Anywhere you go, I follow

      В практически не закрывающуюся дверь на северо-восточной стороне таверны «Приют фокусника» ввалились двое громко смеющихся вояк-людей. Их кое-как надетые тыквовинские маски гнома и мурлока едва ли могли скрыть помятые уже не меньше чем четвёртым десятком лет лица и шрамы на них, полученные на полях боя. Басистые голоса мужчин сразу же слились внутри помещения в один хор с другими, а сами воины уселись за барную стойку рядом с одиноко распивающим медовуху человеком в костюме ниндзя. Бармен Арилль с пиратской повязкой на один глаз сверкнул голубизной второго, открытого, и подал знак, что сейчас подойдёт к гостям.       С противоположного входа в помещение вошло ещё несколько человек — Андуин обернулся: один скелет, банши и таурен в маске женщины-огра. Юный король вздохнул и оглядел зал — тот был наполнен или даже переполнен жителями Азерота: пиратами, скелетами, вурдалаками и другими гостями разных рас и в различных масках и костюмах. За дальним столиком в углу даже сидело поганище и о чём-то мирно беседовало со слизняком.       Даларан. Этот город и раньше был привлекательным своей многогранностью и терпимостью. Но теперь, когда Андуин на себе испытал все его преимущества, то не полюбить это место всей душой было просто невозможно. Даларан был городом его мечты. Не по своей архитектуре или значению, но по смыслу. Город, где свободно находились абсолютно любые представители рас Азерота. Город, где было безопасно Орде и Альянсу находиться вместе. Город, где он мог увидеться в спокойной обстановке с той, с кем встречаться суждено было лишь на поле боя, да по разные стороны.       Андуин глотнул горячего сурамарского чая со специями и отставил чашку на деревянную барную стойку, украшенную, как и всё в этом месте, изображениями восьмиконечных звёзд. Скрытый под действием волшебной палочки, которую принесла Валира, он снова осторожно огляделся: таких, как он, «пиратов» сидело в зале с добрый десяток человек, и отличались все они лишь мелочами. Его сердце на короткое время забилось чаще — узнать его сейчас могут лишь двое: та, что заколдовала, и та, из-за которой это было сделано. И хотя, как и раньше, он, ко всему прочему, был ещё и переодет в неброские одеяния, но всё равно каждый раз переживал, что что-нибудь пойдёт не так и его узнают. И хотя раньше такого не случалось, Андуин всё равно не позволял себе расслабляться. Приложив усилие, чтобы выглядеть непринуждённо, он сделал ещё глоток. Горячий пряный напиток отлично справлялся со своей согревающей и успокаивающей задачей.       Юный король в образе такого же юного пирата посмотрел на свою левую руку: как у Сильваны на руке будет его лента для волос, так и у него была повязана лента, которую вождь Орды передала через Мерцающую Росу с письмом в одно слово: «Скопируй». Только эта лента для волос была фиолетовая — в цвет флага её народа.       — Времени ещё достаточно… — пробормотал он себе под нос, уговаривая сам себя, и уставился перед собой: бариста Мэл в своей форме бело-фиолетового цвета, как и у всех рабочих Даларана, пересы́пала молотый кофе в пресс и запустила последний в работу — из-за фигуры девушки показались светлые взлетающие завитки пара, а нос тотчас защекотал запах свежесваренного кофе. Непроизвольно сомкнув веки, Андуин глубоко вдохнул аромат и, открыв глаза, принялся наблюдать, как официантка забирает приготовленные напитки и несёт их столику у западного выхода из таверны. Взгляд юного короля остановился на нём — Сильвана должна скоро прийти. А если нет, то он вернётся к Валире, чтобы вновь просить об услуге. В его голове сразу возник образ златовласой эльфийки:       «В следующий раз превращу тебя в паука. Или вот! — Разбойница воодушевленно схватила первую попавшуюся тыквовинскую маску со стола. — Напяливай сразу маску… — Она резко остановилась и быстро посмотрела на предмет в своих руках, прежде чем продолжить с весёлой, издевательской улыбкой: — орка! — И, сверкнув зеленью глаз, пихнула её ему в руки.»       Андуин улыбнулся. Возмущения подруги были хоть и правомерны, но выглядели скорее забавными, а вовсе не обидными.       Из мыслей Андуина вырвал оживлённый разговор мужчин, вовлёкших в беседу того одиноко сидящего ниндзя по соседству.       — … выбежал на меня с метлой! — громко возмутился мужчина с маской гнома. — Размахивал, будто я сточная крыса какая-то… — уже тише добавил он и скорчил рожу. Андуин напряг слух. Тон говорящего заставил жреца внутри юного короля вслушиваться. Чужая боль — то, что никогда не могло оставить его равнодушным.       — Старик совсем уже выжил из ума! — ответил второй мужчина резко, но с явной горечью. Первый глотнул из деревянной фиолетовой кружки и громко шлёпнул ею о столешницу барной стойки.       — Я-а-а-а-а!... — Он несколько раз ударил себя в грудь кулаком и нервно дёрнул за ворот рубахи. — После своей Ненси никого так и не смог полюбить! А тут увидел её и так обрадовался! Хоть она теперь и нежить… — Мужчина шмыгнул носом. — Как он может мне запрещать с ней встречаться?! — возмутился человек.       Снова послышалось недовольное бормотание его собеседников. Краем глаза Андуин взглянул на удручённого, поникшего человека — под рёбрами остро кольнуло иглой. Такой взгляд иногда он видел у своего отца — человека, глубоко тоскующего по тому, кого любит.       — Я всего лишь её обнял! — Он развел руками в символическом жесте искреннего непонимания. — Завтра наша часть отправится на фронт. Я может… никогда её больше не увижу, — мужчина замолчал, а его собеседники залопотали слова поддержки и ободрения. Андуин почувствовал горечь во рту — этих людей он распорядился отправить на Нагорье Арати из-за возросшей там интенсивности боёв. И из-за этого же, буквально на днях, отказал Тиранде в помощи на Тёмных берегах. У него просто уже не хватало людей. Даже флот ещё не вернулся. — «Каждое твоё прикосновение уничтожает её!» — продолжил мужчина, теперь кривляясь и меняя голос, явно пародируя того, о ком говорил. Второй мужчина сплюнул в сторону. Ниндзя фыркнул.       — Лучше бы они все сгинули! Вместе с банши! — повысил тон второй мужчина. Ниндзя что-то пробормотал, согласно кивая.       — Лучше бы сгинул этот урод Артас!... — со злобой в голосе вставил первый. — Тогда бы моя Ненси осталась жива… И прокля́той банши не было бы.       Их диалог и исповедь мужчины в один момент утонули в громком споре. Андуин поник, представляя картинки от нечаянно подслушанной истории. Но ведь это было именно то, о чём он говорил Сильване: многие бы хотели вернуть своих родственников, а этой Отрёкшейся так повезло, что сразу два человека продолжают её настолько сильно любить, что готовы даже подраться друг с другом.       «Каждое твоё прикосновение уничтожает её».       