Грань

Работа в отделе кипела. Пока Анастасия Михайловна по своим базам и знакомым проверяла директора этого фермерского хозяйства, мы проверяли отчеты, документы, пересматривали результаты вскрытий и вскрывали возможные связи Самойлова со всеми участниками уголовного дела. На внутренний раздался звонок. Я подняла трубку и по голосу звонившего поняла, что у нас проблемы. -Всем на выезд, звонил патруль. Нашли еще одно тело, — я накинула куртку и пошла к выходу из отделения. Я даже не слышала, а чувствовала как за мной собрались и так же молча пошли мои коллеги. -Куда едем? — спросил Рома, подавая Анастасии Михайловне руку, чтоб помочь забраться в УАЗик. -В район Устья, патруль сказал, что вызов оттуда был, они на подъезде, через минут 8 будут там. Нам ехать примерно 30, плюс 10 — заехать за Ваней. Анастасия Михайловна оторвала взгляд от экрана телефона: «Сергей Адамович приедет через два часа. Он уже выезжает из областного управления». Мы ехали молча, Ваня, которого мы подобрали около МОРГа, спросил только есть ли у нас какая-то информация. И получив отрицательный ответ, так же ехал с нами в тишине. Устье — полузаброшенный район у реки на самой окраине города. Патрульная машина уже стояла у кромки леса, мигая синими огнями в сгущающихся сумерках. Иван сразу двинулся к оцеплению, на ходу надевая резиновые перчатки. Погибшая лежала в густой траве под раскидистой ивой. Это была молодая девушка. Я подошла ближе, пока Иван аккуратно отодвигал край её одежды. Сомнений не было — на коже отчетливо виднелось то самое свежее, страшное клеймо. — Опять то же самое, — мрачно констатировал Рома, фиксируя все на камеру. — Почерк один в один. Но не успел Иван приступить к детальному осмотру, как из леса, примерно в километре от нас, раздался крик одного из патрульных. Мы с Ромой, выхватив табельное оружие, бросились на шум, продираясь сквозь колючие кусты. Патрульный стоял у небольшого оврага, подсвечивая фонариком землю. На дне оврага лежал второй труп. Но это была не девушка. Это был молодой парень, на вид лет тридцати с разбитым лицом. Иван, тяжело дыша, добежал до нас и спустился вниз. Он быстро осмотрел тело и поднял на нас удивленный взгляд. — Ребята, тут всё по-другому, — сказал наш судмед, — Никакого клейма нет. Парня просто убили. Судя по характеру травм — его забили до смерти, — подробнее скажет экспертиза. И произошло это совсем недавно, буквально пару часов назад. Мы с Ромой переглянулись. Серийный убийца никогда не менял свой почерк так кардинально, и парней среди жертв раньше не было. — Думаешь, случайный свидетель? — тихо спросил Рома, оглядывая темный лес. — Наткнулся на маньяка, когда тот прятал тело девушки? — Так, стоп, — Иван провел руками по одежде убитого, и вытащил из куртки убитого пластиковую карточку-пропуск. — Посмотрите на это. Я наклонилась ближе. На куске пластика красовался зеленый логотип с коровами и надпись: «Дмитрий Колесников. Частное хозяйство «Зеленые луга». Разнорабочий». Мы с Ромой молча переглянулись. Пазл начинал складываться слишком быстро, и от этого становилось не по себе.Тела погибших загрузили в труповозку, патрульные начали сворачивать оцепление. Мы еще пару минут постояли у края оврага, глядя на то, как окончательно тает в темноте этот странный фосфоресцирующий туман, обсудили ситуацию и пошли к машине. — Парень явно увидел то, чего видеть не должен был, — сказал Рома, заводя мотор. — Или сам привез тело девушки в Устье, но что-то пошло не так, и подельник его тут же пришил. Едем в отдел? Надо срочно оформить отчёт и доложить боссу. Я села на пассажирское сиденье и достала телефон. На часах было уже поздно, но спать я точно не смогу.— Ром, подвези меня к дому, где девчонки живут, — попросила я, когда мы уже въезжали в черту города. — Мне нужно поговорить с ними еще раз. Прямо сейчас. Если этот Колесников работал с Мариной на одной ферме, она может знать, с кем он общался и чем вообще дышал. Рома недовольно цыкнул, но руль вывернул в нужный переулок. — Наталья Ивановна, ты опять за свое. Смотри, доиграешься. Если Адамович узнает…— Не узнает, — отрезала я, выходя из машины у знакомого подъезда. — Я быстро. Жди здесь. *** Я быстро пошла к подъезду, оставив Рому караулить в машине. Поднялась на нужный этаж и негромко постучала в дверь квартиры. За дверью какое-то время стояла глухая тишина, потом послышались осторожные шаги. — Кто там? — раздался настороженный голос Марины. — Марин, это