Портрет Ли Феликса

      День закончился быстро, как и выходной Минхо. По этому поводу он ныл весь остаток вечера, готовя кимчи для Хана.       — Я из-за тебя, — он театрально ткнул ножом в сторону Джисона, — на собственном выходном работаю! Пособиралась в доме мелкота, не способная даже поесть себе приготовить, и живут спокойно.       — Я умею готовить, — зачем-то встрял Хёнджин.       — Я тебя не спрашивал, — агрессивно нарезая морковь, отмахнулся Ли. — Ещё и на сегодняшний вечер ужин готовить!       — Давай лучше купим рамен, — лениво протянул Хан, разлегшись на полу. — Я сам схожу, если хочешь.       — Сходишь конечно! А ты чего сидишь? — переключился Минхо на Хёнджина, — Диван сам себя не почистит. Не видишь, что мой парень из-за тебя на полу лежит?       — Мне кажется, ему просто нравится валяться где попало, — сказал Джин, но на всякий случай поднялся выполнять указание.       — Дуни, — обратился хозяин к кошке, — проучи этого гадёныша.       Все благополучно занялись своими делами. Хан, как и обещал, пошёл в магазин, оставив ребят наедине. Минхо вручил Хёнджину чистящее средство, маленький пылесос и тряпку, и тот начал оттирать засохшую грязь. Молчать Джину не хотелось — мысли так и лезли. Не особо вдумываясь в слова, он начал разговор с хозяином квартиры.       — Слушай, разве Хан не слишком молод? Минхо покосился на него, но из-за расслабленного вида парня понял, что тот снова где-то витал.       — Не особо. А что?       — Ничего такого, просто спрашиваю. Вы живете вместе и даже не в Корее, интересно стало. Хёнджин поймал себя на мысли, почему его заинтересовал этот вопрос, сто раз пожалел о нём, и ещё сто раз пожалел, когда Минхо действительно начал рассказывать.       — Ну, не особо он меня и младше, хотя надо признать, что когда я решил уехать, а Хан заявил, что уедет со мной, он был совсем ребёнком. Честно, я из-за этого надолго отложил переезд. Его было не отговорить, — говоря это, Минхо перестал выглядеть бешеным, Хёнджин даже немного залип.       — А сам ты?.. — хотел спросить Джин, но Ли прервал его.       — Не спрашивай. Он выглядел серьёзными, когда заткнул его. Художник понял, что это был не просто каприз. Минхо был против разговоров на тему его собственного переезда.       — Ладно. Но почему ты называешь своего парня по фамилии? Минхо задумался, после спокойно выдал:       — Так короче. Пока скажешь «Джисон», куча времени пройдёт.       — И как ты провёл сэкономленные дни? — С насмешкой спросил Джин, перекрикивая пылесос.       — Ну… — Минхо многозначительно ухмыльнулся. — Рассказать? Хёнджин с отвращением уставился на него и закатил глаза. От рассказа конечно отказался.       — А ты? — перевёл тему Ли, — Спрашивать о том парне не буду, но что теперь собираешься делать? Художник сел на влажный диван, чистый после долгих усилий. Он тяжело выдохнул, запустив руки в темные пряди волос.       — Я об этом не думал, но что остаётся, кроме как вернуться домой? — Джин посмотрел на Минхо, боясь снова увидеть насмешку, однако лицо собеседника было абсолютно серьёзным. Это развязало ему язык. — Хотя мне кажется, что я не смогу просто уехать. Я будто надеюсь, что встречу его где-нибудь, и чем дольше остаюсь здесь, тем больше вероятность того, что это случится. При том, что даже неизвестно, здесь ли он вообще. В этом городе, стране. Он знал, что я приеду, но это не помешало ему просто взять и свалить. Нужно ли мне искать такого человека?       — Не депрессуй так. Ты видишь это в таком свете, будто он тебя кинул, но может, у него просто не было другого выхода? Обстоятельства и всё такое… То есть, я хочу сказать, что не надо видеть всё так поверхностно и эгоистично.       — Это я-то эгоист?! — Возмутился Джин.       — Да. Если вы вдруг встретитесь и он скажет: «ты просто не был мне нужен», можешь ненавидеть его сколько угодно, но пока ты ничего не знаешь, не делай поспешных выводов, выставляя себя жертвой. Возможно, прямо сейчас твой парень так же сидит и страдает от всего происходящего.       — …До чёрта мудрый, да? — грустно склонил голову художник.       — Опытный. Думаешь, у меня с Ханом подобного не было? Ну то есть всех этих недопониманий. — С горделивым выражением лица ответил Минхо.       — Ладно… — после недолгой паузы согласился Хёнджин, — Может, ты и прав.       Ночью, после позднего ужина, отец трёх кошек вышел на улицу отыскать одну из них, сбежавшую ещё по приходе Джисона из магазина. Хан присоединился к вечерним занятиям по английскому языку в онлайн школе, заинтересовав ими Хёнджина. Они оба выполняли тестовые задания, с которыми Джисон не мог справиться или просто не хотел. Джин в принципе тоже не смог сделать их верно, как оказалось позже, но по крайней мере им было весело. Вдобавок ко всему, вместе с парнями по видеосвязи занимался лучший друг Джисона, Чонин.       — О, тут легко, я знаю, как надо! — Завёлся Хан.       — Что за задание? Покажи. А, про фрукты которое? — Хёнджин наклонился к ноутбуку, загородив обзор для Джисона.       — Да. Отойди, ничего не видно.       — Хёнджин, у тебя причёска, как у Эрена, — Не к месту заметил Чонин.       — Хех, — ухмыльнулся Джин, — А ты думал, я просто так эту красоту наводил?       — Фу, чел, у тебя прядь не так висит, закос! Позер! — Заорал Хан.       — Do you like peaches? — Игнорируя его слова, приступил к заданию Джин.       — No, I don't like… peaches, — Ответил Джисон.       — But… I like peaches. Чонин, а ты like peaches?       — Yes, I like bitches, — немного растерянно ответил Ян. Хёнджин и Хан переглянулись и уставились на Чонина.       — Какие ещё бичес? Пичес, Чонин, персики!       — А-а-а-а! — воскликнул покрасневший Чонин с пониманием. — А я ещё думаю, как они связаны с фруктами?!       — Дуракава…— Покачал головой Хан. — Погоди! Так ты, значит, лайк бичес, да?       — Во-о-о-о! — завопил подстрекающе Хёнджин.       — А ты что, не лайк бичес?       — Ай лайк Ли Минхо. Как раз вовремя вернулся сам хозяин квартиры и выглянул из коридора с кошкой в руках, посмотреть, кто там вспоминает его и по какому поводу.       — Что делаете? — недоверчиво покосился он на подружившихся содержанок.       — Задания Хана по английскому. Чонин сказал, что ему нравятся бичес, — Смеясь, рассказал Хёнджин.       — О, мне тоже они нравятся, — расслабившись, отозвался Минхо. — Ну-ка, Суни, беги к своим. Суни послушно побежал в комнату Минхо, где, видимо, и расположились остальные кошки.       — Ва-а, а Хан сказал, что ему нравишься ты… — попытался пристыдить его Джин, стуча по плечу расстроенного Джисона.       — Всё правильно. Хан — моя бичес. — Он сел рядом, впритык к своему парню.       — Это не комплимент вообще-то! — завопил тот.       — Ладно, не обессудь. — Минхо взял его за щеки и поцеловал.       — Иу… — одновременно донеслись голоса Чонина и Хёнджина с нотками отвращения.       — Иу у вас в штанах, парни, — Отозвался Минхо.       — Воу, уверен? — Подмигнул Хёнджин.       — А если нет, что, убедить меня хочешь? — усмехнулся Ли.       — Я хочу. — Встрял Чонин.       Смеющийся Минхо случайно посмотрел в глаза своего парня, полные пассивной злости, напустил на себя виноватый вид (хотя, может, ему действительно стало стыдно) и замахал руками.       — Нет-нет, ай лайк бичес Хан, не приближайтесь ко мне. Шутки это прекрасно, но шучу я плохо. Уйдите все, а Хан, иди сюда, — протараторил Минхо, крепко прижав Джисона к себе.       Хёнджин, стыдясь за свои шутки, тоже ушёл в себя, а если точнее, в свой телефон. Ему как раз писал Чан.       Когда он увидел имя друга на экране, ему почему-то стало спокойнее, хотя не сказать, что до этого он был на нервах. Просто он ещё один раз за день убедился, что Кристофер его не забыл и не махнул рукой. Вместе с тем пришло чувство вины за то, что Чану снова пришлось связываться с ним первым, хотя, видит Бог, Хёнджин постоянно его вспоминал. Просто что-то непонятное не давало ему вмешаться в обыденную жизнь друга, особенно сейчас, когда Чан, как казалось Джину, считал любое его слово призывом к спасению. Хёнджин не просил о помощи, а Чан не считал его кем-то, кому помощь нужна, но обыкновенная мысль стала параноидальной, не отступая. Прокручивая это в голове, Джин вдруг осознал, что не хочет переписываться с Крисом. Он хочет видеть его и слышать его голос.       Хёнджин вышел из комнаты, где Минхо и Джисон всё ещё продолжали нежиться, и быстро набрал друга. Чан ответил сразу. Он сидел на кровати, окутанный фиолетовым светом, и пытался быстро накинуть на голый торс футболку.       — Хэй, что такое? — обеспокоенно спросил он, засовывая руки в рукава.       — Ничего, просто… вспомнил, что у тебя есть лицо. Захотел посмотреть. Чан засмеялся и вместе с телефоном нырнул под одеяло. Хёнджин тоже лёг, сразу же почувствовал, как засыпает, и вернулся к сидячему положению.       — Снова не будешь спать допоздна, да? — расстроенно спросил Джин.       — Ну… сегодня я устал, так что, может, лягу чуть раньше. — В доказательство Кристофер потёр сонные глаза. — Как тебе живётся у своих новых приятелей? Когда ты сказал, что кто-то решил помочь, я не особо обрадовался этому, но ты звучишь гораздо лучше, чем когда только прилетел.       — Да, многое стало определенно лучше. По крайней мере, мне больше не нужно переживать по поводу жилья и одиночества. Радует, что они оба корейцы. — Оживлённо ответил Хёнджин.       — Расскажи о них, — зевая, попросил Чан.       — Ну… Хозяина квартиры зовут Минхо, он меня и «подобрал», — посмеиваясь, начал Джин, — У него тут коты живут, мы с его парнем Ханом таблетки от аллергии как воздух глотаем.       — Оу, так они встречаются?       — Ага. Джисон переехал сюда вместе с ним и остался жить в его квартире. Он вместо универа посещает онлайн-курсы, так что мы всё время торчим дома.       — Джисон? — Не понял Кристофер, — А-а, Хан Джисон, да?       — Они неплохие ребята. Правда, Минхо буллить любит и котов своих натравливает на меня. Кристофер звонко рассмеялся и уронил телефон на подушку. Когда он поднял его, на весь экран появилась его широкая улыбка с ямочками. Внутри у Джина всё сжалось от тоски. Он опустил камеру вниз и спрятал лицо в предплечье, скрывая вид на себя от друга.       — Чан, приезжай скорее. Некоторые проблемы решились, но мне без тебя тяжело…

