Правдивая история о королях, рыцарях, дамах и одном патологоанатоме, и обо всем, что с ними было

– Это так глупо, сэр. – Почему? – Смешно и глупо. Но мне все равно тяжело перестать гладить вас. – Смешно и глупо, что ты называешь меня сэром и так официально. Это похоже на ролевые игры, только у тебя должен быть передничек и каблуки. И подвязки. – Сэр! У вас воображение, как у пятнадцатилетних мальчишек. – Нет, Барбара, я тебе сейчас докажу, что нет. – Сэр, нет, – стойкость сержанта Хейверс куда–то подевалась вместе с презрением к высокородным выскочкам, – сэр, Артур и Мерлин в любой момент могут зайти на кухню. – Вот они не боятся, что мы в любую минуту можем зайти к ним в спальню. – Так они там не занимаются ничем предосудительным, так, балуются травкой, смотрят садомазо… – Барбара! – Что? Вы сами это рассказывали про Артура и Мерлина, пока не убедились, что на диске у Мерлина шедевры Малика и Бертолуччи. – По сути, почти то же самое. Барбара, ну пожалуйста, пойдем… – Сэр, мне нужно сегодня быть дома. Я не хочу, так не хочу даже руки разжимать, но этот глупый визит не перенести, одна радость – тетя Ева не гостит у меня дольше часа. – А потом я приеду, да? Барбара не ответила. Зачем отвечать, когда можно уткнуться в шею и целовать, целовать, целовать… – Сэр! Вы! О… – Ланселот? Здравствуйте. – Ланс, что случилось? – Зачем?! Зачем вы ходили к нему? Вы понимаете, что вы наделали? Вы, вы понимаете, какое я дерьмо в глазах всех?! – Нет. Я не понимаю. Ваш начальник – преступник. – Я ничего не говорил про то, кто он! Это вы решили! – Мы полиция. Мы должны защитить жертву насилия, даже если она не считает себя жертвой насилия. – Меня никто не насиловал! Я не жертва, прекратите! У вас нет никаких прав вмешиваться в мою жизнь! У вас нет никаких прав что–то в ней менять!. Барбара внезапно решилась. – У инспектора Линли есть все права на вас, молодой человек. Извините, я спешу. Она улыбнулась обескураженному Томасу и ушла. Ланс даже не заметил, что ему что–то сказали. Он пытался успокоиться и сказать что–то важное, но не мог. – Дядя, что случилось? Ланселот, что с тобой? – на крики прибежал Артур. – Погоди, Артур. – Я хочу знать, что происходит. Дядя? – Я поговорил с шефом Ланселота и заявил, что если он не прекратит своих домогательств, я его посажу. – Это справедливо. Ланс? – Но… как можно делать что–то без моего ведома? Как можно лезть в чужую жизнь, даже не зная всех обстоятельств? – Ты не чужой нам, Ланс. И уже не будешь чужим. Ты не прав. – Я? Да вы… – Ланселот опустил руки. Посмотрел на Артура и Томаса. И понял, что ему нужно хотя бы какое–то время никого не видеть. Тогда он, может быть, успокоится. Может быть. – Не нужно мне звонить! Инспектор Линли задумчиво посмотрел в спину Лансу, потом приобнял Артура. – Не будем звонить. Если что – приедем и поговорим лично. – Я тоже так думаю. * Тетя Ева считала своим святым долгом раз в год навещать единственную, хоть и нелюбимую племянницу, пить с ней чай и рассказывать об успехах на личном фронте кузины Барбары Маргарет. Сказать по правде, Барбара первый раз ждала визита тети с нетерпением, чтобы показать ей бритву и лишнюю зубную щетку в ванной комнате и тапочки. Тапочки не оставляли никаких сомнений в том, что теперь Барбара не одинока. Более того, ее мужчина высок ростом, красивее, чем Траволта и Джуд Лоу вместе взятые, и вообще. Барбара открыла дверь, вихрем пронеслась по комнатам с тряпкой, поставила на стол печенье и чай, подумав, надела прелестное, ну, во всяком случае, они с Лаферти считали его прелестным, платье. В нем Барбара напоминала патологоанатому потенциальную жертву маньяка–педофила, а ей самой казалось, что в легкомысленном горошке она выглядит на двадцать… ну, на пять лет моложе. Наконец в дверь позвонили и, открыв гостям, Барбара едва не присвистнула от удивления. На пороге стояла не только тетя Ева, но также кузина Маргарет и невзрачное нечто со следами бессонницы, пьянства и пресыщенности на лице. Впрочем, по кузине было видно, что она добычей гордится, и приведен незнакомый Барбаре тип с целью повергнуть ее, Барбару, в пучину зависти и злобствования. – Тетя Ева, Маргарет, какой милый сюрприз! Проходите. – Знакомься, Барбара, это мой жених, он владелец аптеки! – Маргарет уселась на любимое место хозяйки. За прошедшие тридцать лет ничего не изменилось. – У него есть имя? – Барбара разлила чай. – Джордж Борн, – владелец аптеки подал ей палец. – Могу проверить его налоговую декларацию и есть ли он в нашей базе, – приветливо кивнула Барбара, – хотя не думаю, что он имеет проблемы с законом – кроме травки, пьяных приводов и, может быть, избиения проституток. – Как ты можешь! – вспыхнула Маргарет, – я привела Джорджа, чтобы познакомить вас, и хотя ты не будешь приглашена на свадьбу, ведь у тебя нет пары, – в голосе кузины звенело несдерживаемое торжество, – ты же должна познакомиться с будущим родственником и вероятным, наравне со мной, наследником. Полицейская служба очень опасна, дорогой, в Барбару стреляли! – Не попали, видимо, – ухмыльнулся Джордж. – Отчего же попали, – Барбара откусила печенье, – кстати, по поводу наследства, боюсь, я вас расстрою. Отписала все полицейской школе, сделавшей из меня сначала детектива–сержанта, потом детектива–инспектора. – Да, отсутствие семьи крайне отрицательно влияет на разум женщины, – важно кивнула тетя Ева, – кстати, обратила внимание, ты хранишь тапки моего покойного брата? Как трогательно. И дальновидно – посторонние могут подумать, что у тебя есть мужчина. Барбара рассмеялась. – Ну, посторонние–то да, но вы ведь меня хорошо знаете, верно? Еще чаю? – Нет, спасибо, мы пойдем, перед свадьбой столько хлопот! Кстати, я пришлю тебе подарочный лист, можешь прислать подарок на адрес тети. – А смысл? Вы же меня все равно не зовете. Не хочу лишних трат. Но я отправлю вам с Джорджем красивую открытку. Тетя и кузина встали и переглянулись. Что–то в этой Барбаре было не так. Что–то изменилось, и они не могли оценить, что. В этот момент дверь кухни раскрылась и Томас Линли с букетом в одной руке, пакетом еды в другой и счастливой улыбкой на лице ввалился в кухню. – Дорогая, купил вина и стейки… Добрый вечер. – Это моя тетя Ева, кузина Маргарет и ее жених Джордж. А это мой… – Тоже жених, Томас Линли. Очень рад встрече с семьей Барбары. – Жаль, что они уже уходят. До свиданья, дорогие мои! Потрясенные родственники не нашлись что сказать, молча кивнули и удалились. – Сэр, вы пришли как никогда вовремя! – А другие разы не вовремя? – Томас обнял свою женщину крепко–крепко и закрыл глаза, – в выходные поедем в Корнуолл. Я по телефону кратко рассказал маме о нас, и она очень хочет обнять тебя. – Я постараюсь называть вас Томми.