Гарри Поттер и Сумасшедший Жнец

Учитель был какой-то очень бодрый, и это определенно пугало То… Владимира. Не то, чтобы его привычное апатично-деспотично-читательское поведение было лучше, но когда он спокойно сидел в кресле, по дому не летали книги, подушки, не дрыгались скелеты в подвале и чайник не включался сам собой… — А ну выключи чайник, мелкий засранец! — заорал маг не своим голосом, тыкая палочкой в алый снитч, зависший посреди кухни. Шарик качнулся, будто бы в сомнении. — Чайник выключи, жертва экспериментов Темного Лорда. Куда! Снитч метнулся влево, вниз, и тут же облетел повара по дуге, направляясь в комнату Перевелла. Том, чертыхнулся и кинул вдогонку несколько заклинаний, бессильно соскользнувших с воздушной сферы, которую негодник явно подглядел у учителя. Последний раз издевательски мигнув нежно-розовым, Рамиэль скрылся с глаз крестража. — Надо бы разработать заклинание, наводящееся по взгляду. — злобно прошипел ученик Смерти, выключив чайник и взмахами палочки убрав созданный рикошетами от собственных заклинаний беспорядок. — Да? — невинно спросили за спиной, но Владимир (постоянно убеждающий себя в том, что он должен называть себя так даже во сне) почувствовал, что сердце сейчас выскочит из груди. Смерть тем временем продолжал, лучезарно улыбаясь: — Так вот, «разработать» — правильное слово, но не что, а кого. И знаешь, кто получит в разработке главную роль? — Кто? Как будто этот вопрос сможет спасти его от жуткой участи. — Прикинь, ты! Я говорю, мол: «Ну как так, он же самый нелепый из сотрудников нашего дома!» А совет тараканов такой: «У него есть нужные ресурсы!». Так вот, ученик, когда я должен был узнать, что у тебя есть ресурсы? Ученик молчал, прекрасно зная, что это все прелюдия. Какие могут быть ресурсы у него, который за душой-то имеет только старую книжку? — Метки ставил? На деток Хогвартса? Вместо страха Том почему-то ощутил просто лёгкую усталость и некоторую обречённость. От этой твари вообще возможно что-то скрыть? — Не-а, нельзя. Ну конечно, кто будет сильнее в искусстве разума: маг, потративший больше полувека на интуитивное развитие, или Смерть, позавчера взявший учебник по окклюменции в руки? — Это не легименция, а просто чтение эмоций с правильными выводами, а так же просмотр воспоминаний. Потому что ты не думаешь. Сказать, что Воландеморт офигел — ничего не сказать, но перечить не решился, ожидая апофеоза короткого монолога учителя. — Итак, ты ждёшь конца, и я его дам! — хихикнул Сергей, кружась, оттанцовывая куда-то в другую комнату. — С помощью твоих меток мы возродим темные искусства в Англии! Переместившись в гостиную комнату, они присели в кресла. — Спрашивай. Естественно, по теме. Это прозвучало как приказ, и крестраж не решился искушать судьбу. — Как помогут метки изменить отношение к темным искусствам? — Ответь мне на вот какой вопрос, Влад: может ли метка сделать больно? — Конечно. — А хорошо? Слегка повысить уровень дофамина в организме? Владимир задумался. Что такое нейромедиаторы он знал из магловской научно-популярной литературы, которую учитель притащил в дом, как только появились лишние деньги. «Что-то сложнее маг не поймет», — аргументировал свой выбор некромант, усаживая за книги ученика. Метка изначально была рабской, и в ней была только одна функция — причинять боль. Это уже Том в далёком сороковом придумал, как передавать по ней силы, как поддерживать союзников и как подчинять клеменного своей воле незаметно для него. Удовольствия предусмотрено не было, но в дневнике он пару месяцев думал над расширением функций заклинания… — Да, можно. — Прекрасно, прекрасно. А можно ли настроить её так, чтобы подобная реакция возникала на какое-то условие, например, на положительную реакцию мага на темные искусства? Или, к примеру, самочувствие цели ухудшалось при негативных мыслях о темной магии? Бывший дневник округлил глаза, от осознания всего размаха затеи сумасшедшего мага. — Но надо учесть