***

      Пусть Чан и обещал лечь рано, но на этот раз сам Хёнджин заставил его бодрствовать допоздна. Они ещё долго говорили о всякой ерунде: новых фильмах, песнях, картинах, соревнованиях Кристофера и тому подобное. Внимательно подбирая слова, Чан ни разу не затронул тему Феликса и все из неё вытекающие, за что Хёнджин после был ему очень благодарен.       Их разговор закончился тем, что Чанни уснул во время рассказа Джина о том, как он провёл праздник с семьёй по видеосвязи. Заметив закрытые глаза лучшего друга и позу его сна, парень не смог сдержать смех.       Вместе с тем пришло желание нарисовать Чана. Художник достал тетрадь, посвящённую изображениям Кристофера, и накидал набросок. Закончив, он начал всматриваться в каждую деталь его лица, в каждый сантиметр, линии, тени. Он изучал это сотни раз и замечал любое изменение. Каждый раз Чан был разным. Он взрослел слишком быстро, его мимика не поддавалась даже собственному контролю парня. В тетради не было ни одного рисунка, похожего на другой, поэтому Хёнджин настолько любил его изображать. С самого детства.       И теперь он чётко прорисовывал каждую мелочь, чтобы передать реальность на плоскость. Когда они были маленькими, Джинни пообещал, что сделает такой альбом.       Хёнджин не стал сидеть до утра и тоже лёг спать, как закончил. На удивление, сон пришёл очень быстро. Ему снилось детство с Чаном, которое он и вспоминал, рисуя. Это был день их знакомства и вместе с тем первый день последнего года младшей школы для Чана, который только переехал из Австралии. Хёнджин прилип к нему, как банный лист к пятой точке. Ему было интересно поговорить с иностранцем, хоть Кристофер и объяснил всем, что является корейцем.       Но Хёнджину снился определённый отрезок того дня. Чан жил у бабушки, недалеко от дома Джинни, так что идти им нужно было в одну сторону. За первый день они уже успели пообщаться, так что новенький иностранец не чувствовал неловкости от слежки младшего.       — Ты же говоришь по-английски? — пристал к нему Джин.       — Ты у меня уже спрашивал. — Смущённо ответил Чан.       — Прости, хён. — Джинни снова его нагнал. — Ты там живёшь? Можно к тебе в гости? Твои родители разрешат?       — Я живу с бабушкой. Зачем тебе идти ко мне в гости?       — Почему ты живёшь с бабушкой? Где твои родители? — Никак не мог угомониться младший.       — Они остались в Австралии. Я один переехал, — ускорив шаг, буркнул Чан.       — А почему ты переехал? Тебе не нравилось жить с родителями?       — Нет. Мне не нравилась школа, в которую я ходил.       — Почему не нравилась? Почему ты не перешёл в другую?       Они шли вдоль аллеи. Разморенный жарой, Чан бросил портфель на траву под деревом и сел на него. Он расстегнул пуговицы на своей куртке, снял её, затем достал бутылку с водой и, предложив Хёнджину, но получив отказ, отпил половину. Джинни сел рядом.       — Хён, почему тебе не нравилась твоя школа?       — Там были плохие дети. И в других школах тоже.       — Почему плохие? Они тебя били?! — Испуганно спросил Джинни.       — Нет, но они говорили мне плохие вещи, потому что я азиат.       — А что они говорили?       — Что я некрасивый и не похож на них. Что у меня странные глаза, большой нос и ямочки. Учительница сказала, что ямочки на щеках это дефект.       — Но ты красивый! — с абсолютным непониманием в голосе воскликнул Хёнджин.       — А я так не считаю. Другие дети ничем не выделяются, им повезло…       — Но я вижу тебя красивым, Чанни-хён!       — Спасибо, Хёнджин, — засмеялся Кристофер. — Жаль только я себя не вижу твоими глазами.       — Я тебе покажу! Давай я тебя нарисую! — восклицал ребенок, пока Чан ерошил его волосы.       — Давай, Джинни. Изрисуй целую тетрадь со мной и потом подари, хорошо?       — Хорошо! Научусь и обязательно нарисую тебя!       Малыш Кристофер мягко рассмеялся, запрокинув голову назад. На самом деле он не был расстроен тем, что его считали уродом. Он просто принял это как факт и уже не рассматривал вариант того, что все эти ужасные слова были неправдой. Поэтому его позабавило обещание нового друга, которое он забыл ещё в тот же день. Но Джинни не забыл.       Он всё-таки научился рисовать и на протяжении нескольких лет сдерживал свои слова, чтобы однажды показать Чану, насколько он прекрасен.       Когда его сонный разум прокручивал эти мысли после сна, Хёнджин сам их испугался и, вздрогнув, проснулся на рассвете. Он достал телефон, чтобы посмотреть время. Вкладка с приложением, в котором они с Чаном общались, была открыта, так что его сразу перекинуло в чат с другом. Бросилось в глаза, что Кристофер был онлайн, а значит, уже не спал.       Борясь с желанием заново отрубиться, Джин набрал сообщение дрожащими руками и, еле попав по кнопке, отправил его.

Почему не спишь? ~

~ Собираюсь в аэропорт ~ Скоро вылет ~ Ты спал вообще?

Немного. Собираюсь лечь обратно ~

~ Засыпай. Уже вечером я буду рядом       На лице Хёнджина возникла непроизвольная улыбка, и он, отложив телефон, в ту же секунду уснул.