Министр

            На следующее утро Гарри проснулся поздно и по пути в душ ушиб палец на ноге. Прошипев проклятие, заковылял под воду, хотя та не успела еще нагреться. Он позволил ей просочиться сквозь волосы до кожи головы, вниз по шее, по груди. Мурашки, сильные и крупные, побежали по его коже, и через мгновение или два его ноющая, почти болезненная эрекция, наконец, ослабла. — Господи Иисусе, — прохрипел Гарри, и слова разбились о холодную плитку. Он смотрел на свой покрасневший измученный член и думал, не сошел ли с ума.       Прошло несколько мгновений дрожи, а потом он сдался — повернул ручку регулировки, почувствовал изменение температуры и со вздохом прильнул к теплу.       Что ж. Это случилось. И теперь некуда деваться.       Продолжение душа стало коротким и формальным. Гарри вымылся с воинственной точностью, отказываясь думать, как Гермиона прижимает руки к его коже. О ногтях, впивающихся в его грудь и спину, стонах, утихающих в изгибе его шеи, теле, раскрывшемся и жаждущим под его прикосновениями. Он не мог потерять себя в ней, не сейчас — предстояла встреча менее чем через двадцать минут.       Но позже… Гарри выключил воду, потянулся за полотенцем — позже он получит все, что нужно, даже если это будет твердое « Никогда больше» и «Извини, это была ошибка»..       А вот — то зернышко надежды. Потому что одного взгляда на ее лицо, когда она пожелала спокойной ночи, было достаточно, чтобы понять, что, может быть, только может быть, она еще с ним не закончила.       Одна только эта мысль заставила Гарри ухмыляться, как дурака. Но взгляд на телефон заставил его рвануть к шкафу — он не мог опоздать на встречу, которую проводил.       Спуститься вниз успел как раз вовремя — рация пискнула, сигнализируя о появлении снаружи Фислвит. Гарри окинул взглядом затемненную гостиную, затем перевел взгляд на дверь спальни Гермионы. Казалось, она еще не проснулась, и он совершенно не ухмылялся по этому поводу, ни капельки… — Босс, — Фислвит кивнула ему, оглядывающемуся назад, поняла и понизила голос до шепота. — Министр еще не встала? — Нет, — прошептал он в ответ, принимая протянутый кофе. — Проведем собрание наверху. Следуй за мной.       Как только они поднялись в лаунж-зону, Фислвит издала звук одобрения. — Миленько, — затем замерла на полушаге, ее взгляд остановился на ближайшей книжной полке. — Первое издание « Путеводителя Гнарлхука по…? — Возможно, — ответил Гарри, потягивая кофе. Взглянув на стаканчик, понял, что тот куплен в маленькой кофейне, часто посещаемой Гермионой. По какой-то причине его затылок потеплел от осознания. — Ночь прошла спокойно. — Действительно? Хорошо. — Фислвит задержалась, ее взгляд был прикован к ряду книг. — Остальная часть команды «Бета» прибудет через камин. Еще пять минут. — Хорошо. Скажи им, чтобы пришли сюда — он махнул рукой на очаг, и там вспыхнул огонь. Фислвит не ответила, и он закатил глаза. — Оставить тебя наедине с книгами? Та фыркнула и вытащила рацию. — Не искушай меня хорошо провести время.

