Часть 21
24 октября 2024 г., 01:53
Сэм делает пару шагов из стороны в сторону, крепко сжимая в руке телефон. Длинные гудки тянутся бесконечно долго. Он знает, что пора приниматься за работу. Но мысли о Саре, обещавшей, но не написавшей ему, не давали покоя. А в свете уже поступающих им угроз… Сэм зажмурился, отгоняя эти мысли. Просто не слышит. Говорит он себе. Просто занята. Барнс, наблюдающий за его метаниями, поджимает губы и, закончив с ботинком, он ставит ногу на пол и уже направляется к Сэму, когда раздается звонок.
— Сара?! — выдыхает Сэм, с облегчением и легкой злостью.
Не слишком ли это безответственно — игнорировать телефон в таких обстоятельствах?
— Не-а, — слышится в трубке. Сэм сглатывает ком, подступивший к горлу. Всё тело от напряжения цепенеет, вытягиваясь, как струна. Джеймс осторожно подходит ближе, внимательно наблюдая за Уилсоном и вслушиваясь в голос из динамика. — Мы же предупреждали, чтобы ты не… — слова прерывает выстрел.
Одиночный и короткий. За ним следует короткое и громкое падение. Сэм чувствует, как сердце пропустило удар.
— Они в порядке, — женский голос из трубки звучит уверенно и вселяет спокойствие. — Испорчен только ковер, — Сэм нервно засмеялся, прикрывая глаза и потирая переносицу. — Я подумала, что что-то такое и случится, и решила заглянуть к твоей сестре, — продолжает девушка. Уилсон слышит, как она прохаживается по комнате, слышит, как под ее шагами жалобно скрипит старый паркет. — Останусь пока здесь. Так, на всякий случай. Не переживай.
— Хорошо, — наконец выдавливает из себя Сэм. — Эй, Эльза, — быстро проговаривает он, когда понимает, что сейчас она сбросит. — Спасибо.
Он слышит в трубке короткое «ага» и убирает телефон от уха. Лицо Джеймса заставляет усмехнуться. Оно вытянуто, а брови вскинуты, он будто удивлен и ожидает получить ответ на немой вопрос, суть которого вполне очевидна. И вместе с тем Уилсон замечает в глазах взволнованность, и это точно не волнение за его сестру. Удивительно, думает Сэм, как имя «Эльза» действует на него. Хлопнув Барнса по плечу, он убирает телефон и решает ничего не отвечать. Во всяком случае, не сейчас.
***
Эльза убирает пистолет в кобуру на бедре и, осмотревшись, проходит мимо оцепеневшей и застывшей на пороге Сары в гостиную. — Приветик, — улыбнувшись, она кладет руки на талию, глядя на двух перепуганных мальчишек, вжавшихся в диван. — Поздновато для телевизора, нет? — спрашивает она, бросая взгляд на настенные часы. — Может, по паре тостов с чем-нибудь и в кровать? — Мальчики кивают. — Отлично, — тянет она. — Где ваши комнаты? — Комната, — поправляет один из детей, видимо, самый смелый, заключает девушка. — Наверху, — кивает он на лестницу в углу. — Класс! — Эльза широко улыбается. Улыбается так, будто ничего и не случилось. — Тогда шуруйте к себе. Быстро! — добавляет она уже с нажимом. Получив кивок от матери, мальчики быстро поднимаются и исчезают на лестнице. Эльза оборачивается к Саре, смеряя ее внимательным взглядом. — Порядок? — спрашивает она. Сара неуверенно кивает. — Вы агент? — спрашивает она. — Нет, — тянет Эльза, чуть скривившись. Она делает пару шагов к Саре и протягивает руку. — Меня зовут Эльза. Я… почти друг твоего брата, — представляется она. Сара пожимает протянутую руку и усмехается. — Почти друг? — вскинув брови, спрашивает она. — Ага, — кивает Эльза. Она возвращается в коридор, к телу солдата. — Ситуационный союзник. Я видела мастерскую на улице, нужны пленка или брезент, и большой моток скотча. Найдется? — Обернувшись к Саре, спрашивает она. Женщина кивает. — Хорошо. Нужно убрать его отсюда, чтоб детишки не получили глубокую психологическую травму. Детская психика хрупкая, но гибкая, — рассуждала она, осматривая карманы мужчины. — Так что, скорее всего, обойдется… — Он точно мёртв? — спрашивает Сара. Эльза вскидывает брови и цокает языком. «У него дыра в голове, конечно, он мёртв», — думает