you make me

— Цветы? Твоя была идея? — Минхо усмехнулся, оглядев небольшие вазочки на каждом столе. Чанбин только коротко кивнул, улыбнувшись своим мыслям. — Ты с этим цветочным на год контракт заключил? Их же менять надо. Или это разовая акция? — Не контракт, — кивнул Чанбин, — а договоренность. — И давно ты стал таким любителем цветов? — хохотнул Чан, отпивая из своей бутылки. В баре, как обычно, был приглушенный свет, парафиновые свечи на столах и приятная расслабляющая музыка. Со Чанбин знал толк в хорошей атмосфере, этого не отнять. Чан раскинул руки по сторонам на спинку дивана и вытянул ноги. Вечер пятницы — отличное время. — Лучше расскажите про ваши рабочие учительские будни, — беззлобно хмыкнул Со и подал официанту знак, чтобы ему повторили его напиток. — Минхо уже стал учителем года? — Да иди ты, — улыбнулся Минхо и чокнулся с Чаном. — Не скромничай, Хо, — Чан смотрел на него так, словно хотел в следующую секунду по-отечески потрепать по волосам, а потом перевел взгляд на Чанбина. — Минхо у нас любимчик малышей, — на это Ли только закатил глаза. То была правда. После того, как Минхо помог той маленькой девочке, она постоянно крутилась рядом, а всем в классе рассказала, что этот новый учитель Ли — самый-пресамый хороший. Девочка, чье имя было Хеджин, после доверительно рассказывала Хо о том, что контейнер, который тот отобрал у старшеклассников, очень ей дорог. Это мамин, все повторяла она, но Минхо в тот день не обратил на это внимание. Оказалось, мама девочки умерла всего год назад, а при жизни всегда складывала ей обеды в этот контейнер, и теперь это своего рода память, оставшаяся о ней. Хеджин рассказывала об этом совсем тихо, почти себе под нос, снова сидя на первой парте прямо напротив Минхо, а тот со всей силы делал вид, что был занят своими бумагами, но услышав про смерть родительницы, не смог продолжать и остановился, подняв на девочку взгляд. Она не плакала, но ее голос был очень грустный, и она теребила рукав своей блузочки. Минхо на это только тяжело вздохнул, глядя на нее из-под спущенных на нос очков, и достал твикс из ящика под столом, который припас для себя, чтобы перекусить с чашкой кофе. Девочка восторженно вздохнула, словно Минхо сделал для нее рождественский фокус. — Но теперь в школе появились вы, учитель, — улыбнулась она, подперев щечку ладонью. — Я очень рада, потому что вы очень хороший. Мне очень нравятся ваши уроки, и то, что вы не задаете домашку! Минхо хмыкнул, ну, конечно. — Я не задаю домашку только тем, кто меня слушается, — ответил он, все еще пытаясь казаться строгим. — Так что не советую хулиганить. Девочка на это только хихикнула. А вот старший класс, доставшийся Минхо, оказался достаточно трудным. Абсолютно безалаберные дети, шумные и невоспитанные. Это был именно тот класс, откуда были те ребята, отобравшие у Хеджин контейнер. И если изначально Минхо думал, что в каждом классе есть пара-тройка таких задир, то, встретившись с полным классом, убедился — здесь скорее была пара-тройка нормальных ребят. Впрочем, таким Минхо было не напугать, поэтому класс, изначально собиравшийся извести молодого учителя, в итоге сам оказался в своей же ловушке. Минхо был не из тех, кого можно было обдурить или провести. Харизматичный и очаровательно наглый, Ли Минхо умел быть справедливо-строгим и насмешливо-язвительным, так что наглые старшеклассники уже через пару недель начали исправляться, и к середине второго месяца стали почти совсем послушными. — Рты закрыли и сели, — обаятельно улыбался он в начале занятия, и этого было достаточно, чтобы подростки, не горевшие желанием злить Минхо, послушно замолчали на ближайшие сорок пять минут. Надо ли говорить, что в то время, как младшие Минхо обожали, старшие явно не горели желанием посещать его занятия. Впрочем, Ли Минхо это мало волновало. Он шел по программе и оценивал непредвзято: выучил — молодец, не выучил — никаких поблажек. Хотя ладно, стоит признать, младших он несколько баловал. — Ну надо же, — хмыкнул Чанбин, — а я думал, ты только двойки кому ни попадя лепить будешь. — Ну, а ты, — Минхо взял на себя инициативу. — Давно в флористы заделался? Что это за внезапные порывы превратить бар в эльфийский лес? — Да, кстати, — оживился Чан. — Ты так и не рассказал. Чанбин закусил губу. — Долгая история. — Да мы не торопимся, — хмыкнул Минхо, переглянувшись с Чаном, и тот