***

      Совещание прошло, как и положено проходить совещаниям, и Гарри пришлось заставить себя быть внимательным. Это ее жизнь, напомнил себе. Такие вещи, как графики, правила и протоколы проверки, действительно имеют значение.       Он все упростил. Четырём членам команды «Бета» была предоставлена вся информация, необходимая для встречи с другими группами безопасности, и они просмотрели отчёты о проверках безопасности за предыдущий день. Обсудили распределение обязанностей, как долгосрочных, так и краткосрочных, и Гарри ознакомил их со стандартными протоколами охраны офиса министра. Едва часы пробили восемь, как пришел сигнал по рации, извещающий о прибытии других сотрудников Министерства. — Руководитель Финнеган скоро будет здесь, — подытожил он. — Фислвит, я хочу, чтобы ты проследила за ним и об внесенных им изменениях поставила в известность остальных членов команды «Альфа». Я буду занят корректировкой ежедневного протокола министра, и не хочу, чтобы что-то проскочило мимо. — Сэр, — обратился один из бета-команды — Джимми. — Могу я задать вам вопрос?       Гарри кивнул, хотя его уши странно заложило от обращения «сэр». — Как вы оцениваете вероятность нападения своих?       Гарри оглядел круг. Все смотрели на него, и некоторые из них были моложе, чем хотелось бы. — Трудно сказать, — ответил он. — Прямо сейчас мы просто принимаем все имеющиеся меры предосторожности.       Джимми кивнул, и разговор продолжился. Гарри на какое-то мгновение задумался над своим ответом и подумал, что, возможно, Гермиона гордилась бы им — он говорил прямо как политик.       А потом подумал — не проснулась ли она.       Встреча закончилась через полчаса, и Гарри услышал предательские звуки Симуса и других чиновников, суетящихся в гостиной внизу. Волнение, внезапное и необоснованное, зашевелилось, как червяк, в животе, и он попытался прогнать его: нет причин волноваться из-за перспективы этим утром увидеть Гермиону — министра, увидеть министра…       Фислвит нахмурилась. За ее спиной взревел камин — последний член команды Бета покинул резиденцию. — Ты улыбаешься. — Это плохо? — Это редкость, — она нахмурилась еще сильнее. — Это странно. — Ты мне льстишь, Фислвит, правда. — Я постараюсь, чтобы это не стало привычкой, босс.       Они спустились вниз и сразу же попали в спор. — Мерлин, — заметил Гарри, переводя взгляд со специалистов отдела маскировки на Анжелу. — Надеюсь, идет дружеская дискуссия. — Конечно, — ответил Симус, ухмыляясь. Он возился с одним из фасадных окон, и Гарри совершенно не хотел знать, почему. — Моя команда как раз решала, нужна ли нам ложная входная дверь. — Замечательно, — Гарри повернулся к Фислвит. — Думаю, с этого момента ты берешь управление на себя.       Та вздохнула и кивнула, шагнув на линию огня. — Поговори со мной, Финнеган. — Министр на кухне, — сообщила Анджела Гарри. — С Драко.       Теперь настала очередь Гарри хмуриться. — Что здесь делает Малфой? Собеседница пожала плечами. — Хотел пойти с нами. Получил разрешение от Кингсли, если тебя интересует. — Ясно, — Драко и Гермиона были друзьями, дружили много лет — конечно, для него имело смысл воспользоваться случаем. Гарри взглянул на дверь спальни Гермионы — закрыта. По-видимому, для того, чтобы не пугать кошек, и он мог себе представить, как те радовались. — Спасибо за помощь, — добавил он, указывая на Симуса. — Я знаю, что все получилось немного неожиданно.       Анжела терпеливо улыбнулась. — Без проблем.       С этими словами Гарри расправил плечи и направился на кухню. Приблизившись, услышал голоса — снова волнение пронзило его, и пришлось напомнить себе, что они с Гермионой не одни, и не останутся одни еще несколько часов. На данный момент он должен быть главным аврором Поттером, и не более того.

***

      Нужные слова он нашел после обеда. Тогда, сидя за кухонным столом, смотрел, как Гермиона заваривает еще одну чашку чая, и с внезапной неоспоримой ясностью понял, что не хочет, чтобы начатое заканчивалось, если только есть шанс, что она хотела его. «Шанс, — повторил про себя Гарри, опустив взгляд, пока она проходила мимо, возвращаясь в столовую. — Один лучше, чем ничего».       Но она не должна знать — никогда не должна знать, — что его чувства имеют к происходящему какое-то отношение. Ей нужно его тело, и он счастлив отдать его ей.

