а сверху еловые веточки

холодный свет от жужжащих на всю библиотеку люминесцентных ламп тонкими струйками пробивался сквозь плотные ряды книжных полок, находившихся в самом укромном уголке помещения. меж высоких стеллажей размещались широкие парты, за одной из которых девушка выполняла очередное домашнее задание. она писала вперемешку цифры и буквы, из которых в конечном итоге складывалось только одно имя, что крутилось всё время у неё на уме. она отвлеклась от чёрно-белой тетради и пустого учебника с яркими оранжевыми страницами и взглянула в окно. на улице было пасмурно и уже давно темно, из-за двойного стекла были видны разве что бьющиеся друг о друга ветви деревьев цветущих нежными белыми с алыми крапинками цветами. она изучала своё отражение, когда за её спиной возникла статная фигура. ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. — тебе не следовало сюда приходить, — робко проговорила она, предусмотрительно закрывая рабочую тетрадь. на её плечи легли тяжёлые руки, холод от которых обжигал кожу сквозь тонкую ткань блузки. одного этого прикосновения хватило, чтобы заставить её шумно втянуть воздух и откинуться на спинку стула, чтобы приблизиться к обладательнице таких холодных и одновременно желанных рук. она уткнулась затылком в живот девушки позади себя и, прикрыв глаза, приподняла голову. — ты сама попросила меня прийти, помнишь, елена? — низко проговорила та, касаясь её шеи и ключиц. она наклонилась, чтобы оставить лёгкий поцелуй. елена не хотела врать о том, что она ничего не помнила и не знала, как вообще оказалась в столь поздний час в библиотеке, поэтому решила поддаться сильным прикосновениям, несмотря на навязчивую мысль в её голове, говорящую о том, что это неправильно. ей пришлось вцепиться в края юбки и силой заставить себя свести вместе колени. как же легко было потерять голову, когда её нежной кожи под блузкой касалось обжигающее дыхание брюнетки. та пыталась поцеловать её ниже, но почувствовав неудобство, грубо подняла девушку со стула и, развернув к себе, оттолкнула. парта и стул рядом с ними исчезли, и она ощутила за спиной выпирающий подоконник и холодное стекло, к которому было прижато её тело. возможно, елене стоило сопротивляться или хотя бы вести себя тише, чтобы не попасть в неловкую ситуацию с библиотекарем, но сейчас её меньше всего волновало их положение и стыд быть обнаруженными. — кейт, — прошептала она, когда та опять впилась в её шею, но уже не так нежно, а страстно и требовательно. — ты писала мне, что скучаешь, — говорила девушка между поцелуями, — по мне, по моим рукам, — она спускалась по её ключицам, расправляясь со всеми препятствиями. пуговицы на её блузке уже были наполовину расстёгнуты, — прикосновениям, губам, — речь становилась смазаннее. елена отклонилась назад и оперлась на вытянутых руках о край подоконника, чтобы не потерять равновесие. — голосу, дыханию. она точно знала, что это всё было правдой, и от того сказанные слова сильнее обжигали сердце и что-то ещё в области её лёгких. — пожалуйста, — не выдержала она, когда губы и руки кейт оказались на её рёбрах. ей стоило огромных усилий сдерживать подступающие к горлу стоны. она попыталась заставить девушку опуститься ниже, но вместо этого всё закончилось. — посмотри на меня, — услышала она требовательный голос напротив себя. ей не оставалось ничего другого кроме как подчиниться. она открыла глаза и чётко увидела перед собой брюнетку — её затуманенный и в тоже время горящий взгляд, приоткрытые губы и распущенные взъерошенные волосы. у неё перехватило дыхание от того, насколько сильно ей не хватало этого образа — не коротких обрывков взглядов или фраз, а этого хаоса, этого пожара в карих глазах, причиной которому была только она. — поцелуй меня. без раздумий и замедления она схватила девушку за лацканы чёрного пиджака и притянула к себе. ей хотелось передать охватившее её безумие через этот поцелуй и почувствовать в ответ тоже самое. она сделала это грубо, проникая языком в чужой рот и ощущая давно знакомые губы. рваными движениями брюнетка усадила её на подоконник и притянула к себе за бедра. — ты хочешь меня? — прозвучал толи вопрос толи утверждение. — da, — без тени стеснения