Цвета Бароло

      Кровать в гостевом доме около виноградников оказалась слишком жёсткой и скрипучей. Тонкие оконные стекла совсем не защищали от вечерней прохлады и начинали дрожать даже от малейшего порыва ветра. А в голове было уж слишком много мыслей, которые не позволяли почувствовать даже лёгкую сонливость в эту апрельскую ночь. Когда песни в плеере, заслушанные до дыр, наскучили, Аббаккио стянул с себя наушники, отбросил их куда-то на кровать к стене, а сам встал и подошёл к окну. Глаза, которые уже успели привыкнуть к темноте этой холодной комнаты, тут же ослепил яркий свет луны. Зелень виноградников, которая в ночи скорее напоминала какой-то чёрный океан, простиралась на несколько километров, и лишь где-то вдали в различных местах виднелись маленькие огоньки фонарей около чьих-то владений. Не считая храпа Мисты за стеной в соседней комнате, тишину нарушали лишь сверчки, которые так любили запевать по ночам.        Не очень уж удобно устроившись на узком подоконнике, Леоне несколько минут вглядывался в бескрайние плантации. Не сразу он заметил среди ровных рядов с пушистыми кустами фигуру человека, белый костюм которого был уж слишком хорошо ему знаком. Бруно бесцельно прогуливался между виноградными кустами, лишь изредка останавливаясь, чтобы рукой коснуться остроконечных листьев. Невольно в памяти всплыл тот самый вечер, после которого осталось слишком много недомолвок. Вечер, который оставил после себя чувство волшебной сладости и убивающей горечи. И никогда никому Леоне не признается в том, что использовал Moody Blues, воспроизводя на своём балконе образ такого усталого, но счастливого Бруно, и переживал этот вечер заново, снова и снова.       Прошло всего около месяца, но поменялось многое. Взять хотя бы этого новичка в их команде, Джорно Джованну, из-за которого Аббаккио не мог расслабиться ни на секунду и все время ожидал атаку в спину. С его появлением появилось куча проблем, много работы. Не то, чтобы он был не рад тому, что Буччеллати вот-вот повысят до должности капореджиме, и, выполнив поручение босса, они заслужат его доверие и поддержку, возможно, еще получат кучу денег в придачу. Все-таки благодаря вступлению в банду он обрёл новый смысл жизни. Какой-то огонёк зажегся тогда в беспросветной тьме, которая заполнила всю его душу. Однако в последнее время он все чаще начал задумываться, действительно ли вся эта криминальная деятельность приносит ему счастье, или же дело в конкретном человеке? И будет ли он так же хорошо себя чувствовать, если этого человека в определённый момент не станет? Как-никак, а жизнью они рискуют каждый день.       Бесшумно открыв дверь, Аббаккио остановился в проходе, внимательно прислушиваясь к сопению из соседних комнат, чтобы убедиться, что все остальные члены команды спят. Тихой поступью он прошёл к лестнице, а затем на первый этаж к выходу, держась ближе к стенам, чтобы ветхие половицы старого здания не заскрипели. Так же бесшумно он приблизился к Буччеллати, но все-таки задел локтем один из виноградных кустов, из-за чего листья, тут же подхваченные ветром, зашелестели, а Бруно слегка вздрогнул, обернувшись.       - Что ты тут делаешь посреди ночи? – спросил Леоне, наблюдая, как Бруно рассматривает в своих руках виноградный лист, случайно сорвавшийся с лозы.       - А почему ты следишь за мной посреди ночи? Это странным не находишь? – слова были произнесены сквозь улыбку, без капли раздражения в голосе. Чёрные волосы, которые обычно из-за идеальной укладки могли казаться пластмассовыми, сейчас колыхались на усилившемся ветру.       - Не мог уснуть.       - Аналогично.       Бруно поднёс виноградный лист к лицу и вдохнул его запах, прикрыв глаза, затем так же медленно выдохнул и слегка улыбнулся. Он разжал пальцы и лист, описывая узоры в воздухе, унесся куда-то на потоке ветра.       - У хороших сортов винограда даже запах самих листьев потрясающий. Даже не помню, когда в последний раз был на виноградниках. Жаль, что сейчас не сезон урожая.       - Я бы не отказался сейчас от бутылки вина… с тобой.       Аббаккио аккуратно обхватил запястье, окутанное белой манжетой, и почувствовал, как чужая рука дрогнула. Но Буччеллати не отстранился.       - Леоне… - полушепотом произнес Бруно. Какая-то неимоверная грусть звучала в его голосе. Было ощущение, что он сейчас его оттолкнет, но тот лишь оставался стоять на месте. – Ты же знаешь, это ничем хорошим не обернется.       - Плевать.       Бруно освободил свою руку из его хватки, развернулся и расположил ладони на его щеках, поглаживая их большими пальцами. Голубые глаза, цвет которых было непросто разглядеть в темноте, слегка прищурились в улыбке.       - Ты так похож на это место. Твои волосы, - одна из его рук переместилась на шею, прижав под собой густые пепельные волосы, выделяющиеся на фоне черного одеяния парня, и пропустив сквозь них пальцы, - напоминают луну. А губы, которые обычно покрыты темной помадой, сейчас нагие, - пальцы другой руки теперь касались его губ, - будто бы несозревший виноград на этой плантации. Звучало глупо, да?       