огромное количество различных моментов, от возможности того, что человек поедет головой от удовольствия на почве занятий черной магией, до того, что учитывать надо даже мысли и намерения! Вы говорите о персональном варианте магической супружеской клятвы для любого носителя метки! Даже если каким-то чудом удастся создать псевдоразум для каждой метки, наложение такой махины чар займет несколько часов! — Да, сложность этой задачи мне нравится… — Сергей закинул ногу на ногу и откинулся на спинку, призывая себе в руки газету. Блаженная улыбка заиграла у него на губах. — Угадай, кто же ей займётся? — Я, учитель. — Именно. — промурлыкал некромант и опустил взгляд на газету. — Если ты справишься, то я исполню любую твою просьбу, показавшуюся мне приемлемой. Какое-то расплывчатое обещание. Так и в любом можно отказать, но если кое-кто сейчас возмутится, то будет пахать забесплатно. Понимая это, крестраж склонился в повторном поклоне: — Да, учитель. Некоторые эксперименты были направлены на фокусирование силы на живых и неживых организмах, Сергею хотелось поэкспериментировать с микроорганизмами (представлял он себе клетку-зомби или зомби-бактерию, правда, не знал, как их применять), но Том остановил, ведь все это нехило вредило самому дому. Было решено все сомнительные теории и гипотезы проверять только в подвале. Туда были помещены все более-менее живые объекты, опасные книги, артефакты странного назначения… После обретения денег Сергей как сорока тащил все прикольное в подвал, поэтому его пришлось расширять. А после расширения — защищать. Более того, на подвал был наложен Фиделиус, Хранителем которого стал Влад, поэтому более безопасного места, наверное, нельзя было найти во всей Британии. «Найти» — это очень верное слово, ведь скрытый подвал, не будь Сергей тем, кто это заклинание накладывал, было очень сложно отыскать. Конечно, под заклинанием Доверия нельзя было находиться постоянно, а Хранителям тем более, но второй Темный Лорд двадцатого века обещал периодически выходить, замотивированный в успехе по самые уши… Наверное. Сергей, убедившись, что ученик надёжно занят заданием от Магии, захватил снитчи, отправился в свою комнату, защищённую не хуже подвала, и на несколько дней отрешился от окружающей среды, занятый решением не самой простой задачи: какого фига летающие шарики стали вести себя как разумные? Задача решилась неожиданно. Известно, что снитчи — полуразумные артефакты, ведущие себя таким образом, чтобы выполнять поставленную задачу. А у них она одна — не попасться в руки ловцам. Чем дольше снитч летает на поле, чем дольше впитывает в себя толики магии, выделяемой целым стадионом магов, тем быстрее перемещается, меньше останавливается и ловчее уворачивается. С Рами, Мишей и графом произошло что-то подобное, но они больше пытались соответствовать представлениям Сергея, которые возникали, когда он называл их по имени. Более того, Рамиэль с Михаилом даже научились колдовать! Граф такого не вытворял, большую часть времени находясь рядом с Сергеем, вися в одной точке. В принципе, они копировали характеры тех, кто дал им имя. Рами постоянно хулиганил, мешая Владу работать, Миша пытался его угомонить, периодически присоединяясь к шалостям, а граф смотрел на это безумие слегка снисходительно. Вот как-то так, не взирая на то, что для такого эффекта обычному бы снитчу потребовалось несколько десятков лет провести на стадионах. *** «Министерство выносит на обсуждение закон о свободах оборотней…» — Фигня, нечего там обсуждать… Вообще, сколько они уже этих оборотней обсуждают? Я первый раз приходил, они уже обсуждали… «Мальчик-Который-Выжил — некромант?!» — Ну-ка, ну-ка… Рита плюшками балуется? — заголовок заинтересовал Сергея, и он тут же вчитался в статью. «Гарри Поттер — мальчик необычный, но обычно широкая публика смотрит только на личность, не воспринимая ничего из того, что же сложило эту личность. Я расскажу читателям о том, кто же такие