Андуин напряжённо свёл брови. Эта мысль внезапно появилась и осела у него в голове, порождая поток рассуждений. Отрёкшиеся и правда были очень… хрупки. Их тела не щадило даже прикосновение собственной одежды. Андуин всегда сдерживался, чтобы не быть с королевой-банши грубым и не причинить ей непоправимый ущерб, но как он может быть уверен, что не делает этого на самом деле каждый раз, когда касается её? В памяти ярко вспыхнул момент, когда в ночь пожара, в королевских покоях, Сильвана с силой сжала его руку у себя на бедре. В его голове тёмным бархатом зазвучали её слова: «Если ты хочешь, чтобы я что-то чувствовала…» Бывший генерал следопытов могла просчитать всё намного шагов вперёд — за столько лет и множество сражений ей удалось сохранить своё тело в идеальном, для нежити, состоянии. Она не стала бы действовать во вред себе. Но могло ли быть желание близости с ним быть сильнее чувства самосохранения? Андуин зажмурился и мотнул головой. Даже окажись это правдой, — он открыл глаза и уставился прямо перед собой, — она никогда не признается в этом. Наверное, ему не стоило касаться её совсем… Или всё-таки она идёт на это, потому что уверена, что его прикосновения не окажутся для неё хуже доспехов на собственном теле. Он шумно выдохнул в бессильной попытке примири́ть здравый смысл с собственным эгоистичным желанием…       — Эй?!       Внезапно раздавшийся справа женский голос нарушил ход его мысли. Андуин повернулся на него и поднял голову: стройная девушка с пышными русыми волосами средней длинны, переодетая в костюм пирата c красной рубахой и в тон красной двууголкой, хмуро смотрела на него своими серо-голубыми глазами. Девушка вопросительно развела руками, приподнимая плечи и одну бровь.       — Извините, — выпалил Андуин, осознав, что обращались к нему, и прочистил горло.       — Я спросила, свободно ли тут, — с раздражением в голосе сказала незнакомка и дёрнула на себя стоящий рядом с Андуином табурет, чтобы придвинуть его к себе и сесть вполоборота к молодому мужчине, закинув при этом ногу на ногу.       Не ожидав такой скорости развития событий, юный король даже сказать ничего не успел и только открыл рот.       — Браденсбрукское можжевеловое вино! — выкрикнула девушка-пират бармену, помахав тому рукой, и принялась разглядывать убранство бара, а Андуин — её. Это место он держал для той, с кем у него была здесь назначена встреча. Сильвана должна была его узнать по переданной фиолетовой ленте на его руке, а он её по своей. Андуин посмотрел на руки наглой незнакомки — в перчатках. Юный король нахмурился.       — Я ведь ещё не ответил, — учтиво заметил он. Если эта девушка не Сильвана, то с его стороны опрометчиво было бы оставить всё так и промолчать, чтобы незнакомка не приняла это как сигнал, что он свободен, а Сильвана, придя наконец сюда, не решила, что он уже не ждёт её. Но, если это всё-таки Сильвана, то он не может прогнать её.       Его замечание застало девушку-пирата в тот момент, когда её взгляд блуждал по стоящему практически напротив прессу для кофе, местами потемневшему и пошарпанному от времени и пользования. Она оторвалась от рассматривания предмета и снисходительно посмотрела на Андуина, а потом оглянулась по залу.       — Ты здесь не один? — удивлённо спросила она, не обнаружив сразу никого, кто собирался бы идти в их сторону. Кроме бармена. Арилль подошёл и под пристальным и молчаливым взглядом короля Штормграда, замаскированного сейчас под кареглазого пирата с короткими тёмными и взъерошенными на макушке волосами, бережно поставил заказанное девушкой вино. Заправив прядь русых волос за ухо, она пригубила напиток.       — Не совсем, — дождавшись, пока бармен отойдёт, наконец ответил Андуин, продолжая гадать над личностью незнакомки. Но ведь… Его руки были на столе и повязка хорошо видна. Если это Сильвана, то она должна была его узнать и не вела бы себя так. Нет, пожалуй, это не она. — Жду кое-кого… — с досадой в голосе ответил он и отпил свой уже порядком остывший чай.       — Девушку? — сразу же отозвалась пиратка как ни в чём ни бывало. И продолжила рассматривать бар и свой высокий, вытянутый бокал с тёмным, красным вином.       — Хотелось бы, — он снова изучающе посмотрел на собеседницу. Что-то всё-таки было в ней… цепляющее. Она улыбнулась в подставленный к губам бокал и, хмыкнув, набрала небольшое количество терпкой жидкости в рот, неторопливо смакуя вкус. Затем, встряхнув волосами и облизнув губы кончиком языка, повернулась к Андуину и продолжила:       — Давно ждёшь? — спросила она и, изящно склонив голову набок, подперла её рукой. Пальцами другой руки, всё так же в перчатках, она медленно провела по тонкой ножке отставленного на барную стойку бокала.       — Не так уж. — Он поспешил отвести взгляд от этого зрелища. Его не интересовали заигрывания с женщинами. На Азероте есть всего одна, которая занимала все его мысли. И ещё до прихода сюда он уже решил, что будет ждать Сильвану до последнего. Благо Валира была недалеко с запасными палочками для превращения. Мысль о подруге непроизвольно вызвала у него тёплую улыбку. Если бы не её поддержка — всё это было бы просто невозможно.       Девушка на мгновение застыла, видя, как изменилось выражение его лица — та, кого он ждал, очевидно, была ему дорога.       — Что будешь делать, если она не придёт? — Улыбка спала с её лица. Человек-пират перед ней сидел немного сжавшись и уставившись в свою чашку с полупрозрачным коричневатым напитком на дне. Девушка проследила за его взглядом!, убеждаясь, что он тут уже достаточно давно.       — Она придёт, — ответил Андуин. Но в тот же момент, как он произнёс эти слова, его захлестнуло сомнение — это было только его желание. В действительности же она могла и не прийти. Сильвана уже говорила, что их встречи — плохая идея, и он не может винить её за эти слова. Хотя… идея может и плохая, и шанс на успех призрачный, но он слишком желанный, чтобы его упустить. И это всё, что у него было. Кроме войны. Девушка молчала, а он, немного подумав, всё-таки добавил: — Или я так и буду её ждать в толпе незнакомцев, — он вздохнул и коротко, не ожидая ничего в ответ, с грустной улыбкой посмотрел на собеседницу, которая вдруг стала серьёзной и даже выпрямилась.       — Линдси, — выдержав недолгую паузу, чётко произнесла она. Андуин почувствовал, что его застали врасплох. Он ведь не заводить себе новые знакомства сюда пришёл. И даже прямо сказал, что ждёт другую, но… Имя слетело с его губ легко:       — Джерек, — представился и он. Всё-таки правила хорошего тона забыть он не мог.       — Вот и познакомились, — улыбнулась Линдси. — Теперь тебе точно не грозит вечер с незнакомцами! — довольно отрапортовала она и, вновь слегка наклонив голову набок, принялась изучающе всматриваться Андуину в глаза.       Он закрыл свои и вздохнул. Его новая знакомая была весьма настойчива.       — Боишься, что твоя девушка будет ревновать, если увидит нас? — хитро прищурилась Линдси. Он снова посмотрел на неё.       — О, думаю, она может, — без тени сомнения согласился Андуин, кивая, и добавил: — не любит делиться… — Её слова про Подрогод всё ещё ясно звучали в его ушах. — Своим. — На последнем слове его голос сел, Андуин кхыкнул себе в кулак и нервно окинул взглядом людей у северо-восточного входа. Ему было не по себе. Кто или что остановит Сильвану, если она решит убить эту несчастную за разговор с ним в баре? Он мотнул головой. Нет, тёмная леди достаточно благоразумна, чтобы не набрасываться на всех подряд. Но… достаточно жестока, чтобы не давать шанса любому, кто мог ей помешать. С другой стороны, кто ему вообще сказал, что он «её»? Он помрачнел. Мысли о нынешнем вожде Орды, на самом деле, всё чаще заводили его в тупик.       — Да-а, — понимающе протянула девушка. — Женщины не любят такого.       — Ещё раз прощу прощения. — Андуин извиняющееся улыбнулся ей и снова отвёл глаза, осматривая вход с другой стороны.       — Да не переживай ты так, — Линдси хмыкнула, выпрямляясь на табурете. — Я исчезну, когда она появится, — твёрдо заявила она и растянулась в улыбке.       Юный король в костюме пирата изучающе посмотрел на свою собеседницу, которая сразу же ему озорно подмигнула и отвела взгляд, улыбаясь ещё шире. Он всё ещё не знает наверняка, была ли эта девушка на самом деле той, за кого себя выдавала.       — А ты… Ты тоже кого-то ждёшь? — Андуин решил немного поддержать беседу, раз его новая знакомая не собиралась никуда уходить. Заодно узнать, как долго.       — Нет, не жду, — наблюдая за работой бариста и не поворачиваясь к юному королю лицом, ответила она и глухо побарабанила пальцами о деревянную столешницу. Андуин почти полностью развернулся к Линдси и озадаченно осмотрелся по залу.       — Твоя компания уже ушла? — спросил он. Её ответ сбил его с толку. Она не была похожа на ту, кто ходила бы по барам одна: слишком хороша собой, да хоть и настырна, но держалась в рамках приличия.       Линдси повернулась к нему, хитро сузила свои серо-голубые глаза и поманила Андуина пальцем. Она наклонилась к нему и приставила ладонь к уголку рта, показывая этим, что желает сказать что-то на ушко. Он интуитивно подался вперёд и почувствовал, как девушка накрыла его кисть, обмотанную фиолетовой лентой, своей рукой. Она придвинулась достаточно близко к его уху, практически не оставляя расстояния между их щеками:       — Ты же здесь, — прошептала она и, отдалившись так, чтобы видеть хорошо его лицо, самодовольно добавила: — львёнок.       «Львёнок».       В один миг его сердце пустилось вскачь. Он приоткрыл рот, переосмысляя её появление. Конечно, узнав его, Сильвана точно захотела бы убедиться, что не совершила ошибки и поэтому завела этот разговор. Но почему она не дала ему шанс узнать её саму? Или это случайное совпадение? Но в его нынешнем облике пирата он совершенно ничем не был похож на льва, да и вообще не имел какого-либо отношения к этому благородному животному.       В затянувшейся паузе между ними Линдси закатила глаза и, выпрямляясь, сняла свои перчатки. Она демонстративно и с шумом бухнула их на барную стойку — взгляд Андуина сразу метнулся к её оголившимся кистям. Ещё через мгновение он взял в руку её левую ладонь, с виду розоватую и здоровую, но совершенно холодную. И обмотанную коричневой лентой. Его лентой. Он с укоризной посмотрел на пиратку.       Сильвана. А Линдси, как и обещала, сразу исчезла.       — Наигралась? — он аккуратно сжал кисть её руки и погладил подушечкой большого пальца по оголенной нежной и шелковой коже.       — Не удержалась, — широко улыбнулась она. Конечно, она должна была точно знать, кто сидит перед ней, прежде чем раскрыться, и поэтому проверяла его. К тому же, эта забавная ситуация просто не могла не пробудить в ней интерес к тому, чтобы узнать, как поведёт себя этот человек в такой… компрометирующей ситуации. Результат был слегка неожиданный. Наверное, он был даже более… больше, чем она ожидала на самом деле.       Нечто в чёрной бесконечной пропасти в душе банши вновь зашевелилось, цепко впиваясь в края и оставляя в этих местах пульсирующие тлеющие раны.       Глядя на новый образ вождя Орды, Андуин попытался найти схожие черты лица с теми, что имела Сильвана Ветрокрылая — ничего от неё. Только манера говорить и жесты. Даже голос совсем другой. На короткий миг его мысли захватило понимание значения слова «банши» — Сильвана легко могла вселиться в кого угодно. Он сжал женскую ладонь в своей руке чуть крепче, и она сомкнула свои пальцы в ответ. Как он знал, Сильвана изначально не стала вселяться ни в кого другого предпочтя своё собственное тело всем остальным возможностям. Почему он решил, что сейчас она поступит иначе? Как и у него — это всего-лишь действие волшебной палочки. Девушка-пират смотрела на него спокойно и не моргая, так, как это делала всегда перед ним предводительница Отрёкшихся. Это она. И всё-таки он ощущал жгучую потребность видеть именно Леди Сильвану Ветрокрылую перед собой.       Вождь Орды под маской человеческой девушки-пирата поймала себя на мысли, что теперь все эти вопросы не имели больше смысла. Они с Андуином не могли здесь говорить открыто, а вся эта мишура на тему жизни простых горожан не имела никакого значения. Совсем. Она заметила, как на «новом» лице короля Альянса появилось выражение какого-то страдания, и тут же почувствовала непреодолимое желание стереть его.       Машинально она двинулась ему навстречу и, обхватив свободной рукой его за шею, плотно прижалась своими губами к его. От удивления он приоткрыл рот. Вкус её губ, их шелковистость, прохлада и нежность — то, по чему он так скучал. Андуин закрыл глаза и наконец ответил на её поцелуй, углубляя его и встречаясь с мягкостью её языка. Он заторможено отпустил её ладонь с повязкой, которую она сразу же поместила на его щеку, и опустил руку на ногу Сильваны, оглаживая её с внешней стороны бедра и остановившись где-то на середине.       Знать, что это они и они целуются у всех на виду... Верховный король Альянса и Верховный вождь Орды — это переворачивало внутри у Андуина всё. Он непроизвольно сжал её ногу сильнее. Было это всё знаком или насмешкой судьбы — всё равно это было слишком.       Он медленно разорвал поцелуй, но не отстранился, оставаясь всё ещё неприлично близко, для места, где их видит столько глаз.       — Я чувствую, как сильно бьётся твоё сердце, — прошептала Сильвана, нежно проводя большим пальцем по его лицу. Признаться честно, для неё это всё тоже было очень будоражащим, победным. Вот так, она — ненавистная всем миром — сидела и целовала человека, которого этот мир так любит. Жалкие. Они даже не знают, что она владеет их любимым служителем Света. Да, владеет. Его мыслями и желанием. Он — её трофей. Она опустила руки, положив одну ему на плечо, а вторую, с лентой, — сверху на тыльную сторону его ладони, лежащей на её ноге.       — Я бы хотел продлить этот момент, — проговорил он, ощущая в послевкусии горечь от вина, которое она пила, и от того, что его мечта о мирном Азероте дразнила его таким образом, но не помогала найти способ её реализовать. — Но сейчас мне нужно уйти, — натянуто и тяжело произнёс он, подцепляя синюю рубаху на себе за воротник и проводя пальцами за ней по разгоряченной коже — ему стало жарко и не хватало воздуха. И хотя у него была своя палочка костюма пирата и в теории он мог попросить Сильвану применить её на него, но… не в этом месте.       Тенью в сознании королевы-банши промелькнула мысль, что он говорит о том, что ему нужно уйти совсем и их встреча закончена. Сильвана почувствовала внутри ощутимое сопротивление этой мысли и помрачнела — она позволила себе слишком сильно соскучиться по этому человеку. Она закрыла глаза и, вновь открыв их через мгновение, холодно посмотрела на юного короля:       — Боишься, что магия костюма развеется и все увидят?.. — нарочно не закончив фразу и замерев в том же положении, она изучающе пробежалась взглядом по его сейчас чёрным ресницам. Андуин промолчал, но да, к чему лукавить, боится. На короткий миг смерть от руки Тёмной госпожи ему показалась не таким плохим исходом по сравнению с публичным раскрытием их личностей, особенно после того, что только что произошло у всех на глазах. — Что ты тогда будешь делать, львёнок? — добавила Сильвана полушёпотом.       