Ты сделала английский?

      Очевидно: прыгать в учёбу сразу с самолёта — плохая задумка. Я получила разрешение на несколько дней отдыха и — вуаля! — и работу нашла, и одежду купила, и даже захотела вновь вернуться в школу. Всё это с одним «но» — я не хочу видеть Вову. А теперь всё по порядку.       Вечером в субботу он, как и пару вечеров до этого, написал мне с целью пообщаться. В один день я ему ответила и моментально пожалела, потому что он захотел «узнать меня получше» и начал задавать кучу глупых вопросов. Да, возможно, глупыми они мне показались лишь из-за моего не самого приятного характера и Вова сам по себе тут ни при чём. Но я действительно не знаю, что обо мне ему могут сказать ответы на вопросы «Если бы ты могла изменить один элемент своей внешности, что бы это было?» или «Представь, что ты на необитаемом острове: что бы ты сделала в первую очередь?» А задавать вопрос «Где бы ты захотела оказаться прямо сейчас?» вообще жестоко, потому что я совсем юная девочка, которая уехала от семьи, и, разумеется, скучает! Я хотела бы быть дома, какой тут ещё может быть ответ? В общем, я подыгрывала первые вопросов пять, точнее, десять, потому что я тоже должна была его о чём-то спрашивать. Я так и вбила в гугл «Странные вопросы для беседы» и — о чудо — там были вопросы, заданные мне. Видимо, это я такая противная…могла бы подумать я, если бы через день после этой беседы не получила сообщение следующего толка: «Алин, я знаю, что это может быть слишком поспешным, но кажется…я влюбился! В тебя, и очень сильно. Мне так нравится твоя улыбка, твоё чувство юмора, ты нравишься мне. Как ты на это смотришь?»       Я истерически посмеялась и не поверила, что он серьёзно. Я даже перепроверила, не потеряла ли я память: мы же общались всего два дня. ДВА ДНЯ! На мой громкий неадекватный смех пришла тётя Лена и я ей всё рассказала. Конечно, прозвучали фразы вроде «ну он же хороший мальчик, ты подумай» и «за спрос денег не берут». Я минут десять была в шоке и всё ещё не верила, что это правда, а не абсурдная шутка. Но потом ответила и сказала, что меня не интересуют отношения, да и в целом я пока хочу освоиться в школе и постараться разобраться с учёбой, а потом уж — после школы — думать о таких вещах. Вова принял это и написал, что всегда будет рядом и очень соскучился.       Ума не приложу, как мне теперь с ним общаться. Взял и перечеркнул все мои надежды. С другой стороны, быстрая любовь также стремительно угасает. Мысли о безнадежном романтике-однокласснике я отложила до понедельника, а в выходные заняла себя шопингом и поиском работы. Тётя очень удивилась, что я собралась работать, и она была откровенно против. Но я всё же нашла неплохой вариант — официанткой в фитнес-клуб. Плюсы работы там — близко к дому, удобный график работы и — барабанная дробь — бесплатные занятия в тренажёрном зале и бассейне! Кафе небольшое, всего на шесть столиков. В основном там продают спортивные добавки, напитки, но можно взять и полноценный ланч. Моё дело — протирать столики, относить посуду в мойку и приносить меню клиентам. Работа отличная, а зарплата для подработки вообще шик — 12 000 в месяц. Как раз на собственные расходы хватит. Это ещё без учёта переработок. Я сказала, что мне будет 18 зимой и, если я так долго продержусь, то смогу выходить не только на 4 часа в день. Мне сразу обозначили, что иногда будут просить меня принять доставку каких-то мелких товаров, разнести стаканчики к кулерам или сделать кофе. Обязанности нефиксированные, но всё равно всё по мелочам, я была только рада труду.       