Закон божественной триады

Питер откинулся на бортик ванной, устало закрывая глаза. Этот день ему показался едва ли не сложнее битвы с Таносом. Начиная от спасения самым настоящим Богом и заканчивая приставаниями другого Бога за ужином. Но лучше начать всё с начала, чтобы разложить по полочкам. Гарри объяснил ему суть магии, различия между её видами и его собственные возможности. Даже наглядно показал, что это правда, а не бред умалишенного. В одно мгновение, повинуясь незамысловатому жесту ладони, по комнате распространилось тёмное облако со сверкающими яркими красными всполохами внутри. — Это – моя магия. Я визуализировал её. Ты тоже можешь сотворить подобное. — Я? – недоверчиво переспросил Питер, – Но как? — Я научу тебя, – брюнет коснулся бледной кожи на чужом виске. Паучок сперва поморщился от ощущения более ледяного прикосновения, чем до этого, а потом чуть вскрикнул, почувствовав, как мозги становятся будто ватными, а кожу под пальцами закололо, словно от небольших разрядов электричества. — А теперь попробуй. Питер хотел сказать, что всё ещё не знает, как, но понял, что он может сделать это, может визуализировать свою собственную силу. Стоит только напрячь магическое ядро и направить поток магии наружу. Юноша зажмурился, опасаясь увидеть, что ничего не получилось, ведь тогда Гарри разочаруется в нём и... — Не бойся, Питер. Ты можешь открыть глаза, – бархатистый голос звучал будто бы прямо в голове. Шатен несмело приоткрыл один глаз, а в следующую секунду широко распахнул оба, не веря в увиденное. По всей комнате, слабо колыхаясь, висел голубоватый туман. На вид он был таким мягким, что хотелось опустить в него лицо и утонуть, как в огромной подушке. — Я был прав, Питер, и ты – очень сильный маг. А душа твоя так чиста, – Гарри с мечтательным выражением лица дотронулся до щеки поражённого подростка. Почему-то ему понравился именно этот жест, – Но хватит на сегодня, иначе с непривычки всё тело будет болеть. Туман рассеялся, оставив парня наедине с Богом Смерти. — Ты голоден? — Не-немного, – в подтверждение его слов желудок громко взвыл, словно молодой кит. На губах брюнета появилась слабая улыбка, в ответ на смущенный румянец. — Тогда давай спустимся. Думаю, ужин уже готов. Питер, следуя за мужчиной, украдкой рассматривал убранство дома. Не было ничего, что бы указывало на личность владельца: никаких картин или статуэток, никаких ваз или чего-то в этом роде. Лишь голые деревянные стены, впрочем, создающие неповторимый уют. Они спустились по винтовой лестнице на первый этаж, откуда доносились исключительные запахи, от которых желудок подростка вновь громко взвыл. — О, наш гость уже проснулся? – послышался с кухни мужской голос, – Проходите, кролик уже готов. У духовки стоял молодой мужчина, неспеша накладывая очередную порцию. Его длинные чёрные волосы ниспадали каскадом на спину, а почти такие же как и у Гарри зелёные глаза смеялись, излучая тепло. — Знакомься, Питер, это Локи. Питер замер, не в силах сделать даже шаг. Локи? Тот, что напал на Нью-Йорк, а потом пропал? Разве может быть в глазах безжалостного ублюдка, как его описывал Мистер Старк, такая забота? Может ли быть в них такое счастье при взгляде на второго брюнета? — Проходи, не бойся. Я не кусаюсь, парень, – ехидно поддел подростка легенда скандинавов. Питер сглотнул и неловко уселся за стол. Перед ним тут же поставили тарелку с аппетитными даже на вид мясом и овощами. Паучок с удивлением на лице прожевал тающий во рту кусочек жаркого. — Это так вкусно! — Спасибо, – в уголках глаз Бога Лжи