довольно кивнул. Чанбин вздохнул и усмехнулся, отпил свой виски. Он рассказал про цветочный магазин рядом с кофейней и про красивого флориста, и про то, как он целую неделю просто наблюдал за ним по утрам (этот пункт, конечно, вызвал бурную реакцию друзей и смущение Чанбина). Пока Чанбин пел дифирамбы веснушкам, пшеничным волосам и разноцветным кардиганам, на телефон Чана пришло сообщение в какао-токе. Он был удивлен, увидев имя Чонина, но только совсем немного — последнее время ученик писал ему достаточно часто. В сообщении было вечернее приветствие и следом фотография, Чонин прислал фотку страницы из манги, которую читал сейчас. Это показалось мне таким смешным, что я очень захотел с вами поделиться, написал он. Чан невольно улыбнулся, просмотрев черно-белую картинку. — Кому это ты там улыбаешься? — вкрадчиво промурлыкал Минхо совсем рядом, так что Чан дернулся от неожиданности и пролил пиво себе на джинсы, вызвав этим хохот друзей. — Да-да, очень смешно, — благо, джинсы были темными, но приятного все равно мало. — Значит, Бан Чан следующий, кто будет рассказывать о своих похождениях, — Минхо хитро улыбнулся. — Ну заладили, — добродушно улыбнулся Чан, убирая телефон в карман и откидываясь на спинку дивана. — Это один из учеников прислал мне отрывок из прочитанного. Минхо и Чанбин тут же скривились. — Ты такой неинтересный, — фыркнул Минхо. — Чанбин, продолжай, итак, ты стоял и пялил на бедного мальчишку месяц, и что было потом? — Не месяц, а неделю! — Ну, я и говорю, два месяца, — Минхо пожал плечами, поднося к губам бутылку под хохот Чана и недовольное фырканье Чанбина, и сам тихонько посмеялся. Феликс был само обаяние, его низкий приятный голос располагал к себе, а теплая улыбка не оставляла шанса не улыбнуться в ответ. Чанбин провел в его компании около полутора часов, пока флорист расспрашивал его о баре, интерьере и атмосфере заведения, чтобы подобрать нужные цветы. В итоге веснушчатый цветочник предложил собрать композицию из бордовых роз вперемешку с сухоцветами и расставить их в небольших вазах на столах. Чанбин был в восторге, но впрочем, Феликс мог предложить хоть кактусы в горшках поставить, Со только бы с готовностью достал карточку, чтобы все оплатить. — На самом деле, мальчишка молодец, — задумчиво прокомментировал Чан, глядя на простую стеклянную вазочку на их столе. — В каждой вазе есть розы, но все композиции при этом не повторяются. Очень круто. Чанбин довольно хмыкнул. Еще бы, он был готов воспевать Феликса и желал, чтобы его работой восторгались и другие. Но только работой, потому что самим Феликсом будет восторгаться Чанбин. На все композиции ушло несколько дней, в которые Чанбин обязательно наведывался в цветочный под предлогом проверки работы и приносил с собой напитки. Феликс хитро улыбался, но Чанбину в этой проверке подыгрывал, а когда все было закончено, предложил помочь перенести все композиции в бар, и заодно посмотреть его своими глазами. Чанбин, безусловно, справился бы сам, но разве мог он отказать Феликсу в том, чтобы посмотреть его бар? К тому же, лишнее время, проведенное с Феликсом, вовсе не было лишним для него. — Вот... это мой бар, добро пожаловать, — неловко улыбнулся Чанбин, открывая дверь и впуская туда Феликса. До открытия еще оставался час, и в помещении были только два-три человека: управляющий, повар и бармен. — Вы очень детально описали интерьер, — улыбнулся Феликс, оглядывая зал, а потом цветы в руках. — Давай на ты, пожалуйста, — Чанбин неловко почесал затылок и улыбнулся. — Мне как-то странно, что мы примерно одного возраста и выкаем друг другу. — Как скажешь, — кивнул Феликс. На то, чтобы перенести все вазочки из машины и расставить их по столам ушло около получаса, а после Феликс вежливо улыбнулся и сказал, что ему пора, ведь он не может держать магазин закрытым слишком долго. Чанбин не нашелся, что на это ответить, и только поблагодарил флориста за работу и помощь, а потом позвал посещать его бар почаще. — Как-нибудь после работы, — улыбнулся Феликс, оборачиваясь, и помахал рукой. Так же, как в самый первый раз. Чанбин постоял несколько секунд, наблюдая за тем, как за мальчишкой закрывается тяжелая дверь, а потом выбежал и окликнул его. — Ты любишь кофе? — ох, из всех предложений, Чанбин, ты выбрал самое банальное, ну что за дурак. — Здесь неподалеку есть хороший кофе... Если ты захочешь, после