Самая большая потеря

Дима ничего не видел и не слышал. В голове пульсировало одно. Антон пришёл в себя. Эмоции пропали. Осталась лишь злость, которая красной нитью тянулась сквозь всю Москву, прямиком к кабинету Стаса. Как Дима добрался и за какое время он не знал. Знал только то, что он доехал быстро. Так быстро, как не ездил с того самого дня, как узнал, что ребята в больнице. Дверь палаты с грохотом открылась и Дима еле держась на ногах метнулся и обнял Антона. А он лежал. Молча. Тяжело вздыхал и сквозь слабость поднял и положил руку на друга. Дима не смог. Он не сдержался. Слёзы сами потекли. Руки задрожали. Остался один. Но по всем законам настоящей любви, Арс должен совсем скоро вернуться. -Дим. - Антон наконец выдавил из себя хоть что-то. -Молчи, Антош. Молчи. - Дима прошептал. -Где Аъс? - здесь и стало понятно, что речь Антона пострадала. -Он здесь же. Двумя этажами ниже. -Ъыв? -Жив, Антош. Жив. Ответом был глубокий выдох. В другой бы ситуации Дима подумал, что он выдохнул остатки жизни, но нет. Это были остатки боли, что две с половиной недели назад окаменела в груди. Сейчас было важно лишь одно. Арсений жив. С остальным справятся. * Сергей доковылял до палаты и остановился на пороге. Антон держал в истощённых руках кружку и пил с трубочки воду. Ему было тяжело. Слабость приросла к нему так же, как и сучья прирастают к стволу дерева. Но несмотря ни на что, он улыбался. Настолько ярко, насколько мог. -Сеъёжа. - Антон буквально засиял. -Речь сильно пострадала? - он тоже подошёл и целой рукой обнял друга. -Поъ алвавита не выговаъиваю. И таг съабо меня поимали, а тепеъь совсем пъохо будет. -Ничего, разберёмся. Всё это мелочи, главное ты пришёл в себя. -Аъс. Я хоъу к нему. -Скоро пойдём, родной. Потерпи немного. Дима вышел с палаты и позвонил сначала Майе, а потом Алёне. Его рассказ сопровождался слезами, а как иначе? Майя снова заговорила о приезде, но Дима остановил. Он просто не вывезет этого. Ему тяжело и так, а тянуть кого-то ещё, он просто о не выдержит. Поэтому пока пусть так. А потом будет видно. * Антон встал несмотря на то, что Дима и Сергей были против. Он хвастался за быльца, держался за края кровати, но встал. Он сделал три шага и остановился. Выровнялся. Сейчас опасность для него прошла. И единственное, что интересовало его воспалённое сознание, это Арсений. Уговоры проходили мимо ушей, как проезжающий мимо вагон метро. Перед глазами мерцали только воспоминания. Арсений. Как он надевает куртку. Как он достаёт айкос. Как откусывает сыр даже не нарезая. Как берёт телефон и подолгу сверлить его взглядом. Как опускается на пол. Как расстегивает рубашку. Как улыбается. Злится. Смеётся. Как закрывает глаза. Желание увидеть его заставляло двигаться. Несмотря на боль и слабость двигаться вперёд. Антон отмахивался от помощи и шёл наперебой с ватными ногами. Лестница не вариант. Лифт. Замыленным взглядом Антон нащупал дверь лифта и шатаясь завалился внутрь. -Эта? - он остановился около двери палаты. -Эта. - Дима взглотнул как будто осколок металла. Антон сжал ручку и оттолкнул дверь. Под кожей что-то поползло, больно обжигая. Нити тянулись по венам и артериям, сплетались в узлы и разрывались. Закипающая кровь обжигала сердце и обволакивала его, каменея на ходу. Антон доковылял до койки, сел на край и провёл рукой по лицу Арса. Он такой прекрасный, даже в таком состоянии. Систему ИВЛ убрали, поэтому на губах хорошо различались рваные ранки и запёкшейся кровь. Антон смотрел. Вспоминал. Пытался нарисовать того Арса в воспоминаний на этом Арсе. Они почти не отличались. Только этот с другим, синюшным цветом кожи. Антон вцепился в его губы своими. Не смог. Стало легче. Он дышит и это слышно. Антон знал, что ему никто не ответит, но сейчас это было совершенно неважно. Важно то, что он рядом. Он здесь, около него. Рядом с сердцем. Теперь всё будет хорошо. Они пройдут через это вместе. Дима смотрел. Сегодня у него новый личный Рубикон. Он увидел, как Антон любит. Несмотря ни на что, на своё состояние он встал и пошёл. Хотя даже кружка воды доставляла ему трудности. Он понял, что проиграл свой личный бой. Его гомофобия дала трещину ещё тогда, когда Алёна стала показывать фото и видео, а сегодня она с треском разошлась. Её больше нет. Теперь Дима на их стороне. Он будет с ними рядом, не смотря ни на что. Будет поддерживать и помогать. Ведь любовь такая вещь, которая не приходит просто так. Люди влюбляются в себе подобных. И если откинуть все предрассудки, они абсолютно одинаковые. Арс отражение Антона и наоборот. Как будто эти двое действительно делят единую душу. Удивительная вещь, как быстро меняется мнение, когда дело касается близких нам людей. Но ради них ты готов пойти хоть в самое жерло огня. Куда сейчас и идёт Дима. Без страха, сожаления. Потому что нужно. Потому что он не может иначе.