Гарри Поттер и Сумасшедший Жнец

Как-то так повелось, что среди хороших провидцев не было сильных магов, а среди сильных магов не было провидцев вообще. Кентавры, чей народ обладал огромными познаниями в области прозревания будущего, вообще не могли похвастаться ни одним волшебником, пусть и являлись разумными магическими существами. Правда, у могущественных волшебников развивается невероятная чуйка на неприятности, настолько сильная, что вполне способна заменить им ясновидение. Стоит лишь прислушиваться к ней, не смахивая предчувствия на излишнюю мнительность. Наверное, именно поэтому Альбус будто врос в золотой трон, несмотря на то, что на часах недавно отбило четыре часа ночи. Врос в обычной одежде, но навел порядок на столе, будто встречал очень важного гостя. Последние сорок лет именно Дамблдор был самым важным, поэтому резкий порыв привести в порядок кабинет на ночь сильно насторожил старика. Не став спорить с будущим, он убрал кабинет и сел ровно на троне, вперив взгляд в дверь. На спинку не опирался — это позволено только немощным старикам и женщинам, но не Великому Светлому. — Коллеги, есть ли предположения? — Да что там, Альбус… Честность — вот лучшая подруга дипломата. — медленно произнес портрет Диппета, только недавно начавшего говорить. Нынешний директор молча кивнул, невидящими глазами смотря на копию карты Мародеров перед собой. Имена учеников, спящих в положенных местах, подтверждали, что в эту ночь гулять по коридорам никто не будет. Филиус, Минни и Северус, втроем дежурящие сегодня в Хогвартсе, не оставляли ни единого шанса прогуляться какой-то паре по ночному замку. Просьба была объяснена кратко: «Предчувствие». Ещё в спальне Гриффиндора до сих пор прятался призрак Питера, который три года не показывается на глаза живым. Альбус несколько раз пытался с ним встретиться, но своего учителя тот избегал с наибольшими усилиями. — Здравствуйте, директор. — вежливо произнес Сергей, появившись прямо перед ним. Отреагировали чувствительные приборы, застучав и запшикав, но быстро успокоились, чувствуя спокойствие хозяина. Гость тем временем смущённо продолжил. — Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте… Неловко улыбнувшись, маг почесал в затылке. — Извините, я думал, вы спите… Скользнул и подумал, что фигню какую-то сделал. Четвертый час, как-никак, а я тут с какими-то мелочами. — Для умного человека нет мелочей… Лорд Перевелл. — понимающе улыбнулся Дамблдор, показывая свою осведомленность. — Не топчись, садись, пожалуйста. Знаменитый в узких кругах (в прессу информация пока не просочилась) некромант быстро занял низкий стул, усевшись на самый краешек, будто готовясь тут же вскочить. — О, вы уже знаете, да? Хотел вам это сообщить, ну, так… — он потряс рукой, воздетой вверх. — Ну, величественно! Пафосно! Чтобы зрители прямо удивились! Не вышло, да?.. — с какой-то непонятной надеждой взглянул на директора и опустил руку. — Я знаю вашу любовь к ярким жестам, могли бы не стараться. Появиться ярче, чем сейчас, у вас бы не вышло. — У нас? — «удивился» собеседник и взглянул назад. Естественно, что там никого не было, поэтому Перевелл с полным правом повернулся к Дамблдору и вскинул бровь. Иногда нелогичен, нелинеен и рассеян. Скачет с темы на тему, меняя их абсолютно произвольно, так как цепляется к отдельным словам, используя их, чтобы выразить свою мысль. Конечно, такие черты были у Сергея и раньше, но тогда они преподносились как шутка, экстравагантный способ сбить с мысли, скрывались под ширмой лёгкого характера и улыбчивого лица. Сейчас же… Безумец. — Решил, что надо познакомиться заново. Кстати… Лимонную дольку? — И везде-то меня угощают. — довольно улыбнулся Смерть, и отлевитировал предложенное угощение к себе, развивая мысль. — То Люциус хлебом и солью, то вы лимоном и сахаром. Хм… У него солено, у вас кисло и сладко. Интересно, а кто предложит мне алкоголь? — Это мне неведомо. — Альбус поднялся из-за стола, выпрямившись во весь свой, в общем-то, немаленький рост. — Позвольте представиться — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор Школы Магии и Волшебства Хогвартс, кавалер ордена Мерлина первой степени, Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов. Несколько секунд маг смотрел на Великого, после чего тоже поднялся, оставив дольку висеть в воздухе. — Сергей-Адриан Сахаренко-Кривин-Перевелл, Лорд Смерть, Лорд Перевелл, Предвечный, Вечный