работы... — Я люблю чай, — обернувшись, улыбнулся Феликс. Чанбин неловко издал понимающее "а-а" и опустил голову. Феликс хохотнул и подошел ближе. — Но это неважно, кофе тоже подойдет. Чанбин посветлел, улыбнувшись, и от волнения даже закивал несколько раз, повеселив этим Феликса. Флорист еще раз помахал рукой на прощание и ушел, оставив Чанбина стоять на улице с очень плохо скрываемой улыбкой на все лицо. — Ну какая прелесть, посмотрите на эту милашку, — заулюлюкал Чан, успев даже потискать Чанбина за щеку, прежде чем тот скинул его руку. Минхо открыто хохотал, допив свою бутылку, и попросил официанта принести еще. — Кажется, этот Феликс просто нимфа лесная, — улыбнулся Минхо и игриво поднял брови. — Вам расскажешь, потом сто раз пожалеешь, — ворчал Чанбин, хотя и улыбался, когда в это время Чан по-дружески трепал его по плечу. — Кстати, что делаете в среду на следующей неделе? У меня тут очень интересные ребята собираются выступать, должно быть классно. — М, я приду, — тут же отозвался Минхо. — С этой работой в школе я будто снова вернулся в это учебное болото. Хочется как-то развеяться. — Я пас, — Чан покачал головой и объяснил, — у меня планы. Чан видел в окно стадион, по которому Чонин бегал, а потому, закончив работу, спустился вниз, где в холле стоял автомат с напитками и снеками, и купил две бутылки лимонада и одну бутылку воды. Воду он запихнул к себе в рюкзак, а лимонады оставил в руке и, попрощавшись с охранником, пошел на стадион. Чонин в спортивном плане был настоящий молодец, Чан видел его на стадионе несколько раз в неделю, а в другие дни мальчик ходил на тренировки по плаванию — это он так рассказывал. При этом, в школе Чонин тоже держался хорошо, отличником не был, но все предметы держал на твердые четверки. Кроме физкультуры, конечно, там была бесспорная пять. Чан помахал ему рукой, привлекая внимание и опустился на одну из лавочек. Чонин, улыбаясь, подбежал к нему и поднялся до нужной лавки. — Привет, — улыбнулся Чан, протягивая лимонад. — Привет, — улыбнулся Чонин в ответ и взял бутылку. — Сладкое, — его мордашка сделалась грустной. — Нельзя же ведь на ночь. Чан понимающе кивнул и достал из рюкзака бутылку с водой, которую Чонин радостно схватил и начал жадно пить. — Просто подумал, вдруг тебе захочется какой-нибудь гадости вредной. — Очень хочется, — кивнул Чонин, вытирая рот запястьем. — Вы меня соблазняете. — Я никому не скажу, — заговорщицки подмигнул Чан, заставив Чонина рассмеяться. Они долго болтали ни о чем и обо всем, сидя на лавке стадиона и иногда подшучивая друг над другом. Внезапно между ними повисло молчание, но не тяжелое, а очень даже уютное. Чонин отставил позади себя руки и оперся на них, откидываясь немного назад и задирая голову. Чан последовал его примеру. Они закрыли глаза и наслаждались вечерним воздухом и тишиной улицы, с шумом ветра и звуками сверчков. В какой-то момент Чану очень захотелось посмотреть на Чонина, и он поддался, открыв глаза и немного повернув голову. У Чонина были острые скулы, но мягкий профиль. Его немного взлохмаченные волосы ворошил вечерний ветер, а на губах застыла легкая улыбка. Чан даже видел почти незаметную от этой улыбки ямочку на щеке. Бан не мог не признать — Чонин красивый, но на этом все. Он разрешил себе признаться в этом просто потому, что не слепой. Чонин вдруг улыбнулся, позволяя ямочке на щеке стать глубже, и приоткрыл глаза, скосив взгляд в сторону Чана. Это почему-то заставило Чана немного вздрогнуть и отвести взгляд. — Мне пора, — мягко сказал учитель. — Я и так сильно отвлек тебя от тренировки, — он неспеша встал и накинул на плечо рюкзак. — Подождите, учитель, — Чонин склонил голову набок и улыбнулся шире, глядя на него снизу вверх. — У меня соревнования будут в следующую среду, — Ян встал и отряхнул штаны. — Было бы здорово, если бы вы пришли меня поддержать. Чан улыбнулся и кивнул, следующая среда — день, когда у него не будет занятий. — Хорошо, Чонин. Я приду. — Отлично, и, — он посмотрел на бутылку лимонада в руках, — спасибо за лимонад, — Чонин расплылся в широкой улыбке. Чан на это только кивнул и, помахав рукой, ушел. — Погоди, это тот самый ученик, который тебе картинки шлет? — уточнил Чанбин. — Ну... — Ты давай аккуратнее, ладно? — усмехнулся Минхо. — Ну вы и придурки, — засмеявшись, Чан покачал головой и поднял бутылку, призывая всех чокнуться. — Самые настоящие.