Кортизол

Билл переходил из комнаты в комнату, пыхтя, сжимая-разжимая кулаки, бубня себе под нос. — Ну, у меня то всё в п-порядке!.. — Денбро оскалился. — Конечно… — мальчик зашёл в гостиную и остановился. — К-как у меня что-то может б-быть плохо, правда? — подросток взглянул в пустоту. Его горящий злобой, непривычный для Билла, напряжённый и одновременно слишком раскрепощённый и уверенный взгляд цеплялся за каждую неправильно лежащую вещь. — В самом деле, м-моя вина, — Уильям поднял голос и сделал большой шаг к коридору. — что всё так п-происходит! — разжав кулаки, он взмахнул руками. — А может быть, мне вообще н-не стоило ни с кем из вас общаться, М-майк!.. Денбро вышел из комнаты. — …Может быть, мне н-не стоило спасать Б-беверли, о, знаешь! М-может быть, может… — Билл остановился, округляя накрытые пеленой ненависти глаза. — М-может быть, мне стоило забыть о вас т-так же, как и вы з-забыли о своей совести!.. «Как бы всё изменилось, если бы я вообще не пытался их разыскать после того, как ушёл с Нейболт-Стрит?» — подумал заика, впивая ногти в ладони, начиная идти к двери. «Раз их всё так не устраивает», — Билл прошёл на кухню. — «То, может быть, мне действительно нужно просто прекратить общаться с ними и «вариться в дерьме» одному!», — роняя взгляд на вещи, Денбро импульсивно открывал ящики и сразу же захлопывал их. Переходя от одной полки к другой, Уильям раздражённо распахивал дверцу за дверцей, осматривал предметы, вертел их, а потом закрывал шкафчики. Он бормотал фразу за фразой, прерывался на длинную тираду, а потом снова бормотал короткие слова. — …А мне кажется, что т-ты слишком много б-берёшь на себя, Майкл… — проскрипел зубами Денбро, резко захлопывая дверцу холодильника. — Раз т-ты весь такой из себя франт!.. — выпрямившись, Билл импульчивно начал крутиться. — …то м-мог бы решить проблему с-сам! Или для твоей б-большой тупой головы эт-то слишком сложно, а? Беглый взгляд зацепился за белый листок бумаги на столе. — …Что ты д-думаешь об этом? — спросил сам себя Билл, резко поднимая лежащую на столе бумажку. Взяв вещь двумя руками за углы, Денбро гневно ощерил зубы, готовясь разорвать её. Первыми строчками было обращение к Биллу почерком отца:

«Мой дорогой Билл»

Щека мальчика дёрнулась от напряжения мышц.

«Твой отец большой трус. Я не могу набрать в себе смелости, чтобы сказать тебе то, что следует говорить вслух. Я решился написать это. На большее у меня не хватает сил…»

Оскал смягчился.

«Мама умерла».

Кривость губ медленно пропала. В мгновение пелена гнева ушла с глаз. Приоткрыв рот, Уильям молча смотрел на написанные строки. Морщины на лбу дрожали, брови поднимались выше.

«Прошу не спрашивай у меня, что будет дальше… Я не знаю… Я поехал в администрацию города, чтобы разобраться с документами. Постараюсь вернуться к ужину».

Кровь отлила от лица. Волосы на висках намокли. Замерев, он прикрыл рот и, подняв голову, устремил взгляд вперед. Все те мысли, которые он держал в своей голове, исчезли так быстро, словно их сдуло. В голове пугающая тишина. Билл не шевелится. Он не моргает. «Мама умерла?» — наконец, первое, что пронеслось в пустой голове. На белом лице дрогнули брови. Медленно опустив голову вниз, подросток поднял записку выше, к своим глазам. Учащённо задышав, интенсивно вдохнув-выдохнув, мальчик в злобе скривил рот и, сжав в руке листок, не щадя себя, ударил кулаком по столу. Внутри пальцев что-то хрустнуло. Он не почувствовал боли. Со всей силы Билл очередью нанёс четыре удара по дереву, вдалбливая кожу в щепь. На пальцах проступила кровь. Один из них хрустнул громче и ощутимее других. Денбро шатнулся и ударил ногой по ножке стола. Хлипкая конструкция скрипнула и сломалась. Замахнувшись руками, Билл смахнул посуду на пол. Тарелка разбилась на кусочки, стакан с опаской откатился в коридор. Парень взялся за края и перевернул стол, отталкивая его от себя. Дёрнувшись, Уильям сжал губы и треснул локтём по кухонной верхней полке. С замахом Билл без остановки ударял по ящикам. Денбро дёрнулся и схватился побитыми руками за волосы. Сжав их за корни, издав гортанью звук, похожий на рёв, он натянул волосы. У основания закровоточили пряди. Парень закричал. Качнувшись, сев на корточки, мальчик закрыл лицо, зарывшись в одежду. Прикрывая голову руками, Билли закричал с новой силой.

