Мы выстроили его | House of Memories

      Выходные они провели у Бетт дома. Поскольку родителям девушка поначалу не решалась рассказать о случившемся, Барбара, Дик и Грант, которого потащил с собой за компанию Дик, завалились к ней на весь день, свято пообещав родителям, что мальчиков девочки выгонят перед тем, как лягут спать.       Оказалось, что родители не очень им верят, поэтому оставили дверь открытой, периодически проверяя, что подростки действительно занимаются уроками и развлекаются просмотром фильмов.       В принципе, Бетт полегчало. Не сказать, что совсем она об этом забыла, просто нахождение рядом лучшей подруги, Дика и даже Гранта давало чувство защищённости и спокойствия. Оно не ушло даже тогда, когда родители с наступлением вечера выставили последних за дверь со всеми вещами, потому что раз её родители могут выпихнуть из квартиры этих двоих, то в обиду явно её больше не дадут.       Зато всю следующую неделю друзья провожали её до дома. И только в конце этой самой недели Бетт, наконец, решила рассказать об инциденте родителям, и необходимость провожать пропала — её теперь решили привозить и забирать родители.       Так что как только появился шанс снова посоревноваться в паркуре, парни с радостью этим и занялись, пока не стало настолько темно, что даже опасно.       — Кстати, — отдышавшись после гонки, начал Грейсон. — Ты так и не сказал, почему вы с Бетт поссорились.       — Обязательно отвечать? — Грант опустился на крышу, тоже восстанавливая дыхание.       — Конечно. Будем считать это наказанием за проигрыш.       — Она с чего-то решила, что я ей проявлял знаки внимания, — последние два слова он сопроводил воздушными кавычками.       — Та-ак, — протянул Дик, приземляясь рядом. — Акулу, допустим, ты выиграл ради неё.       — С чего это? — нахмурился Грант.       — Ну, ты же после её слов пошёл в тир, а потом отдал акулу ей, верно?       — Было такое, но это не…       — Тш, — он выставил ладонь вперёд, — я объясняю, как у неё мозг работает. Руку не откинул, когда она с тобой в обнимку шла?       — Нет, но…       — Комплимент делал?       Грант подвис.       — Значит, сделал, но не понял, что ей, — сделал вывод Дик и скорбно вздохнул. — Ну всё, три из трёх.       — Какого хрена, — выругался Грант, взглядом выражая всё, что он думает по поводу «логичности» его слов.       — Сразу видно, с девочками ты много не общался, — издал смешок Дик.       — Мне друзей-то нельзя иметь, какие там уж девочки, — пожаловался Грант таким отчаянным тоном, будто его за все попытки в клетку на три дня запирают.       — Зато согласился и к ней пойти на день, и провожать до дома, уже неплохо.       — Да ты б мне мозги выел, если бы я этого не сделал, — Грант пихнул Дика в бок. Тот лишь рассмеялся и сказал:       — Что есть, то есть. Но пункт «иметь друзей» ты уже нарушил.       — Когда?       Вот теперь Дик выглядел максимально обиженно.       — А мы тебе тогда кто?       — Э-э-э… — протянул Грант, смотря на то, как брови Дика в ожидании ползут всё выше и выше. — Если я скажу правду, ты ещё больше обидишься.       — Ну давай, режь уже.       — Необходимое общение, чтобы не сойти с ума от одиночества.       Грейсон прыснул и снова вернулся к своему обыденному весёлому виду.       — Да хоть так назови, суть одна.       — Мне через две с половиной недели уезжать, мы потом перестанем общаться, — ответил на это Грант. И внутри что-то запротестовало. Несмотря на то, что Готэм был ужасным городом, уезжать отсюда, внезапно понял Грант, ему не очень хотелось. Особенно в полупустой дом в Чикаго — Роуз, конечно, хотелось увидеть, но пока не так сильно.       — Дай телефон, — Дик протянул руку.       — Нет, — он же должен понимать, сколько там информации, которую ему нельзя видеть, верно?       Дик насупился.       — Тогда продиктуй вслух, — он достал свой, приготовившись записывать.       — Серьёзно?       — Ты так много раз уже спросил «серьёзно» за это время, что у меня ощущение, будто я несерьёзный, — сказал на это Дик, скрестив ноги и подавшись вперёд. Грант понятливо кивнул, опустив голову, а потом продиктовал номер телефона. Тут же ему пришла СМСка с эмодзи птицы.       — Вместо приветствия?       — Чтобы не забыл, кто написал, — ответил Дик.       «Как будто есть такой шанс», — хотел возмутиться Грант, вписывая это эмодзи вместо имени контакта, которых от силы штук пятндцать было, причём большинство из которых записано как «гондон №».       — Так, и теперь что? — спросил Грант.       — А теперь… можно странный вопрос?       — Валяй.       — Как думаешь, какой у твоего соулмейта будет рисунок?       Грант заинтересованно посмотрел на Дика, словив дежавю. Хотя почему дежавю, если у него и правда уже этим интересовались.       — А что?       — Просто интересно, — Дик, тем не менее, смотрел куда-то в сторону и выглядел немного взбудорженным. Грант вернулся в прежнее положение, откинувшись на парапет.       — Наверное… — Уилсон замолчал на слишком долгое время. Метка должна была обозначать что-то узнаваемое. У соула Бэтмена точно была бы летучая мышь, у соула Дика — малиновка или что-то похожее. Но вот у себя Грант ничего выдающегося не мог выделить, кроме родословной. — Честно, чувак, не знаю. Может, маска Дэтстроука и меч.       — Вот блин.       — Да это не… — Грант прикусил язык, увидев, что Дик устремил взгляд вверх. На тучах вырисовывался символ Тёмного Рыцаря.       — Ясно, понятно, — вздохнул Грант, когда почти-что-друг, подхватив рюкзак, устремился вниз. И правда, что ещё он сможет сделать.       — Мы потом договорим, — раздалось от лестницы. Потом снова тишина.       Сам Уилсон тоже поднялся. У него, конечно, были предположения, зачем нужно следить за Бэтменом, но предположений было недостаточно. На всякий случай он аккуратно интересовался новостями о Брюсе Уэйне — тот выходил в свет минимум раз в вечер и особо не исчезал из поля зрения днём, отсыпаясь или копаясь в своём суперкрутом компьютере — и посещал те же мероприятия максимально незаметно, если мог, учитывая прилипчивость Дика, и сопровождал патрули. Тоже надеясь, что незаметно, потому что по крайней мере к нему Летучий Мыш ещё не наведался. Ну а когда загорался Бэтсигнал, должно было значить, что он точно в городе.       Оказалось, нет. С комиссаром под прожектором-сигналом оказался только Робин (нет, правда, как Дик умудряется везде так шустро добираться, да ещё и форму менять?)       Бэтмен не появился даже после того, как Робин ушёл. Гранта посетила мысль, что, возможно, Бэтмен всё-таки ушёл из города, оставив Робина патрулировать в одиночку — с другой стороны, Дик так часто жаловался, что Бэтмен не доверял ему за городом следить самостоятельно, что слабо верилось.       Тем не менее, Дэтстроук не был оповещён о том, что Бэтмен сегодня в городе не появился, несмотря на Бэтсигнал, а Опустошитель следил за работой Робина. Почему-то почувствовав облегчение, когда выяснилось, что всего-то нужно поймать Пугало — из тех же жалоб Грант помнил, что на Робина газ страха не действует. Он надеялся, что Дик не привирал на этот счёт.       (но Опустошитель всё равно держался рядом на случай, если что-то пойдёт не так. Дику всего пятнадцать лет, в конце концов, хотя в это и не всегда верилось).       Как и не поверилось Гордону в то, что Робин без помощи наставника поймал суперзлодея. Это было видно по его круглым глазам, когда на месте вызова они обнаружили связанного Крейна и восседающего на нём Робина.       Грант хохотнул. Был бы это кто-то типа Джокера, Готэму была бы полная жопа. Но Джокеру явно было неинтересно разрушать Готэм, когда в нём нет Бэтмена.       — Знаешь, даже интересно, как Бэтмен тебя не замечал всё это время, — раздался голос сзади, и Грант на автомате обнажил меч, прикреплённый к спине. — Воу, это всего лишь я.       — Ты точно не спидстер? — поинтересовался Грант. Только что Робин был пятью этажами ниже, а сейчас уже стоит здесь, насмешливо подняв руки.       — Вчера не был, — осмотрел он себя. Грант опустил меч, а после спрятал его в ножны.       — Может, замечал, но тебе не говорил, — ответил на первую фразу Робина Опустошитель.       — Может, но почему тогда не решил тебя искать?       — Кто ж его знает.       Робин опустил руки. Опустошитель скрестил свои на груди. Так они постояли пару секунд в относительной городской тишине — полицейские сирены и звук проезжающих машин был настолько привычным, что не считался за шум. И, как всегда, ветер с океана заставлял задуматься о более тёплой форме. Продолжать прерванный разговор вроде бы не к месту, хотя было сильное желание.       — Ну и… так и будем стоять? — спросил, наконец, Грант.       — Не знаю. Хочешь со мной в патруль? — предложил Робин. — Только без убийств.       — Бэтаранг в ногу же менее смертелен, помню, — ответил Грант. — Но как ты себе это представляешь?       — Ну, — Дик посмотрел наверх, уперев руки в бока. — Будешь метить в те точки, которые только вырубают, и…       — Нет, я про патруль в целом.       — А с этим что не так?       — Я, как бы, — Грант обвёл себя рукой. — Тоже злодей, забыл?       — Нет, но, кто знает, вдруг тебе понравится быть героем?       — Да конечно, — поморщился Грант. — Дэтстроук всё ещё мой кумир, даже если он настолько придурок, что свои стандарты завышает до небес.       — О, кто-то жаловаться начал, — прокомментировал Робин. Грант взмахнул рукой и опёрся о стену соседнего дома, стоявшего вплотную.       — Да ты ж и так всё знаешь: идеал существует, но из кожи лезть вон недостаточно, чтобы как-то его порадовать. Первое место — не достижение, а то, что должно случиться.       — Ага, а любая ошибка — как смерть.       — Вот-вот! И взгляд этот… бр-р, — Грант вспомнил, насколько ледяным становится выражение отца, когда Грант ослушивается приказа и своевольничает, даже если цель всё равно оказывается выполнена даже с немного более лёгкими последствиями, чем могло быть на самом деле.       — Понимаю. Особенно когда пытаешься что-то сам сделать, — кивнул Робин, отзеркалив позу Гранта. Опустошитель прищурился.       — Ты разве сейчас этим не занимаешься? Уверен, Бэтмен приказал сидеть и не высовываться до его приезда.       — Да пока он приедет, — махнул рукой Робин. — Весь город уже от страха трястись будет.       — И как долго он в отъезде? — напрягся Опустошитель.       — А ты серьёзно думаешь, что я тебе расскажу?       Опустошитель и Робин уставились друг на друга в ожидании. Потом первый протянул:       — Хотелось бы.       — Много хочешь.       — Нужно же понимать, сколько я могу с тобой бегать.       — Логично, — кивнул Робин. — Он должен вернуться часа через два.       — Это откуда он так долго добираться будет?       — Тебе зачем?       Что ж. Что ж. Грант чувствовал себя отвратительно, собираясь сделать то, что собирался сделать, но иначе, видимо, информацию вытянуть было нельзя.       — От этого моя жизнь зависеть будет, — посерьёзнел он.       Робин неловко поёжился.       — Каким образом?       Будто бы он выдаст. Теперь ему стоило спросить: «ты серьёзно думаешь, что я тебе расскажу?» Потому что тогда Робин, а, следовательно, и Бэтмен, будет знать, что Дэтстроук сейчас выполняет какую-то важную работу. Если уже не догадался, и сейчас ждёт ответа, где именно Слейд на данный момент. Но если не рассказать, то есть шанс, что Грант отправит позже сообщение на телефон человеку, который либо уже на пути в тюрьму, либо после битвы сжимает телефон, злясь на то, что ему не сообщили об отъезде Бэтмена. Хотя. Хотя. Если это задание нужно исключительно для проверки Гранта, то может обойтись. Но просто для проверки — глупое задание. Так ведь?       — Хотя бы в какую сторону он отправился? — с надеждой спросил Грант. Он хотел звучать достаточно отчаянно при этом, и, судя по выражению лица Дика, у него вышло.       — Боже, д… — Робин осёкся, щёлкнув себя по носу. — Он весь день сегодня в Зале Справедливости.       Грант облегчённо выдохнул.       — Всё настолько плохо? — тихо поинтересовался Робин.       — Ты о чём?       — Выглядишь так, будто тебе уже голову собирались отрубить, но в последний момент передумали.       — О, — недалеко от правды. — Как ты думаешь, что Дэтстроук может сделать за провал?       — Полагаю, под домашний арест не отправит.       