простонала блондинка, помогая скинуть с себя блузку и принимаясь за пиджак кейт, — da, — повторила она вновь ещё тише умоляющим голосом, когда почувствовала, как её юбку задрали вверх. она захотела ещё раз увидеть взгляд кейт, с которым та раздевала её, но открыв глаза, увидела перед собой натяжной потолок и люстру своей комнаты. она заморгала, пытаясь прийти в себя. — чёрт, — прокряхтела девушка сонным голосом, поняв, что проснулась. она перевернулась на бок и накрылась с головой одеялом, не обращая внимания на звон будильника. когда в дверь постучали, ей пришлось отогнать от себя наваждение и начать сборы в школу. сидя на бортике в ванной и лениво чистя зубы, она проверяла соцсети. ничего сверхъестественного за ночь произойти не успело, разве что паркер выложил несколько фотографий с крыши какой-то высотки с видом на ночной город, на одной из которых елена сумела разглядеть красную толстовку старка. «интересно» — подумала она про себя, и открыла фейсбук. у неё было одно непрочитанное уведомление — «сегодня день рождения кейт бишоп». перед её глазами опять замелькали обрывки из сна при упоминании этого имени. — s dnyom rozhdeniya, blyat', — тихо выругалась она, закрывая приложение. как же она устала от всего, что было связанно с кейт. она злилась на неё и одновременно с этим хотела быть с ней. конечно, она замечала косые взгляды в её сторону и неловкие попытки обратить на себя внимание, но продолжала твердить себе, что этого было недостаточно. теперь же когда бишоп отстранили от занятий, и они не виделись уже почти неделю, ей не хватало даже того нелепого поведения кейт. она всё чаще думала, правильно ли она поступала, когда так грубо игнорировала ту. после случившегося на соревнованиях кейт стала неотъемлемой частью её снов и мыслей. у неё не получалось должным образом сосредоточиться на уроках, что не ушло от чуткого взора матери. заботливым голосом мелина интересовалась теперь её успеваемостью чаще, чем чем-либо ещё, женщину абсолютно не волновала причина резкой смены настроения её дочери — единственное, что было ей важно, это результаты елены в школе. белова всегда знала, что любовь, которую она получала от матери, отчасти была вызвана её успехами. об этом ещё в глубоком детстве ей рассказала наташа, когда получила на глазах младшей сестры пощёчину за «несоответствующее уставу школы поведение». — ты ещё долго там? — услышала она раздражённый голос наташи, который вырвал её из неприятных воспоминаний, но не сумел избавить от испорченного настроения. — доброе утро, — улыбнулась блондинка, выходя из ванны и пряча за спиной телефон. — не доброе, — последовал короткий ответ, и дверь перед её носом захлопнулась. выбирая между мрачными мыслями, связанными с семьёй и душевными муками из-за кейт, она, естественно, выбрала второй вариант, и потратила весь день на моральную дилемму: поздравлять ли её небывшую недевушку с праздником или нет. — какие планы на сегодня? — поинтересовалась ванда, когда они уже собирались домой. «постараться пережить этот день» — подумала про себя она, но собиралась ответить что-то другое связанное с делами по дому, когда поймала взволнованный взгляд максимофф, который был направлен куда-то ей за спину. она с опаской кивнула головой в её сторону. — привет, эдди, — осторожно поздоровалась рыжая. ванда всё ещё отказывалась верить, что они с эдди «расстались» просто из-за отсутствия симпатии, а не из-за какой-то глубокой высокодуховной драмы. — привет, — коротко ответил он, улыбаясь из вежливости и чувствуя себя неловко из-за её поведения, — елена, можно тебя на минутку? «конечно, можно, у меня же нет своих грёбанных дел» — почему её сегодня так злил любой шорох, она сказать не могла. — это что-то срочное? — поинтересовалась девушка, стараясь не думать о той, с кем должен был быть связан этот разговор. — ну, — начал он неуверенно, но затем что-то мелькнуло в его глазах, — да, очень. елена посмотрела на ванду, и та понимающе кивнула, отпуская её. — бедняга, — тихо прошептала девушка, когда «бывшая» парочка отошла в сторону. старшеклассник опять начал жаться и колебаться. после их вымышленных отношений и ситуации в его доме с кейт он начал её побаиваться, так