. И то, что Артур в последний раз с непривычки час проторчал под обжигающим душем, чуть не содрав мочалкой кожу, пытаясь отмыться — всего лишь последствия кошмара. Артур дерганым движением взъерошил только что приглаженные волосы. Нужно было отвлечься. Снять напряжение. Перестать думать хотя бы на вечер. — Так когда ты вернёшься? — Через месяц, — ответил он, хотя не был уверен даже в том, что случится через неделю. Чёткий план, разработанный перед заданием, можно было выкинуть. Джул вздохнула. — Артур, — требовательно протянула она, — я слышала то же самое в прошлый раз. Да знаю я, — мысленно огрызнулся Артур. Он снова слишком много думал. Весь мир превращался в одни острые углы, на которые он постоянно натыкался, и его состояние ухудшалось. — Прости, ничего не могу сделать. — Я так скоро руки на себя наложу, — сообщила она преувеличенно-серьёзным голосом. Артур насторожился, и Джул усмехнулась: — Раз в неделю — так точно. Она рассмеялась от двусмысленности, заставляя Артура невольно улыбнулся в пустоту. Это было настолько глупо, что даже смешно. — А давай попробуем? — неожиданно предложила она. — Попробуем что? — Наложить на себя руки, — с сердитым задором настояла Джул. Артур туго соображал, но до него дошло. — Это междугородний звонок. Телефон могут прослушивать… — Кому ты нужен в полпервого ночи? Самое время, ты уже большой мальчик. Это всё становилось дико и несерьёзно. Артур иногда пробовал разнообразить их личную жизнь, но секс по телефону — это было уже слишком. — В чём ты сейчас? — неуклюже начал он. Просто нелепо. — В твоей футболке. Серой, для бега, — мигом подхватила Джул. По голосу было слышно, что она улыбалась, должно быть, расслабленно потягиваясь. — Она пахнет тобой, я её даже стирать не стала. Артур пытался, но ни черта не выходило. Сложно заниматься сексом, когда голова забита не тем, но когда процесс ещё и требует облекать желания в слова… — Извини. Не могу, — выдохнул он. У него горело лицо. — Всё ясно, — разочарованно протянула Джул. — Сиди со своей работой, а я сейчас сниму футболку, буду голой лежать на нашей кровати и трахну себя сама. Она бросила трубку. А Артур, взвинченный внезапной откровенностью, какой ни разу не слышал от нее раньше, понял, что завёлся. Не перезванивать же, чёрт. Раздраженно побросав одежду на пол в ванной, Артур залез под душ и включил его погорячее. Намного лучше. Шум воды заглушил мысли, стало жарко, сведённая напряжением шея расслабилась. Артур погладил член, мигом возбуждаясь. Где только всё это раньше было. Наедине с собой было проще развернуть воображение. Не нужно было рассказывать, чего хотелось, не надо было беспокоиться о том, что думали о нём другие. Полная свобода фантазии. Артур мог вообразить Джул любой, представить её раздетой, откровенной, смелой. Представить её маленькую грудь с родинкой возле левого соска. Её ноги, которые она всегда инстинктивно плотно сжимала и ловила ладонь Артура, когда он вёл по внутренней стороне бедра вверх. Её гладкую спину, которой она к нему поворачивалась, опираясь о стену и прогибаясь. Артура вдруг окатило волной жаркого, кошмарного возбуждения. Стало душно и трудно дышать, в шум воды вторглись гулкие громкие звуки, сердечный ритм музыки. Музыки из клуба. Он зажмурился, и в черноте под веками заплясали цветные вспышки света. Вместо Джул в его воображение возникло совсем другое лицо. Имс безжалостно скомкал его стыдливые фантазии и навалился, как тогда, когда шипел ему на ухо, ухмыляясь. «Свали из моей головы, сукин сын», — рявкнул Артур про себя, но вслух повторить не смог — вслух раздался только его собственный стон. Он дрочил быстро и резко, так, что заныло запястье, но в фантазии это не его рука, а та, с грубыми пальцами, быстро терла его член, сжимала головку и снова скользила к основанию. Артуру было дурно. Отвращение густо смешалось с грязной похотью, которую источал ненормальный Имс, покрытый татуировками, взмокший, обдолбанный, трущийся о него, как животное. Артур застонал, запрокинув голову. Лицо обжигала горячая вода. Он кончил, бессильно привалившись к стене, прижался горящей щекой к холодному кафелю и закрыл глаза. Ноги подкашивались. Член обмяк в ладони, и Артур равнодушно смыл сперму под струями воды. В голове было пусто. И хорошо, потому что он боялся думать о том, что случилось. Двадцать минут спустя Артур вернулся в комнату, вытирая полотенцем волосы. Навалившаяся усталость наконец-то превратилась в простое и понятное желание спать. О произошедшем Артур старался не думать, и, чтобы занять мысли, подтянул к себе ноутбук. Нужно было проверить, о чём говорил ему Кобб. Он вбил в строку поиска имя и прокрутил страницу вниз. Сводки и сплетни. Сделки, встречи, конфликты. Слияние энергетической и строительной корпорации японского бизнесмена. «Сын главы корпорации Saito Inc., мистер Сайто Аоэ, принимает в токийском офисе представителей компании Cobol Eng.» И всё-таки, какого черта с ним произошло в ванной? Артур раздраженно стукнул по тачпаду, открывая очередную страницу. И, наконец, нашёл, что искал. «Сайто Аоэ был найден мёртвым в здании неподалеку от Амадор-стрит в Сан-Франциско. На теле жертвы обнаружены многочисленные следы побоев. По версии следствия, мистер Сайто был похищен неизвестными с целью выкупа по пути из Международного Аэропорта».