Советник

       Нат и Эндрю сидели на крыльце своего дома. Уже наступило лето, а потому и не требовались куртки, пледы и любые другие средства, чтобы стало теплее. Совсем скоро они закончат со сложной документацией, смогут забрать ее себе, однако пока тут лишь два человека и два кота, что до безобразия похожи на них: один рыжий, а другой белый. Имена помогал придумывать Стюарт, а потому получилось, что сокращенно теперь в их доме бегают Сэр и Король, а про полные имена никто и не вспоминает, ибо дядя знатно поиздевался.        Они курили одну сигарету на двоих, постоянно передавая друг другу. Они легко могли взять две, три или четыре, но куда больше обоим нравилось делать так, а потому ничего и не меняли, оставляя такой способ. — Крольчонок, ты подумал над моей идеей? — Эндрю уже месяц назад поселил сомнение в голове, что Нат не мог спокойно жить, пока все это вертелось, он уже и со Стюартом советовался, а принять решение все еще было сложно. — Мне так не нравится это «Натаниэль». Я был им в Воронах и при Ичиро, а сейчас я не хочу. Меня это все так бесит, прям ужас. Еще и фамилия отца в придачу. Я не хочу постоянно вспоминать о нем, когда вижу свою форму экси, — он уже не в первый раз жаловался Эндрю, что его достало, что так много всего напоминает о мафии, о прошлом, от которого хотелось избавиться.        Они в этот раз только пришли домой после очередной встречи со Стюартом, что всеми силами помогал им удочерить девочку. Ната снова называли «Мистер Веснински», что бесило, он в лучшем случае «Натаниэль» или «Нат», но слышать все это не хотелось, а, когда при упоминании имени все еще и постоянно восклицали «Тот самый Натаниэль, сын головореза!», он просто не выдерживал. — Зайчик, а ты не хочешь поменять имя и фамилию? Просто смени паспорт, если тебе так не нравится то, что сейчас. Да, это много бумажной волокиты, но нам уже не привыкать, да и ты не один будешь это делать, я и Стюарт поможем, если ты захочешь. — Что? — Нат совершенно не ожидал, что тот предложит такое, однако идея показалась заманчивой, а еще и поселила множество мыслей, что преследовали его, сразу после такого количества жалоб. — Просто выберешь то, что нравится, тогда и не будет проблем с прошлым и ассоциациями, которые тебе не нравятся. — Но я же останусь Натом, это не изменится, — он не понимал уже ничего. — Крольчонок, смотри, твои близкие, команда и друзья могут продолжить называть тебя «Натом», тебя ведь это не тяготит, но вот другие, посторонние, будут знать уже другое имя, что позволит тебе упростить жизнь. Ты не должен терпеть, если сейчас тебе это не нравится, да и решить проблему не так сложно. — Но на какое? — Нат точно не знал, хочет ли этого, но сначала надо все продумать, а потом уже и делать остальное, да и слишком странно будет стать кем-то другим. — Зайка, реши сначала, хочешь ли ты, чтобы другие называли тебя по-другому, а потом подумаешь над именем. Я уверен, что тебе понадобится время, чтобы все разложить по полочкам.        Нат писал Стюарту, спрашивал совета, обсуждал, и тот поддержал идею. Советовался с Би, которая тоже сказала, что это может помочь, а потому сомнений было все меньше, однако легче от этого не стало, ибо все равно так много вариантов того, на что это повлияет, что он не знал, как быть. — Подумал, — тихо отзывается он. — Уже решил? Если ты хочешь, то лучше до свадьбы, а то потом придется многое менять, а это слишком много чего заполнять, а я уже успел намучаться с бумагами, — конечно, Нат понимал, что Эндрю примет любой вариант, и даже если он решит изменить имя сразу после свадьбы, однако это все же был разумный довод. — Да, я хочу это сделать. — Ты что-нибудь уже придумал? — Эндрю повернулся на ступеньках лицом к Нату, смотря в глаза. — Я обсуждал со Стюартом, что могу поменять фамилию на Хэтфорд. Он заменил мне родителей, был куда лучше их, так что взять его фамилию будет хорошей идеей, да и он не против, — тот улыбнулся, опуская сигарету на ступеньку и туша ее ботинком. — Ты собираешься оставить себе второе имя? Будешь до сих пор Абрамом? — об этом он не