Поттеры, почему у Гарри зелёные глаза и как всё это связано с отлетевшим от национального героя Третьим Непростительным.» Через несколько минут он отложил газету, качая головой. Все в стиле Риты — бочка грязи, разбавленная ложечкой правды. Тут и Лили Поттер, соблазнившая Джеймса и Северуса, самого молодого Мастера Зелий, но в итоге выбравшая Главу старинного Рода, и известный факт того, что в Родах признаки передаются по мужской линии, и клеймо Поттеры-некроманты. Заканчивалась статья чуть ли не объявлением Поттера новым Темным Лордом, и все бы хорошо, но Сергей не понимал подоплеки этой статьи. Вроде ничего такого не происходило, никто и никак ничего не делал, Гарри на публику никого не убивал… Что могло заставить Риту резко поднять шумиху вокруг национального героя? Причём в статье ни одного оскорбления в сторону именно Гарри, все больше поливаются его родители и Дамблдор, а также Орден Феникса, который оказывается чуть ли не оплотом Тьмы… Может, подготовка к возрождению Воландеморта? Тогда понятно, зачем действовать через имя МКВ — больше внимания привлечет. Но из всех известных Сергею Воландемортов никто сейчас не заинтересован в воскрешении или свержении Министерства. Поставив в уме галочку напротив пункта «разобраться», Сахаренко проскользнул остальные статьи и, не найдя ничего интересного кроме даты очередного собрания Палаты Лордов, откинул бумагу, сжигая её картинным щелчком пальцев. Палата Лордов… Наверняка в этот раз там будут пресса и авроры, дабы арестовать злостного некроманта, невзирая на то, что он Лорд, и судить его имеет право только другие Лорды. Ничего, некоторое время он просто не подпустит представителей Аврората к себе, а в разговоре отбрехается, это точно. Законы Магической Англии он знает, а белую некромантию от черной эти идиоты не отличают. — Меня зовут… — воодушевленно начал Сергей, но затем раздраженно прервал себя. — Меня не зовут, я сам прихожу. Хм… Меня называют Смертью… Нет, я и есть Смерть. Черт, это действительно сложно… Я — Лорд Перевелл, Смерть и кошмар вставшего на моем пути! Блин, слишком пафосно. Может, отыгрывать отрыжку аристократии? Меня зовут Сергей Перевелл, но для вас я — Лорд Перевелл… Неплохо. Тогда надо глянуть учебники по этикету и отточить презрительный взгляд. Что ж, подготовимся… Ради первого своего полноценного интервью (а в том, что оно, конечно же, будет, Сергей не сомневался) маг не поленился посмотреть каталог какого-то ателье. Ну, как «какого-то»? Того самого, в котором шились все его мантии. Что там сочетается с длинными светлыми волосами? Черный? И всё? Ну и нафига нужен этот каталог? В качестве запоминающегося образа Сергей облачился в свой гробовщицкий костюм, увы, трансфигурированный, так как трансфигурацию любой более-менее хороший маг распознаёт. Подогнав его таким образом под себя, он отправил снитчем свёрток в ателье, с короткой припиской «пошить такую же» и сотней галлеонов. Рами покрутился, отказываясь, а затем, с нежно-апельсиновой окраской, что означало снисхождение, захватил свёрток и полетел по адресу. Смотря вслед исчезающей точке, Сергей подумал вслух: — Может, не стоило экспериментировать с эмоциями и своей энергетикой… Хотя, все работает же? То… Твою же магию, Влад! Что у нас есть к чаю? — Весь холодильник, учитель. В частности, тирамису. Сахаренко хмыкнул. — А что-нибудь более волшебное? Или ты опять упустил лягушек? — Они в морозилке. Там они меньше скачут. — И после этого их невозможно разгрызть. О, да, ты снова превзошёл себя в готовке! — Но их же можно разморозить… — Ой, да иди ты их размораживать. А затем заново накладывать чары анимации заместо тех, которые сбил. Ц… Неси тирамису, что уж с тебя взять… *** Мило улыбнувшись волшебнице, читающей какой-то длиннющий пергамент, конец которого лежал на полу, Сергей отчеканил твердый шаг на темном камне и ворвался в коридор, обычно полный людей и служащих, занятых своими повседневными делами. В прошлый раз он прошел