***

— Мы знаем, что ты верен, — глаза, чернее ночи, скользнули по израненному лицу Гарри. — Но предан ли ты? — Да, — выдавил он, голос превратился в болезненный, горячий хрип. — Да.       Это была долгая ночь.       Утром он, прихрамывая, вошел в лабораторию Драко и наслаждался шипением отвращения, которым тот его встретил. — Садись здесь, — Драко указал на пустое рабочее место.       Гарри повиновался, вскарабкиваясь на холодный металлический стол. Все суставы протестующе застонали, и на мгновение он позволил себе ощутить каждый дюйм последних двадцати четырех часов. — Разве для таких вещей не обращаются к прикрепленному колдомедику?       Гарри кивнул. — Она занята Паркером — тот в худшем состоянии, чем я.       Драко бросил возмущенный взгляд. — И что? Ты не мог подождать свою очередь? — Почему я должен ждать, если прямо в конце коридора располагается вполне квалифицированный мастер зелий? — В последний раз повторяю: я не целитель, — Драко подошел с палочкой, бутылочкой и кусочком ваты в руке. — Мерлин, ты воняешь. — А ты - всегда очаровашка.       Драко закатил глаза и взмахнул палочкой. Тонкие порезы на бедрах Гарри зажили, даже шрамов не осталось. Драко заметил: — Их сделал маггловский нож?       Гарри кивнул. — Они не слишком изобретательны. — Что же это было? — Драко принялся очищать царапины на щеке Гарри. — Клятва на крови? Какая-то инициация? — И то, и другое, — Гарри посидел какое-то время, чувствуя жжение от мази на коже. — Честно говоря, я не уверен, что оно сработало. — Ну, — предупредил Драко мрачным голосом, выбрасывая грязный кусок ваты в мусорное ведро. — Скоро узнаешь.

