Самая большая потеря

Антон держал на руках Кьяру и не мог поверить, что наконец видит свою дочь. Он так соскучился за ней. Две с половиной недели комы прошли как один день, но когда малышка зашла в палату, было понятно, что ребёнок очень повзрослел. Как будто ей уже было восемь, а не пять. Кьяра крепко вцепилась в шею Антона и расплакалась, а после начала рассказывать всё, что с ней случилось за эти дни и как она испугалась, когда папа Тоша уснул. -Не воънуйся, Зевиъка, скоъо я выйду и всё будет хоъоъо. - Антон гладил дочь по волосам. -Я испугалась за вас с папой. Мама рассказала, где вы. Я знала, что с тобой будет всё хорошо. Я каждый день рассказывала дяде Диме, что вы скоро проснётесь. И вот ты проснулся. Осталось дождаться папу. Мы скоро все опять будем вместе, правда? -Пъавда, миъая. Моя маъеньъая. Кьяра ещё долго просидела на руках у Антона. Они что-то друг другу рассказывали. Шёпотом делились секретами. Их никто не слушал. Важно было лишь одно. Они снова вместе. * Антон быстро шёл на поправку. Чуть ли не с первого дня он начал заниматься с логопедом. И уже буквально через неделю осталось всего пару букв, которые доставляли ему трудности. Он понимал, что выбора нет. Чем быстрее он придёт в форму, тем быстрее сможет заняться Арсом. С ним точно что-то нужно делать. Слова о том, что Дима бьётся в закрытую дверь почти месяц не произвели на него большого впечатления. Антон был уверен, что у него получится. Всё таки они вместе. Женаты, как уверяет распечатанное свидетельство дома на холодильнике. Остальное не важно. * Четырнадцатого мая, ровно через месяц после аварии Антон сидел в офисе. Предстоял тяжёлый разговор. По правую руку сидел Вячеслав. Слева Дима и Сергей. Напротив Стас. Его бледность казалось осталась после того, как он заделался в известь. Он знал, почему они здесь. И знал, что ничего хорошего из этого не будет. Остаётся только ждать. -Так, давайте разбираться вместе. Потому что со слов Димы я слабо что понял, но понял одно. Что кто-то превысил полномочия. - Вячеслав нарушил гробовую тишину. - Антон, я очень рад, что ты наконец вышел из комы. Те две недели были очень тяжёлые для нас всех. И до сих пор нам всем тяжело, ведь Арсений до сих пор где-то там. Расскажи пожалуйста теперь ты, что случилось. -Я тоже ъад вас видеть, Слава. Началось всё два года назад. Стас мне сильно помог. Я тогда очень сильно пил. Запои постоянные. И я очень сильно подставил его и подставил всю команду. Мы должны были ехать на концеът в Белгоъод, но из-за того, что я пъосто пъопал из ъадаъов, пъишлось пеъеность концеът. У меня в жизни происходила полная жесть. Всё летело к чеътям. Сил не хватало ни на что. Поэтому помощь я находил на дне стакана. Стас тогда пъикъил меня. Не сказал вам и смог всё ъешить. А после началось то, что вы услышали. Начался шантаж. Что я тебя уволю, ты вылетишь с шоу, потом уже он пеъешёл на личность. Уже я стал не таким. Алкаш, ничтожество. И собственно, как вы там могли услышать, голубятина. -Вот я и не особо понял, при чём здесь Попов. -Я не знаю, чем это для меня и для него обеънётся, но молчать уже не могу. Мы вместе. Да, тот самый набивший оскому Аътон ъеален. Как хотите к этому, так и относитесь. Мы выполняем условия, что пъописаны в контъакте, мы не выносим ничего. Живём как все люди и как все семьи. Только да, нас двое мужчин. Поэтому Стас и шантажиъровать начал меня Аъсом в том числе, зная, что из-за него я никому ничего не скажу. -А как так получилось? У Попова жена, ты с кем-то жил. - Вячеслав откровенно не ожидал такого каминг-аута. -Не знаю. Получилось и получилось. Я и бухать начал, потому что не смог уже это всё выносить. Аъс, Иъа, Стас. Всё это так навалилось в один момент, что и повлияло на меня. Я вышел из этого, только тогда, когда мы с Аъсом поговоъили и пъишли к тому, чтобы быть вместе. Поняли, что вместе будет легче. Так и получилось. Мы даже обменялись кольцами. Официально