Пират перед ней внезапно усмехнулся, и у внешних уголков глаз образовались мелкие складочки.       — Скажу, что ты меня выследила и притворилась обычной искательницей приключений по имени Линдси, — сразу же ответил он. Сильвана мягко рассмеялась и уронила голову на его плечо у основания шеи, её лицо обдало жаром его тела. Всё-таки они были чем-то похожи — он тоже умел говорить правду так, что истины в ней было не найти. Вернее, всей истины. Разница была лишь в том, что Сильвана подводила всех к нужной для неё мысли, а Андуин уводил от тех, обсуждения которых хотел избежать. Она замерла в этом положении.       Высвободив свою руку из её, юный король в костюме пирата сжал королеву-банши в своих объятиях, будто она могла упасть. Он ткнулся носом ей в волосы — они пахли, как и всегда, травами и её кожаным обмундированием.       — Хотела бы я, чтобы всё было иначе… — тихо пробормотала она, хорошо понимая, что человеческий слух будет не способен различить слов в этом шуме.       — Что? — ожидаемо переспросил Андуин, пытаясь заглянуть ей в лицо. Сильвана выпрямилась, выскальзывая из его объятий, но ничего не сказала. Он поймал её руку.       — Си… Линдси, — запнулся он, вовремя осознав, какую ошибку чуть не совершил.       — Джерек? — в совершенстве естественно отозвалась она будто они на самом деле были теми пиратами и знали друг друга уже давно. Андуина в очередной раз пронзила мысль, насколько великолепна была эта женщина во всём, что делала. Он никогда себе не простит, если не сможет заполучить её на свою сторону.       — Пожалуйста, пойдём со мной, — сказал он, вглядываясь в серо-голубые глаза с виду живой девушки.       — У меня есть с собой палочки костюмов неруба и гаргульи, — с ухмылкой сказала она.       — Ммм… даже не знаю, что и выбрать, — наигранно задумчиво ответил он, и Сильвана широко улыбнулась. Андуин сглотнул — женщина перед ним не была внешне похожа на Сильвану, но говорила её словами, двигалась, как она и как она улыбалась: легко, немного косо, даже снисходительно. И этот блеск в её глазах — выражение искреннего веселья или даже счастья, которое, хоть и редко, но всё-таки он видел у королевы-банши, — также быстро потухал. Нет, ему не нужны иллюзии, костюмы, новые вкусы на её губах… Ему нужна она — Сильвана Ветрокрылая.       Ничего больше не говоря, девушка-пиратка отодвинулась от Андуина и поднялась на ноги. Верными и быстрыми движениями она открепила с пояса маленький мешочек с деньгами и, вытащив из него несколько золотых монет, оставила их на барной стойке рядом со своим практически полным бокалом вина. Деловито убрав мешочек обратно, она взяла и заправила под пояс свои перчатки, кинула спокойный и уверенный взгляд на короля Альянса в костюме пирата и, обогнув его, направилась к боковому выходу. Андуин, расплатившийся с Мэл ещё раньше, сразу, как сделал заказ, быстро поднялся на ноги и последовал за ней.       Легко спорхнув вниз с левой стороны площадки, где не было ступенек, Сильвана быстрым шагом, даже не оглядываясь, устремилась вдоль по улице. Она не видела и не слышала, но знала: Андуин следует за ней. Он уже почти настиг её у Скриптория, как она завернула внутрь квартала. Она нырнула направо, под арку со свисающим с неё сине-сиреневым знаменем Даларана, и замедлила ход, почти останавливаясь, позволяя Андуину наконец догнать её. Она слышала его приближающуюся поступь у себя за спиной и… И выруливающую к ним из-за поворота впереди компанию рабочих и торговцев, которые закрыли свои лавки и, вероятно, направлялись в ближайшую таверну отдыхать и развлекаться.       Сильвана остановилась и очень быстро окинула взглядом Андуина, проверяя его маскировку — как и в прошлый раз, он был одет в простые кожаные одеяния путника и глубокий, тёмный, коричневый плащ. А на лице у него красовалась маска зеленокожего орка. Еле подавив смешок, она схватила юного короля за руку и потянула его с дороги к стене ювелирной мастерской. Встав между декоративными деревьями в уютных вазонах, которыми была украшена эта часть улицы, и лестницей в саму лавку, она развернулась к человеку, всё это время молча следовавшему за ней. Она просунула руки внутрь капюшона на его голове и сняла маску.       Перед ней стоял он — король города людей.       Он смотрел на неё, а она не могла отвести взгляда от его лица: его потемневшие голубые глаза, широкие тёмно-золотистые брови и ещё более тёмные густые ресницы, четкая и широкая линия подбородка, теряющаяся в тени капюшона, приоткрытые в меру полные губы…       Компания рабочих, занявших собой всю ширину дороги, беспрепятственно прошла дальше, весело болтая, смеясь и одаривая попутно косыми взглядами женщину-пирата с раздобытым ею в таверне «кладом».       Не обращая вообще никакого внимания на прохожих, королева-банши мягко провела рукой по гладковыбритой щеке юного короля и очертила большим пальцем его тёплые и мягкие губы. Да, так было лучше. Она находила его лицо красивым и, вопреки всем своим прежним предпочтениям, ей доставляло особое удовольствие смотреть на него. И ей совершенно не хотелось видеть на его месте… никого и ничего.       — Я хочу видеть тебя настоящую… — практически потребовал Андуин, пристально всматриваясь в её глаза и словно читая её мысли.       Рассматривая новый образ Сильваны, он не мог не признать, что эти черты лица были очень привлекательными, но это было совершенно не то, что он хотел видеть перед собой.       Взвесив его слова и свои собственные мысли на счёт того же, но только в его отношении, Сильвана легко кивнула и одними губами произнесла заклинание отмены, сопроводив слова коротким и сдержанным взмахом руки.       Только магия спала, он тут же шагнул вперёд, прижимая к стене каменного здания переодетую в самого простого искателя приключений вождя Орды, и горячо припал к прохладному шёлку её губ. В его голове непрошено всплыла подброшенная подругой мысль про лазарет, аккурат стоящий прямо за его спиной, но, тут же отругав себя за непристойность, он быстро отогнал это воспоминание, растворяясь в прикосновениях королевы-банши.       Почувствовав её ответ, то, как она сжимала свои губы на его и нежно проводила кончиком языка по чувствительной коже внутри, он ещё больше прижался к её телу, не оставляя места между ними даже для воздуха. Его накрыла шальная смелость — вот так стоять посреди улицы с той, кого он так страстно желает, и целовать, целовать, целовать... Он скользнул одной рукой за голову Сильваны в неглубоком капюшоне, чтобы придержать её и пресечь любой урон, который мог ей быть причинен грубой поверхностью стены здания. Юный король никогда даже подумать не смел о таком. Он никогда бы не смог даже представить, чтобы в Штормграде, даже с избранницей, которую благословили бы все на свете, он смог позволить себе подобную выходку.       