MAKE IT RIGHT

ЧИМИН       Чимин хочет провалиться сквозь пол и исчезнуть.       Чонгук смотрит на него широко раскрытыми глазами, совсем как Бэмби, и с такой надеждой. Надеясь, что Чимин скажет «да», позволит Чонгуку сфотографировать больше, чем его пальцы, может быть, наконец объяснит, почему он до сих не позволял этого сделать. Надеясь, что он сможет поделиться своими фотографиями Чимина с миром, потому что, какой смысл их делать, если нужно их скрывать. Последние несколько недель были такими легкими, но Чонгук продолжает разбирать швы на сердце. И Чимин не знает, как долго он сможет хранить всё в безопасности внутри.       — Я не… — голос Чимина напряжен, он словно задыхается. — Я не могу.       Чонгук хмурит брови.       — Я не понимаю. Не можешь?       Взгляд Чимина метнулся к двери и обратно. Его рука зажата в руке Чонгука, из-за вина язык во рту становится толстым, а свечи невероятно горячие, пот катится по его спине.       — Я не могу фотографироваться так, только не снова.       — Снова?       Дерьмо. Чёрт, чёрт, чёрт.       Чимин облизывает губы. Прошлое словно снова поднимается, окутывает его своими черными тенями и крепко держит, выщипывая каждый стежок из его сердца. Он не хочет, чтобы открылась эта дыра в его груди — та, которую Чонгук непреднамеренно ковыряет своими вопросами, своей камерой и своей наивностью. Они не знают друг друга достаточно долго. Сейчас не время. Чонгук заслуживает большего, чем отвергнутая экс-модель со скандалом. Лучше, чем Чимин.       — Ты…я должен уйти, — Чимин пытается вырвать свою руку из руки Чонгука, но его хватка крепче.       — Хён. Пожалуйста, объясни.       — Это не важно.       — Это кажется важным. Ты можешь доверять мне, — говорит Чонгук нежным голосом.       — Просто забудь об этом, Чонгук.       — Чимин, пожалуйста…       — Я сказал, забудь, — взгляд Чимина пристальный, он пытается заставить младшего отпустить ситуацию.       Чонгук прикусывает губу зубами, но руку не отпускает, и Чимин смотрит куда угодно, только не на него. А ночь так хорошо началась. Чимин был счастлив, смеялся и был таким теплым. Но теперь он просто хочет сбежать из этой квартиры под осуждающим взглядом Чонгука и тенями прошлого под его кожей. Хватка Чонгука на его руке ослабевает, и Чимин уже готов броситься к двери, когда Чонгук отодвигает стол и дергает Чимина к себе на колени.       — Не знаю, почему ты так напуган, но со мной ты в безопасности, хён, — Чонгук обнимает его за талию, прижимает голову Чимина к своему плечу, зарываясь губами в его волосы. — Я не собираюсь заставлять тебя что-либо делать. Не нужно говорить мне "да" или рассказывать что-нибудь. Мне просто нужно, чтобы ты знал, что можешь рассказать мне что угодно. Потому что ты мне очень нравишься, хён, и ничто этого не изменит. Ничто.       — Чонгук, — выдыхает он, умоляя о чём-то, но сам не зная о чём.       — Ты потрясающий. Ты меня вдохновляешь, — Чонгук крепче обнимает Чимина, прижимая его к себе. — Если ты больше никогда не позволишь мне тебя фотографировать - это не изменится. Всё в порядке.       Дыхание Чимина сбивается, а глаза щиплет от слёз. Чонгук такой хороший, такой Бэмби, и он заслуживает гораздо большего, чем Чимин. Чонгук появился в его жизни, чтобы Чимин понял, что он больше не был самим собой. И теперь, благодаря этому прекрасному парню, который сейчас его обнимает, Чимин снова танцует, снова позирует на фотографиях, даже если они не в фокусе и не доступны для общего просмотра.       Но он так напуган.       Это тот же самый страх, который царапает его кожу каждый раз, когда он выходит на улицу, каждый раз, когда он один в толпе. Его имя смешано с грязью, а имидж прогнил. А Чонгук только начинает свой путь. Он Бэмби — взволнованный новичок. Он обхватывает шею Чонгука руками, уткнувшись в неё лицом и дыша сквозь желание заплакать, убежать. Чонгук успокаивающе проводит руками по его спине.       Чимин облизывает губы, не поднимая лица, чтобы встретиться взглядом с Чонгуком. Он не знает, сможет ли сказать это, излить свое прошлое на Чонгука, ведь оно словно пятно, которое нельзя удалить. Но руки Чонгука не перестают успокаивать его.       Чимин делает глубокий вдох.       — Я был моделью.       Чонгук проводит пальцами по волосам на затылке Чимина.       — Что случилось?       Чимин смеётся, горько и с иронией.       — Скандал. Меня обвинили в незаконном хранении и распространении наркотиков. Это было неправдой, но это не имело значения. Вся страна поверила. А когда просочились фотографии…всё вышло из-под контроля. На фотографиях не было ничего плохого, но я выглядел пьяным — я был пьяным. Я не употреблял наркотики, что было подтверждено анализом крови, но это не имело значения. Моя компания — они бросили меня, занесли в черный список. Я всё потерял..       — Хён, — голос Чонгука полон душевной боли.       Чимин всхлипывает, вытирая стекающие по щекам слезы.       — Моя жизнь была испорчена. Я был разрушен. Прошел год, а они до сих пор пишут обо мне статьи, следят за мной повсюду. Вот почему я всегда ношу шляпу и маску, когда выхожу на улицу, — он тяжело сглатывает, одной рукой сжимая футболку Чонгука, а другой закрывая лицо. — В ту ночь, когда мы встретились, они сфотографировали меня на Хондэ и сделали так, чтобы я выглядел как сумасшедший наркоман. А прошел чёртов год, — его голос срывается. — Почему они всё ещё преследуют меня? Почему я важен для них?       — Чимин, хён, мне так жаль, — Чонгук сжимает его так сильно, как только может, говоря в его волосы. — Ты этого не заслужил. Ты не испорчен. Нет. Те сайты, они стервятники. Это не имеет к тебе никакого отношения.       — Но я не могу испортить тебе жизнь, Чонгук-и. Я не могу, — Чимин теряет самообладание, слезы превращаются в срывающиеся рыдания. — Ты такой талантливый. Ты так усердно работаешь, и у тебя такой инновационный способ запечатлеть мир. Я знаю, что ты станешь великим, и я не могу быть частью этого, потому что моё имя звучит как проклятие в индустрии. Я проклятие.       Чонгук заставляет Чимина посмотреть на него, его челюсти сжаты, а взгляд суровый.       — Хорошо, мне нужно, чтобы ты перестал нести чушь о парне, который мне нравится; Это меня бесит.       Чимин недоверчиво фыркает, пытаясь успокоиться и перестать плакать.       — Я серьёзно! — Чонгук обхватывает его лицо одной рукой, проводя большим пальцем по щекам, чтобы стереть стекающие слёзы. — Ты не проклятие. Ты не испорчен. Это не было твоей виной, и то, как твоя компания относилась к тебе, было дерьмовым и неправильным. Мне нужно, чтобы ты кое-что понял — я с гордостью буду фотографировать тебя и свяжу твоё имя со своим. Если у кого-то будут с этим проблемы, если я потеряю из-за этого возможную работу, то и хрен с ними. Я всё равно не хочу работать с такими людьми.       — Я потерял всё, Чонгук, — Чимину нужно дать понять младшему, что последствия того не стоят. Он того не стоит. — Мою работу, предполагаемых друзей, танцы, мою квартиру — всё, что делало меня собой. Весь последний год я прятался от всего и всех, и я не могу допустить, чтобы такое случилось и с тобой. Я не могу.       — Хён, это не твой выбор.       — Чонгук…       — Я серьёзно, — Чонгук приподнимает подбородок Чимина, заставляя старшего посмотреть ему в глаза и пытаясь передать яростную убежденность, кипящую в его груди. — Я не собираюсь прятать тебя, будто ты какой-то грязный секрет. Ты красивый, талантливый и хорошая модель — и я думал обо всём этом еще до того, как узнал, что это твоя работа. А сейчас? Теперь я хочу этого ещё больше. Я хочу показать всем, как сильно они облажались, отпустив тебя.       Чонгук ловит губы Чимина в нежном поцелуе и прислоняется лбом к его, широко распахнув глаза.       — Хён, я очень счастлив, что ты доверился мне. Спасибо, что помог мне понять. Я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь, но…не думаю, что тебе следует больше прятаться. Я хочу сфотографировать тебя, потому что из-за тебя у меня чешутся пальцы. Ты вдохновляешь меня. Я знаю, что сказал, что хочу сделать эту серию фотографий без лица, но сейчас я не могу придерживаться этой концепции. Я хочу, чтобы все знали, кто ты.       Чимин смотрит на него и не может понять, что такого он сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить такую ​​карму. Он думал, что его жизнь закончилась, когда SYJ бросили его, но последние несколько недель только доказали, что он ошибался. Последние десять минут тем более. Чонгук не отрывает от него глаз, и Чимин не может не верить его словам. Поверить, что он сможет вернуть часть себя, которую он потерял, и что при этом он не увлечет за собой Чонгука.       Чонгук делает глубокий вдох, как будто собирается сказать что-то ещё.       — Чимин-хён, позволь мне сфотографировать тебя — всего тебя — и поделиться этим со всем миром. Пожалуйста. Я хочу, чтобы все знали, что ты мой.       — Твой? — спрашивает Чимин тихим и робким голосом. Больше, чем что-либо ещё, что Чонгук сказал сегодня вечером, это последнее слово, наконец, разрывает его грудь, обнажая его самые сокровенные желания. Чонгук не только хочет поставить на кон свою зарождающуюся карьеру и фотографировать его, но он хочет…он хочет…       — Будь моим парнем?       Чимин закусывает губу, вглядываясь в лицо Чонгука. Его глаза широко распахнуты, как у Бэмби, пока он нетерпеливо ждёт ответа Чимина. Если он скажет «да», он не сможет снова спрятать всё, что хочет, он позволит Чонгуку фотографировать себя и делиться его лицом в интернете. Если он скажет да, всё изменится.       Хотя уже и так многое изменилось. А если он откажется, то придётся отпустить Чонгука, и, возможно, это делает Чимина эгоистом, но он не хочет этого. А это значит, что есть только один ответ—       — Да, хорошо. Да на всё.       — Да? — спрашивает Чонгук, не веря своим ушам. Чимин кивает слишком быстро, улыбаясь.       — Да.       Чонгук сияет, прижимаясь губами к губам Чимина и одновременно смеясь. Чимин обвивает руками его шею, а ногами — бедра и хихикает в поцелуе. Они сталкиваются зубами, но это не имеет значения, потому что они слишком счастливы. Чимин счастлив.       Странно, что теперь это почти знакомое чувство.       Их поцелуи мягкие и медленные. По телу Чимина разливается тепло, словно солнечный свет наполняет его грудь, и он ожидал совсем не этого, когда думал о том, чтобы сдаться и рассказать Чонгуку о своём прошлом. Чонгук всё ещё здесь. Он не ушел, не бросил его, как его старые друзья, его старая компания. И более того, он хочет профессионально и романтически связать себя с Чимином.       Он хочет, чтобы Чимин был его.