связать жизнь дъуг с дъугом мы никогда не сможем. Но хотя бы так. Антон за всё время рассказа ни разу не поднял глаза. Ему было слишком тяжело и больно. Напряжение нависало над ним и затягивало плотным туманом. Руки дрожали, но непонятно. То ли от пережитого инсульта, то ли от волнения. Антон крутил кольцо на безымянном пальце правой руки и царапал его грани. Это помогало отвлекаться от того, что хотелось завыть волком. Как ни как не каждый день рассказываешь подобное своему прямому руководителю. Дальше Вячеслав включил видео и показал его всем. Дима и Сергей вновь переслушали его, окунув себя в липкую злость. Антон даже улыбнулся слушая это. За последние два года слишком часто он слушал эти слова, чтобы сейчас сидеть и хотя бы какую-то эмоцию выдавить из себя. Стас же переливался всеми цветами радуги. И краснел, и синел, и зеленел. Что говорить в своё оправдание он не знал. Да и что тут скажешь. Антон продолжил свой рассказ. Он поведал о тех ситуациях, когда Стас на "Контактах" зверел и парафинил Антона на глазах у съёмочной группы. Рассказал, как он угрожал ему, что уволить и его и Арса, если Антон хотя бы слово скажет против. Как он скидывал ему твитты фанатов и обещал отвести его к врачу, если Артон действительно существует. Как он обещал вымыть Антону рот с мылом. Как обещал избить его, отвезти к Ире, чтоб та "перевоспитала". Хоть Вячеслав и не отличался толерантностью, но волосы вставали дыбом от этих слов. Верить в это не хотелось категорически, но по реакции Стаса и самого Антона было понятно, что он не лжёт. -Антон. То есть это всё началось из-за того, что ты был настолько пьян, что не смог выйти на концерт? -Я не знаю. Но началось это всё после этого случая. -Мне просто не верится в это. Перенос концерта это не такая большая проблема и мне можно было сказать прямо, как есть. Взять Антона и поговорить со мной. Стас. Почему ты так не поступил? Ладно, два года прошло. Но сейчас, ответь, неужели ты считаешь, что ты прав? - Вячеслав подпёр подбородок руками. -Мне нечего сказать по этому поводу. - Стас был краток. В кабинете повисло молчание. Слышны были только ритмы сердец. -Мне просто в это всё не верится. - собственник шоу тяжело вздохнул. - Не то, чтобы я отличался толерантностью, но это уже просто ситуация из ряда вон выходящая. Антон, прости, я никогда не смогу вас понять, или поддержать, но и такого отношения. Да я просто не знаю, что говорить и что делать. -Не пъосите пъощения. Вы не обязаны понимать и пъинимать это. Я пъошу не много. Оставить нас в покое. За два года мы ни ъазу не наъушили условия контъакта. И не собиъаемся. Пъосто пусть нас оставят в покое. - Антон глотал так, словно у него дико болело горло. -Инсульт у тебя почему случился? - Вячеслав начал быстрее говорить. - Прости, что так резко свожу тему, просто чтоб до конца восстановить картину. -Слабость сосудов головного мозга. Когда я вышел из запоя, начались сильные пъоблемы со здоъовьем, начал лечение и до инсульта оно всё ещё длилось. У меня был ъиск, пъосто было непонятно, когда именно мои сосуды не выдеъжат. Можно даже сказать аневъизма. -Я в шоке. - Вячеслав закрыл рот рукой. - Ребят, идите. Дима, Серёжа, Антон, отдыхайте. Вам двоим спасибо, что пришли. Тебе Антон спасибо за откровение. Боюсь представить, как тебе сейчас тяжело. Отдыхайте, ребята. А мне нужно с Шеминовым поговорить. * -Как думаешь, что будет? - Сергей повернулся и посмотрел на бледного Антона. Тот лишь отмахнулся. Сил говорить не осталось. Все они остались там, между Стасом и Вячеславом. Стекают по стенам и мечутся из угла в угол. Хотелось закурить. Безумно хотелось, но нельзя. Антону предстоит очень долгое восстановление. Остаточные реакции инсульта будут долго преследовать его. Всегда незримо с ним были проблемы с сосудами. Слабость, ломкость. Теперь ещё и кровоизлияние в ткани мозга. Как ни старайся, от этого не убежишь. С этим придётся учиться жить. Бок о бок.