как понимал, чем были вызваны её чувства и желание мести. когда елена извинилась перед ним и между ними состоялся откровенный разговор, они пришли к выводу, что вряд ли смогут также как и раньше поддерживать дружеские отношения, пока она с кейт была в таком неопределённом положении — «ты всё-таки её друг» стало финальным аргументом. беловой теперь не хотелось усложнять и без того запутанную историю. — это связанно с кейт? — резко спросила девушка, стоило им оказаться на достаточном расстоянии от подруги. — да, — виновато признался он. — потрясающе, — она скрестила на груди руки и отвернулась, но эдди решил не принимать близко к сердцу негативную реакцию. — у кейт сегодня день рождения. — я знаю, — также безразлично ответила белова, изучая проходящих мимо учеников. — отлично, — его искренне обрадовал этот факт. — после драки с баки она совсем раскисла, — она не хотела этого слушать, не хотела знать, что с той происходит, не хотела представлять себе подавленную кейт в свой праздник. это не то, что помогает тебе злиться на человека, чтобы сохранять с ним дистанцию. — передавай ей мои соболезнования. — елена, — он взял паузу, чтобы та посмотрела на него, — я знаю, что тебе не всё равно. — ты ошибаешься, — она снова отвернулась. — хорошо, — сдался он, — но если тебе захочется с ней встретиться, — брок протянул помятый клочок бумаги, вырванный из тетради в клетку, — и у тебя получится победить свою гордость, то вот, это её адрес. — победить свою гордость? ты сейчас серьёзно? — записка с адресом была тут же порвана и брошена в его сторону. — как же вы меня оба… — она не стала договаривать и развернувшись на каблуках направилась к выходу. — ладно! пришлю тебе адрес сообщением! — крикнул брок вслед, собирая с пола мусор. ванда, которая до этого тайком наблюдала за ними, незаметно проскользнула между студентами и оказалась на площадке перед школой, где её ждала белова. — что ему было нужно? — тут же начала она допрос. елене хотелось бы сказать, что они с максимофф ничего друг от друга не скрывали, но это было бы ложью. ей бы даже хотелось сказать, что все секреты и тайны, что они хранили друг от друга начались с тех самых пор, как она познакомилась с кейт, но и это было бы неправдой. друзья могли делиться секретами, но сейчас елена была на взводе, и не хотела думать о том, что её подруга заслуживала знать подробности её личной жизни, потому что, во-первых, её личная жизнь превратилась в кавардак, в котором она и сама не могла разобраться, а во-вторых… — ванда, почему ты всегда лезешь в чужую личную жизнь? — не отдавая себе в этом отчёт, белова подчинилась закону «лучшая защита — это нападение». — я не… — да, ты, ванда! — вдруг для елены на её дружбу с максимофф пала тень сомнения. — меня достало, что ты постоянно суешь нос не в своё дело. «что случилось с баки? почему ты поссорилась с кейт? а что не так с эдди?». какая тебе разница? ты сама так мне и не рассказала, что у вас случилось с наташей. — несмотря на зябкую погоду щёки ванды заалели. она молчала, но елена заметила смятение на её лице и закивала. — не думай, что все вокруг слепые и не знают, что ты всё лето проторчала у неё на работе. с тех самых пор она общается со мной, как с куском говна. не хочешь рассказывать? так и быть! но не лезь в мою жизнь, — белова ткнула пальцем ей в лицо. — я думала, мы подруги, — задушенным голосом выговорила ванда. — да, мы подруги, а не сраные надзиратели! — что на тебя нашло? — ничего! ничего на меня не нашло. просто… — она почувствовала, что перегибала палку, но идти на попятную было уже поздно, — просто отвали от меня, ясно? — не дождавшись ответа она оставила растерянную подругу одну. как только она добралась до остановки, то поняла, что понапрасну вспылила, и была совершенно не права в своём поведении. более того она не знала, почему так разозлилась сначала на эдди, а затем и на ванду. она облокотилась затылком о холодную стеклянную перегородку остановки и, ощутив знакомый холодок, вновь с раздражением вспомнила сегодняшний сон. эдди не соврал и действительно отправил ей адрес кейт — первым её желанием было удалить сообщение, но что-то её остановило, а когда она спустя пятнадцать минут покончила