Немного из жизни

Всего лишь 11 лет пацану, а уже успел испытать депрессию три раза. Нет, я не великомученик, у меня живые родители, нет инвалидов, всё хорошо. Люди приходят и уходят, это было всегда. Но в таком юном возрасте не думаю, что кто-то ещё из моих друзей так грустил по людям. Со своим состоянием надо было как-то бороться, а мне как раз предложили поехать в лагерь, от чего отказаться не смог. Новый опыт, новые приключения же, да? Ага, только кто сказал, что опыт будет приятный? В нём большинство детей начинают скучать по родителям. Не понимал, что же в этом такого? Хотел избавиться от них. Но почему-то я тоже столкнулся с этой проблемой. Не знаю, в чём же всё-таки причина, но это достаточно странно. И ладно было понятно, почему по ним скучаю, но даже этого не понимал. Я вроде мог прожить один, но почему-то меня к ним тянуло, несмотря даже на свою ненависть к отцу, которая особенно быстро усиливалась с каждым днём. Нет, он был напротив, замечательным человеком. Если бы не матерился, то точно мог попасть в рай. Я даже не помню, что же отец такого сделал аморального. Когда надо было помочь, он помогал, когда в детстве, как папа рассказывал, его друзья были в беде, то он тоже пытался помочь. Да, были моменты, когда сбегал как трус, но он этого стыдился. У него был всего лишь один недостаток — вредность. Накричал на малую — наказан, больше не играешь в приставку; поссорился с мамой — сидишь без интернета. Да, может кому-то это покажется справедливым, но как по мне не совсем. Просто иногда он до таких крайностей доходит, что это раздражает даже не только меня, а ещё и маму с сестрой. А я же тогда был дураком, ну вот и слишком остро на это реагировал. По природе я всё-таки холерик. Так вот, приехав в лагерь, через минуту кого я обнаружил? Тимофея, его появление меня ошарашило. Более того, мы ещё были в одном отряде и даже жили в одной комнате. У нас была одна свободная кровать, туда же поселили какого-то Влада, жирный, слегка странноватый пацан, который любил испортить воздух. Серьёзно, когда он отсутствовал, пахло вкусным клубничным вареньем, а когда был, то пердежом:). Фу, не нравился мне он, ведь Влад также был одноклассником той самой Насти, с которой общался в посёлке Талая. А я почему-то говорил, что с ней встречаюсь. Просто хотел повыделываться, хотя, даже в это и сам верил. В итоге меня подкалывали из-за этого, а я злился — «Так, с кем ты там встречаешься?» — спросил Влад. «С Настей, твоей одноклассницей». «А как она выглядит и как вы вообще начали мутить?». «Не скажу». «А вот значит у вас ничего не было» — Тим влез. «БЫЛО!». «Я у неё сейчас спрошу» — Влад подлавливал. И так постоянно. Ещё там была Сиз, в то время «Сизый нос», темноватая и низковатая девочка, которая также обучалась в моём классе. В 4-м отряде оказался Матвей, с которым мы иногда общались, а в 5-м — Валя, тоже моя одноклассница, обычная низенькая доброжелательная девочка. Правда, что было странно, она попала в самую младшую группу, так как ей не хватило места в более старших. В итоге весь её круг общения состоял из 8–9-летних детей. И конечно же, я в лагере тоже оказался белой вороной, меня опять стали дразнить и бить толпой. Господи, да сколько можно? Уже не мог терпеть всё это, я начал задумываться о суициде. И нет, не считаю каким-то «позерством» или ещё чем-то. Всё-таки думаю, это были последствия того, что меня все отвергали и никто не понимал. Не придумал ничего лучше, чем просто задушить себя галстуком, даже не повесившись, а просто руками. На крышу выйти боялся, верёвки не было, обдумывал всякие варианты, но пришёл пока к этому. Вот я расстаюсь с жизнью, но у неё ещё остались планы на меня, в комнату забегают вожатые — «Серёжа, ЭТО ЧЁ ТАКОЕ?!». Эм, неловко вышло. «ДА БЛИН, ВЫ МНЕ ПОМЕШАЛИ, Я ХОТЕЛ УМЕРЕТЬ!». «В СМЫСЛЕ ПОМЕШАЛИ, ТЫ СЕБЯ ВООБЩЕ СЛЫШИШЬ?!». «ДА!». «Так, ладно… ОТДАЙ МНЕ ЭТОТ ЧЁРТОВ ГАЛСТУК!!!». Я, конечно, сопротивлялся, но против их силы ничего сделать не мог. «Всё, успокаиваемся. Что тебя вынудило так поступить?». «Меня… меня обижают. Я устал, сколько можно? Уже не первый раз, ещё до лагеря в школе…». «А вот ты подумал, что мы несём за вас ответственность? Нас в тюрьму могут посадить. А о родителях? Им то тоже сложно будет, они же любят тебя». Этот диалог никак не помог, а когда собрался весь отряд, началось… «Дети, вы вообще нормальные? Вы понимаете, что тут ребёнок с жизнью чуть не покончил? Это как называется? Так, кто тебя обижал?». Я не хотел подставлять определённых людей, поэтому назвал всех. «Так, только попробуйте ещё раз его обидеть…». ЗАЧЕМ?! Отлично, теперь после её речи все обиделись ещё больше. Все думали, что у меня не всё в порядке с головой, что было самым популярным мнением обо мне. Это не единственный раз, когда пытался покончить с собой в лагере, я пробовал ещё раз, и ещё раз, всё безуспешно. И тогда в моей жизни появился один замечательный человек, я не знаю людей дружелюбнее, чем он. Андрей Викторович, преподаватель волонтёрского клуба «Чайка», в тот год директор «Снежного», высокий, смешной немного с виду, но очень крутой мужик. Ты можешь рассказать ему что угодно, он для тебя психолог и друг. Что бы там делал дальше без него? Возможно, он тогда спас мою жизнь. И самое удивительное, что такое отношение к каждому ребёнку, если тот не успел нахамить. Его хватало на всех, и я ему благодарен. Ведь действительно, может когда-нибудь решился бы на суицид, а так у меня есть человек, которому могу в любое время всё рассказать. В лагере конечно было и достаточно весёлых историй, как я, например позорился на сцене, или когда мы бегали друг к другу в комнаты. Только благодаря им у меня сложилось более-менее хорошее мнение о «Снежном». Он отчасти стал каким-то родным, а особенно актовый зал крутой, уж очень мне нравился! Неоднозначные эмоции, правда?