~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~

Зак склонил голову над бумагами. Сидящая напротив него девушка перечитывала уже подписанные документы. Проверяя грамотность их заполнения, она ставила печать и свою подпись. Под рукой рядом с уже подписанными бумагами лежала пара листов, копии которых нужно было сделать. Денбро-старший взял следующую бумагу.

БОЛЬНИЦА г. ДЕРРИ Заключение о смерти

Фамилия ДЕНБРО Имя ШЭРОН Ср. имя — Адрес Дерри, Округ Пенобскот, Мэн 13802 Реанимационное отделение Блок «С» Принятые меры

Промывание желудка. Обязательное введение глюкозы внутривенно. Предотвращение гибели мозга. Поддержание жизненных функций.

Смерть до прибытия —

Да Нет

Время смерти 22 августа 1958 г. — 2.15 Причина смерти

Ишемия сердца. Полная обтурация просвета артерии, образование окклюзии.

Лицо, опознавшее умершего(шую)

Зак Денбро. Мэн 13802

Ближайшие родственники Зак Денбро, Уильям Денбро Тело передается Заку Денбро (муж) Дежурный врач Патологоанатом Подержав лист в руке какое-то время мужчина подложил его девушке. — К… — в горле пересохло. — Копию, — сказал он, кашлянув. Работница канцелярии молча взяла документ и, быстро пробежавшись по нему глазами, положила в стопку к другим бумагам. Копия этого свидетельства будет стоить дороже из-за двух разных печатей, стоящих в углу. Копировальная бумага может не сразу взять обе, поэтому будут использоваться дополнительные штампы. Если человек запрашивает ещё один документ со свидетельством о смерти, то он, вероятнее всего, отдаст дубликат в похоронное агентство. Девушка быстро подняла глаза и мельком, но придирчиво оглядела мистера Денбро. Он вдумчиво смотрел в текст, но в глазах было видно, что глядел он скорее сквозь него. Немного изменив положение, мисс продолжила перечитывать документы. Зак беспокоился. Билл наверняка всё прочитал. Он сильный, он не станет делать того, чего не следует. Но он ранимый и тонкий, он может… Не стоило так поступать с ребёнком. Не стоило оставлять его одного. Зак взрослый мужчина, который знает точно, что такое смерть, но он бы не смог сказать Биллу правду… Это ведь неправильно, да? Он предоставляет подростку информацию, с которой тот сам должен решить, что ему делать. Это эгоистично. Трусливо. Настоящий мужчина так бы себя не повёл? На бланках всё просто. Так формально и однотипно. Доходчиво и ясно. В реальности Денбро-старший только открывает рот и хлопает им, будто рыба. Зак не может произнести эту фразу, у него не получается выдохнуть даже звук…