***

В среду вечером телефон зазвонил, показывая неизвестный номер. Гарри быстро вышел из кухни на задний дворик, невербально наложив на тело согревающее заклинание. — Поттер. — Ты от меня скрываешь, — Голос Сайласа в динамике звучал жестяно. — Что-то случилось. — Домыслы, Андервуд, — Гарри заглянул через окна на кухню, где Гермиона возилась у раковины. Не хотелось признаваться, но оставлять ее без присмотра у плиты противоречило многим его инстинктам. — Ты знаешь, что Совет единогласно проголосовал за усиление ее протокола безопасности в свете… — Даже не начинай, — отрезал Сайлас. — Все это я получил от Резерфорд. — Тогда ты услышал все, что тебе нужно знать.       Сайлас невесело усмехнулся. — Я убью тебя во сне. — Обещаешь? — Гарри снова взглянул на окна. Теперь в дело пошла сковорода, и его нервы предостерегающе запели. — Послушай, мне нужно кое о чем спросить. Какова реакция в Министерстве? — Реакция? — Да. Что говорят люди? — О министре? — Сайлас сделал паузу. — Беспокоятся. — Правда? — Ну, — Сайлас вздохнул. — Кое-кто думает, что это подстава. Способ привлечь больше внимания к ее законодательной программе, больше симпатии к Тейлор. Гарри кивнул, шаркнув ногой о перила. Маленький внутренний дворик оказался действительно уныл — почти такой же унылый, как и сад. — А что насчет тебя? — Не определился, — Теперь Сайлас ухмылялся, можно было услышать. — То, что ты скрываешь от меня, не помогает. Все ждут инсайдерского эксклюзива.       Гарри закатил глаза. — Я посмотрю что можно сделать. Пришли мне по электронной почте завтрашний заголовок — до того, как он попадет в печать. — Даже без «пожалуйста», Поттер? — Сайлас повесил трубку, не дожидаясь ответа       Гарри с минуту смотрел на свой телефон, просеивая все, что только что сообщил Сайлас. Даже если Фелиция и ее команда найдут доказательства обратного, он не сможет избавиться от чувства, навязчивого подозрения, что «Спасение» что-то связывает с Министерством. Что-то помимо денег, пропаганды, обещаний и идеологии. Что-то неотвратимое. Что-то конкретное.       И тут он почувствовал запах гари.       Гермиона обнаружилась перед плитой. Казалось, она его не заметила — сунула сковороду на ближайшую выключенную конфорку, размахивая руками в дымном воздухе, и потянулась за палочкой. И тут, конечно же, сработала пожарная сигнализация. — Ой! — Гермиона вздрогнула, но Гарри уже вытащил палочку. Ее взгляд метнулся к нему, пока он выключал сигнализацию, развеивал дым и заливал сковороду водой. Почерневшие кусочки курицы плавали в мутно-серой воде, и Гарри осторожно отодвинул кухонную утварь еще дальше, не обращая внимания на ее взгляд на своем лице.       Внезапно наступила звенящая тишина, и Гарри не мог смотреть на Гермиону. И не мог отрицать, как близко они находились друг к другу — достаточно близко, чтобы он мог видеть ее веснушки, чувствовать близкое тепло ее тела. Тело, которого касался. Тело, которое только начал познавать. — Спасибо, — сказала она с явной неохотой. — Не стоит благодарности, — ответил Гарри, а затем заставил себя сделать шаг назад. Напряжение между ними росло, и Гарри не смотрел ей в лицо. Он знал, что увидит там — раздражение и злость, часть которой направлена на него, — и стоит ему признать это, будет еще труднее сдержать смех.       Гермиона вздохнула, и все сломалось. Она повернулась к своему холодильнику. — Ну, я не знаю, что еще… Гарри спокойно поморщился — все равно ей не видно. — В морозилке много разного. — Гарри, это твое… — Я не против, правда, Гермиона… — Нет, это твой ужин… — Ради Мерлина, мы можем поделиться…       Так они и оказались у стола, перебирая свиные клецки, стручковую фасоль и пастуший пирог. — Еда сороки, — заметила Гермиона, не отрывая глаз от планшета. Взглянув мельком, Гарри понял, что она с головой в нудной статье о ядерной программе в России и Китае, написанной очень мелким шрифтом и без явных картинок. — Не слишком ли это… — она, наконец, подняла глаза, приподняв бровь при виде дымящегося пастушьего пирога. — Странно?       Гарри кивнул,       макая клецку в соевый соус. — Но вкусно — вот и все, что имеет значение.       Гермиона одарила его улыбкой, забавной маленькой улыбкой, сотворившей ужасные и чудесные вещи с его внутренностями. Она смотрела так, будто не могла поверить, что он здесь, и потребовалось все, что в его силах, чтобы тут же не поцеловать ее. Грязный соевый соус и такое прочее, знаете ли.       Гарри посмотрел на свою еду, внезапно потеряв чувство голода. — Долгий день сегодня, — часы на плите показывали 21:15.       Гермиона кивнула, засунула клецку в рот и вернулась к своему планшету. — Я ненадолго. Просто нужно отшлифовать мой проект для российского посла. Конечно. Почему он должен предполагать…       Он не может. Он не должен. «Я не буду», — постановил Гарри, копаясь в пастушьем пироге — не похож на тот, что он делал, но довольно хорош. Под столом Винни терся о лодыжку, мурлыча. Каспер, тем временем имел дело к штанине брюк. «Я не буду ничего предполагать, — подумал он, мягко отталкивая Каспера ногой. — Не когда дело касается ее».       Это чувство держалось до тех пор, пока они не остановились в нескольких шагах от двери ее спальни. Там, в темном зале, вдали от всего остального, Гермиона потянулась к нему, достаточно быстро, чтобы он не увидел ее лица, и прижалась губами к шее, положив руку на его ремень. — Это?.. — ее голос, мимолетный шепот. — Это нормально?..       Гарри зажмурился и обхватил руками ее тело, прижался ртом к ее щеке. — Конечно… конечно, все в порядке…       Он услышал и почувствовал, как у нее перехватило дыхание, а затем она оказалась на нем, цепляясь так, что у него скрутило живот и закружилась голова. Дернула его за рубашку, оторвав пуговицу и разорвав несколько швов, и Гарри толкнул дверь ее спальни, прижавшись губами к подбородку — он должен был… он должен…