она. Но, подняв глаза на Сару, она только мило улыбается. — Как доктор, компетентно заявляю: он абсолютно мёртв. Тащи плёнку и скотч! — бросает она Саре. — И чайник поставь, — говорит она, когда женщина уже собирается уходить. — Кофе бы. — Лучше виски! — отвечает Сара. Мальчики оказываются на удивление сообразительными. Эльза сидит на диване в гостиной и слушает разговоры наверху. В основном говорит Сара, отдавая чёткие приказы. Эльза усмехается: будто в этой семье служил не только Сэм. С телом они расправляются быстро, перетаскивая его из дома в амбар. Эльза уверена, что дальше эту проблему вполне способен решить Сэм. Девушка запирает все двери, проверяет дом, оставляет пальто на вешалке и устало откидывается на спинку дивана, закидывая ногу на ногу. Сара оставляет ей чашку кофе и уходит наверх к детям, а Эльза переключает каналы один за другим, бездумно наблюдая за сменяющейся картинкой. Когда на экране мелькает лицо Барнса, она подаётся вперёд и возвращается на несколько каналов назад. Экстренные новости заполняют эфирное время всех каналов почти одновременно. Корреспонденты и случайные свидетели снимали происходящее, не забывая комментировать и неустанно постить всё это. Одно из видео с пометкой «Live» заставляет забыть, как дышать. Мотоциклист сбивает одного из солдат, и Эльзе хватает лишь мгновения, мелькнувшего в кадре профиля, чтобы узнать его. Она тянется к заднему карману за стиками, оставляя пистолет на низком журнальном столике. Не мигая, она смотрит в экран, наблюдая, как Барнс расправляется с солдатами, а затем берётся за горящий броневик. Она не отвлекается от экрана, даже когда слышит скрип на ступенях и шаги Сары, которая остаётся стоять на пороге гостиной. — Давай, Джим, — почти беззвучно шепчет девушка. Камера приближается, и она видит, как он пытается вырвать дверь. Его рука уже почти сгибается в запястье. От этого зрелища ей становится не по себе. Она представляет, какую боль он испытывает, и ей самой становится больно. Если пластины из вибраниума готовы согнуться, значит, место, где рука крепится к кости, испытывает адскую боль, ведь он едва не вырвал её. Когда дверь броневика, наконец, поддаётся, Эльза едва не выкрикивает «Да!», вскакивая с места. От внезапно отпустившего напряжения хочется засмеяться. И с её губ всё-таки срывается нервный смешок. Но вот тому, что Барнс берётся защищать Уокера, она совершенно не рада. Ещё меньше радости она испытывает, когда видит, как его сносят к строительным лесам, и Барнс падает вниз, исчезая с видео под испуганные возгласы. — Наши корреспонденты ведут репортаж из Вашингтона, где группа террористов, называющая себя «флагодробители», сорвала… На экране появляется студия новостей, и ведущая зачитывает текст с телесуфлёра. Однако Эльза замечает, что женщину так и тянет обернуться к огромному монитору позади неё. Обычно там лишь фон, но сегодня размытая картинка даёт понять, что вся студия следит за происходящим, кажется, волнуясь не меньше зрителей. Возможно, Эльза понимает, что это и мысленные подсчёты денег, которые они заработают на рейтингах, которые, вероятно, никогда не были так высоки, как сейчас. Эльза смотрит в экран, а её руки то и дело тянутся к телефону. Она едва способна подавить в себе желание позвонить ему прямо сейчас! Ведь он не мог просто сорваться в пропасть и умереть, правда? В прошлый раз выжил, значит, и в этот должен… Так ведь? Девушка возвращает своё внимание к экрану, только когда из динамика доносится знакомое имя. С горькой усмешкой она понимает, что «Джеймс Барнс» звучит как персональный код, чтобы отвлечься от любых мыслей. — Только что нам сообщили, что это был сержант Джеймс Барнс. Ещё совсем недавно мы освещали подробности его суда. — Да, так и есть, Джулия, — произносит второй ведущий. — Полагаю, что это сможет заткнуть каждого, кто выступал на стороне обвинения. Спасибо, сержант! — за кадром слышатся