~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~

В ванной тускло горел жёлтый свет из верхнего светильника. Плафон блестел, и на его покрытии отражались вкрапления грязи. Ричи намылил руки маленьким кусочком мыла и подставил их под проточную воду. «Мне не стоило так поступать… Если бы я знал, что с Эдди случится что-то плохое, я бы постарался это предотвратить…» Тозиер выключил холодную воду, прокрутив голубой краник. Подняв руки, парень протер ладони полотенцем, висящим рядом. «Не думаю, что Билл виновен в этом больше, чем я… Мне стоило приложить больше усилий. Нам следовало обратиться в опеку по поводу плохого отношения мисс Кей к её сыну ещё до того, как все узнали про плацебо… Я тоже виноват в смерти Эдди». Коротко глянув куда-то вниз, он поднял голову и посмотрел на своё отражение в зеркале. Небольшое квадратное зеркало с неокругленными углами, за которым был спрятан отдельный шкафчик. Одна из сторон была заляпана отпечатками пальцев, поскольку именно с этой стороны открывали полочку. Тозиер вгляделся в свои глаза. В жёлтом свете они выглядели темнее и гораздо унынее. Очки в чёрной толстой оправе отбрасывали тень на лицо, делая его вытянутым и по-странному худощавым. Ричи потянулся к отражению и открыл шкафчик. Снизу было вкручено две полочки, близко расположенных друг к другу. На той, которая выше, стоял ополаскиватель для полости рта в вытянутой стеклянной бутылке, а рядом — небольшая зелёная коробочка с изображением утончённой женщины и пена для бриться в красной тубе с изображением человека с белой напененной бородой. На нижней полке лежало запечатанное мыло, чистая маленькая тряпочка в отдельном пакетике, помазок с деревянной ручкой и закрытая складная бритва из того же комплекта. Бритва. Новенькая. Мэгги подарила её Уэнтуорту на День Независимости месяц назад. Ричард осторожно взял пальцами предмет. Положив подушечку на специальный торчащий стальной язычок, он открыл бритву. Линзы очков блеснули в металле. Держась одной рукой за деревянную рукоятку, а другой, осторожно касаясь лезвия, подросток рассматривал вещь. Чистая. Ещё ни разу не точёная. От представленной остроты и холодности по спине прошли мурашки. Если, быстро провести, то, возможно, даже не больно. Такой бритвой воспользовался Стэн? Тозиер испуганно вздрогнул. Ещё сильнее напугавшись тому, что бритва в руках почти соскользнула, он торопливо закрыл её и, аккуратно положив на место, закрыл и сам шкафчик.

~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~

Прогремел раскат грома. Всё стекло покрылось подтёками и каплями, а к одному прилип маленький опавший листик. Стало трудно что-либо разглядеть в полуразмытых окнах. Ветви дерева шкрябали и скрипели, когда ветер взвывал над кроной. Тёмно-серые тучи не пропускали сквозь себя лучи света. Улицы заволокло белой неясной пеленой из-за плотного ливня. Зак припарковал машину при подъезде к гаражу. Разобравшись, достав ключи из зажигания, он вышел из салона и, захлопнув дверцу, торопливо пошёл к дверям. Открыв своим ключом, мужчина зашёл в дом и ладонью стряхнул с головы капли дождя. Плечи отсырели. — Билли! — обратился Денбро-старший, проходя в коридор, не замечая, как наступает на еле заметный осколок стекла. Заглянув в гостиную, он никого не увидел. Телевизор и свет были выключены. Повернувшись, он заглянул на кухню. Пол был чистый, без пыли. Стол со стороны отломанной ножки, лежа на спинке одного из стульев, выглядел перекошенным и неровным. На одном из верхних ящиков виднелась небольшая вмятина. Зак приоткрыл рот, неуверенно делая шаг в комнату. Наклонившись, он заглянул под стол. Тот действительно держался на спинке стула. Мужчина открыл кухонный шкаф под раковиной. В мусорном чёрном пакете лежали осколки разбитой посуды, а деревянная ножка грустно лежала внизу, рядом с ведром. Денбро-старший приподнял брови. Не поняв, нахмурившись, он вышел в прихожую. — Билл! — снова позвал он сына и развернулся. Послышались тихие шаги. Посмотрев вперед, Зак увидел, как Билл не торопясь спускался по лестнице. Он был одет в светлые джинсы и белую чистую футболку. — Билл… — тихо и трепетно вздохнул отец. Мужчина начал подходить к мальчику. — Билл, я… — мужчина опустил взгляд и заметил, что на руки ребёнка приклеены белые пластыри-ленты. Оказавшись на ступеньках, не дав сыну до конца спуститься, он чуть наклонился. — Что случилось? — непонимающе, осторожно спросил он. — Кто-то приходил? Что произошло?! Подросток посмотрел в глаза напротив. — Ничего. Эт-то сделал я, — спокойно ответил он, подразумевая кухню. — Ты? — Да, — подтвердил мальчик. — Из-звини, — на его лице прояснилась тревожность. Зак глубоко выдохнул и, присев на колено, обнял сына. — Ничего… Не извиняйся. Одежда отца была влажная и мятая. Волосы почти просохли. — Всё хорошо, — добавил Зак, поглаживая подростка по спине. — Извини… — чуть ли не плача, вздохнул Билли, обнимая папу за шею. — Нет-нет… — Зак отпрянул. — Ты прости меня, Билл. Подросток нахмурился. — Ты то з-за что извиняешься? — серьезно спросил он. — Я трус, — Денбро-старший несильно закивал головой. — Я поступил неправильно, оставив записку. Я твой отец, и мне следовало сказать тебе правду прямо, это был бы мужской поступок… Уильям задумался. Не разрывая зрительный контакт, он неожиданно сказал: — Я не считаю, ч-что ты поступил как-то н-неправильно. Н-немногие люди способны даже г-грамотно подобрать слова. А ты с-смог. Не важно как: на б-бумаге или с-словами. Ты всё-таки с-сделал это. Чтобы решиться с-сказать правду тогда, к-когда ты сам в себе н-не уверен и н-напуган, нужно д-действительно иметь н-настоящее мужество. Выслушав сына, Зак серьёзно взглянул в его глаза. — Спасибо, — помолчав, ровно ответил он, кивнув головой… Билл мыслит совсем не как ребёнок.

