Советник

       Когда Эндрю вышел из душа, заметил, что Нат уже спит, а потому из уст вырвался слегка недовольный выдох. Нет, он понимал, что тот устал и прочее, однако кролик скорее пытался убежать от разговора, нежели на самом деле хотел лечь спать, ибо тот явно заметил, что Эндрю все видел, что он осознал, что не все так хорошо, как Нат пытался показать.        У него не было особо вариантов, так что он снял повязки, положив их на тумбочку, после чего лег рядом, закрывая глаза. Он и сам не особо стремился погрузиться в царство Морфея, однако не то чтобы у него был выбор, да и это было необходимо, поэтому Эндрю пытался откинуть мысли, что волновали и мешали, чтобы выполнить последнюю задачу любого дня.        Получалось плохо, хотелось уже несколько раз поменять позу, но он знал, что скорее разбудит этим Ната, а потому лежал смирно, ожидая, когда сама по себе усталость его охватит, однако везение не на их стороне, ибо он услышал, как дыхание кролика изменилось со спокойного на очень медленное, словно он пытался затаиться.        Эндрю включил лампу, что была неподалеку, после чего сел, смотря на Ната и пытаясь понять, кошмар ли охватил того и, если да, что в этом случае делать. Миньярд внимательно следил, как на лбу проявился пот, а тело стало дрожать, сжимаясь, напрягаясь.        Он знал, что лучше кролика не трогать, а потому решил чуть-чуть приблизиться и попробовать тот метод, что тренер применял на нем самом, однако как только Эндрю сдвинулся всего на пару миллиметров в сторону Ната, тот сильнее сжался. — Нет, — Миньярд не был уверен, говорит тот о сне или о реальности, но понял, что лучше все равно не приближаться, чтобы не спугнуть, не сделать хуже, не напугать, потому что и после кошмара состояние сохраняется, страх не уходит моментально. — Кролик, — позвал он Ната, надеясь, что все не так плохо и тот проснется. — Прости, от... — Эндрю не расслышал, что тот хотел сказать, потому что кролик тут же сжался, будто пытался уйти от удара, тогда Миньярд стал уверен на все сто, что это опять прошлое, что настигло, заставило вспомнить какие-то события. — Зайчик, проснись. Это кошмар, твой отец мертв, он больше не навредит, — он знал, что это может помочь, хотя и сомневался, он лишь повысил голос, чтобы был шанс докричаться до Ната, однако не настолько, чтобы это услышали в коридоре. — Я виноват, — Эндрю не понимал, что тот видит, как того вытянуть из сна, но пока он лишь скинул одеяло, совершенно не зная, поможет ли смена температуры хоть чем-то. — Ты ни в чем не виноват, Крольчонок, — он осознавал, что его не слышат, но Миньярд пытался хоть что-то говорить, надеясь облегчить все, может даже не разбудить, а отогнать кошмар. — Мама.        Эндрю снова попытался придвинуться, что уже не было встречено сопротивлением, после чего положил руку на голову, начиная перебирать волосы, ибо раньше, когда кролик еще ничего не знал, именно так и помогал тому спать спокойно, однако сейчас все работало не так хорошо.        Нат все дрожал, а Эндрю начал слегка оттягивать волосы, массировать кожу головы, чтобы хоть как-то ослабить до жути напряженное тело кролика, хотя очень слабо помогало, а вывести того из кошмара другим способом он не мог, потому что не было того, что всегда бы помогало выдергивать из сна, что работало бы во всех случаях. Такого не существует.        Эндрю резко разжал ладонь, когда понял, что кролик проснулся, тут же он отодвинулся назад, давая тому пространство и наблюдая за тем, как Нат сел, поджав ноги к себе, спрятав лицо в коленях, обхватывая их руками. — Зайчик, твой отец мертв. Он не навредит тебе, — произнес он спустя пару минут, потому что сразу было бы почти бесполезно, когда тот не видел никого рядом.        