аплодисменты, а на экране позади диктора повтор записи с броневиком. — Это для вас! — проговаривает мужчина, присоединяясь к аплодисментам. Эльза широко улыбнулась, перебирая в пальцах его жетоны. Она непременно заставит Барнса посмотреть запись этого выпуска. Девушка закусила нижнюю губу, когда они растянулись в улыбке. Он заслужил услышать слова благодарности, как и… — Я тебе устрою ночь королевского минета, когда вернешься, — почти не слышно проговорила девушка, глядя на размытое в кадре лицо Джеймса. — Так, значит, у него уже есть подруга, — со смешком в голосе проговорила Сара, и Эльза только сейчас вспомнила, что не одна. — Уже? — переспросила Эльза, обернувшись и чуть прищурившись. Сара засмеялась, мотнув головой. Кажется, ее тоже уже «отпустило». Кадры с Сэмом заставляют ее отвлечься от ревнивого прищура Эльзы, но лишь на несколько минут, пока Кэп произносит свою речь. Возвращая свое внимание к блондинке, она улыбается, кивая на кухню. — Идем! Не знаю, как тебе, а мне срочно нужно выпить! — она уходит в сторону кухни. Проводив ее взглядом, Эльза оборачивается к экрану, понимая, что ушла Сара только потому, что, кажется, теперь все закончилось. — Уже? — переспросила Эльза. — Я вообще-то давно была! — выпаливает девушка и слышит очередной смешок, но теперь из кухни. Громко фыркнув, она хватает со стола пистолет и идет за Сарой. Не лучший момент, чтобы разбрасывать оружие по всему дому, понимает она. — Он не говорил, — пожимает плечами Уилсон, вытаскивая из кухонного шкафчика два стакана. — А должен был? — хмыкает Эльза, забираясь на высокий кухонный стул. Сара неопределенно пожимает плечами, вызывая какой-то странный приступ паники и злости. «Ну нет», — думает Эльза, не мог же он и правда подкатывать к сестре Уилсона, потом спать с Эльзой и опять вернуться к ней! Но это вполне объясняло, почему он не пошел за Эльзой, когда они были у мемориала. Хотя она рассчитывала в тот момент именно на это. Это же Барнс, он всегда так делал! Но не в этот раз. Эльза откинулась на низкую спинку стула, закидывая ногу на ногу и вопросительно приподняв бровь. Сара на это ничего не отвечает. Она предпочитает разглагольствовать о работе Сэма, из-за которой в их срае лежит труп. О его новой форме и звании. О доме и какой-то сраной лодке! А Эльза чувствует жгучее желание уйти! Бурбон становится поперек горла, когда она в один глоток осушает стакан. А желание «поболтать» так и не появляется. Когда, изрядно накидавшись, Сара уходит наверх, Эльза еще какое-то время сидит на кухне, крутя пальцами стакан. Больше одной стопки в нее так и не влезло, потому вторая так и осталась не тронутой. Она прохаживается по дому, рассматривая стены, шкафы и несколько семейных снимков на комоде. И хотя дом был достаточно старым и явно нуждался в ремонте, Эльза находит его по-семейному уютным. Детские вещи, пестрый плед и несуразные подушки в креслах, старые ковры и мебель. Всё это, кажется, было здесь еще когда детьми были Сэм и Сара, и в планах не было тех двух мальчишек. Когда на улице светало, Эльза боролась со сном. Она пила кофе и курила, чтобы взбодриться. Усталость была настолько сильной, что Эльза едва могла держать глаза открытыми. Она даже ловила себя на мысли о том, чтобы прилечь на диван и закрыть глаза. Эльза мотнула головой, встала и прошлась по дому. Она надеялась получить хотя бы небольшое сообщение от него. Ведь они, вероятно, уже были в пути! Сэм точно летел сюда. А куда капитан мог отправиться без своего напарника? И Уилсон наверняка рассказал Барнсу, что она здесь! Рев мотора, бьющих по неровной дороге колес, заставляют выглянуть в окно. Сара торопливо сбегает по ступеням, видимо, не одну Эльзу привлек этот звук, понимает девушка. Обернувшись, она замечает в руках Сары старое ружье, а ее лицо выглядит так, будто и не пила, и не спала. Эльза усмехается, показательно убирая пистолет в кобуру. Не стали бы солдаты