~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~

Стивен Хьюз сидел в гостиной напротив телевизора, смотря WNTA-TV. Уже второй час шло шоу Дэвида Сасскинда, передача под названием «Open End». Такое название было дано потому, что она не имела временных ограничений и продолжалась до тех пор, пока Сасскинду и его гостям не надоедало болтать без умолку. Стива выписали. Мама уехала в Бостон, отец вернулся в Вашингтон. Дэвид мешал в своих руках колоду карт. — Но я хотел бы показать вам кое-что, на что потребовались годы и годы серьёзного мастерства… С полицией всё сложилось гораздо проще, чем парень мог себе вообразить. Оказалось, что в департамент пришло заключение, подтверждающее, что пожар в местной общественной Дерривской библиотеке был спровоцирован замыканием электрощитов и прогоревшей проводкой, а значит, все опросы свидетелей немедленно следует прекратить, не создавая среди граждан ещё большей паники из-за случившегося. — Я буду делать это медленно… — человек, держа в одной руке колоду, разделил её на две части. Бен всё ещё в коме, Стивен навещал его. Хьюз поговорил с доктором Лэндри по этому поводу, молодой врач ответил, что у Хэнскома неожиданно началось осложнение, связанное с альвеолами. Хьюз не вникал. — Возьми карту. Любую карту, — мужчина с сединой повернулся спиной к собеседнику и зажмурился, поднимая руки вверх. — возьми из любой части. Взгляни на неё… покажи её камере… На экране показалась дама треф. — И… — Дэвид посмеялся. — Положи её обратно… перетасуй… Отлично, дай мне колоду. Мужчина начал шустро откладывать карту за картой рубашкой вверх. — Вот твоя карта, — Сасскинд повертел штучку в руках. — Нет, ты промахнулся на одну. — Ты шутишь? Человек потянулся к оставшейся колоде. — Нет-нет, вот она! — тот взял следующую карточку и та оказалась дамой треф. — …Но это очень близко! — Да, я думаю это здорово. То, как ты это сделал… — гость засмеялся.

~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~ • ~

Зак и Билл сидели на узких ступенях, ведущих на второй этаж дома. Денбро-старший отстранённо смотрел на носки своих ботинок. Заика, сведя брови, тяжело о чём-то размышлял. — Что теперь? — многозначительно задал вопрос Уильям. — М… Я собрал все документы, — размеренно начал Зак. — Правда, придётся, скорее всего, отдавать оригинал вместо копии свидетельства о смерти. Я надеюсь, если они согласятся, они приедут и сами заберут документы вместе с… — мужчина осёкся. — другими бумагами. Билл посмотрел на отца. — Если нет, то придётся ехать в другой город и отдавать документы самому. — К-куда? Мужчина слабо пожал плечами. — В Портленд, наверное. Может быть, в Саут-Пенобскот. Денбро-младший отвернулся и снова погрузился куда-то в себя. — И сколько это б-будет стоить? — Что? Дорога? — Похороны. Мужчина моргнул. — М, возможно, долларов пятьсот. Может быть, больше. Земля нам выйдет бесплатно, если мы похороним её на Дерривском кладбище, рядом с Джорджи... Билл распахнул глаза и зло свёл брови. — Ты хочешь п-похоронить её в Дерри? — возмущённо спросил подросток. Зак помолчал. — Нет, — серьёзно ответил он. — Но если земля будет стоить гораздо дороже самой процессии, то я не справлюсь. Мужчина посмотрел на сына и столкнулся с ним взглядом. Мальчик устало опустил глаза вниз. Зак положил руку на спину Билли и, тепло обняв, наклонил к себе, касаясь губами макушки ребёнка.