с заданием по химии, то даже проверила по картам, где находится её дом. «нет» — сразу же сказала она самой себе и закрыла карту, возвращаясь к диалогу с вандой. ей хотелось перед ней извиниться, но подходящего объяснения её поведению не находилось, и она не знала, как оправдать себя. она опять начала злиться и в первую очередь на кейт. «всё из-за неё» — думала она в пылу эмоцией. в её голове уже разворачивался складный монолог посвящённый бишоп и её чувствам к ней. «день рождения, значит?». она подошла к шкафу и оценила свой гардероб. — мама, я к ванде! — стоя уже в коридоре и надевая обувь, оповестила блондинка. из дверей гостиной показалось обеспокоенное лицо мелины. — не слишком ли поздно? — мне надо передать конспект, — выдала дочь заранее подготовленный ответ. покончив с сапогами, она подняла с тумбочки тетрадь и помахала ей перед матерью. женщина оглядела её с головы до ног. елена пыталась скрыть лицо, делая вид, что поправляет что-то изнутри плаща, чтобы та не заметила на ней выделяющегося макияжа. — только не долго, — девушка сразу же закивала, надеясь побыстрее покинуть дом. — и, елена, — ей сразу не понравился подозрительный тон матери, — ты так не замерзнешь? — она посмотрела на её короткий сарафан. — нет, мам, — белова быстро запахнула пальто, и чмокнув мать в щёку, поспешила выйти из квартиры. оказавшись на улице, она выкинула в мусорное ведро прошлогоднюю тетрадь и ещё раз сверилась с картой. всю дорогу она повторяла у себя в голове речь, которая начиналась и заканчивалась разгневанным «я тебя ненавижу». однако, стоило ей оказаться напротив дома брюнетки, как все её мысли смолки. она даже не обратила внимания на размеры жилища бишоп и дорогую отделку фасада. из-за тяжелой резной парадной двери показалось две фигуры, в одной из которых она сразу же признала кейт. первой её мыслью было вернуться за угол, чтобы проследить за девушкой и её гостьей, которые стояли теперь на небольшой веранде городского особняка, но сразу отказалась от этого, решив заявить о себе. поднимаясь по крутым ступенькам, она слышала обрывки затихающего разговора. — обращайся, если что. — не знаю, что бы я без тебя делала. еще раз большое спа… — бишоп резко замолчала. другая брюнетка, чьё лицо елена не видела, из-за того что она стояла к ней спиной, обернулась. — елена? — взволнованно произнесла кейт, но девушка на неё не смотрела изучая чужую гостью. лицо показалось ей знакомым, но она всё равно не могла вспомнить кто это. весёлая улыбка незнакомки тут же испарилась, как только она заметила елену. — ты ко мне? беловой захотелось съязвить, но она себя пересилила. — да, к тебе, но если ты занята, то я могу зайти в другой раз, — она старалась скрыть злость в своей интонации, но поняла, что не смогла утаить настоящие эмоции, когда незнакомка, прищурившись, впилась в неё взглядом. — нет, нет! — быстро спохватилась кейт, очевидно, боясь упустить возможность пообщаться с беловой. — мы уже прощались, — смущённо добавила она. — да, — гостья была недовольна, но не расстроена, такой резкой сменой настроения бишоп, — до скорого, кейт! и ещё раз с днём рождения! — она обняла её за плечи быстрым, но немного неловким движением, чем вызвала недоумение у кейт. растерявшаяся брюнетка не успела ответить на жест, и девушка также быстро спустилась по ступенькам и исчезла из виду, оставив за собой резкий запах духов. — кто это? — джессика, она учится со мной на параллели, мы с ней в одном классе по физике, — бишоп свела за спиной руки, чувствуя себя всё ещё неловко. — и что она тут забыла? — елене было неважно, что она не имела права так грубо требовать объяснений. — эм, заносила дополнительное задание по физике. кейт была в одной домашней футболке и растянутых на коленях домашних штанах, но старалась не обращать внимания на мурашки, появившиеся на её руках от холода, боясь сделать или сказать что-то не так. — прекрасно, а она знает о существовании интернета? — кейт что-то начала мычать, но елена оборвала её, — мы так и будем тут торчать? она опять злилась на неё. совсем не так она представляла себе кейт после слов эдди. услышав воодушевление, с которым она разговаривала с этой джессикой, что-то внутри неё щёлкнуло, и