появились морщинки, а на губах – улыбка. — Вы... Извините, но вы совсем не похожи на того, про кого мне рассказывали, – едва слышно пробормотал Паркер. — Знаешь, Питер, иногда я сам себя не узнаю. Но именно это и есть я. Таким я стал бы изначально, если бы мой приёмный отец не выделял брата во всём. Пусть он и говорил обратное, но я всегда видел, что Тору достаётся больше внимания. Я был всего-лишь одиноким ребёнком и страшно ему завидовал, ведь рядом с ним постоянно крутилась целая толпа друзей. Со временем эта зависть переросла в жгучую, разъедающую внутренности ненависть. Но с Гарри я почувствовал себя на своём месте, – брюнет благодарно сжал руку сидящего с боку мужчины, и Паркер понял, что этих двоих связывает далеко не дружба. Его щёки невольно покраснели. Повисло уютное молчание, разбавляемое негромким звяканьем железных вилок о фарфор тарелок. Внезапно Питер почувствовал, как чья-то стопа скользит по его ноге, медленно-медленно поднимаясь вверх. Отчаянно заалев, юноша вскинул взгляд на сидящего напротив Локи, но на лице того не дрогнул ни один мускул. Ощущая, как бешено колотиться сердце где-то в горле, Человек-Паук продолжил есть, всё больше смущаясь – нога брюнета поднималась всё выше и выше, и проклятое подростоковое тело начало отвечать на столь незначительную ласку. — Сп-пасибо! Было очень вкус-сно! М-можно мне пом-мыться? — Конечно, – Гарри перевёл взгляд с тарелки на шатена, – Ванная на втором этаже, вторая дверь. И Питер, не дожидаясь окончания фразы, невоспитанно вылетел из-за стола, стремясь как можно быстрее устранить одну маленькую вставшую проблему... — Господи, какой же я болван! – Паучок досадливо ушёл с головой под воду. «Наверняка же он не имел ничего такого в виду! А я так себя повёл... Нужно будет извиниться.» Питер вытерся и, не найдя своей одежды, в которую планировал снова одеться, и, краснея не только щеками, но и шеей, натянул висящий на стене хозяйский халат – не голышом же выходить! Ткань приятной прохладой охватила распаренную горячей водой кожу. В коридоре было неожиданно темно. Тревога душной волной прокатилась по телу, но сразу же улеглась, стоило наткнуться взглядом на струящийся из-за приоткрытой двери свет. Ступая тихо-тихо, Паркер приблизился к комнате. Протяжный стон застал парня врасплох. Питер мысленно дал себе подзатыльник и приказал прикрыть дверь, но юношеское любопытство пересилило чувство стыда, и шатен заглянул внутрь. В свете медленно летающих по помещению оранжевых шаров фигура Локи манила плавными изгибами, а матовая кожа переливалась таинственными тенями. Рука расположившегося за его спиной Гарри чувственно сжала темный сосок, слегка оттягивая, а вторая скользнула вниз, к прикрытому согнутыми ногами достоинству. Сверкающие от вожделения глаза-изумруды распахнулись, натыкаясь на стоящего в дверях Питера. Локи вытянул руку вперёд, будто зовя, и бесстыже раздвинул ноги, открывая вид, на ласкающие его пальцы. — Иди сюда, Питер, – чарующий голос Смерти заставил подростка вздрогнуть и повиноваться, будучи не в силах отказать. Матрас прогнулся под весом третьего человека. Паркер заворожённо следил за пальцами, что исчезали внутри скандинавского бога, – Видишь, как он хочет тебя, – прошептал мужчина, чувственно выцеловывая шею и плечо любовника, – Давай, Питер, войди в него. Подари ему удовольствие. Юноша позволил халату соскользнуть на простыню. Он словно заворожённый приблизился к Локи и несмело коснулся его ходившего ходуном из-за частого прерывистого дыхания живота. Почувствовав, как дрогнула кожа, Паучок чуть