Аббаккио в ответ слегка мотнул головой и почувствовал, как сердце застучало где-то в висках, а в голове крутился лишь один вопрос: «Какого же черта ты делаешь со мной?». В обычно таком собранном разуме сейчас будто бы бушевал ураган из чувств и тысячи различных эмоций. В другой момент все это сменилось единственным белым шумом, а земля ушла из-под ног, когда Бруно потянул его за шею на себя и накрыл его губы своими. Слишком естественным казалось ощущение собственных рук на чужой изящной талии. Обхватить мягкую нижнюю губу, слегка прикусить ее из-за переполняющих чувств, углубить поцелуй и скользнуть в приоткрытый рот языком – все это ощущалось единственным правильным действием. И с каким же упоением он ощутил, как чужие пальцы на его шее сжались сильнее. Ночную тишину нарушали лишь звуки участившегося дыхания.       Леоне много думал о том, в чем же заключается смысл его жизни. После ухода из полиции он считал, что больше не сможет испытывать какие-либо эмоции. На злость и ярость духовные ресурсы закончились еще в первые недели того самого инцидента, а о счастье не могло идти и речи. Как он может испытывать хоть какие-то положительные эмоции, когда по его вине погиб человек, одного из немногих которого он считал другом? Именно тогда началась нескончаемая череда панических атак и повторяющихся каждую ночь кошмаров. Иногда даже было страшно закрывать глаза, чтобы не видеть сценарий того самого дня, который твой разум показывает тебе, будто бы зажав кнопку повтора. Единственным решением оставалось напиться до беспамятства и не видеть перед собой ничего кроме поглощающей пустоты.       Аббаккио даже мечтать не смел о том, что найдется человек, который подаст ему руку и вытащит его из той бездны, в которую он сам себя загнал. А человеком этим оказался такой же молодой парень, как и он, с судьбой очень даже похожей. Именно благодаря Бруно Буччеллати он узнал о том, что еще не все люди прогнили душой насквозь. О том, что, когда старые воспоминания возвращаются и овладевают разумом, из легких вышибает весь воздух, а ноги не выдерживают вес собственного тела, найдется человек, который не посмотрит косо, не покрутит пальцем у виска, а крепко обнимет и просто будет рядом. Не знал он также и о том, что простое прикосновение руки особенного человека может заставить все тело гореть огнем, а ту же минуту сотрястись в мелкой дрожи. И о том, что можно не только напиваться вусмерть дешевым вином, а в хорошей компании наслаждаться утонченным вкусом самых изысканных напитков.       Именно сейчас, держа в своих руках своего особенного человека и ощущая вкус его губ, Леоне почувствовал, будто бы вернулся домой. Место рядом с Бруно – его место.       Разорвав поцелуй, Аббаккио заключил лицо Буччеллати в свои ладони, а легкая улыбка не покидала его лица. Он сам не понимал, как один человек может заставить чувствовать себя… так.       - Ты ведь понимаешь, что мы – часть мафии? – тихо произнёс Бруно, коснувшись рук Леоне на своём лице и опустив их вниз. – Мы рискуем своими жизнями каждый день. Если кто-то узнает о нас, то это может обернуться чем-то плохим. Тебе не нужно это.       - Мне нужен ты.       Лицо Буччеллати выглядело очень взволнованным, он то и дело кусал губы.       - А ты мне, - прошептал он слегка дрогнувшим голосом, с трудом сдерживая улыбку. Бруно почувствовал, как на душе стало немного легче, когда он все же решился вслух сказать о том, что на самом деле чувствует.       - Я понимаю, сейчас не подходящее время для того, чтобы выстраивать отношения. Но после того как мы выполним поручение босса, у нас же будет куча времени, так? – Леоне сильнее стиснул его ладони в своих. – Когда это все закончится, ты не хотел бы попробовать начать все сначала? Мне кажется, мы упустили некоторые моменты.       Едва он закончил фразу, как Бруно резко подался вперёд, буквально упав в его объятия. Он не ответил на вопрос, но, судя по прижавшейся щеке к его груди, Аббаккио расценил это как согласие.       - Вернёмся домой в Неаполь, - продолжил он, расположив подбородок на макушке Буччеллати, - сходим на свидание. Хочу гулять с тобой под руку всю ночь. И ужинать вместе в дорогих ресторанах. И целоваться под дождем. …Что там еще парочки делают?       - Хочешь жить вместе? - внезапно выпалил Бруно, подняв взгляд, из-за чего Леоне чуть не подавился воздухом в легких. – Я довольно давно понял, что без тебя все какое-то пустое. Хочу, чтобы ты был рядом.       - Буду.       Разговор завершился еще одним поцелуем. Не таким спонтанным и нетерпеливым как предыдущий, а более нежным и не совсем удобным из-за улыбок, не покидающих лица обоих.       - Будет сильно странно, если утром все увидят, что мы спали в одной комнате? – спросил Аббаккио, который удобно прилег на коленях Бруно, сидевшего на его кровати.       - Я не буду проводить здесь с тобой ночь. Просто подожду, пока ты заснешь.       - Хорошо. Спасибо тебе.       Легкие поглаживания по волосам вынуждали весь стресс, скопившийся за последнюю пару дней, покинуть тело, а разум – провалиться в сон. И ни один кошмар даже близко сегодня не подступит к его сознанию – в этом Леоне был уверен.