этот участок вообще одним скольжением, так как не желал протискиваться, но сейчас людей не было вообще… Чу́дно и чудно́. На секунду замерев, некромант повернулся на каблуках и вышел из коридора, кинувшись к тому месту, где раньше сидела волшебница. Конечно же, её не было. — Так вот почему она нервничала… Сергей снова взглянул на дверь в конце коридора. Стены сжались, стали ещё темнее, отозвались угрозой, пробирающей на кончиков пальцев… Любого человека, кроме Сергея. Хотя и человеком-то его назвать можно очень условно. Фыркнув, он простучал посохом прямо до двери, и вежливо побил дверь. Ногой. Никто не отозвался. — Жаль… — тихо выдохнул некромант, пристально следя за состоянием магов, стоящих за дверью. Дождавшись, когда они максимально напрягутся из-за тишины за дверью, он, пнул препятствие и гаркнул: — Постоянная бдительность! Многострадальная дверь затрещала, покрывшись разводами магических заклинаний, но устояла. Чертыхнувшись, Сергей проскользнул за дверь, накладывая иллюзию эффектного вылета двери с петель, и резко раскрутив Косу, замаскированную под посох, начал раздавать люлей всем, кто неосмотрительно близко к нему встал. Конечно, два-три метра — это достаточно для того, чтобы успеть среагировать на движение обычного человека, да и не преодолеть это расстояние одним движением с эффективным результатом… Но у Сергея в руках двухметровый увесистый дрын, которым он в лёгкую орудует одной рукой, держась за самый конец. Это расстояние для него — наиболее удобное. Первый же выпад закончился кратким полетом аврора до ближайшей стены. Врезавшись, он больше не вставал — Сергей позаботился о том, чтобы все его удары были успокаивающими. То есть, останавливал пленку в нужный момент. Сделав практически вальсовый шаг вправо, уходя от разноцветных лучей и приближаясь к следующим кандидатам на выбывание, некромант грандиозно присел на скрещенные ноги и резко поднялся, раскрутившись вокруг своей оси. Снеся таким образом ещё трёх волшебников, Сергей принял на посох несколько заклинаний, увернулся от атаки последнего мага из тех, кто изначально находился справа от него, и резко выкинул в его сторону руку, позволяя древку проскользнуть в кисти до предела. Этого, однако, не случилось — посох врезался в мага, и остался в руке, аврор же осел бессильной кучкой. Заклинание, крепко дернувшее плечевой сустав из сумки и разорвавшее одежду, напомнило Сергею, что бой ещё не окончен. Поморщившись от вибрации, продравшей позвонки и сотрясшей ребра, он швырнул Косу в противников. Те оказались не пальцем деланы — резко кинулись в стороны, с лёгкостью уйдя от костяной палки. Крутанувшись, Сергей снова прошел буквально между лучами и раскинул руки, призывая Косу. Вместо неё по лопаткам магов прилетело тринадцать сотобу, вырубив их разом. На ногах осталась только женщина средних лет с моноклем на левом глазу, возведшая позади себя каменную стену. Её Сергей легко опознал. — Амелия! — на имя в Сергея полетело Секо, чуть не срезавшее его прекрасные волосы. — Амелия, из уважения к вам… Тут люди рядом, куда Бомбарды?! Взрывная волна чуть не разорвала некроманту ногу, поэтому он был вынужден ставить щиты со всех сторон. Прикрытый практически прозрачными плёнками, то и дело вспыхивающими под заклинаниями главы Отдела магического правопорядка, Сергей всё-таки смог продолжить разговор. — Я хочу просто поговорить! В чем меня вообще обвиняют?! Волшебница остановилась, вскинула бровь и пробасила: — В практиковании чёрной магии смерти. Магия слегка всколыхнулась, а рядом с Амелией возникла незримая фигура. Сергей сразу же понял, что надо делать. — Я, Сергей-Адриан Сахаренко-Кривин-Перевелл, клянусь Магией, что не практиковал ни один из видов черной магии! Люмос! Нокс. И да, купол защищает и снизу. —… — Боунс очень выразительно промолчала. По напряжённому выражению её лица было видно, что клятве на Магии она верит и не знает, что дальше делать. — Вы можете их привести в норму, Лорд