Наш ответ - "ДА!"

      Свет проникал сквозь маленькую щелочку между шторами. С того момента ничего не изменилось. Все вещи Мидории стояли на своих местах: брошенная футболка с Всемогущим, которая была ему уже мала, лежала на кровати, листки бумаги, на которых был аккуратно нарисован Тодороки были разбросаны по полу. Вообще, с одной стороны комната, словно, застыла во времени. В ней ничего не менялось уже больше двух лет. С другой — от неё веяло тоской. Тоской по своему хозяину.       Что-то, определённо, изменилось в одноклассниках двух молодых парней, которые, в один момент, просто исчезли. Больше никто-никого не задирал, никто-никогда не улыбался, никто-никогда и подумать не мог, что такое могло произойти. Качан вообще ущёл из академии, когда узнал, что произошло. А Всемогущий частенько запирался у себя в кабинете, неизвестно что делая.       Что-то кольнуло в сердце матери в тот день, когда Изуку возвращался домой. И сейчас оно тоже кололо, но в этот раз от боли. Она сидела на диване и пересматривала любимые записи эфиров Мидории. Миллионы мыслей крутились в её голове, и все они были из-за её сына.       — Мам, не грусти, — сказал парень, смотря на свою маму. Он стоял перед самым телевизором, но женщина не замечала этого. — Я знаю, что ты тоскуешь. Но я всегда рядом. Мы с Тодороки хорошо живём, построили домик. К нам недавно подселилась Нана. Он, оказывается, очень вкусно готовит. Так что у нас всё хорошо, не стоит поэтому переживать. Я люблю тебя, мамуль, только не плачь, пожалуйста, — но именно в этот момент по щеке женщины прокатилась одинокая слеза. Она не была наполнена грустью или печалью, нет, вовсе нет, она была просто каплей воды.       — Знаешь, мне порой кажется, что ты где-то рядом, — сказала она, смотря на портрет ещё маленького Мидории. — Будто ты прямо сейчас со мной.       — Не плачь, прошу, — он хотел было её успокоить, но вовремя вспомнил, что у него не получится. Подойдя к ближайшему книжному шкафу, он аккуратно поддёрнул книгу, которая с грохотом упала. Женщина вздрогнула, встала с кресла и, хотела было поднять, как на одной из страниц было написано:       »… даже в самых страшных ситуациях я никогда не сдаюсь! Ведь я Всемогущий! а это значит, что вы никогда не должны плакать…»       Слёзы матери усилились, они капали на страницу, размывая текст, но в этот момент парня уже не было рядом.

***

      — Как там твоя мама?       — Да… Всё так же, как и обычно.       — Она у тебя сильная, справится. Я уверен.       — Но мне всё равно не по себе. Как так получилось, что именно мы…       — Не знаю. Просто так получилось, — перебил Мидорию Тодороки.       — Хорошо, я постараюсь, — парень стёр со щеки слезу.       — Эй, ну ты чего? — Шото подошёл поближе и прижал Изуку к себе. — Не стоит из-за этого расстраиваться. Этого уже не изменить, ты же знаешь.       — Угу, — еле слышно выдавил из себя парен, уткнувшийся носом в ключицу Тодороки. — Спасибо за твою заботу и любовь.       — Сто восемьдесят семь. Семь тысяч двести сорок один.       — М?       — Ты подаришь мне семь тысяч двести сорок второй поцелуй?       — Да.       — А ты помнишь нашу с тобой фразу?       Настроение Мидории сразу же улучшилось и он сказал: — Наш ответ — «ДА!»