осмелел и обхватил ладонями поразительно тонкую, почти девичью, талию. Член подростка уже болел от напряжения и желания поскорее оказаться в жаркой глубине. Он поднял медовые глаза, словно спрашивая разрешения, и, получив в ответ кивок, медленно вошёл в разработанный вход. Внезапно Локи резко опустился вниз и обхватил одной рукой мальчишескую шею. Гарри сцепил зубы на его загривке, и Паркера повело от столь горячего зрелища. Он с силой совершал толчки, выбивая из брюнета всё новые и новые стоны. В один миг его рот был захвачен губами Смерти и внутри стало так хорошо... Питер с упоением целовал мужчину, трахая его любовника. Лёгкая судорога прошлась по телу ётуна, а его кожа начала синеть. Вдруг вокруг его члена в воздухе засветилось кольцо из непонятных символов, заставив того разочарованно всхлипнуть. — Не так быстро, – Гарри приподнял любовника и усадил на себя, проникая в растраханное отверстие до конца. Питер не мог отвести взгляда от цветных переливов на блестящей от пота коже. Желание сделать что-нибудь для принимающего мужчины буквально плавило мозг, а умоляющий взгляд затянутых пеленой страсти глаз буквально подкинул на месте разрядом тока. Даже не чувствуя волнения, Паркер опустился вниз, устроившись между широко разведённых ног, поймал ртом чужой пенис и, выждав миг, опустился на него. Смазка, капающая с головки оказалась солоноватой, но необычный вкус не отвратил парня, наоборот, тот с ещё большим энтузиазмом задвигал головой, не понимая, откуда в его голове появились навыки профессионального минета. Только если... — Не благодари, – прозвучало будто прямо в мозгу. Локи кусал губы, чувствуя, что буквально разрывается между двумя любовниками. Гарри, вплетя пальцы в волосы подростка, приподнял его голову выше, заставляя посмотреть на себя. — Ты нужен нам, Питер, – с этими словами мужчина проник в подсознание Паучка и передал видение того, что необходимо сделать, – Давай же, он сможет принять нас обоих. Парню ничего не оставалось кроме, как повиноваться. Он неумело растянул Бога Лжи и неуклюже пристроился рядом. Помаленьку, стараясь не причинять сильной боли, он вошёл в горячее лоно. Пот заливал глаза, но Питер упрямо шёл дальше, пока не уткнулся подвздошными косточками в раскинутые в стороны бёдра мага. Их движения слились в одно. Мощные фрикции заставляли тысячелетнего бога стонать, срывая голос, метаться между любовниками, целуя то одного, то другого. — Га-ах-рри!... Питер-р!... — Давай, малыш, подари Локи новую жизнь! – подросток не понял, о чём говорил Смерть, но послушно ускорился и через пару толчков одновременно с Гарри излился внутрь Лафейсона. Белые капли испачкали лазурно-синие живот и грудь ётуна, а сам он бессильно обмяк, закатив глаза. Его улыбка и лёгкая одышка не давали усомниться в том, что удовольствие было обоюдным. Питер почувствовал, как что-то буквально распирает его изнутри и, не в силах сдержать это, расслабился, отпустил себя. Воздух комнаты расчертили призрачные голубые полосы, а в следующий миг они перевились в толстые канаты с чёрно-красными и сине-сиреневыми лентами. Внезапно юноше так сильно захотелось спать, что он, забыв про стеснение, плюхнулся на крайнюю подушку, едва успев выйти из всё ещё не пришедшего в себя Локи. Смерть ласково обвёл взглядом сладко уснувших партнёров. Он отчётливо видел, как тонкие красные нити, выходящие из груди каждого из них, переплетаются между собой, соединяя троицу нерушимой Связью, что оплетала сами души. — Теперь я найду вас даже после перерождения, – раздался мягкий шепот в тишине ночи.