Остались лишь пустые банки, осколки на полу да едкий запах крови.

      Время тянулось медленно, словно Лëву опустили в бочку с мëдом и аккуратно перемешивали. Несколько дней подряд он виделся только с Яном. Николенко приходил проведать его, сделать перевязку и просто поболтать. За это время они очень сдружились и могли найти множество тем для разговоров.       Егор чувствовал себя всë лучше. Рана затягивалась и почти не приносила дискомфорта. Он стал понемногу вставать, а после и ходить. Усталость пропала, осталась только скука. К слову, Лëва успел прочитать всю книгу, когда-то обнаруженную в палате, и теперь заняться ему было совсем нечем. Он просто лежал на кровати и рассматривал потрескавшийся потолок. Иногда в голове появлялся голос, но говорить с ним было не о чëм, поэтому он так же быстро исчезал.

***

      В один из одинаковых дней Лëву посетил Борис. Он хотел узнать некоторую полезную информацию для Александра Николаевича. Лифшиц расспрашивал Егора о его жизни, о службе военным лётчиком, о прошлом бункере и о многом другом. Разговор зашëл чуть дальше, и гость рассказал немного о себе. Оказалось, до войны Боря служил в мотострелковой роте, потом ушёл на фронт, а после попал к Шуре. – Ты не удивляйся, здесь многие служили.- напоследок сказал посетитель.–Вот например Ян Юрьевич - военврач бывший.       Голоса смолкли, и Борис покинул помещение. Перед уходом он сказал, что передаст все важные данные Уману.