Нат резко поднял голову, повернув в сторону Эндрю. На глазах блестели слезы, на щеках мокрые дорожки, которые хотелось стереть с лица кролика, заменить на радость, улыбку, но пока нужен выплеск эмоций, что Миньярд понимал, а потому не мешал, лишь отгонял страх. — Прости, — прошептал тот чуть ли не одними губами, однако этого хватило, чтобы Эндрю разобрал слово, хотя и с трудом. — Ты ни в чем не виноват, Крольчонок.        Он видел, что Нат пытается что-то сказать, но ничего не получается, слезы душат, мешают ему, так что кролик ничего не противопоставляет словам, что только что услышал, а Эндрю встает с кровати, передвигаясь по полу чуть ближе. — Крольчонок, я могу сесть рядом? — Да.        Миньярд аккуратно умостился около Ната, замечая, что тот держит руку на груди, словно пряча что-то, хотя, возможно, он лишь хочет чувствовать свое сердцебиение и все. Эндрю пока просто протягивает медленно ладонь к волосам, думая, что продолжит, если кролик позволит. — Нет. — его остановили, тогда Миньярд сразу убрал руку к себе. — Принеси воды.        Эндрю понял, что Нат лишь просит больше пространства, хотя изначально дал согласие на вторжение в него, а потому ушел на кухню. Добавлять в стакан успокоительное сразу он не стал, лишь взял пузырек с собой, когда возвращался, чтобы кролик сам мог решить, нужно ему принимать это или нет. — Я могу подойти? — он не был уверен, что, несмотря на просьбу, Нат его сейчас захочет видеть. — Да, — Эндрю делал каждый шаг медленно, давая тому передумать, однако этого не случилось, так что он снова сел рядом, протягивая стакан и тряся пузырьком. — Я хочу добавить успокоительного. Да или нет?        Вот сейчас ответ не пришел мгновенно, Нат стал размышлять, а Эндрю покорно ждал, уже понимая, что потом, когда кролик отойдет от паники и страха после кошмара, он станет снова читать лекцию, ибо нечего тут забывать рассказать, что ему не помогло то, что они делали днем. Миньярд мог спокойно посидеть дольше, поговорить, отвлечь того, но Нат предпочел просто отмолчаться, что его не устраивало. — Да, — Эндрю чуть приподнял уголки губ, потому что решение было верным, так тому быстрее станет лучше. Возможно, конечно, Нат даже снова уснет, ибо сейчас около двух или трех ночи, однако на это рассчитывать не стоит.        Когда Миньярд добавил успокоительное в нужном количестве, передал стакан Нату, что выпил все залпом, не особо и замечая какой-то проблемы. Дальше они так и сидели на небольшом расстоянии, пока кролик растирал грудь и плечо со стороны сердца, а Эндрю наблюдал за этим. — Зайчик, ты сейчас переусердствуешь и сдерёшь кожу, она уже покраснела, — он понимал, что это не просто так, но спрашивать о чем-то точно не станет, пока Нат сам не расскажет. — Там шрам, — Эндрю пришлось сильно напрячь отказывающийся работать мозг, чтобы понять, что тот только что пережил. — Ты вспомнил, как он появился? — Миньярд уловил легкий кивок от Ната, что не было чем-то хорошим, но и не откровенно плохим, пережить можно. — Крольчонок, дай сюда свои лапки.        Эндрю дождался, пока Нат сможет отцепить руки от своего тела, от шрама и протянуть ему, после чего аккуратно сжал ладони, начиная большим пальцем гладить тыльную сторону. — Твой отец мертв, он больше не причинит тебе вреда. Все остальные тоже, сейчас ты в безопасности. Никто тебя не тронет, пока ты не разрешишь, пока не позволишь это сделать мне, я не прикоснусь. — Все хорошо, Дрю, я в порядке, — как же хотелось дать тому подзатыльник, чтобы мозги встали на место и стали работать, но приходилось обходиться без этих способов, чтобы не усугубить ситуацию. — Пока не научишься говорить мне правду, никакого «зайчик», «крольчонок» и того, что я еще тебе не называл.