жених, Хозяин Дома-на-Холме, некромант, сильнейший темный маг в мире. — Смерть замолчал, возведя глаза к потолку, и недовольно цыкнул. — Ц, я-то надеялся переговорить тебя количеством своих альтернативных имён, но кроме этих ничего не вспомнил. Надеюсь, с официозом покончено? Я планирую приступить к насыщению. И, пренебрегая этикетом, некромант с удовольствием вгрызся в дольку. — Да, это хорошо. — покивал он и снова обратил внимание на Дамблдора, терпеливо выжидающего этого знаменательного момента. — А всё-таки, что же хотел Люциус? — Да так… Провести, наконец, реформу образования, но увы! Как выразился сам реформатор, ему мешают. Некий директор единственного на страну образовательного учреждения. — Я знаю, что идея идёт от тебя, Сергей, и с готовностью поддержал бы её, но разве не будет неправильно с точки зрения этики начинать реформы сейчас? Детям придется покупать новые, а значит, точно дорогие учебники посреди учебного года, учителям менять весь образовательный процесс, я не говорю уже о необходимости набора новых специалистов. Некромант заинтересованно наклонил голову, тряхнув волосами. — То есть, ты не препятствуешь, но отдаляешь до лета? — Да, я пытался объяснить это Лорду Малфою, но он так напирал, так торопился… — Альбус не удержался от лёгкой улыбки в бороду, смотря на смущенного мага. — Кхм, наверное, Люциус очень переживает за образование своего сына. — По всей видимости, так и есть. Ещё дольку? — С удовольствием! Кстати, а что бы ты сделал, окажись я более… — Сергей нахмурился, подбирая слова: — Злонамеренным? — Во-первых, удивился. Во-вторых, испугался. В-третьих, что-нибудь начал делать… Даже представить себе этого не могу. — Альбус вздрогнул. Буйство Смерти он может даже не представлять, но видел все её проявления, от самых милосердных, до самых гуманных. И знание, что существо перед ним с якобы невинным интересом в хищных глазах — и есть воплощение неминуемого конца, ужасало Дамблдора. — Например, что? — улыбка на миг превратилась в предвкушающий оскал, маг на миг подался вперёд, но тут же опомнился и постарался сделать вид, будто ничего не произошло. Ещё и жажда боя… Не зная, что Сергей — Перевелл, его можно было бы принять за Блэка с их фирменным безумием. Кстати, а не из-за крови некромантов у Древнейшего и Благороднейшего наблюдается это явление? Но нездоровое предвкушение Сергея надо погасить. — Напирал бы на то, что в случае прямого столкновения… — некромант блеснул очками, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, но ядовитая ухмылка все равно вылезла. — У книги бы не осталось адекватных и умных читателей. — Ц… Локхарт разбазарил? — сдулся маг, снова расслабленно откинувшись на спинку. — Даже получил от Флитвика обещание, что если он ещё раз заговорит о будущей книге, то первый вызовет его на дуэль перед всей школой. — Вот трепло… Кстати, не беспокойся: решать вопросы силой совершенно не мой метод. — будто что-то вспомнил некромант, даже подняв палец для выражения важности своих слов. — Я спокоен. — кивнул Дамблдор. На этом разговор закончился. То ли не осталось тем для обсуждения, то ли Сергей наконец рассмотрел тень бесконечной усталости на лице уже не молодого мага, но Перевелл свернул общение и удалился из Хогвартса. Именно из замка, а не из кабинета — исчез, как и появился, совершенно непонятным образом. *** «Загадки Фанона: Сходить в Сибирь, поискать Кощея Устроить посиделки Снейпа и Люциуса, в какой-то момент слинять. Посмотреть на последствия. Америка: шаманы-оборотни (заглянуть в Форкс — ну а вдруг? Нью-Йорк — Тони Старк) Хорек и Ласка. Жестоко? Когда-нибудь сделать: Притвориться вампиром, влиться в их общество, разузнать о физиологии (в конце концов, как они размножаются? Выяснить механизм, по возможности прервать. Удар по бубенцам?) Вскрыть кентавра Под видом Северуса провести урок, постоянно улыбаясь (заигрывая с рыжими? (Уизли?!)) Содрать шкуру с вожака при всей стае (Фернир?)