***

      Одиночество душило Лëву. Стены начали давить. Ему хотелось скорее покинуть чëртово помещение. К счастью, вскоре ему удалось это сделать.       В тот день Ян как обычно пришëл к Бортнику. Осмотрев его, Николенко улыбнулся и сказал, что можно наконец-то выпустить Егора из заточения. Врач выдал новую одежду и вышел за дверь, чтобы подождать, пока тот переоденется.       Лëва старался как можно скорее разобраться с нарядом. Штаны можно было бы назвать обычными, если бы они не застëгивались и не затягивались кучей ремешков. Карманов на них тоже было чересчур много. Также в комплект входила чëрная водолазка, которая, в целом, не вызвала вопросов, и балахонистый плащ, какой носят все люди этого убежища.       После всех манипуляций с одеждой, Егор покинул комнату. За дверью они встретились с Яном. –Ты уже готов? - Николенко был сильно удивлëн скоростью Лëвы. – Отлично! Я покажу тебе бункер. Ты будешь в комнате вместе с Максом и Борей. –Хорошо. Ну, пойдëм тогда.       Парни пошли по длинным коридорам, которые создавали ощущение запутанного лабиринта. Ян объяснял где и что находилось, а Егор изо всех сил пытался запомнить. Бортник примерно понимал место нахождения кухни, душевых и, как ни странно, женского корпуса. Проводник рассказал, что людей здесь не много, но у некоторых женщин уже есть дети. К слову, в коридорах было немноголюдно. Шаги гулко разносились по пустым помещениям. Можно было услышать дыхание находящегося рядом человека.       Спустя какое-то время они дошли до мужского корпуса. Ян показал нужную дверь. Комната была не очень просторная, но и не маленькая. Три кровати, несколько шкафов и пара тумбочек стояли у стен. Оба новых соседа оказались в спальне. Они лишь приветливо улыбнулись и поздоровались с Лëвой. – Приветик! Очень рады, что ты поправился. - Лакмус светился от счастья. – Ты только не стесняйся, мы же всë равно теперь вместе жить будем. – Твой шкаф левый крайний, что около дверей. - Борис решил помочь Егору быстрее освоиться. – Там стандартный набор вещей, они у всех есть. Лëва уселся на своей кровати, продолжая осматривать комнату. – А почему в коридорах людей нет, и тишина такая стоит, будто ты вообще один здесь? - не сдержавшись Бортник задал интересующий его вопрос. – Дисциплина Шурика.- попытался объяснить Боря, но под вопросительный взгляд Егора продолжил.–Без надобности из комнат не выходить. Правда, правило это сами люди придумали. Он-то нам не запрещал, но слишком уж его боятся. – То есть, ходить можно, если не боишься...Интересно... Что же этот Шурик такого сделал, что все его шугаются? – Много чего... - Макс старался вспомнить, что можно такого рассказать. – Например, на одной из вылазок он пристрелил одного из наших за то, что тот сказал что-то поперëк слова Умана. Пугать тебя не хочу, поэтому страшнее вещей рассказывать не буду. Но, поверь, ужасных поступков он натворил много. Шура - человек интересный, сумасшедший слегка. Ты с ним аккуратнее будь, мало ли что. – Спасибо, что предупредил. – Знаешь, у нас собрание скоро... Думаю, Уман тебя людям представит. - Боря говорил тихо, будто находился в замешательстве. – Обычно он просто о планах рассказывает на пару ночей вперëд. – Что ж... Хорошо... Посмотрим. - Лëва не стал ничего загадывать и решил подождать.       Дальше разговор не пошëл. Ребята умолкли, иногда перекидываясь словами. Было очень спокойно . Как ни странно, в комнате витала атмосфера уюта и умиротворения. – Шурика не боишься?- насмешливый голос вдруг возник в голове. – С чего бы это? - Егору стало действительно интересно, почему он должен бояться . – Ну, не знаю. Первый раз, когда он заходил, ты обосрался так, что заикаться стал. –Мне было плохо, я искажёно воспринимал реальность. – Плохо ему было...ещë что расскажешь, а? – Не хочу спорить, но тогда даже суток не прошло с того момента, как я в сознание пришëл. –Ладно... А что дальше делать собираешься? – Пока не знаю. Но сейчас я хочу, чтобы ты замолчал. – Как хочешь, так и будет. - голос выдохнул Лëве в шею и пропал.       За диалогом с самим собой и тихими переговорами с соседями время пронеслось незаметно, словно часть дня просто вырвали. – Егор, надо идти. Опаздывать нельзя, если, конечно, хочешь быть живым. - Боря поднялся с кровати, а за ним встал и Макс. – Да, хорошо. Пойдëм. - Лëва и не собирался задерживаться.       Парни покинули помещение и двинулись куда-то по коридорам. Бортник предполагал примерное направление их движения, но чем дальше они углублялись в бункер, тем сложнее ему было запомнить дорогу.       Шли они не долго. Группа попала в комнату чуть больше их собственной. Здесь уже собиралось довольно много мужчин. Женщин, а тем более детей, не было. Все собравшиеся вставали в шеренгу. Боря шепнул Егору, что им тоже надо занять место в этом "ряду" .        Люди старались не издавать лишних звуков, иногда тихо перешëптываясь. Кто-то рассматривал Лëву, хотя по большей части на него не обращали особого внимания. Бортника немного смущала и удивляла тишина, порой повисавшая в комнате.       Через некоторое время всеобщего ожидания в помещение зашëл Александр. – Рад вас всех здесь видеть. - тихо, но воодушевлëнно начал он. – Многое с нами уже произошло, но такого никогда не было.       В ответ ему была лишь тишина. Уман выждал паузу, стараясь заинтриговать, но вскоре продолжил. – Некоторые из вас уже знают, что к нам присоединился ещë один выживший. - Шура перевëл взгляд на Лëву и продолжил. – Прошу любить и жаловать, Бортник Егор Михайлович. Военный лëтчик. Победил "нашего монстра". - Александр кратко описал нового человека. – Ну, иди сюда. Пусть все на тебя посмотрят. - он поманил Егора аристократичным взмахом руки.       Бортник сделал несколько шагов вперëд и повернулся лицом к людям. Те критично осмотрели его, но никаких звуков не издавали. Шура слегка улыбнулся. Его веселила реакция людей. Кто-то удивлëнно хлопал глазами, кто-то от шока открыл рот, а некоторые сердито хмурились.       Насмотревшись на собравшихся, Уман продолжил. – Так... Ну , а теперь поговорим о планах на будущее. Завтра мы пойдëм на поверхность. Людей я уже выбрал. - он вновь осмотрел присутствующих. – Итак, со мной пойдут Лакмус, Боря и новенький. Вы, -он указал на соседей Лëвы, – расскажите о защите от солнца и в целом о наших походах. - Шура снова замолчал, задумавшись.       Чуть подумав, он закончил собрание. – На этом всë. Все свободны.       Александр изчез в дверном проёме также быстро, как и появился. Люди стали медленно расходиться. Бортник, Андрющенко и Лифшиц тоже отправились в свою комнату. По коридорам они шли молча, но когда попали к себе, спокойно начали разговор. – Слушай, Лëв, а ты правда лëтчик?.. - глаза у Макса загорелись, как у ребëнка, увидевшего желанную игрушку. – Ну, да. Зачем мне врать? –Да... Прости. Странный вопрос... - Лакмус уткнулся взглядом в пол. – Просто на одной из вылазок мы самолёт нашли. Вроде, в нормальном состоянии. –Правда? Я бы взглянул на него... - Лëве давно хотелось в небо. Хотелось снова услышать гул двигателей. Даже в самых горячих точках он чувствовал себя лучше, чем сейчас. Бортник любил небо, а небо бережно принимало его в свои объятия. Больше всего на свете он желал вновь прочувствовать те эмоции, какие бывают при взлëте. Когда всë внутри сжимается и ты ощущаешь ту самую свободу.       С самого детства Бортник обожал самолёты. Эти громадные железные птицы, с лëгкостью поднимавшиеся в воздух, впечатляли маленького мальчика. Тогда он часто убегал к ближайшему аэропорту и наблюдал. Лëва мог проводить так целые часы.       Намного позже эта любовь вылилась в профессию. Он долго не мог определится идти ему в военную авиацию или гражданскую. Но судьба решила по-своему. Так вышло, что он попал в Военно-воздушную академию, а после успешно летал некоторое время. Потом попал на фронт. Когда начали падать первые ядерные бомбы, он находился в госпитале, и его вместе с другими ранеными отправили в убежище. Больше в кабину самолëта Бортник попасть не смог.       Лëва тихо рассказал о себе товарищам и по очереди взглянул им в глаза. Макс рассеянно улыбался, а Боря задумчиво чесал бороду. – Я тут вспомнил, - начал задумчиво Борис. – Шура же просил рассказать тебе о походах. - Лëва согласно кивнул. – Ничего необычного...Хотя нет... Вы же ходили по ночам, - Бортник вновь кивнул. – Вот, а мы ходим и днëм, и ночью. -Егора это удивило, но Борис продолжил объяснять. – У нас костюмы есть защитные. Они-то нам от солнца и помогают. Я не знаю, откуда эти вещи появились. Их всего четыре, поэтому мы "путешествуем" в четвером или меньшими группами. - на одном из слов Боря показал кавычки пальцами. – Короче, завтра разберëшься, а пока нам надо спать, вставать рано.       Разговор закончился, и ребята разлеглись по своим кроватям.