ей захотелось самой стать причиной, по которой та улыбалась и довольно говорила «что бы я без тебя делала». и тот факт, что кто-то другой вызывал у неё эти эмоции, пока елена переживала личную драму, заставил её рассердиться на кейт. у неё буквально не получалось отслеживать собственные же эмоции и поспевать за ними. когда они оказались в просторном помещении, белова скинула с себя плащ и протянула его кейт. на ней осталась сетчатая чёрная водолазка и клетчатый серый сарафан на коротких лямках. оказалось, что та была дома одна и пыталась подготовиться к срезу по основным предметам, который предстоял в конце этого месяца. бишоп боялась задавать лишние вопросы, поэтому обходилась короткими ответами и пояснениями, провожая девушку до своей спальни. елена была мягко говоря в шоке, когда увидела большую, светлую спальню выполненную в молочно белых оттенках. она никогда не пыталась отчётливо представить себе жилище бишоп, но этот даже не детский, а скорее девчачий и минималистичный стиль никак не вписывался в её представление о кейт, она даже выглядела тут неуместно в своей чёрной футболке с изображением какого-то цветного музыканта и тёмно-фиолетовых штанах. она не ошибалась, когда осмелилась предположить, что у неё как и у ванды была доска почёта, а точнее стеллаж трофеев. елена не хотела задавать глупых вопросов, поэтому молча подошла к нему и начала изучать надписи и награды. — это из огайо, — поспешила пояснить кейт, когда заметила, что елена рассматривала один из самых больших кубков. — мы жили там, пока наташа не пошла в школу, — уже спокойнее заметила белова, отвлекаясь на детские воспоминания. атмосфера царившая в комнате навеяла на неё пелену умиротворения. она продолжала слышать отголоски мрачных мыслей, но оказавшись в компании кейт, поняла, что, возможно, её в первую очередь злило длительное отсутствие брюнетки в её жизни, а уже потом все её промахи. — да, я помню, ты рассказывала, — скромно, но с толикой гордости добавила кейт, не решаясь оторвать взгляд от приза, — но это было уже после вашего переезда — года три назад. елена начала внимательно осматривать комнату, пытаясь подметить все её детали, понимая, что благодаря этому может увидеть возлюбленную в новом для себя свете. тут царил идеальный порядок, словно весь интерьер был воссоздан для зрителей или потенциальных покупателей, которые должны были увидеть помещение в превосходном состоянии, чтобы захотеть отдать за это место столько денег, сколько с них потребуют. она сразу отметила, что ни на одной из стен или полок не было фотографий ни семьи ни друзей, над широкой аккуратно заправленной кроватью висел одинокий постер с неизвестным елене лучником. не было игрушек или хоть каких-то признаков уходящего детства, разбросанной одежды или спортивного инвентаря. на прикроватной тумбочке стоял будильник и несколько статуэток с достопримечательностями из разных уголков европы. на фоне этой идиллии ей бросился в глаза рабочий стол напротив окна с разложенными тетрадями и учебниками, рядом с которым стояло два развернутых друг к другу стула. — она помогала тебе с уроками? — тут же выпалила елена, когда представила, как худощавая брюнетка с жирно обведёнными чёрным карандашом глазами, объясняла бишоп какие-то темы и заставляла ту смеяться, приводя глупые примеры. её воображение было готово продолжить развивать события между девушками, особенно после того, как она вспоминала признание кейт перед ней и эдди. нелепо было думать, что кейт могла нравиться какая-то девчонка с параллели лишь из-за того, что она была лесбиянкой, но также нелепо для неё было думать, что кто-то мог устоять перед низким и тихим голосом кейт и глубоким взглядом её выразительных карих глаз. — немного? — ответила бишоп. «почему она выглядит так виновато?» — пронеслась первая мысль у беловой, стоило ей увидеть реакцию на её вопрос. та заметив пристальное внимание к разбросанным неаккуратно вещам, подорвалась, чтобы начать наводить порядок, но елена остановила её, подойдя вместе с ней к столу, и положив ладонь на руку кейт, в которой та держала тетрадь. — и давно она тебе помогает? — как бы невзначай поинтересовалась блондинка, листая перехваченную тетрадь. если