…» Сергей закусил кончик сахарного пера и задумался, чем бы ещё шокировать того, кто прочитает этот список. Впрочем, в доме был всего лишь один разумный, которого можно было бы развести на вопросы и бессмысленные ответы. Любая сцена с демонстрацией своих откормленных тараканов с некоторых пор тщательно планировалась, чтобы не произвести негативное впечатление. К тому же, когда Владимир дочитает список, он наверняка поймет, что пергамент специально для него и оставлен. Таким образом, будет создана дополнительная деталька в образ Сергея — эксперименты над рабами. Ну, в смысле, над учениками… — О! Сириус! — Учитель, вы говорили сказать вам, когда будет без пяти десять. — донёсся с кухни голос ученика, которого Сергей, подумав, припахал к выпечке. Всё-таки, гордая злодейская булочка, не умеющий делать эти самые вкусные булочки — это неправильно. Том, правда, тщательно сопротивлялся своей судьбе, даже с использованием бытовых заклинаний превращая аппетитную массу в подгорелые черные камни. С тех пор делал все руками, в наказание, хотя даже так он ухитрялся испепелять любое органическое вещество, попавшее к нему на кухню. Было весело наблюдать, как злая булка злилась, как только что-то шло не так, а это происходило практически постоянно. Например, когда он делал тесто, обязательно должно было что-либо вылиться на него, либо рассыпаться. Вот тогда Сергей любил шутить (добивать своего ученика морально). Конечно, ожидать можно было всего, но чтобы достаточно опытный маг ухитрялся рассыпать муку себе на голову? Ладно это, но когда оставались последние этапы готовки, Том всегда делал что-то не то! Верх совершенства, которого он достиг — опрокинуть противень, доставая его из духовки. А так как приходилось все это переделывать, то хороших эмоций у ученика не осталось к третьему занятию. Сахаренко в какой-то момент даже стал думать, что ученик не слишком напоминает гордую булочку, но злобный взгляд, который Том не успел скрыть, решил дальнейшую судьбу магического пекаря. — Как я мог забыть?! Да чтоб его! — специально для ученика воскликнул Сергей, якобы в спешке бросая все дела, в том числе ничуть не примечательный пергамент, немного состаренный на всякий случай. — Буду утром! Вспышкой в голове возникнает комната Малфой-менора, и Сергей исчезает из дома, шагая на большой ковер из какого-то пушистого и большого зверя. Может, нунду? *** — Здравствуй, Люциус, приветствую вас, Леди Малфой. — как ни в чем не бывало кивнул Перевелл, входя в большой ритуальный зал. Нарцисса едва слышно фыркнула практически полностью отсутствующим манерам, но благоразумно не стала возмущаться, следуя указаниям мужа. — Здравствуйте, Лорд Перевелл. Прошу подождать, осталось всего лишь три минуты. — Как будто я куда-то тороплюсь. — отмахнулся некромант и с любопытством начал осматривать котел, стоящий перед Главой Рода. Посмотрел на булькающее малоразличимое варево, принюхался, взглянул на горящий под сосудом огонь, пощупал дым, неопределенно хмыкнул… Люциус замер в каком-то напряженном ожидании, будто Сергей сейчас с типичной Снейповской усмешкой ядовито процедит что-нибудь об ужасном приготовлении зелья, но некромант удовлетворил свое любопытство и отошёл к разложенным ингредиентам, которые, кстати, были заготовлены как раз молодым Мастером. — Допустим, бессмертник нужен для длительного эффекта, краснуха — для уничтожения проблемного места, остальное понятно… Но зачем здесь гиеновое дерево? Оно же используется только в всяких шуточных зельях, разве нет? — спросил маг, проводя рукой над листьями горячительного дерева. — Они — просто твердая структура для жидкого яда рыпалицы. — пояснил Люциус, отмечая старое название растения, и тут же добавил: — Не было времени кристаллизовать яд, так как ближайшее время, подходящее для ритуала, будет через семь лет. — Два года за хранение. — вспомнил Сергей. — Ваши данные устарели на сорок лет. Теперь шесть. Теперь некромант выглядел недовольным. Как же, два раза промахнулся перед хозяином дома! Во взгляде Перевелла мелькнула досада, вызвав ребяческое удовольствие у Малфоя. — Старые учебники. — Да. Устаревшие сведения так ненадежны… — «поддержал» Люциус таким довольным тоном, будто болтал где-то на светском мероприятии, а не в темной комнате с высоким потолком, на котором отражалась светящееся чем-то жёлтым содержимое котла. Все ритуальные места были центрами поместий и меноров, поэтому об окнах не могло быть и речи, какие-то излучающие свет вещи могли бы нарушить хрупкий баланс энергий, поэтому не использовались. — Начинаем! — хлопнул в ладоши Люциус, и завертелось. Бесконечной чередой возникающие домовики брали разные предметы со стола и кидали их кто куда: кто в дым, кто в огонь, кто в зелье. Ряд вспышек, голосов, таинственных звуков и эффектов ознаменовал тот факт, что ритуал идёт по плану. Когда все ингредиенты исчезли, воцарилась полная