Поддаваясь тому, с каким напором Андуин проводил второй рукой по её телу: от изгиба бедра к линии талии и выше к груди, а затем обратно, — она приподняла левую ногу на носок, и он сразу подхватил её, согревая широкой ладонью. И тут же, игнорируя всякое приличие, поднял выше, прижимая её бедра к своим.       Связь с Сильваной не могла быть предательством и не могла быть ошибкой — это было множество возможностей, за которые стоило бороться. Как может ему кто-то пытаться доказать, что мир между ними невозможен, если прямо сейчас между ними происходит такое? Нужно найти только способ…       — Идите в таверну! — гневный женский возглас, сопровождаемый детским ойканьем прервал его мысль и их действие. Они с Сильваной уставились друг на друга, застигнутые тем, что ни один из них не имел маскировки. Багровея на глазах у вождя Орды, Андуин выпустил её ногу из рук. Сильвана больше натянула на лицо капюшон, чтобы её красные светящиеся глаза не были столь заметны в полумраке вечера, и покосилась на источник шума.       Пожилая женщина, не сумевшая промолчать, увидев вопиющие безобразие, сейчас пыталась отвернуть непослушное чадо, которое держала за руку, от бессовестной парочки, нарушающей порядок и всякое приличие прямо посреди улицы. Андуин, придерживая край своего капюшона, тоже осторожно повернулся на голос. И тут он опять почувствовал бесстыдную близость с Сильваной, но только в этот раз она сама к нему прижималась. Весьма откровенно. Бессознательно он сразу приобнял её за талию, а вернув на неё своё внимание, мог видеть только её широкую издевательскую улыбку, адресованную случайной свидетельнице.       — Ну и молодёжь пошла! Совсем совесть потеряли! — продолжала рассыпаться в причитаниях дама, уходя и уводя прочь маленького мальчика.       Сильвана подавилась смешком и, слегка отступив, повернулась обратно к Андуину. Это было странно, но, встретившись с его восхищённым взглядом снова, она вдруг поняла, что раньше, будь она с кем угодно другим, скорее бы убила старушку, чем смеялась над ней.       — Мы ведь не пойдём в таверну, — хрипло произнёс Андуин, не сумев скрыть и свою улыбку. Это стало ясно сразу, как только он не получил приглашения, когда в баре попросил Сильвану пойти с ним. Она взялась устроить встречу, но, как и следовало ожидать, на Тыквовин все комнаты в городах бронировались задолго до начала праздника. Неудивительно, что найти свободного места не удалось.       Она приложила ладонь к его груди.       — Я знаю одно место, где нам не помешают. — Она опустила глаза к своей руке и начала выводить пальцем круги по шероховатому кожаному доспеху. — Ты ведь никуда не спешишь этим вечером… — она вновь подняла на него взгляд, высматривая в глазах Андуина готовность снова пойти за ней.       — Если только из-за Орды что-то случится и мне придётся срочно покинуть тебя, — ровно ответил юный король.       — О-о… Я бы так не поступила, — укоризненно произнесла она, на самом деле считая это нерезонным. Насолить Альянсу она может в любой другой день, а насладиться своим трофеем — едва ли. Андуин ничего не ответил, только мягко прижал её за талию одной рукой. — Знаешь, где обрушенная стена у Цитадели? — Прищурилась она.       — Знаю, — легко кивнув, ответил он. Сильвана остановилась, оставив теперь свою руку спокойно лежать на широкой груди человеческого короля. Через одежду она всё ещё могла немного чувствовать тепло, исходящее от его тела, и биение живого сердца.       — Сразу за ней, справа, арена, на которой проводят бои питомцев. А если повернуть налево… — В этот момент её лицо вновь украсила улыбка, — и обойти Аметистовую цитадель, можно увидеть хорошо заросшие кусты с деревьями, — она блеснула глазами, наблюдая за тем, как на лице Андуина расцветает замешательство. — Жди меня там, — закончила она, наконец приплющив маску, которую всё это время держала в другой руке, к мужскому телу, и легко подталкивая человеческого короля отступить и дать ей пространство для движения. Он послушно взял маску в руки и сделал шаг назад, выпуская наконец Сильвану из плена своих объятий.       — Мы же не останемся в них? — на всякий случай спросил он, наблюдая, как Сильвана выходит на дорогу.       — О, львёнок! — Она резко обернулась и продолжая движение спиной вперёд, с игривой улыбкой сказала: — с тобой, — она сделала акцент, — я бы осталась, — Сильвана рассмеялась. — Я буду там через несколько минут, — закончила она.       Следующее, что он видел — как она разворачивается и быстрым шагом уходит в ту же сторону, откуда они пришли. Мимо непроницаемых лиц стражников у входа в Палату Хранителя.       Проводив её взглядом, Андуин провёл тыльной стороной руки по рту, чтобы стереть с кожи активно холодеющие на осеннем воздухе следы поцелуев королевы-банши, и поспешил надеть маску обратно. Стражники не должны были видеть со своих мест, что он и Сильвана вытворяли, но быть узнанным в любом случае ему совсем не хотелось. Глубоко вдохнув и успокаивая этим свои нервы, он направился к указанному месту. На ходу, уже даже по привычке, он осторожно осмотрелся по сторонам — он точно знал, что за ним следит Валира, но хотел убедиться, что только она, хотя так же знал, что подруга прикроет его в случае опасности. Пройдя лавку Наложения чар, он сперва сделал вид, что по-прежнему идёт вперёд, но потом резко свернул в сторону обрушенной стены и ускорил шаг. Видеть пустой закоулок было странно: обычно город даже вечером здесь был очень людным и шумным, но не сегодня. В дни праздников народу больше хотелось развлечений и компании, чем одиноко бродить по улочкам города. Он снова заозирался по сторонам. Пройдя дальше к стене, он машинально заглянул в открытый спуск в канализацию — оплот его подруги. Там стояла пара человек и что-то весело обсуждала. Завидев, что за ними наблюдают, один из них резко замолчал, уставившись на нарушителя спокойствия, а второй обернулся и, посмотрев прямо на Андуина, скрытого под маской орка, оскалился. Молодой король поймал себя на осознании, что только что пристально рассматривал незнакомых людей, и поспешил отвернуться, кутаясь больше в свой плащ, и ускорил шаг, пока эти ребята не решили узнать причину такого любопытства. Неприятности ему были не нужны.       Пройдя через небольшое кладбище питомцев прямо по пути, он приблизился к обвалу и наконец услышал восторженный ропот и гул, доносившийся снаружи. Он выдохнул — город жил своей жизнью, которую он просто плохо знал. Сделав ещё несколько шагов, он покосился на кладбище питомцев в закутке справа, с ухоженными могилками, на которых были даже оставлены, видимо, любимые игрушки домашних животных, но… стоило ли оно того? Нет, ему совершенно не нравится эта затея с борьбой маленьких пушистиков. Болезненно зажмурившись ненадолго, он посмотрел прямо перед собой и наконец переступил через валяющиеся до сих пор под ногами валуны и вышел за каменную, за годы обросшую лианами стену, окружающую Даларан по периметру. Он встал левее от прохода и огляделся: справа от него вокруг арены для питомцев толпились люди и галдели, подбадривая своих фаворитов. Он немного вытянул шею, высматривая, что происходило внутри арены, но, ничего толком не разглядев, скользнул в противоположную от людей сторону, за возвышающуюся над стеной заброшенную башню — ему не стоило задерживаться.       