Грант кивнул.       — Так ты в Готэме только для слежки за Бэтменом? — уточнил Робин, скрестив руки на груди.       — Считай, экзамен по навыкам скрытности и следования. Будет плохо, если я не буду знать хотя бы направление, в котором он отправился.       Где-то раздался звук битого стекла и взорвалась сделанная на дому граната. Опустошитель отличил по более громкому, расхлябному, дробному звуку. Робин посмотрел в сторону происшествия. Потом снова на Гранта.       — Ну так, хочешь помочь?       — Нет. Хотя… Раз я наёмник… — протянул Опустошитель, потерев подбородок.       — Действительно, у меня же как раз лишние пять тысяч есть, — с сарказмом произнёс Робин и, оттолкнувшись плечом от стены, пулей отправился разбираться с преступлением, перескакивая с крыши на крышу.       — Пять тысяч — это мало, — повысил голос Опустошитель, следуя за ним.       — Ещё больше — грабёж чистой воды, — ответил Робин, огибая трубу, и сиганул вниз, на голову одному из бандитов в жёлто-чёрной растянутой футболке.       Опустошитель по инерции прыгнул следом, вырубая второго своим приземлением. Дом начинал тонуть в пожаре, сверху слышались крики людей. Они просили о помощи. И им было абсолютно плевать, от кого эта помощь была получена — хоть от героя, который их вытащит, хоть от злодея, который закончит их страдания.       «Большинство людей, которых заказывают, заслуживают своей смерти», — пронёсся в голове голос матери. Впервые, наверное, с тех пор, как она оставила их с Роуз на попечении у отца, скрывшись с радаров и забрав младшего сына с собой. «Но не позволяй хотя бы умирать невинным». Она была в какой-то мере единственным человеком с принципами в их около-военной семье, однако их навязать смогла не всем детям. Невинных они, конечно, не убивали, но обычно и не спасали. Особенно за бесплатно. Особенно когда задание заключалось в другом.       Опустошитель медитативно разобрался с оставшимися членами банды, стараясь использовать только приёмы рукопашного боя — они всё же менее убийственны, чем остальной арсенал — не думая, что, вообще-то, в свете огня его точно много кто увидит. Много тех, кому его видеть не нужно.       Плащ Робина мелькнул в окне второго этажа. Грант сомневался буквально секунду, прежде чем включить фильтр в шлеме и ринуться внутрь за ним. Что-то на первом этаже взорвалось. Что-то оторвалось от стены дома и стало падать. Судя по звуку — какая-то техника и пожарная лестница. Грант почувствовал, что нужно действовать быстрее.       Часть людей вывести удалось, удерживая пожар за дверью, но, когда осталось спасти буквально человек пять, дверь выбило, и пламя захватило весь первый этаж. Улица освещалась уже полностью, заставляя глаза слезиться. Робин с остатками людей, кажется, был ещё внутри.       — Где эти ёбаные пожарные? — вслух выругался Грант.       — Они приезжают, только когда дом почти полностью сгорит, — испуганно сказала женщина, подумав, что кричат на неё.       — Да кто бы сомневался, — ответил Грант, и тут заметил, что с крыши на крышу вполне можно перебраться. Если кто-то будет страховать на той стороне.       Опустошитель без единой мысли кинулся взбираться на соседний дом, выкрикнув: «Робин, крыша!» в надежде, что тот услышит. Услышал. На крыше появились сначала жители, потом и сам герой, который, заметив временного напарника, тут же стал что-то объяснять жертвам. Благо остались в основном более-менее физически развитые и без ограничения люди, помогавшие до этого сожителям послабее выбираться из огня, который теперь почти добрался до крыши их дома.       Первый прыжок был похож на прыжок веры — Робину люди доверяли, но не странному человеку с рассечённой маской, больше похожего на убийцу. Но, опять же, Робину они доверяли. В итоге отделались лишь ссадинами на животе и груди, когда жёстко приземлялись на пространство стен, удерживаемые Грантом. Когда последний житель оказался в безопасном месте, в отдалении раздался ещё один взрыв.       Робин с Опустошителем, не сговариваясь, направились в сторону звука под сирену пожарной машины.       — Сегодня точно только Пугало сбежал? — прокричал вопрос Грант, когда они с Диком поравнялись.       — Из тех, о ком знает Гордон, да, — ответил тот, останавливаясь и почему-то осматриваясь.       — Что такое?       — Иди помогать с тем зданием! — указал в сторону ещё одного пожара Робин, за чем-то следя в воздухе. — Только быстрее, пожалуйста!       И потом направился в другую сторону. Грант нахмурился, но побежал дальше. Что такого мог увидеть Дик? Может, злодей с крыльями?       Из этого дома выбралось большинство, теперь разбегающееся в стороны. Грант буквально влетел в окно и, увидев под столом ребёнка и подпрыгивающую микроволновку на столешнице напротив, тут же расценил ситуацию и проехался по полу вперёд, наклонил стол так, чтобы сделать баррикаду. В тот же момент микроволновка взорвалась, выплюнув часть в их сторону. Грант перегнулся через конец стола, бессознательно поблагодарив Уинтергрина за обновлённую форму.       — За мной.       Девочка, прижимая к себе руки, помотала головой. Грант невидимо для неё закатил глаза.       — Боишься меня?       Кивнула.       — А огня боишься?       Снова кивнула.       — Так вот огонь тебя убьёт, а я нет. Выбирай.       И Грант пошёл проверять коридор. Пусто, и огонь ещё не добрался. Кто-то — вернее, девочка, выбравшаяся жизнь — похлопал его по ноге.       — Отлично, — прокомментировал Грант. — Закрой нос футболкой. Вот так. Теперь за мной.       По пути он успевал вызволять ещё людей, радуясь, что коридор оказался довольно труднодоступным для огня, и что пожарная лестница выполнена — аллилуйя, хоть что-то! — по всем нормам.       Когда спасённые оказались в безопасности в переулке, Грант выдохнул почти раздражённо. Он бы лучше нашинковал зачинщика, чем смотрел за тем, чтобы люди оказались в руках ближайшего полицейского. Спасать обывателей интересно, конечно, но они всё равно держались подальше. Кроме девочки, которая рассматривала его таким взглядом, будто боится и хочет что-то спросить одновременно.       — Что? — спросил Грант.       — Папа говорит, ты людей убиваешь, а не спасаешь, — сказала она.       — Чт- Ты знаешь, кто я? — удивился Опустошитель. Остальные довольно неодобрительно на них смотрели, пихая вперёд полицейского.       — Дэтстроук, — смущённо ответила девочка. Грант обиженно фыркнул.       — Можно и так сказать. А кто твой папа?       — Ключник.       Гранту очень хотелось переспросить «кто?», но мимо пронёсся бэтменовский самолёт, отвлекая абсолютно всех и обливая неизвестно где взятой водой дом.       Решив, что время уходить, Опустошитель скрылся, напоследок махнув девочке. Кто знает, вдруг она тоже пойдёт по стопам отца и ещё вознесёт это невероятно странное имя к небесам.       Грант отправился искать наиболее подходящее место для наблюдения, отправив отцу оповещение о том, что Бэтмен провёл в Зале Справедливости, куда по понятным причинам Грант его сопровождал недолго. Жар от огня настолько вызывал желание окунуться в ледяную воду, что Грант уже пожалел о своём недавнем соглашении с Робином. С крыши на крышу, под покровом ночи спрятаться выходило не хуже Бэтмена, на которого Опустошитель чуть не налетел, направляясь к огромному горевшему складу. В плане, он почти перепрыгнул на крышу здания, где был Тёмный Рыцарь, но вовремя спрятался.       Бэтмен был слишком занят и в правду, чёрт возьми, летающим злодеем в костюме почти что шершня. Чёрный с жёлтым — был бы в полоску, точно назвался бы шершнем. И этот летающий злодей отбивался с помощью огнемёта.       Грант пожалел, что не взял с собой винтовку.       Странный насекомыш держался недолго. Грант не слышал, что пытался прошипеть злодей Бэтмену. Понял только, что Тёмного Рыцаря это сильно разозлило, потому что слишком жёстко он разбил ему маску. Робина видно не было. Пока что. Потом он появился из люка весь покоцаный и в саже. Бэтмен крепил злодея к Бэткрылу.       Грант мысленно выдохнул и решил, что сегодня уже набегался. Ну правда, две спасательные операции — это слишком, особенно когда навыки заточены под убийства. Нужно бы скомпенсировать. И Грант прекрасно знал, кем.