думал, да и сложно все было, так что придётся немного напрячь голову и подключить логику, много логики. — Думаю, да, всё-таки оно особо не запятнано, так что может остаться, — далее последовала всего секундная пауза, после которой Эндрю продолжил. — Хочешь на ручки? — Нат удивился, но сейчас был точно не против, а потому перебрался на колени Эндрю, обвивая руками шею того, устраиваясь очень даже удобно на своем почти муже. — Почему? — конечно, они так делали не один раз, однако все же не так часто Эндрю позволял. — Просто хочу. Давай подумаем над именем, Крольчонок. Ты хочешь, чтобы оно было связано с прошлым или чтобы совершенно другим? — Связано, может, я не хочу очевидного сходства, но все же без этого прошлого я бы не смог встретиться с тобой. — Как приторно, Детка. — Эндрю аккуратно чмокнул его в щеку, после чего и сам положил голову на плечо Ната, начиная руками перебирать рыжие пряди. — Натаниэль, тебе все называют «Натом», так может просто отбросить первые четыре буквы? — Ниэль? — произнес он, пытаясь понять, а нравится ли ему такое звучание, что казалось таким красивым, что он сразу прильнул губами к шее Эндрю, начиная целовать и слегка покусывать. — Дурацкий... фетиш. — тот все еще отрицал, что ему это нравится, хотя по паузам и тяжелым вздохам можно было понять, что Эндрю более чем доволен этим. — Зай...ка, не... заигрывайся. — было видно, что говорить тому тяжело, однако он даже не пытался остановиться, ведь слишком понравился предложенный вариант имени. — Нам завтра... идти... за ней... — И что? — он отстранился, нагло заглядывая в потемневшие глаза Эндрю, перемещая взгляд на шею, где уже виднелись розовые пятна, что скоро потемнеют. — А то, что тебя ждет месть, — Нат не успел и слово сказать, как Миньярд положил руку на талию, не давая далеко отстраниться, после чего и сам припал к шее, начиная повторять почти все действия, что были совершенны на его коже, однако это уже сопровождалось тихими стонами Ната. — Чудо... милый... завтра... — А я предупреждал, так что теперь не отделаешься, — Эндрю продолжал с наглой улыбкой атаковать шею, пока Нат откровенно наслаждался этим, даже не думая о том, что завтра оба будут прятать красную кожу от посторонних взглядов.

***

       Прошло еще несколько недель, когда они закончили с удочерением и в их доме появилась четырехлетняя Эниэль, а сокращённо Эни. Они долго думали, как ее можно будет назвать, хотя сразу понимали, что совместят свои имена. Только после того, как Нат заверил, что сменит свое, Эндрю предложил такой вариант, который понравился сразу, не возникло сомнений, что лучше им уже не найти.        С фамилией было и проще, и сложнее, ведь Эндрю настаивал на двойной, которая будет и у них после свадьбы, однако Нат всей душой отнекивался, не желая, чтобы у ребенка была даже такая маленькая связь в имени с мафией. Оба уперто и долго стояли на своем, пока все же не пришли к тому, что будет две, но «Миньярд» на первом месте. Конечно, от дяди-мафии и такого же одного отца не деться, однако Нат будет скрывать всю жесткость, чтобы девочка росла в спокойной атмосфере, а не так, как пришлось им. Хотя, скорее всего, Эни уже успела повстречаться с ужасной стороной мира.        Стюарт согласился скрывать это хотя бы до определенного возраста. Выбора, конечно, у того особо не было, однако он и не сопротивлялся. Эндрю и Нат поставили простое условие: либо он скрывает мафиозную часть жизни и видится с Эни, либо не скрывает и не видится с их дочкой. Естественно, тот остановился на первом варианте, даже не задумываясь.        Она жила с ними совсем немного, но уже поселилась в их сердцах, что не могли они никак противиться этому, да и не пытались, ведь им она нравилась, была такой живой, свободной и милой, что покоряла с первой секунды. А ее прекрасные светлые волосы и голубые глаза, которым Эндрю почти не мог отказать. Это очень нравилось Нату.        