Не считая того места, где проходили бои питомцев, края земли вокруг города хотя и были укреплены каменной кладкой, но всё равно были достаточно узкими, чтобы заставить хорошо задуматься любого о надобности подобной прогулки. Всего три месяца назад он бы, наверное, рассмеялся, если бы ему кто-то сказал, на какие безумства он пойдёт. Одно безумство опаснее другого. Как это. Да ещё из-за кого. Но его ноги шли сами. Мимо кустов и деревьев, что неизвестно как до сих пор держались на осыпающейся земле. Они давно уже должны были упасть в воду, если бы не магия. И если не с укреплённого участка вдоль стены, так с той, незащищённой кромки земли, что виднелась ниже — уж точно. Размышляя об этом, он пришёл в обозначенное место.       Остановившись, он окинул взглядом открывшийся вид на теряющийся в дымке берег Азсуны. В небе чуть левее болезненной ссадиной виднелась красная светящаяся точка — Аргус. Андуин наконец снял маску, убрав её во внутренний карман плаща, и втянул свежий морской воздух носом, а затем осторожно подошёл к краю и выглянул вниз — город магов парил действительно очень высоко над Великим морем. Наверное, его сможет спасти способность к левитации, если вдруг случится обвал или его не удержат собственные ноги.       Не дав ему возможности дальше погрузиться в поток бессвязных мыслей, слева от него послышался шорох и шум крыльев — Андуин резко обернулся на него и отошёл от края ближе к стене. Белогривый грифон с золотыми крыльями, точно такой же, как и те, что жили в Штормграде, с лёгким топотом приземлился недалеко от юного короля. Наездница в уже знакомой ему экипировке повернулась к нему — два тлеющих огонька показались из тени капюшона.       Сильвана умела появляться эффектно.       Андуин шумно втянул воздух и мотнул головой. Она, наверное, издевается над ним, продолжая напоминать, что они враги и выбирая при этом верховое животное Альянса.       — Тебя что-то не устраивает? — натянуто спросила Сильвана, на самом деле не зная, как относиться к такой реакции.       — Нет, всё прекрасно, — ответил Андуин, начиная движение в её сторону. — Отлично смотришься, — добавил он, взмахнув рукой и указывая на неё верхом на животном, традиционно служащем расам Альянса. Сильвана с укоризной посмотрела на человеческого короля.       — Там, куда мы летим, он будет менее заметным, — осадила она его и подала руку, чтобы помочь забраться. Он принял её и, оказавшись за спиной королевы-банши, тут же прижался к ней, обвив руками её талию.       — А куда мы летим? — не давая разгореться её недовольству, спросил он. Сильвана почувствовала, как его тепло сразу стало обволакивать её тело со спины и вокруг живота, пока он искал для рук более удобное положение, чтобы их сцепить.       — Помнишь, — сказала Сильвана, позволив себе замереть и прочувствовать этот момент, — я говорила, что знаю такие места, где тебя не найдет ни одна душа? — Андуин только согласно промычал у неё над ухом и застыл, наконец найдя для себя удобное положение. — Это одно из них, — добавила она и подстегнула грифона. Тот быстро сделал несколько шагов в сторону обрыва и, раскрывая крылья, ступил за край.       Мягкая поступь грифона плавно перешла в полёт. Он уверенно снижался, одновременно набирая скорость. Из-за положения грифона Андуин непроизвольно, под весом собственного тела, прижался к Сильване сильнее, но, расценив, что это не должно вызвать у неё неудобство, ничего не стал предпринимать. Пока у него есть эта возможность, он будет использовать любой повод, чтобы быть с ней как можно ближе.       Сильвана вполоборота оглянулась на отдаляющийся парящий город, неспешно погружающийся в дымку облаков.       — За нами был хвост? — предположил Андуин. В этот раз ему не пришлось сильно повышать голос, чтобы его было слышно. Из-за меньшей скорости полёта или отсутствия ветра в этот день. Или по обеим причинам сразу. Сильвана мотнула головой.       — Нет, — сухого ответила она, мотнув головой.       — Тогда почему мы не могли воспользоваться иллюзией и сразу вместе отправиться на Площадь Краса? — полюбопытствовал он, помня то, что бывший генерал следопытов во всём просчитывает ходы далеко наперёд.       — Хотела убедиться, — вяло произнесла она. — Нас видели у ювелирной лавки и могли узнать, — добавила Сильвана.       — Ты же не пошла за той старушкой? — сдержанно спросил Андуин. Он верил, что нет, но… знал, на что способна королева-банши.       Сильвана сделала паузу, прикидывая, стоит ли объяснять ему это. Она повернулась к Андуину так, что смогла искоса видеть его лицо.       — Она не была бы столь красноречива, если бы узнала нас, — пояснила Сильвана. — Но были и другие, кто нас видел. И стояли мы прямо под окнами лазарета, если вдруг ты не заметил. — Он почувствовал прилив крови к своим ушам. — К тому же кто-то мог и просто следить за одним из нас. Или за обоими, — она снова сделала паузу и опасно прищурила глаза, добавив: — кроме твоей разбойницы, разумеется, — закончила она и сразу отвернулась.       Она, конечно, была права. И если он был не просто осторожен, а уверен, что глава Некоронованных, да ещё и в своём городе, его прикроет в случае чего, то со стороны Сильваны это могло быть совсем иначе. Он думал, что ему трудно куда-то выйти, оставаясь при этом незамеченным, с тем количеством персон, что следили за каждым его шагом, но за Верховным вождем Орды, должно быть, следили вообще все, кто имел глаза. Или хотя бы один глаз.       — Она помогает, — понизив голос, ответил Андуин и непроизвольно сильнее сжал Сильвану в своих объятиях.       — Знаю, — ответила она, отворачиваясь. И скорее сама себе.       Королеве-банши и правда не нравилось делиться своим. Андуином ей делиться не нравилось ещё раньше, чем она сама назвала его «своим», пусть и трофеем. А близость человеческого короля с одной кровавой эльфийкой не то чтобы волновала вождя Орды, она порождала целое цунами мыслей и желаний, реализация которых гарантировала бы, что эти двое больше никогда не увидятся. И всё же, теперь она смотрела на златовласую занозу спокойнее. Она не была врагом Орды и не была претенденткой на сердце Верховного короля Альянса. И всё ещё была той, кто обладает его полным доверием. Кажется, разбойница начала вызывать у неё чувство уважения.       Грифон почти выровнялся, продолжая плавно снижаться. Они уже достаточно приблизились к стоящим на скалистом берегу развалинам, чтобы местность хорошо просматривалась. Сильвана натянула одной рукой поводья, заставляя животное наклониться вправо и свернуть, направляясь в глубь острова по касательной к линии берега.       Впереди, на горизонте, маячило погибшее мировое древо, пронзая облака острыми, болезненно закрученными ветвями, словно пытаясь удержать эти облака вместо собственной кроны. Андуин сглотнул, и вкус, который он ощутил, напомнил ему вкус пепла Тельдрассила. В проснувшемся стыде перед самим собой он опустил взгляд к земле и осмотрелся: они летели над тусклыми и недружелюбными землями Азсуны. Андуин всегда питал страсть к путешествиям, и поэтому, и для того чтобы отвлечься, внимательно рассматривал каменистую, только местами заросшую травой местность — результат теперь уже двух войн с Пылающим легионом. Он окинул взглядом пошарпаный и потемневший заброшенный мост, напоминающий те, что видел в книгах о Кель’Таласе. И развалины виднеющихся деревень, названий которых он не знал.       