Перевелл? — Без проблем. Я могу идти? — Да, да… Идите. — Йоу, Лорды и Леди! Я тут немного отвлёкся… — Сергей недоуменно оглядел пустые места, а затем обернулся обратно. — Амелия, а куда мне идти на собрание? — Настоящее этажом ниже. — О, спасибо. — Всегда пожалуйста. — монокль учтиво сверкнул. Попытка номер два. Сергей проскользнул на этаж ниже. — Йоу, Лорды и Леди, я тут задержался… Дело в том, что приглашение мне почему-то не пришло, а в газете этажом ошиблись. — маг заметил взгляды, направленные на него и опустился в свое кресло. — Ну, ладно, не обращайте внимания, продолжайте, продолжайте. — А я считаю, что оборотни… — начал какой-то толстячок, но был прерван. — Извините, видимо, вам не удастся сегодня закрыть вопрос с оборотнями, но что там с образованием? — Решение этого вопроса отложено до лета, лорд Перевелл. — Все, молчу-молчу. — Я считаю, что оборотни — неконтролируемые звери. Поместим их в резервации, пусть друг друга грызут. — Но все остальное время они абсолютно нормальные люди! — возражал какой-то крупный мужчина с женщиной рядом. — Нормальные? Нормальные?! — взвизгнул толстяк. — Если для вас золотые радужки, голод до сырого мяса, повышенная агрессивность и постоянно вылезающие когти — это нормально, то мне вас жаль. — Оборотни способны себя контролировать! — Любой колдомедик вам скажет, что способность что-то контролировать далеко не всегда означает желание это делать. Или вы забыли Фернира Сивого и его банду? — Превосходно, превосходно. Извините, что врываюсь в ваш спор, но разве по единичным представителям можно судить обо всех? Так Пожиратели Смерти тоже творили ужасы и не только в полнолуние. А они были людьми. Что, людей тоже надо в резервации? Ликантропное зелье — это большой шаг к излечению этого проклятия, и благодаря мистеру Снейпу… Насколько Сергей понял правила игры, чем больше ты говоришь и чем больше примеров впихиваешь, тем круче кажешься. Соответственно, тем лучше твои доводы. Говорить Сахаренко умел. Не умно, но очень долго и много. Подготовка к сочинению по русскому языку подразумевает умение растягивать одну мысль на триста пятьдесят слов. Да и в фанфиках иногда требуется воды подналить… Когда он в третий раз начал приводить одни и те же доводы, с измененными примерами, его наконец спросили: — А что вы-то предлагаете, Лорд Перевелл? — Я рад, что вы спросили. — кивнул Сергей, собираясь с мыслями. — Все помнят о программе помощи оборотням, которую свернули из-за того, что никто не хотел признаваться в том, что он — оборотень. И я не предлагаю продолжать эту х…ениальную программу, раз уж она такая бесполезная. А если оборотни будут оказывать помощь самому себе? Напишем текст короткой клятвы и приведем к ней каждого мага Англии. Что-то наподобие: «Если я в любой промежуток времени являюсь оборотнем, я не смогу вредить людям в виде животного, или мои силы пропадут». Конечно, текстом займутся лучше юристы, которые предусмотрят ВСЕ возможные ситуации. — Вы предлагаете, Лорд Перевелл, каждого заставить принести клятву?! Да это же невозможно! — Вполне возможно. Сыграем в пропаганду, сделаем из клятвы конфетку, пообещаем льготы каждому, кто принесет клятву, и через несколько месяцев каждый офисный прыщ будет ржать над теми лохами, кто ещё не произнес несколько строчек. Я вижу, что вы не желаете трат, но поймите: без труда не вытащить и рыбку из пруда, это русская поговорка, но суть ясна. Зато посмотрите, что будет дальше: оборотни смогут работать на официальных местах, занимать более высокооплачиваемые должности, идти в Аврорат. Это повысит благосостояние нашей страны, уровень жизни населения… Говорить, убеждать, эпатировать… Из здания Министерства Сергей выходил довольный собой: вроде большую часть удалось убедить. Самая неподкупная система — система клятв. И почему до такого никто не додумался? У выхода уже стояли журналисты. Сахаренко хмыкнул и прикрыл глаза, надевая маску презрительного аристо. Поговорим об образе…