тишина, но Люциус, вошедший в какой-то странный транс, продолжал двигаться по комнате, даже не обращая внимания на свои действия. В какой-то момент Сергей вообще исчез из комнаты, как и супруга, остался только Люциус с котлом наедине, содержимое которого превратилось в обычную на вид воду, почему-то чистую-чистую, такую, что сквозь нее в полной темноте было видно дно совсем не мелкого котла. Время пришло — понимание этого настигло мага так резко, что он остановился как вкопанный. Ухватившись за обжигающе-ледяные ручки котла, маг одним рывком уронил его на пол, ожидая жуткого грохота. Вместо этого котел, соприкоснувшись с полом, расплескался все той же люминесцентной водой. Или чистой энергией, чистой магией? Зал наполнился невесомым дымом, в котором утонул Люциус… Сергей, раскрывший ауру на полную, тем самым спрятавшись от чужих глаз, прищурился. Похоже, назначение ингредиентов было другим — дары от Рода. Именно для этого каждый живущий в доме поучаствовал в ритуале. Дым, который сотворил Малфой, превращался в фигуру утонченной леди. И Смерть точно знал, кто это — почитал некоторые легенды. Правда, кто знал, что Магия действительно существует? — И кто бы мог подумать, что Смерть наладит единую систему, а затем свалит в другие мира, наплевав на то, что бессмертные маги нарушают баланс? — абсолютно пустые глаза уставились прямо на Сергея, но в отличие от глаз настоящей Смерти, не вызывали никакой неприязни. К тому же, ироничная улыбка подсказывала, что это существо испытывает эмоции. — Ого! Так вот почему ко мне ещё не явилась коллега с претензией, мол «мир слишком мал для нас двоих»! — Коллеги больше нет. А ты — есть. Смекаешь? — Мои же трюки против меня? Следишь, вуайеристка? Несмотря на расслабленное поведение, Сергей был совсем не так небрежен, как старался показать. По крайней мере, могучие сталкеры, которые знают все о нем, как-то не входили в список его любимых существ. Одних Смерти и Кайна в том мире хватило. — Изредка. — пожала она плечами. — Как же ещё развлекаться одинокой девушке? — Я не буду отвечать на эту провокацию. Но могла бы там… Заняться чем-то интересным, например, убрать всякую дрянь с поверхности планеты. — Откуда такая ненависть к маглам? — Не к маглам. К мусору, к пластику и тому подобному. Укажи этим неразумным путь, как не угробить планету. — А что взамен? — Назови свою цену. — пожал плечами Сахаренко, прекрасно зная, что с фантазией у него туговато. Особенно на тему подарков всемогущим существам. Если магам ещё можно было подарить что-то очень редкое, то самой Магии?.. — Возроди темные искусства. — А самой что? Слабо? Неужели ты не можешь, там, м-м-м… — Сергей несколько раз махнул рукой, жалея об отсутствии пристрастия к курению, чтобы пафосно затянуться в такие моменты. Приходилось многозначительно мычать. — Наслать видения на ключевые фигуры, устраивать им магический запор при упоминании темной магии в негативном ключе? Не подумай, я не торгуюсь, мне просто любопытно. — То есть ты согласен? — подняла бровь туманная гостья. — Ага. — Без просьб и выгод? Неужели ты совсем ничего не хочешь? — У меня такая куча денег и магических сил, что мне просто нечего желать. Я бы мог заняться чем-то, достичь высокого искусства в любом направлении магии, все же я бессмертный, но… Я слишком инфантилен, поэтому четкая задача — уже верх блаженства для меня. — Я не могу сейчас влиять на магов. Кое-что мне доступно, но эти крохи не смогут изменить столетний строй общества, ненавидящий тьму. Это является следствием одного происшествия… — вдохновенно начала Магия, но Сергей перебил её, беспокойно поглядывая на Малфоя и его жену, у которых с глаз уже почти пропала синеватая дымка. — Дорогая, я рад бы услышать эту, несомненно, увлекательную историю, но Малфои, похоже, отходят, поэтому… Туман беззвучно рассеялся, оставляя Сергей одного. Лишь на грани слышимости раздался звонкий треск, неуловимо напомнивший магу что-то наподобие «договор заключён». — Ну что, ребята, очнулись? — совершенно неэтично (а этикет он всё-таки пролистал) хлопнул их по плечам (вбивая обратно в тело подозрительно засобиравшиеся куда-то души) Сахаренко и улыбнулся. — Проклятий на вас больше нет, хоть сейчас в спальню, вирши читать. Не желая разбираться, что там Магия наговорила супругам, Сергей очаровательно улыбнулся и исчез из зала, предварительно напомнив, что явится по первому зову… За соответствующую плату.