Мысленно вернувшись к той, кто сидела спереди, он задумался над вопросом: был ли у Сильваны кто-то, кому она доверяла так же, как он доверял Валире? Как он знал, самым близким человеком к Тёмной госпоже был Натанос Маррис. И Андуин знал, что их отношения… какими бы они ни были сейчас, тянутся с их живой жизни. Какими бы они ни были тогда. Кто они друг другу? Знал ли Натанос, где и с кем сейчас его королева? Прикрывает ли он её в этот момент? Возможно, она ушла за грифоном одна, чтобы обменяться информацией со своим защитником?       Андуин нахмурился — ему внезапно очень не понравился ход его рассуждений. Он расслабил замок из рук и, изменив их положение на животе Сильваны, снова сцепил, продолжая обнимать её.       Уголок её рта невольно дернулся в лёгкой ухмылке. Тёмная госпожа уставилась вперёд, сконцентрировавшись на сидящем сзади юном льве Штормграда. Его тепло всё больше проникало через одежду к её остывшему телу, как когда-то, в другой жизни, ласковый согревающий свет Солнечного колодца проникал в её душу. Святыня её народа в прошлом теперь ничего не значила для неё, но не живое тепло сидящего за её спиной человека.       Нечто в её душе, что отчаянно всё это время царапалось и брыкалось, пытаясь вырваться из чернеющей бездны боли, не только уцепилось за обваливающийся, крошащийся край ледяной пропасти, но пустило свои тоненькие корни, бережно впитывающие ощущение тепла от близости человеческого короля.       Сильвана мельком дёрнула головой, стряхивая свои мысли, и собралась, стараясь сконцентрироваться ещё на чём-то. Вскоре перед их взором открылись сине-фиолетовые руины Заркенара — то, что надо, чтобы привести ум в порядок, — ещё одно уродство на некогда прекрасных, как она слышала, землях. Войны не оставили на этой планете ни одного королевства без шрамов, которые не портили бы красоту этого мира. Что Тропа мёртвых простиралась через весь Кель’Талас, что порча Ша плешью раскинулась по Вечно цветущему долу. И даже там, где природа оставалась нетронута, как в Нефритовом лесу, топор войны уничтожил или обезобразил даже самые красивые и значимые сооружения — монумент перерождения местного божества и тот разрушил. Что говорить о жизни. Такая хрупкая и беззащитная. И как бы раньше Сильвана не чуралась уродств этого мира, видеть этот мир таким она не хотела. Она снова, в раздражении, мотнула головой от мысли, что с её трофеем что-то случится.       — Скоро пересечем границу с Вальшарой, — поспешила заговорить она, чуть повернувшись к Андуину, пока он, если и заметил, то не успел спросить, о чём она думает. И сразу добавила: — Уже близко.       — Я никогда не был здесь раньше, — ответил он, провожая болезненным взглядом сине-сиреневые светящиеся руины древней постройки.       — Здесь не на что смотреть, — сухого ответила Сильвана.       События на этих островах заставили две фракции встать плечом к плечу. А сама Вальшара давным давно была домом для первых эльфов. Там же, с гибели Изеры, началась полоса трагедий, преследующих Тиранду Шелест Ветра и её народ по сей день. Он должен уговорить Сильвану заключить мир и заставить Орду хоть как-то исправить то, что те натворили. Будет трудно убедить пойти на мир и Верховную жрицу Элуны, если Сильвана останется во главе Орды. Но всё-таки возможно. Тиранда, обладая многовековым жизненным опытом, была не только умна, но и мудра. И он очень хотел верить, что последние события не разрушили её глубокую и чистую духовность. И это единственная возможность заставить Сильвану ответить за свои преступления, не подвергая её жизнь опасности и даже сохранив своё и её лицо перед народами. Это было бы хорошее начало. Ему показалось, что в его голове начал рождаться план. Альянсу бы тоже нашлось, что предложить…       Выдергивая его из раздумий, тёмный и тёплый голос Сильваны мягко коснулся его слуха:       — Когда приземлимся, сперва я проверю, нет ли угроз, — она уже смотрела на него вполоборота и теперь ещё отклонилась вбок, чтобы видеть полностью его лицо. — Тебе нужно будет меня подождать. Грифона не отпускай, — серьезно продолжила она давать свои указания, несильно, но всё же стараясь быть учтивой к Верховному королю Альянса и, сделав паузу и слишком мягко для Верховного вождя Орды или даже бывшего генерала следопытов, добавила: — И не высовывайся понапрасну.       Андуин пристально посмотрел на неё.       — Я буду осторожен, — кивнув, заверил он. — И я пойду с тобой, — твёрдо заявил юный король. Сильвана недовольно поджала губы.       — Опять будешь пытаться залечить до смерти своих врагов? — оскалилась она, припоминая внезапно тот момент, с которого для них всё началось. Как этот глупый львёнок не понимает, что так будет лучше? Как же её раздражает его вечное желание сделать всё по-своему, даже тогда, когда это совершенно не нужно.       — Что бы нас там не ждало, мы встретим это вместе, — упрямо ответил он. Самонадеянно. Рискованно. Но по-другому ему нельзя, если он правда хотел достичь мира. Он обязан быть с вождём Орды наравне и должен показать, что она может положиться на него: на его действия и слова.       Сильвана одарила его гневным взглядом, но, не найдя аргументов, чтобы убедить послушаться несносного мальчишку, так и отвернулась обратно, уставившись вперёд.       Послушно следуя командам, грифон опустился ещё ниже и прижался ближе к кромке леса. Сильвана подала Андуину знак тишины рукой, и в этой тишине они бесшумно планировали над линией берега, вдоль лесного обрыва. Пролетев немного вперёд, мимо виднеющейся на левом берегу очередной заброшенной эльфийской постройки с лежащим полумесяцем на крыше, они нырнули в гущу леса, ловко огибая громоздкие стволы и ветви деревьев. После Сильвана направила грифона на виднеющийся вдали Шпиль последователей Тьмы, и вот они снова летели прямо над краем обрыва, где лесополоса внизу, на побережье, встречалась с руинами эльфийских построек, кишащих нагами. Грифон плавно приземлился на маленькой вытянутой полянке на самом краю Утёса саблеронов перед огромным деревом, что возвышалось над другими.       С одной стороны грифона и его наездников скрывал воистину широкий ствол этого дерева, с другой — обрывистый склон, а снизу — кустарники и кроны растущих на побережье деревьев. Всё это дополняли нависающие над ними пышные ветви. Это место было будто создано, чтобы в нём укрыться.       Спешившись, Сильвана кинула предупреждающий взгляд на Андуина, сразу же последовавшего за ней, и ещё раз спешно показала на пальцах, что он должен остаться и ждать. Но, прочтя по его губам: «Я иду с тобой», — лишь сжала челюсти и недовольно прищурилась.       Поняв, что бессмысленно пытаться оставить упрямого короля в стороне, она намотала поводья грифона на рожок на седле, чтобы животному ничего не мешало двигаться, и, развернув его головой к обрыву, шлёпнула по крупу. Тот издал негромкий гортанный звук, похожий на львиный рык, и взмыл в небо, сразу улетая в обратном направлении.       