14
3 февраля 2022 г., 15:40
Ужин прошел весело. Гвейн рассказывал о своем тренере и его мечтах прославиться и хорошо заработать, связанных с талантом Гвейна Оркни, которым мешал только непредсказуемый нрав самого Гвейна. Перси сразил леди Ашертон и инспектора своими познаниями в психоанализе, Мерлин поделился концепцией игрового кино далекого будущего, в общем, это был необыкновенно милый вечер, который не портили даже намеки Артура на профессию Ланса, который, по мнению племянника Линли, просто обязан был продемонстрировать всей честной компании владение хоботом и что-нибудь зажигательное.
В конце вечера все перешли в маленькую гостиную, где подали кофе с ликером и печенье, и хозяйка дома спросила, что именно хотели бы почитать на сон грядущий ее гости.
Леди Ашертон открыла ящик тумбочки, заглянула туда, а затем, обернувшись, с таинственным видом спросила:
– Слева или справа?
– Справа! – воскликнул Артур.
– Уайлд! – Леди Ашертон достала пачку бумаг. – «Как важно быть серьезным».
– Там четыре женских персонажа… – погрустнел Перси. – А у нас всего две дамы.
– Ты помнишь, сколько там женских персонажей? – Мерлин с тревогой заглянул в лицо друга. – А мужских тоже помнишь, сколько?
– Пять, – с осторожностью ответил Перси.
– А сколько раз упоминаются лошади? – не отставал Мерлин.
– Я не считал.
– А зря! Ведь я мог бы сыграть лошадь, если бы у меня было достаточно экранного времени, – вздохнул Мерлин.
– Прошу прощения, – Барбара твердо решила, что не может взять на себя какую-то роль со словами, – но можно я буду производить звуковые эффекты? Или переворачивать страницы? Могу сделать чай. Но, простите, я совсем не гожусь для чтения вслух.
– Барбара, вы не можете отказаться!
– Могу, сэр.
– Томми.
– Все равно могу, сэр.
– Нас в любом случае слишком мало, чтобы читать всю пьесу и за всех героев, – леди Ашертон надела очки и раздала всем листы с текстом. – Сейчас я напишу на листочках имена персонажей, выберем не глядя и покоримся судьбе.
– Сесили, – объявил Линли, когда заглянул в свой жребий.
– О, а я Алджернон, – обрадовался Артур.
Гвейн манерно взял чашку и отставил мизинец:
– Гвендолен!
– Ланс, а ты кто?
Ланселот развернул бумажку:
– Я мужчина, – протянул он…
– Вот это я называю везением, а зовут тебя как? – спросил Мерлин.
– Я Джон Уординг.
– Леди Брекнелл, – представился Перси.
– Я каноник, – вздохнул Мерлин.
– Остальных оставим на волю случая, – улыбнулась леди Ашертон, – и, прошу любить и жаловать, Барбара – наши декорации и звуковые эффекты.
Барбара смущенно улыбнулась и выпрямила спину, не очень понимая, что ей следует делать.
– Давайте со второго действия? Подсократим?
– Ну, хорошо. Начинайте, Барбара.
– А что мне делать?
– Мы в саду. Создайте сад. И я, то есть Сесили, поливает цветы, – отозвался Линли.
Барбара огляделась.
Вокруг не было ничего подходящего для изображения сада, ни домашних цветов, ни картин с пейзажами. Ровным счетом ничего. Кроме бумажных салфеток, чашек с кофе и печений.
Барбара свернула несколько салфеток в фунтик и ободрала края.
– Это цветы, – она всучила растрепанные бумажки инспектору в руку, – А это, – она взяла пустую чашку и перелила туда свой чай, – звуковой эффект полива, – она перелила чай обратно.
– Ладно, я все понял.
Линли повертел в пальцах «цветы» и прочел, приподняв брови и напустив на себя беспечный вид:
– …тут какая-то ошибка. Я совсем не маленькая. Напротив, для своих лет я даже слишком высока. Но я действительно ваша кузина Сесили. А вы, судя по визитной карточке, брат дяди Джека, кузен Эрнест, мой беспутный кузен Эрнест.
– Не ржи! – громко зашипел Артур, пиная Мерлина.
– Твоя очередь!
– А? Да? Так…
Артур встал и выпятил живот:
– Но я вовсе не беспутный, кузина. Пожалуйста, не думайте, что я беспутный.
Линли тоже поднялся и зашел за спину Артура. Наклонившись к нему, словно бы желая, чтобы слова дошли только до его ушей, он, тем не менее, громко прочитал:
– Если это не так, то вы самым непозволительным образом вводили нас в заблуждение. Надеюсь, вы не ведете двойной жизни, прикидываясь беспутным, когда на самом деле вы добродетельны. Это было бы лицемерием.
– Он притворялся! – засвидетельствовал Мерлин.
– Реплики с мест запрещены.
– Ничего подобного, это ремарка!
– Твой персонаж сейчас на прогулке с ним, – Барбара указала на Перси.
– Уточнение: «с ней».
– Простите, леди Брекнэлл.
– Конечно, я бывал весьма легкомысленным! – громко прочел Артур, привлекая внимание к тексту пьесы.
Линли удовлетворенно улыбнулся и заложил руки за спину.
– Очень рада, что вы это признаете, – произнес он и кивнул.
– Если вы уж заговорили об этом, должен признаться, что шалил я достаточно, – Артур театрально вздохнул и потупился.
– Артур, не сдавайся, – прошептал Мерлин. – А что? Пусть он не сдается.
– Мерлин, ты не понимаешь, Артур водит инспектора за нос, точнее, Алджернон водит за нос Сесили, – громко зашептал Гвейн.
Инспектор раздосадованно опустил руку с текстом и с мольбой взглянул на потолок.
– Там его нет, – веселился Мерлин.
Линли обернулся:
– Кого?
– Того, кто заткнет меня. Ну, в самом деле, почему у меня роль без слов?
– Ты гуляешь! – взмахнул руками Перси.
– Ах, так? Гуляю, значит? О`кей! – Мерлин встал и под всеобщее хихиканье начал ходить туда-сюда в глубине зала. – Леди Брекнэлл, идите, идите сюда, – он поманил Перси, – я же с вами гуляю.
Перси сидел как вкопанный. Смеющаяся Барбара подтолкнула его в плечо, и он поднялся, взял под руку Мерлина, и они с чинным видом сделали круг по комнате.
– А вы продолжайте, – Мерлин важно и медленно кивнул Артуру, который веселился вместе со всеми.
Барбара принялась свистеть.
– Это, ради всего святого, что?!
– Это птички, сэр. Продолжайте!
Линли старался сделать серьезное лицо, но поскольку роль Сесили требовала от него вида непринужденного и слегка романтичного, он склонил голову набок и немного привстал на носках.
– Не думаю, что вам следует этим хвастаться, хотя, вероятно, это вам доставляло удовольствие, – произнес он неестественно высоким голосом.
Гвейн громко заржал. Леди Ашертон прижала кулак ко рту, давясь смехом.
– Для меня гораздо большее удовольствие быть здесь, с вами! – Артур обошел стоящего на мысках Линли и погладил того по руке.
– Я вообще не понимаю, как вы здесь очутились. Дядя Джек вернется только в понедельник, – Линли кивнул на Ланселота, и тот ответно помахал рукой, давая понять, что он тут и бдит.