бы у неё сейчас спросили по какому она была предмету, елена бы даже не смогла ответить была ли она в линию или в клетку. она никогда не считала себя ревнивым человеком, а уж тем более не думала о том, чтобы ревновать к кому-то бишоп, так как всегда знала, что только она могла вызывать у той этот затуманенный и страстный взгляд. — ну, может быть пару раз до этого? — неуверенно ответила та, стараясь быть честной, но в тоже время не злить елену. искренность ей в этом, к сожалению, не помогла. — пару раз значит? — переспросила она, небрежно бросая тетрадь на стол и пытаясь поймать взгляд кейт, но та всячески этого избегала. — посмотри на меня, — она почувствовала подступающее дежавю, и осознав его причину, ощутила уверенность в своих действиях. ей нужно было убедиться, что кейт относилась к ней также как и раньше, чувствовала всю ту же страсть, несмотря на то, что между ними уже дольше двух месяцев ничего не было. кейт неуверенно подняла на неё взгляд, и елена не увидев в нём того, что хотела, притянула её к себе, схватив за футболку. — что ты делаешь? — тихо удивилась брюнетка, оказавшись так близко к елене, как она не была уже давно. беловой ещё не приходилось видеть её такой растерянной рядом с собой, и это сильнее вскружило ей голову. — кое-что проверяю, — прошептала она. её прошлая попытка «кое-что проверить» увенчалась относительным успехом, так что и сейчас она была уже почти уверена в том же исходе, но отступать не собиралась. она поддалась вперёд и поцеловала её, несмотря на то, что кейт по началу хотела отстраниться. её не интересовали короткие и невинные поцелуи, и она сразу же углубила его, раскрывая сухие губы той своими. — я не думаю, что это хорошая идея, — разрывая поцелуй, но хватаясь за талию блондинки, сказала кейт. елена повела ей в сторону кровати, отодвигая ненавистный ей стул. она ничего не ответила на протесты, чувствуя, как кейт поддавалась ей. она была словно одурманена этим ощущением власти, что прежде ей не доводилось испытывать в их неотношениях. она видела, как бишоп тяжело давалось контролировать себя, но она всё равно отказывалась полностью отдаваться этому моменту. когда кейт уже была на кровати, она рискнула сама прикоснуться к ней. она знала, что брюнетка не любила, когда дело доходило до её тела, но надеялась, что та всё равно этого хотела. — не надо, — осторожно попросила кейт после того, как елена дотронулась до её живота сквозь футболку. несмотря на просьбу, она не стала останавливаться, принимая это за скромность кейт, которая ей раньше не была присуща, но и елена никогда не старалась быть главной. она тоже забралась на кровать и оказалась над брюнеткой, приковывая её к матрацу. — всё будет хорошо, — заверила она, останавливаясь, и не убирая руки с чужого тела. она всё ещё пыталась разглядеть в глазах кейт тот же огонь, что присутствовал в её прежней кейт из сна, но там читалось только смятение и… страх? елена наклонилась, чтобы заполучить ещё один поцелуй и отвлечь девушку от каких бы то ни было отвлекающих или смущающих её мыслей. на этот раз кейт не стала сопротивляться и ответила на поцелуй, невесомо касаясь ткани плотного сарафана на елене. белова приняла это за знак согласия, и перешла к шее кейт, приподнимая край её футболки и задирая её вверх. она почувствовала, как тело девушки под ней напряглось, но всё равно опустилась к её твёрдому прессу, запуская руки под оставшуюся на ней часть одежды, чтобы коснуться её груди. но стоило ей дотронуться до нежной кожи, как что-то резко изменилось. — нет! нет! — вдруг раздался громкий голос бишоп, и она начала брыкаться, крутясь из стороны в сторону и пытаясь сбросить с себя блондинку. сначала елена просто пыталась удержать равновесие и поймать девушку, но та вырывалась продолжая кричать, — не надо! пожалуйста! растерявшись елена кое-как слезла с брюнетки, и та свернулась, притягивая к себе колени и обхватывая их руками. по прерывистому дыханию, она поняла, что кейт плакала, и попыталась дотронуться до её плеча, от чего девушка отшатнулась от неё как от прикосновения раскалённого метала. — прости меня, кейт, — выдавила она из себя, не понимая происходящего, и пытаясь хоть как-то успокоить девушку.