С шопингом всё прошло не менее приятно, тётя даже накинула пять тысяч сверху. В торговый центр мы поехали вместе, нам обеим нужны были обновки, и, как оказалось, и я, и тётя Лена любим выбирать одежду без лишних глаз, а потому разошлись по ТЦ. Я обошла любимые магазины, но московский ассортимент мне не понравился, значит, оставалось только заходить во все магазины подряд. Такой метод энергозатратный и (как выяснилось) деньгозатратный тоже, зато я купила два свитерка: укороченный полосатый, который мне напомнил по стилистике сериал «Половое воспитание» и классический белый. Его можно будет носить в школу. Ещё купила осенне-зимние коричневые ботинки, как раз под мой пуховик, который мама отправит мне ближе к зиме посылкой. Прикупила несколько пар серёжек, часы и вишенкой на торте стало…платье.       На одной фотографии семейной хроники мама ещё совсем молодая, кажется, даже младше, чем я сейчас, и она собиралась то ли на какое-то мероприятие в местном доме культуры, то ли на концерт, но суть не в этом, а в том, какое на ней платье! Я нашла практически такое же в магазине. Я долго вокруг него ходила, не могла понять, почему же оно мне нравится. Потом всё же решилась померить и — о чудо — единственный оставшийся размер сел на меня так, словно был пошит для меня. Юбка-солнце ниже колена, с акварельными разводами песочно-сиреневого цвета, а верх — однотонно сиреневый с открытыми плечами и довольно откровенным декольте, но как же оно невероятно сидело…       Стоило оно чуть меньше пяти тысяч, и я чётко понимала, что это не платье на каждый день, что я надену его либо на день рождения, либо вообще на выпускной, если до него доживу.       Жаба душила, потому что мне нужны были и другие вещи, и тогда я ещё не помнила, почему мне так нравится это платье. Я позвонила тёте и спросила, где она и не сможет ли она ко мне подойти. Да, тут мне нужен её совет!       Я ждала тётю в примерочной уже наряженная и взволнованная. И когда я услышала её голос и вышла, стало ясно, что я беру это платье. Тётя Лена ахнула и ненадолго замерла. — Ты так похожа на свою маму… — после этих слов я и вспомнила про фотографию. — Ты чудесно выглядишь, милая. Сколько бы оно ни стоило, мы берём.       Сказать, что я была счастлива, это ничего не сказать. Я уже представляю, как надену его и покажусь родителям однажды…       В общем, покупок достаточно, работу нашла и даже сделала кое-какую домашку за прошедшую неделю, чтобы не слишком сильно отставать.       Дома оказалось, что у меня ещё есть целый шкаф старой одежды тёти, среди которой удалось откопать несколько более чем приличных блузок, две классические юбки, отвязное кожаное платье из 90-х и несколько домашних футболок. Джинсы оказались мне большими, хотя, если поколдовать, сойдут за оверсайз, вроде как так задумано.       Сажусь за пробник по истории, надо потихоньку заниматься, потому что бюджетное место в вузе для меня — шанс остаться в Москве. Нужно ли мне быть именно тут — другой вопрос, хотя я буду стараться освоиться, тем более столица не ограничивается школой и домом, наверняка тут найдётся место для меня.       Завтра, помимо учёбы, ещё и первый рабочий день, нужно будет уйти пораньше с допов, чтобы точно успеть, никаких опозданий, точно не в первый день. — Алюш, я готовить ничего не хочу, ужин на заказ. Что хочешь? — Тётя за всё это время готовила только один раз — в день моего отравления она сварила куриный бульон, но, хоть я и не призналась ей, получилось скверно. Не думала, такое блюдо можно испортить. В основном я готовила себе сама, суп, сваренный в пятницу, доелся в обед. — Может, просто картошку фри да креветки в панировке из Бургер Кинга? — Давай. Вино будешь? — Нет. Пожалуйста, нет… — Что такое? Тётя знать не знает, что я тогда еле проснулась. — Я не умею пить. — Так надо учиться! Это чуть ли не самый полезный навык, приобретённый мной в молодости. — Тёть, ты же помнишь, что ты и мой завуч? Ты всем ученикам такое говоришь? — Так, я не твой учитель на территории своего дома. Я против распития алкоголя на улицах и буйного поведения, но пить дома, тем более со взрослыми, это совсем другое дело. Но ладно, закажу тебе молочный коктейль. — Тётя выходит из комнаты и идёт заказывать доставку. Я же собираю рюкзак в школу и выбираю одежду. Думаю, я надену тотал блек — юбку-карандаш, чёрную водолазку и пиджак, тоже чёрный, разумеется. Сегодня голову мыть не буду, завтра уберу волосы в пучок и не буду париться особо.       