Чернила на губах

- Я не лгал, а просто пытался привести тебя в чувства, сказав альтернативную к реальности правду.  Чун Юнь посмотрел на серьезное лицо Син Цю и увидел в янтарных глазах растерянность. Он засмеялся, чем завел в угол рыцаря. Смех друга в такой момент схож на приступ истерики, но нет, Чун Юнь искренне, как всегда, смеялся.  - Ты лучший друг, Син Цю.  Камни упали с души Син Цю и он ехидно усмехнулся, запрокинув руку ему на шею и растрепав волосы друга.  - Пошли завтракать! Ты перед практикой хоть мороженое съел, а я желудком жертвую ради тебя.  Чун Юнь смеясь, согласился. Движения Син Цю что-то сковало теплое, нежное и робкое - объятия Чун Юня. Он посмотрел на друга и чуть покраснел. Вдохи и выдохи друга слышались ему отчётливо, будто бы это его дыхания, или ветер, который уносит его мысли и уверенность в чём-либо сейчас. Мягкая тучка объяла его и светила лучом улыбки. Син Цю обнял Чун Юня в ответ, не в силах противостоять желанию.  Они стояли посреди природы, делясь хоть частицей свободы, которую держали по той или иной причине в узде. Тело Син Цю горячее и чем дольше они стояли так, тем больше грелся Чун Юнь, поэтому он решил разорвать объятия, но Син Цю другого мнения, потому что прижал его ещё ближе.  - Давай постоим так ещё немного... Эти слова столь чувственные, что Чун Юнь уверил себя в безопасности этих мгновений. Вот только через "немного" Син Цю уже держал его, подрагиваясь от смеха.  - Чун Юнь, это новый уровень!  - Син Цю! Я же сейчас вспотею! - Я настолько горячий?  - Ты настолько жестокий!  - Ты это знал.  Чун Юнь пытался выбраться, но Син Цю держал его, позабыв о всяком приличие. А потом взял бедного пленника на руки, вгоняя его в краску. Желания быть рядом, несмотря на опасность, одолевало Чун Юня. Он смотрел на улыбку Син Цю и хотел ещё прикоснуться к нему, без страха и сомнения.  - Отпусти меня!  - Не могу заставить ходить столь нежные ножки.  - Чун Юнь,- в том же тоне ответил рыцарь. Ему нравилось строить из себя героя и разыгрывать эту сценку.  Экзорцист не владел мыслями, они расплывались в огне янтарных фонарей. Он упал в бес сознания. Тело Син Цю пахло приятными травами, маня к себе. Чун Юнь прикоснулся губами к щеке Син Цю. Чуть потресканные губы, как крылом бабочки, прошлись по коже рыцаря. Забирая всю кровь, распространяя предательский яд сомнения. Син Цю облизал губы и взглянул на Чун Юня. Он смотрел на него из-под прикрытых век, с чуть приоткрытым ртом и со спелыми яблоками на щеках. Пах сахаром и прохладой. Можно ли учуять прохладу нюхом? Син Цю смог. Он смотрел на друга также, но с ясностью в глазах.  Затуманенный взгляд Чун Юня говорил о всём, но искренний он излучал нежность и испуг, неуверенность, которая гложила его душу.  - Может я вовсе не экзорцист?  Син Цю вздохнул, смотря на Чун Юня. Экзорцист должен буйствовать, но видимо сил на это не осталось... - Нет. Ты рождён им быть. Помогать людям и спасти нас всех от злых духов, маленькая снежинка,- Син Цю нежно приглушил голос, будто бы пел колыбельную. Все равно помутнения Чун Яня произошло из-за потери контроли над внутренней силой, он и не вспомнить, что это из-за тёплых объятий, что Син Цю ему что-то говорил.  - А теперь тебе пора проснуться,- Син Цю бросил его в речку.  Она была не холодная, но достаточно, чтобы охладить Чун Юня. Однако Син Цю решил ещё и запихнуть мороженое в рот Чун Юня, поэтому вступил в воду тоже и нагнулся к нему, прижимая к его губам холодную сладость, которую он носил вечно с собой.  - Кушай. А не то скажешь ещё, что я виноват.  Чун Юнь сосредоточил внимания на мороженом. Думая о том, как вернуться в контроль, чтобы Син Цю не заметил, что его обманули. Он все слышал и помнил. Румянец на щеках горел, обжигая до боли. Как теперь ему смотреть в глаза? А вдруг Син Цю что-то себе надумает? Может все шутки были признанием? Или он настолько близкий друг, что может такое говорить?  - М? Почему мы в воде? - Мои объятия так тебе понравились, что ты разгорелся, как уголёк,- пропел Син Цю ехидно и вышел из воды. - Теперь обувь мокрая. Платишь за еду ты!  Чун Юнь встал и последовал за Син Цю. Обида подкатила к горлу, вспоминая небольшое количество моры в кармане.  - Эй! Я больше промок. И у меня нет чем заплатить! За двоих так точно.  - А надо было взять плату за работу!  Чун Юнь пытался доказать всю дорогу, что он не делал никакую работу, чтобы брать за неё моры.  - Ты должен понять. Ты же тоже полон благородности! Брови Син Цю дрогнули. Чун Юнь ведь знает, что его дерзость и взбалмошоность, которую он вечно проявляет перед ним, его истинный образ. Его вовсе нельзя назвать благородным, однако Чун Юнь все равно считает его честным и достойным быть рыцарем.  "Может я придумал себе, что не являюсь благородным на самом деле?" - Подумал Син Цю, посмотрев на Чун Юня. Он стремился быть рыцарем, а рыцарь - это образ жизни и постоянные сомнения в идеальности этих представлений.  В утром и родном ресторане "Народный выбор" Чун Юнь выглядывал их давнюю подругу Сян Лин. Он так занят поисками, что столик пришлось занимать Син Цю самому, а потом усаживать друга за него.  - Она обязательно к нам подойдёт, как только заметит. К тому же, Сян Лин - шеф-повар, а сейчас много гостей, может сегодня мы её и не увидим.  Чун Юнь посмотрел на край стола, поглаживая его пальцем.  - Шэнь Хе может волноваться, что я не отослал ни одну весточку ни родителям, ни ей. Они то привыкли к такому, а она...  Син Цю посмотрел на почитателей и содержания из столов.  - Она меня недолюбливает. Мне плевать, лишь бы это не влияло на тебя. Ты мне тоже ценен.  - Это тоже признания?  - А ты признал, что тогда это было оно? Чун Юнь вздохнул. Ему не удалось войти в роль Син Цю, рыцарь отстаивает свои права на эту игру с экзорцистом. А он безоружный и не против.   Их милую беседу прервала подошедшая девушка.  - Шэнь Хе?- Удивлённо сказал Чун Юнь, оглядывая тётушку.- Что привело тебя сюда?   Шэнь Хе не сводила глаз с Син Цю. А рыцарь сидел спокойно, поприветствовав её тоже, встав и поклонившись, как подобает. Она это не оценила. Только кивнула и смотрела строго, как смотрят на провинившегося в последнюю минуту.   Син Цю хоть не подавал виду внешне, а всё же чувствовал давления. По коже прошёлся холодок.  - Оставь нас с Чун Юнем не на долго.   Чун Юнь растерянно наблюдал. Когда их с другом глаза встретились, экзорцист увидел в янтарном блеске вопрос. Чун Юнь кивнул и Син Цю тут же встал, направляясь к выходу подышать свежим воздухом.