Неподвластность их душ

Хоть Эван и выглядит весьма безобидно, от него можно ожидать чего угодно. Это только еще больше отпугивает людей вокруг. Однажды Скотт оставил его на пункте охраны так как задерживался по работе. Чтобы убить время, Эван рассказал несчастному охраннику как одного из его коллег расчленили роботы, а голова затем была насажена на стальной шест на этом самом пункте охраны. Нетрудно догадаться о том, какой ужас испытал охранник при мысли о том, что ему могла перепасть такая участь. Причину своего увольнения он решил не называть, но Эван понял что в очередной раз напугал человека до полусмерти. Из-за статуса пугающего чудака к Эвану приклеилось прозвище «Каратель». Никто не посмел открыто выразить свое неудовольствие поведением Карателя, и это еще больше добавило ему известности. Для комфорта детей было решено запретить пареньку заходить на территории школ города, но и здесь он часто стал попадаться на глаза родителям, раздражая учителей своим неумением вести себя в общественном месте. Его долго обходили стороной, пока однажды на него не обратил внимания работавший в центре города консультант по социальным вопросам, который отвел его в школу. Эван был впечатлён тем как выглядело это заведение ведь он долгое время не ходил в школы, да и эти несколько часов пребывания в школе полностью изменили всю его дальнейшую жизнь. Увидев мальчика директор в срочном порядке велел выставить его за территорию школы пригрозив работнику что уволит его за серьезные нарушения трудового распорядка. Дети тоже были напуганы увидев его в школе, но они по понятным причинам не смогли добиться его изгнания, и Эван остался в этом удивительном месте, где почти все время наблюдал невидимую, но мощную связь между людьми. Чаще всего он наблюдал за учениками со стороны и не заходил на территорию их игровых площадок, а только издалека наблюдал за происходящим. Он был настолько потрясен увиденным, что по его словам создал в своем сознании собственный язык для таких слов и очень старался изобразить его на бумаге. Эван не умеет моргать и это очень часто выглядит так, как будто он делает это специально, но это не выглядит так пугающе на фоне разных зрачков. Яркий психопатический голубой цвет глаз можно интерпретировать в том смысле, что он наследственен, но одно ясно точно: он родился в семье сумасшедшего. В его речи много странной терминологии, и обычно он употребляет английские идиомы и неологизмы. Когда он начинает говорить, его глаза кажутся прозрачными или голубоватыми и очень выразительными. Но, несмотря на свой пугающий внешний вид, он веселый и умный человек, который может быть очень смешным и непосредственным, если захочет. Хотя и не стоит забывать что будучи сыном серийного убийцы он не мог не понабраться от него в свое время по самые уши. Иногда при работе на кухне он может воткнуть нож в стол заканчивая нарезку овощей. И вот однажды придя с работы Скотт услышал странные звуки из шкафа своего подопечного и заглянув туда увидел удивительную картину. Изначально он ожидал увидеть мышей или спрятанного котенка которого Эван от доброты душевной мог подобрать, но от туда выпал непонятно откуда взявшийся мальчишка. Это был чертовски красивый паренек с густыми темными волосами до плеч и в черной майке с изображением черепа на фоне заката. — Где я?! Кто вы?! Я в заложниках?! Обещаю что не скажу полиции только отпустите! — потребовал он глядя на Скотта исподлобья. Хозяин дома немного оторопел, такого в его практике еще не бывало. — А как ты сюда вообще попал? На грабителя не похож… Ты не мог бы назвать номер своих родителей? В комнату зашёл Эван с тарелкой в руках на которой лежали нарезанные овощи. Мальчишка попытался по инерции убежать, но заметив своего похитителя замер. — Это он! Не приближайся ко мне подонок! Он вас убьет! Бегите скорее! Скотт, слушая эту детскую тираду почувствовал что начинает испытывать смешанные чувства. — С каждой минутой вопросов все больше. Эван это кто? Не думаю что вы друзья… Хотя лучше поговорим позже, а сейчас разберемся с этим достопочтенным гостем. Скотт увел подростка из комнаты в кухню. Когда незнакомец удалился Скотт еще несколько минут не мог прийти в себя. Ситуация была странная и щекотливая, но из нее следовало что делать нужно было действовать. — Эван кто это и зачем ты запер его в шкафу? Так нельзя делать ты же это понимаешь? — спросил он у замершего над кастрюлей парня. Мальчишка тоже выглядел смущенным. Казалось что на душе у него тоже было какое-то неясное бремя и он не знал куда деть руки. Затем он словно очнулся и торопливо ответил. — Я хотел привести его в порядок, а потом сделать чучело. Он назвал чучелом меня когда я