Захожу в ВК и проверяю сообщения. Вова интересуется, выйду ли я в школу завтра, он очень хочет увидеться… Пишу, что да, я буду на уроках и закрываю чат. Настя спрашивает, почему я не отвечаю. Вопрос хороший, подруга. Печатаю ответ и объясняю, что мне очень трудно быть здесь одной, без друзей, и меня задело, что она в первый день абсолютно никак не поддержала меня, на что получаю ответ, в котором всё снова перетягивается на неё. Оказывается, ей больно от того, что я уехала и она восприняла это на свой счёт. Ну а как могло быть иначе…       Я не могу её потерять окончательно, она моя единственная подруга, а в этом классе, судя по всему, я мало кому нравлюсь, как-то косо на меня посматривают. Да и вроде как «старый друг лучше новых двух»…       Я пишу, что мне нужно время для адаптации тут и мне нужна поддержка. Настя говорит, что я могу ей всё рассказывать, она ответит, если будет, что отвечать. Что важно не только получать реакцию, но и просто выговариваться. Для кого как, вообще-то…       Мы вроде как миримся и желаем друг другу сладких снов. Вова что-то ещё пишет, но я выхожу из сети, не ответив ему. Знаю, что плохо, знаю! Но не могу я ничего ему писать, в школе общаться проще. Там я больше контролирую ситуацию. — Милая, кушать! — кричит тётя с первого этажа, и я, уже достаточно проголодавшись, спускаюсь на кухню. — Взяла картошку, наггетсы и креветки, и соусов много, хочу попробовать с разными, не так часто я эту вашу молодёжную еду ем. — Тёть, картошка и наггетсы появились задолго до моего рождения, так что не преувеличивай. — Так, больно умная, ешь давай. — Я отпиваю вишнёвый милкшейк и тянусь к картошке. — Как там у тебя дела с друзьями? В новом классе уже с кем-то сблизилась? Может, мальчики какие? — Если ты про Вову, то нет, я не собираюсь с ним начинать никаких отношений, не больше, чем одноклассники. — В классе есть не только Вова. У вас там и Ваня, и Лев, и Даня есть ещё, волейболист наш. — Я перестаю жевать, услышав его имя, но голод сильнее, чем чувства непонятной природы. — А вообще, я не про отношения, дружба…дружба — это же прекрасно! Девочки же тоже есть хорошие. А ты со своей… Наташей? Настей? Как там твою подругу зовут из Ростова? — Настя, да. Она…не знаю. Сложно всё. Переезд не укрепил наши отношения, больше подорвал, если честно. Но я разберусь. А сейчас я хочу поесть, я голодная! — Ты точно себя хорошо чувствуешь? Точно пойдёшь в школу завтра? — Да как иначе? Я сколько уроков должна прогулять, чтобы в тебе включился завуч? — Да брось, строгий завуч я только для твоих бабушки, деда и мамы. В школе я сама доброта и справедливость. — Спасибо за всё, что ты делаешь, но я не привыкла к такой невероятной щедрости. Я иду в школу, мне надо вливаться в коллектив, я даже имён одноклассников не знаю. А мне ещё год с ними бок о бок сидеть в одном кабинете.       Тётя вскидывает руки в знак капитуляции, а потом продолжает есть. Перед сном решаю что-нибудь почитать, выбор падает на рассказы Платонова. Полезно для подготовки к сочинению, да и к тому же по-доброму всё и интересно. Но я довольно быстро устаю и решаю всё же лечь пораньше. Кажется, первый раз, когда я хотела лечь спать раньше и действительно легла. Всегда бы так. Хотя даже если ты легла вовремя, остаётся большой шанс в итоге не выспаться.