Наш ответ - "ДА!"

      Взглянув в пустоту переулка, Мидория поёжился от лёгкого холодка, что пробежал по спине. Ему было непонятно, что привлекло его взгляд, но это «что-то» определённо было и находилось в переулке. Оно пугало его, непозволяло отвести взгляд, ведь страх сковал его тело. Его зрачки расширились, пытаясь найти это что-то.              В голове метались миллионы мыслей, и Тодороки который провожал Мидорию до дома это было заметно.              — Ну чего ты там застрял? Пойдём, — сказал он, трогая своего друга за плечо. «Это, наверное было слишком грубо, зачем я так сказал», — подумал он, быстро убирая руку. Тодороки прижал её к себе и с некой обидой лёгонько ударил по пальцам.              Но зеленоволосый парень не пошевелился, все органы чувств были напряжены, казалось, будто в этом переулке скрывается что-то по настоящему опасное. Что-то, с чем даже всемогущий не мог бы справиться. Неожиданно, из-за мусорного ящика, стоящего примерно за метр от Мидории, выпрыгнул маленький котёнок. И огромный камень свалился с плеч парня. Он благославил всех богов, которые только существуют в этом мире, пока опускался на корточки.              «Какой он милый», — пронеслось в голове Тодороки. Это он не о котёнке с переулка, а о котёнке, который сел на корточки и протягивал руку бездомному существу. Он по настоящему любил Изуку, но всегда боялся признаться в своих чувствах к нему. Мало-ли Мидория отвернётся от него. Скажет, что он урод или, чего хуже, настроит всех в классе против него. По этому Шото просто был рядом с ним, когда это только было возможно, по возможности защищал.       В этот момент Изуку казался очень похожим на того, кем он был во снах Шото. Каждую ночь, ему снился один и тот-же сон: они вместе, соединив пальцы, бежали к вершине маленького холмика, попутно смесят и веселясь, а потом, когда добирались, Шото всегда падал на землю, смотрел на облака и Изуку, пока Мидория, на корточках, рассматривал большой красный цветок. После этого сна, Тодороки всегда просыпался в слезах…              — Какая зайка, ты не голоден? — поинтересовался парень, что не так давно боялся, — Иди сюда, не бойся. — Котик послушался Мидорию и подошёл и легонько, носиком, коснулся кончиков пальцев Изуку. Котёнок немного понюхал пальцы, а потом, словно расплывшись в улыбке, дал погладить его.              «Я тоже хочу так беззаботно касаться Изуку», — с некой обидой пронеслось в голове у Шото. Он тоже присел рядом с котом и специально поставил свою ногу так, чтобы «случайно» прикасаться к своему «другу».               Мидория гладил кота, пока тот мурчал, но в один момент почувствовал резкий удар током, тело обмякло и провалилось в дрём.

***

      — Где я? — послышался слабый и тихи голос Изуки. Глаза не могли открыться, ведь как только он попытался это сделать, яркий свет начинал обжигать роговицу глаза, принося страшные боли.Свет был настолько яркий, что он, словно огонь, обжигал кожу.              — Наконец, ты проснулся, — сказал кто-то прямо над головой. Эти слова вылетели с заботой и в них было слышно искреннее переживание. Этот человек был через-чур знаком.              Только сейчас Мидория понял, что лежит на чьих-то ногах, что кто-то склоняется над ним так низко, что почти закрывает весь свет. Что, этот кто-то был ему очень близок. Он давно любил Шоточку, давно хотел признаться ему в чувствах. Ведь он был для него словно отец, который был всегда рядом и защищал его. Но он всегда отвергал эти мысли. И всегда ненавидел себя за них. Мидория считал, что это не правильно, что это невозможно, что он болен чем-то, и что это пройдёт. Но годы шли и ничего не менялось…       Шото смотрел на Изуку, на то, как он пытается открыть глаза, на то с какой улыбкой он пытается это сделать.              Тодороки проснулся намного раньше него. Всё вокруг было белым и пушистым, словно облака. И это по началу испугало его. Но потом, когда увидел Мидорию, лежащего без сознания, он подбежал к нему, попытался разбудить, но всё было тщетно. И по этому Шото сел на колени, положил голову Изуку на ноги и стал ждать. Шли минуты, он это точно знал, ведь считал каждую секунду. Две тысячи девятьсот сорок одна. Это сорок девять минут. И каждую минуту он опускался к нему на один сантиметр. Да, его ноги страшно болели, но он готов был так сидеть столько, сколько понадобится.       За две минуты до того, как очнётся Мидория, мир начал меняться. Вокруг появился луг с травой, вдалеке стали видны деревья, а чуть поодаль был начал вырастать холмик, как во снах. Откуда-то из леса стали слышны птицы, и подул приятный лёгкий ветерок.       — Тебе не тяжело? — вырвал из мыслей Мидория Тодороки.       — Нет. Всё хорошо.       — Давай я встану, — Изуку уже пытался подняться, но Шото остановил его, стал на пять сантиметров ближе.       — Нет, можешь пожалуйста ещё полежать, — Тодороки не хотелось его отпускать. Он хотел побольше побыть в таком положении. Но, неожиданно, Изуку подтянул его голову поближе. Два сантиметра…       — Прости, — сказал он и коснулся его губ. Они были сухими и шершавыми, не такими как их представлял Мидория.       Когда это прикосновение закончилось, Шото сказал: — Семь секунд…              — Что?       — Семь секунд, — повторил Тодороки, и в этот раз уже он прикоснулся к губам Изуку. Их поцелуй казался чем-то непостижимым для обоих. И ответ на их вопрос: «Будешь со мной встречаться?» — звучал как «ДА!».