Наташа. Открой, пожалуйста. Это важно. Щелкнул замóк, и дверь приоткрылась. Марина стояла на пороге в домашней одежде, за её спиной в коридоре маячила встревоженная Аня. Вид у обеих был такой, словно они после моего ухода вообще не садились и не ложились. — Наташ, ты время видела? — тихо спросила Марина, пропуская меня внутрь. — Что-то случилось? — Случилось, — я прошла в прихожую, закрыв за собой дверь, и сразу перешла к делу. — В районе Устья только что нашли два трупа. Девушку с клеймом и парня. Его забили до смерти буквально пару часов назад. Аня тихо ойкнула и прижала ладони к щекам. Марина нахмурилась, глядя на меня в упор. — А мы тут при чем? — её голос дрогнул, но она пыталась держаться уверенно. Я достала телефон, открыла рабочую галерею и повернула экран к Марине. На снимке было лицо убитого Дмитрия Колесникова. — Мы нашли у него в кармане пропуск. Он работал разнорабочим в ваших «Зеленых лугах». Марин, посмотри внимательно. Ты его знаешь? Марина долго всматривалась в экран телефона, потом отрицательно покачала головой. — Лицо знакомое, видела его на ферме пару раз, но вообще не общалась. Он у Самойлова в основном на дальних загонах крутился, ко мне в административный блок не заходил. А вот Аня, как только глянула на снимок, изменилась в лице. Она подошла ближе, всматриваясь в экран, и у неё даже губы задрожали. — Это же Дима… Дима Колесников, — тихо сказала она. — Он местный наш, из этого района. Я его со школы знаю. — Расскажи всё, что помнишь, Ань. Любая мелочь сейчас важна, — попросила я. — Да он… он странный был, — Аня обняла себя за плечи, словно замёрзла. — Вместо института сразу пошёл работать на нашу старую скотобойню. Он там долго при мясниках крутился, всё хвастался, что работа денежная. А потом, когда скотобойня обанкротилась, он без дела болтался. И… пытался за мной ухаживать. Цветы к подъезду таскал, караулил по вечерам. Ну, я его аккуратно отшила, он и отвязался. Я даже не знала, что он с Мариной работал. Я быстро зафиксировала эти детали в голове. Старая скотобойня, работа с мясом, навыки клеймения скота… Пазл выстраивался в голове. — Погоди, Ань, — Марина резко повернулась к подруге, её глаза округлились. — Скотобойня Самойлова? Ну, того нашего директора? Аня удивленно моргнула. — При чём тут Самойлов? Та скотобойня принадлежала какому-то городскому комбинату, её закрыли и забросили. Там сейчас одни руины, да пару ангаров и холодильников остались на окраине. Я почувствовала, как внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. Бывший работник скотобойни убит прямо в Устье, недалеко от свежего трупа девушки с клеймом. И всё это связано с «Зелеными лугами». — Спасибо, девчонки, вы очень помогли, — сказала я, убирая телефон в карман. — Сидите дома, двери никому не открывайте. Если что-то заметите странное — сразу звоните мне. Я быстро вышла из квартиры, спустилась по лестнице и прыгнула на пассажирское сиденье нашей служебной машины. Рома уже откровенно засыпал за рулем, но при моем появлении сразу взбодрился. — Ну что там? — спросил он, выруливая со двора. — Узнали парня? — Погнали в отдел, по дороге всё расскажу, — ответила я, включая печку на полную мощность. Пока мы ехали по темным пустым улицам, я выложила Роме все новые факты, которые выудила у Ани. — Убитый Дима Колесников — местный, — начала я, сверяясь со своими записями. — И самое интересное: он работал на какой-то вашей старой городской скотобойне. Её закрыли из-за банкротства? Он там при мясниках крутился, опыта в этом деле набрался выше крыши. То есть парень точно умел обращаться с тушами и, скорее всего, отлично знал, как работает клеймение. Рома даже присвистнул от такой информации, не отрывая взгляда от дороги. — Ничего себе совпадение. Работал на скотобойне, умел ставить клеймо, устроился на левую ферму к Самойлову, а теперь лежит мертвый в километре от очередной жертвы с выжженным знаком. Нат, это уже не просто зацепка, это прямой след. — Вот и я о том же, — кивнула я. — Причем Аня говорит, что он за ней когда-то ухаживал, караулил её. Парень явно был с приветом и со специфическими наклонностями. Похоже, он был напрямую связан с убийствами. Но почему его самого забили до смерти? — Да тут к гадалке не ходи, — буркнул Рома, паркуя машину у здания отдела. — Либо с подельником или хозяином что-то не поделил, либо его убрали как свидетеля, который слишком много возомнил о себе. Мы зашли в отдел и сразу направились в кабинет.