сидел сегодня в библиотеке и я спросил о том знает ли он о том что такое «чучело». Он не ответил и я решил ему показать. Скотт удивленно поднял глаза на парня. Его брови поползли вверх, а глаза округлились. Перед ним стоял уже не робкий и смущенный Эван, а казалось само воплощение гнева и жестокости. — Эм… Что значит «привести в порядок»? Мне кажется что это было несколько жестоко с твоей стороны. Да он тебя обидел, но не лучше было бы просто проигнорировать? Эван стоял напротив, не пряча своего лица. Воцарилось неловкое молчание, которое было прервано звоном часов на противоположной стене. — Таксидермия включает в себя натягивание шкуры животных на каркас и желательно чтобы материал не был поврежден или имел дефекты. Иногда, для того чтобы исправить небольшие дефекты можно консервировать или замораживать, но все же лучше чтобы было без повреждений. Скотт с ещё большим удивлением уставился на парня, словно спрашивая его о том что все это значит. Скотт, казалось, никак не мог переварить услышанное. — Эван… Подожди. — он улыбнулся. — Ты серьезно похитил человека, чтобы сделать из него чучело? За то что он тебя обозвал? Это очень неправильно с твоей стороны. Эван хмуро глядел на Скотта. Ранее мальчик никогда не хмурился просто так без особой на то причины. Он уже решил что будет говорить. — Я ранил тебя этим поступком? Ты говорил что мне стоит учиться давать сдачи если меня обижают, а сейчас говоришь обратное. Хорошо… Я больше так не буду… Но если кто-то обидит тебя или Винсента моё обещание не будет действовать. Эван задумался и отвел взгляд. С одной стороны в словах мальчика была логика, но с другой — такой подход казался крайне странным. Винсент узнав об этом отреагировал самым неожиданным образом — он довольно улыбнулся и хлопнул его по плечу. — Проявлять характер очень похвально, но не слишком радикально. — сказал он. — Совсем наоборот. Это уберегает тебя от многих неприятностей. Скотт возмущённо уставился на своего друга. Он ожидал совершенно другого ответа, но не разозлился. Наоборот — выражение лица Винсента слегка напомнило ему недавний случай. Но тогда он не сдержался, а сейчас… Вместо того чтобы возмутиться, он задумчиво пожал плечами. — Ты такое поддерживаешь? Если вести себя подобным образом, то про друзей можно забыть. — Конечно, — сказал Винсент. — Тот кому будет надо останется, а остальные могут идти куда угодно. В наступившей тишине раздался писк монитора. Скотт вздрогнул и посмотрел на экран. Работа настойчиво напоминала о себе. Письмо стало ещё одним напоминанием о том, что покой и свобода может быть только недостижимой мечтой, но никак не реальностью. Он почувствовал, что напряжение, висящее в комнате начало понемногу исчезать. Как бы то ни было, он ушел далеко от своих проблем, и теперь ничто не могло заставить его свернуть с избранного пути. Братья же отправились на вечернюю прогулку и в этот раз Эвана контролировал старший брат, так что до самого вечера Скотт был предоставлен самому себе. Они расположились на трибунах перед баскетбольным стадионом. Сам стадион показался Винсенту особенно удачным местом для рисования — здесь почти не было людей и можно было с относительной безопасностью продолжить начатое дело. Винсент выбрал одну из трибун, на которой не было обычных в таких случаях пестрых пластиковых поручней, а только обычный баскетбольный щит. Эван же не отрываясь смотрел на спортсменов и его нельзя было винить. Винсент никогда не видел слишком близкого знакомства с баскетбольным полем — все, что он успел узнать в детские годы, было лишь запомнившимся благодаря учебникам инструктажем по игре. Но все же размеры площадки оказались почти пугающими: судя по всему, её проектировали в расчете на бесконечное число игроков; впрочем, сейчас было не до этого. — Дружище ты положил глаз на баскетболистов? — добродушно спросил Винсент. — Не рано ли? На выпускников засматриваться это конечно уже классика, но Скотт может расценить это как неприличное поведение, особенно, когда ты познакомишься с ними поближе. Эван посмотрел на Винсента с некоторым интересом. — Нет я смотрю на того паренька которого я выкрал сегодня утром. Кто бы мог подумать что мы вновь пересечёмся… Винсент даже чуть приподнял голову от досок, чтобы увидеть, как тот изменился. — Эван нет! Мы можем и не вытащить тебя из отделения за такие выкрутасы! Ветер мягко перебирал его волосы, и Винсент вдруг испытал такое странное чувство, как будто его окутал ворох сухих листьев, из которого он не мог выбраться; но он сразу же попытался вспомнить что это за ощущение и, взглянув на качающиеся в разных направлениях, словно ветки у ручья, ноги Эвана, понял, что это просто показалось.