Андуин озадаченно моргнул вслед грифону. Затем, переведя взгляд на бывшего генерала следопытов, нахмурился и развёл руками. Он на самом деле не понимал, зачем надо было прогонять единственное средство передвижения, которое у них было, если только что она сама просила сделать обратное, опасаясь, что они могут на кого-то наткнуться.       Сильвана достала из кармана небольшой набедренной сумки манок и потрясла им перед Андуином. Её губы растянулись в довольной улыбке, когда она увидела как на лице юного короля появляется понимание, а затем он согласно кивает. Она спрятала вещицу обратно и, пихнув Верховного короля Альянса плечом, направилась к огромному дереву. На́сыпь камней и множество выступов между его стволом и скалой справа образовали настоящий барьер, скрывающий их от любопытных глаз с той стороны. Цепляясь за лиану, обвившую многовековой ствол дерева, королева-банши вспорхнула на преграду и, пригнувшись, прошла ближе к камням у скалы, чтобы быть выше и иметь лучший обзор.       Не желая отставать, Андуин последовал за ней. Огибая дерево, он приблизился к барьеру. Его взору сразу открылось невероятной красоты зрелище: густые до этого облака расступились, и в обрамлении зелёной листвы и россыпи ярких звёзд виднелась огромная, полная луна. В восхищении юный король замер на месте и распахнул глаза — здесь небесное светило было настолько большим, что можно было разглядеть даже кратеры на его поверхности. Дав себе немного времени, чтобы лучше сохранить в памяти эту картину, Андуин взобрался вслед за Сильваной и присел сразу у ствола огромного дерева. И этот вид покорил его ещё больше: теперь прямо перед собой он видел ещё и молодое деревце, вокруг которого летал голубой огонёк, и небольшую живописную полянку за ним. Сначала юный король подумал, что огонёк — это дух эльфа, как те, что он видел в Дарнассе и Эльдре’Таласе, но этот огонёк показался ему меньше и у него были острые лучики. Присмотревшись, он понял, что тот не имеет лица, а за ним, как шлейф, остаются повисшие в воздухе мерцающие искорки.       «Магия», — понял он и огляделся ещё: прямо под деревом уютно расположился островок красных цветов, а за ним, вдали, виднелись факелы, стоящие вдоль тропинки. Андуин облизнул пересохшие губы. Этот мир был прекрасен. Разве он не стоил того, чтобы избегать всё разрушающих войн? Он обернулся и посмотрел на Сильвану — она стояла, задрав голову вверх, и не шевелилась, видимо, вслушивалась в звуки вокруг. В свете луны её кожа казалась более серой, а волосы отливали благородным серебром, прекрасно сочетаясь тёмным и спокойным багровым свечением её глаз. Поймав очарованный взгляд юного короля на себе, она на пару мгновений забыла, что делала.       В зияющей черной дыре всколыхнулось что-то чужеродно тёплое. Что-то, чего в ледяной бездне быть просто не могло. Бесплотная сущность банши заметалась в своей обители, пытаясь отыскать и уничтожить нечто, что грозило нарушить привычное одиночество.       Очнувшись, Сильвана резко отвела глаза, а затем легко, как, вероятно, это могла сделать только Отрёкшаяся, взобралась ещё выше по крутому склону — такой подъём доставил бы много проблем любому живому и точно не был бы быстрым. Бывший генерал следопытов аккуратно выглянула над кромкой скалы и прищурилась. Хотя то место, куда она вела Андуина, и было скрыто от любопытных глаз, но всё же вокруг находилось много обитателей, которые могли их случайно увидеть и проследить. Прямо перед ней высилось одинокое дерево среди кочек и кустов; справа виднелась верхушка арки лунного колодца и жилище одинокого друида, что давно уже поселился тут; а с другой стороны пролегала хорошо протоптанная дорога. Поблизости бывалая охотница заприметила следы диких ночных саблезубов, что обитали здесь в изобилии. Осмотрев видимую часть Утёса саблеронов и убедившись, что они с Андуином остались незамеченными, Сильвана кивнула самой себе и мысленно поблагодарила человеческого короля за то, что на этот раз он всё-таки не пошёл за ней.       С восторгом, граничащим с тошнотой, Андуин наблюдал, как вождь Орды точно и умело проверяла ближайшую территорию на наличие любой угрозы. За её благосклонностью к своей персоне он зря позволил себе забыть, что Сильвана Ветрокрылая — смертоносное оружие, направленное против любого, кто встанет у неё на пути. Грудь юного короля вновь пронзила боль, словно вместо облаков огромные и изуродованные скверной Изумрудного кошмара ветви Шаладрассила, что он видел по пути сюда, впились в него самого. Андуин собрался с мыслями и заставил себя сосредоточиться — он не будет бесполезным. Сместившись ближе к склону, он принялся внимательно осматриваться, невольно пару раз обернувшись себе за спину — привычка, приобретённая уже давно, — пока рядом с ним вновь не оказалась Сильвана.       Переглянувшись и поймав её лёгкий кивок в сторону, оповещающий о том, что они могут идти дальше, Андуин приготовился прыгнуть на маленький пятачок земли между деревцем с огоньком, цветами и пушистым кустом неизвестного ему растения у основания огромного дерева. И только он поджался для прыжка, как королева-банши мёртвой хваткой вцепилась ему в предплечье. Резко обернувшись на неё, Андуин хотел возмутиться, но встретив её пронзительный грозный взгляд, при котором у неё даже проступили светящиеся красные прожилки из-под кожи век, только сглотнул.       Сильвана отдёрнула руку и, приблизившись к нему вплотную, гневно прошептала:       — Ты будешь следовать за мной!       Она испепеляла его взглядом ещё несколько секунд и наконец отступила. До последнего сверля его глазами, пылающими багрово-красным светом, она неторопливо отвернулась и, аккуратно ступая, прошла дальше вдоль склона по выпирающим из общей массы камням. Наконец, пройдя мимо деревца с огоньком, она спустилась вниз, на землю.       В этот раз Андуин послушно последовал за ней, но, соскользнув одной ногой с качнувшегося под его весом камня, он интуитивно схватился за ветку деревца и второпях, — сопровождаемый активным шорохом листвы, — спрыгнул сразу за спину королевы-банши.       Сильвана резко обернулась и, рассерженно смотря на него, приложила палец к приоткрытым губам. Губы Андуина плотно сжались в полоску, выражая одновременно покорность и недовольство. Эта случайность выставляла его не в лучшем свете перед бывшим генералом следопытов. Особенно теперь, когда юный король понял, что между ними и Шпилем последователей тьмы остался только лишь один прозрачный вечерний воздух.       «Сильвана не делает ничего просто так», — напомнил он себе.       Она жестами показала, что пойдёт вперёд, а он должен будет убедиться, что сзади никого нет и последовать за ней. Читая теперь в его глазах готовность следовать её указаниям, Сильвана направилась обратно, в сторону огромного дерева, только уже по земле, мимо раскинувшихся под ногами красных цветов и, зайдя прямо в кусты, исчезла.       Не успев отойти от замешательства из-за того, что Сильвана не пошла, например, хотя бы к дороге, Андуин тут же испытал шок — королева-банши растворилась, но не в воздухе мириадами тёмных пылинок, как это у неё бывает, а в зелени кустов. С поднявшейся в один миг паникой внутри он быстро осмотрелся и кинулся за Сильваной. Раздвинув ветки, он безмолвно ахнул — под ними, в сплетении корней дерева, был проход. Молодой король ещё раз оглянулся и, удостоверившись, что за ними никто не идёт, юркнул вниз.