рассекать здесь на правительственных внедорожниках, понимает она. — Кажется, мой дозор окончен, — усмехается девушка. Заметив наверху лестницы мальчиков, она весело подмигивает им и тянется за пальто. — Сара! — громко зовет Уилсон, почти снося дверь, которую женщина едва успевает отпереть. Он с выдохом облегчения заключает ее в крепкие объятия, а следующее мгновение получает мощный пинок в грудь и пощечину, когда отстраняется. Эльза усмехается, протягивая «у-у». Кажется, кому-то сегодня устроят такую взбучку, что он пожалеет, что не был убит суперсолдатами, едва не рассмеявшись, думает Эльза. Сара кричит на него, бросаясь обвинениями, и в ее голосе совсем нетрудно разобрать волнение и страх от произошедшего. И кажется, дело не только в солдате, который пришел к ним ночью, но еще и в «работе», в которую полез Сэм. — С тобой отдельно поговорю! — заявляет женщина, когда от нравоучений брату ее отвлекают подбежавшие сыновья. Она тычет пальцем куда-то за спину Сэма, и совсем нетрудно догадаться, кто там стоял. Сердце Эльзы пропускает удар и еще один, когда Барнс шагает вперед, появляясь в дверях. Мальчики вешаются на шею Сэма, заставляя его нагнуться для объятий, и наперебой берутся рассказывать о том, как смотрели трансляцию. Не обращая внимания на недовольно нахмурившуюся Сару, они говорят о том, что сохранили сюжет, и он, Сэм, совершенно точно обязан его посмотреть. — Полегче, парни, — смеясь, отстраняется Уилсон. — Я там был и точно помню, что говорил. — А про меня хоть что-нибудь сказали? Или помощник, как всегда, остался за кадром? — весело спросил Джеймс, потрепав парней по макушкам. Они обняли его, как дядю, продолжая свой восторженный рассказ. Барнс выпрямился и, поймав недовольный взгляд Сары, развёл руками, почти виновато поигрывая бровями. Женщина громко фыркнула, но всё же обняла и его. Эльза внезапно почувствовала себя не просто некомфортно, а абсолютно лишней. Это была какая-то семейная идиллия из старой романтической комедии, в которой для неё не нашлось места. Сара и Сэм были воплощением брата и сестры, которыми они с Гельмутом никогда не были и никогда бы не стали. Барнс здесь и сейчас казался счастливым и улыбался так, как никогда не улыбался ей. Всё это напоминало одну большую семью, наблюдение за которой приносило боль. Неловко оглядевшись, она отступила назад и торопливо зашагала к кухне, покидая дом через заднюю дверь. Болезненный укор не покидал её, даже когда она оказалась на улице и дошла до оставленной на дороге машины. Ей хотелось быть там, хотелось вот так обнимать его и видеть, как он улыбается от радости возвращения к ней. Но что-то пошло не так, и, видимо, ей не суждено было занять место Сары. Джеймс бросает взгляд на Эльзу и замечает, что она смотрит на него растерянно и отстранённо. Он отводит взгляд и слушает Сару, но когда снова смотрит на Эльзу, её уже нет в комнате. Джеймс хмурится, и весь его радостный энтузиазм мгновенно улетучивается. Он отходит от остальных, торопливо идёт в гостиную, а затем на кухню. — Эльза! — зовет он, но в ответ слышит лишь тишину. Губы складываются в тонкую линию, а челюсти сильно сжимаются. Цепляя пальцами бионики со стола цепочку, он крутит ее в руках и, оперевшись на кухонный шкаф, прикрывает глаза. — Ушла? — осторожно спрашивает Сэм. Джеймс кивает, подтверждая и без того очевидный факт. — Вернется, — пожимает плечами Уилсон. — Не вернется. — Машина стоит на дороге, — говорит Сэм, подходя ближе. — Ты еще можешь догнать ее… — Нет! — отрезает Барнс. Он устало потирает переносицу, а затем цепляет жетоны на шею. Сэм фыркает, но больше ничего не говорит, только поднимает руки, будто сдается, и отступает, возвращаясь в гостиную. — Как насчет блинов на завтрак, а, парни? Что скажешь, Сара, пара героев заслужили блинчики, да? — весело проговаривает Уилсон под одобрительный детский щебет. — Только после того, как помоются! — проговаривает Сара.