Он попросил Эндрю сегодня не уходить никуда, потому что сам он задержался, правда, сразу не раскрыл причину, чтобы не передумать. Уже было довольно поздно, так что в доме темно, а оба его близких человека спят. Нат почти не включал свет, лишь один в коридоре, сразу натыкаясь взглядом на две массивные, черные пары сандалий с ремнями, что принадлежали ему и Эндрю, а рядом маленькими розовенькие босоножки Эни. Они во второй же день поехали в магазин, чтобы выбрать ей одежду, хотя это было и жутко сложно, так что парни не обошлись без помощи Стюарта.        Нат положил документы на стол, после чего тихо, на цыпочках прошел в спальню, замечая в тусклом свете луны два силуэта, как Эндрю спит спиной к стене, обняв рукой Эни и прижав к себе. Девочка лежит почти также неподвижно, как и они, а на ее маленьких ручках уже были шрамы от родителей, так что ни один из них не задумывался, когда решили, что она будет жить с ними. Это было быстрым и единогласным решением.        Нат быстро взял пижаму, чтобы сменить уличную одежду и присоединиться к этой идиллии, надеясь, что не сильно потревожит сон его Чуд, его Солнышек.        Вернулся в спальню он очень быстро, медленно заползая на свою часть кровати, к сожалению, пробуждая и Эндрю, и Эни, хотя это было ожидаемо, ведь все трое просыпались, если кто-то шевелился. — Папа Нат, — девочка тихо произнесла это, слегка отползая от Эндрю, чтобы обнять своего второго родителя. Проблем с тем, чтобы называть их папами не возникло, девочка сразу приняла это. — Мое Солнышко, — он крепко обнял ее. — Она маленькая мартышка, — еще более вяло, сонно и слегка недовольно пробубнил Эндрю. — Когда ты успела уже заработать себе это прозвище? — Когда повисла на мне, не давая ни шагу сделать одному. — несмотря на недовольный тон, Эндрю улыбался, а малышка снова вернулась к тому, быстро целуя в щеку, отчего Миньярд лишь крепче прижал девочку к себе. — Все, ты попалась, теперь пора спать. — Папа Дрю, а он будет с нами? — они не стали усложнять свои имена, оставляя буквально один слог, чтобы ей было проще привыкнуть, хотя говорила Эни неплохо для своего возраста. — Куда этот кролик денется? Нат, давай залезай, — он быстро оказался под одеялом, закрывая девочку между собой и Эндрю. Они с двух сторон скрыли ее от внешнего мира, чтобы никто не смог обидеть их дочь. — Ниэль. — тихо сказал он, а Миньярд даже глаза полностью открыл, пока Эни переводила взгляд с одного на другого. — Ниэль Абрам Хэтфорд. — Ты все же решился, Зайка, — он не спрашивал, а утверждал. — Да. — Ниэль? — переспросила девочка, а Нат вместо того, чтобы поцеловать Эндрю, чуть опустил голову к ней. — Да, Золотце, но ты можешь выбрать то, что тебе нравится больше, — он бы не стал настаивать, чтобы ей не пришлось переучивать, ведь сам еще не совсем разобрался, насколько это для нее легко или сложно. — А как лучше? — она смотрела на него так, словно понимала смысл смены, что совершенно не хотелось видеть у четырехлетнего ребенка, ведь она не должна об этом думать. — Малышка, просто сделай так, как тебе нравится, ты сможешь сама выбрать? — Мартышка, если папа сказал, что ты можешь сама решить, это так, тут нет тайны, а потому выбор за тобой, — они оба видели, что ей иногда тяжело что-то выбрать, а потом старались всегда одобрять то, что Эни захотелось, или очень мягко показывать и объяснять, почему это не так, когда они, например, были в магазине. — Утром, — оба парня улыбнулись. Она с ними всего три недели, а уже взяла эту маленькую привычку откладывать выбор на другое время, если сейчас не может. — Конечно, подумай, — Нат коротко поцеловал ее в лоб, потом повернулся к Эндрю, ловя его губы своими и продлевая на немного поцелуй, только после этого укладываясь на подушку.        Они не стали скрывать, как делают это другие, простые поцелуи от девочки, ведь хотели выражать любовь друг к другу всегда, да и не считали, что это плохо, ведь это простая любовь между ними, сложные чувства, которые уже приняты, хотя и с трудом. Эни может видеть это, ибо куда лучше поцелуи, чем насилие, которое было в их детстве. — Спокойной ночи, Солнышки, — прошептал Нат, закрывая глаза. — Спокойной ночи, Детки, — отозвался Эндрю. — Спокойной ночи, папы, — прошептала Эни, которая уже почти спала.