life before and after.

1867 год. Конец ноября. Сегодня я, Уильям и Льюис пошли в сад. Пройдя по дорожке, я ощутила тоску. Ведь скоро наступят холода. Уже не слышно пения птиц, а под ногами нет мягкого зелёного  ковра. Но у осеннего сада свой необычный запах! Запах пожелтевших листьев, сырой травы, спелых фруктов и, опять же, счастья. На улице было холодно, поэтому мы быстро вернулись в поместье. Мы шли в свою комнату, но нас остановил голос Саймона: — Эй, вы! Ты, девочка, подойди сюда! Я вопросительно взглянула на него. Обернувшись к братьям, было видно, что они немного волнуются за меня. — Тебя долго ещё ждать?! Леди Мориарти ждёт тебя в своей комнате, давай быстрее! Сердце сжалось и я вспомнила о ситуации с Уильямом. Очевидно, мои братья тоже об этом подумали. — Можно мы пойдём с ней? — спросил Льюис. — Боже мой, давайте уже, идите. Но в комнату не смейте заходить. Саймон подошёл ко мне и схватив за плечо, грубо толкнул вперёд. — Я в состоянии сама идти, спасибо! —сказала я. Мы быстро дошли до комнаты. Саймон зашёл первый, чтобы предупредить о том, что я пришла, и через минуту он позвал меня. Встав посередине комнаты, я поклонилась в реверансе. Она молча протянула руку вперёд и, задумавшись на миг, я взяла её в свою. С лёгким волнением я отхожу в сторону и жду. «Прям как на приёме у самой Королевы Виктории! Что она о себе возомнила?» — подумала я, сдерживая гнев. Долгий, испытывающий взгляд. Изучающий. И очень неприятный. — Здравствуй, Лилит. Верно? — спросила Леди Мориарти. — Да, Мэм. — ответила я. — Ты ведь понимаешь, что ты под моим попечением? — Да. — И я решаю твою судьбу? — Да, миссис Мориарти. «Конечно же, нет! Я сама решаю свою судьбу.» — подумала я. — Знаешь, на тебя слишком много уходит средств. Новое платье, украшение… Похороны твоей матери. Так не пойдёт. Конечно, втерлась в доверие к Альберту и теперь смотри что он делает! Ему всё равно на меня, на своего брата и отца! «Конечно, ещё я в этом виновата. Ну ну». — я держалась, чтобы не уйти. Но была уже на пределе. — В общем, чего я томлю! Со следующей недели ты будешь учиться в школе для благородных девиц. Тебя научат держаться на людях, быть гостеприимной, сдержанной, рукоделию, хозяйству. А то бегаешь со своими братьями, учишься рукопашному бою! Ты — девочка, так веди себя подобающе. — Но, Леди Мориарти, я и так образована. Всё то, что вы перечислили, я и так умею. — Да что ты! В прошлом году ты разлила чай на ковёр в комнате моего дорогого сына! А он, между прочим, хотел познакомиться. Где же была твоя вежливость? «Вежливость? Конечно, бесполезно мне что-то ей объяснять, она не поверит». Я молчала. И ей это было на руку. Она подошла ко мне ближе и сказала: — Так, экипаж приедет за тобой на следующей неделе. Нужно тебя подготовить, чтобы окончательно не опозориться. Поэтому, завтра приедет портной. Ну и придётся же на тебя деньги потратить! А ещё тебе следует… — Нет. Я не поеду. — Поедешь! Пока ты под моим попечением, ты будешь делать то, что я скажу! А с твоими братьями я уже придумала, что буду делать. А пока, тебе следует сегодня отказаться от ужина. Нужно похудеть. Теперь ты свободна, можешь идти. Завтра Саймон тебя позовёт. Я вышла из комнаты и громко хлопнула дверью. Очевидно, мои братья слышали этот разговор. Придя в комнату, я была в бешенстве. — В девичий приют меня хотят отправить! Да ни за что! Никогда! — в порыве гнева я кинула подушку в Уильяма. — Эй, Лилит, всё хорошо. — сказал Уильям, удивлённый моими действиями. — Всё будет хорошо, не переживай. — сказал Льюис. — Да что хорошего?! Она ещё и сказала, что до вас доберётся! Это выше моих сил. — сказала я, опустив свой взгляд вниз. — Лилит, похоже, пора приниматься за наш план. — Что? — я быстро подняла взгляд на Уильяма. — Уже? — Да. Мне кажется, Леди Мориарти хочет от нас избавиться. К примеру, подкинет в нашу комнату что-то, а потом скажет, что это мы украли. — Почему ты так считаешь? — Интуиция, вот и всё. Ей не выгодно отправлять и нас в какое-то училище. Поэтому, решила на тебе отыграться. И нужно поговорить с Альбертом. Мы давно это обсуждали и он готов. Слишком много сваливается на его плечи. До самого вечера мы ждали Альберта. Он уезжал в город вместе с отцом. А по  возвращению, сразу пошёл к нам. Как делал это всегда. — С возвращением, брат. — сказала я. Он заметил перемену в наших глазах и сказал: — Уже? Вы уверены? — Да, тянуть нельзя. Лилит со следующей недели хотят отправить учиться в пансион. — сказал Уильям. — Кто так решил? — Твоя мать. Альберт начал ходить по комнате, обдумывая всё от и до. А Уильям начал рассказывать всю суть плана, который пойдёт в действие через три дня. На следующий день, как и сказала Леди Мориарти, за мной пришёл Саймон. Он провёл меня в комнату на другом конце особняка, где меня ждали две пожилые женщины. Одна измеряла мои параметры, другая проверяла знания. Они были поражены, что «ребёнок из трущоб хоть что-то знает». Сегодня мне провели небольшой урок. Как обращаться к знати, делать реверансы и держать голову. Даже один раз они ударили меня тростью по спине. Но на второй, когда они хотели это сделать, я схватила палку и кинула к стене. На меня, конечно, накричали. По окончанию занятия, я быстро выбежала из зала. Зайдя в свою комнату, я ощутила спокойствие. — Как же тут хорошо! — сказала я, уставшим голосом. — А что, тебе не понравилось становиться мадмуазелью? — сказал Льюис, посмеявшись. — Ещё раз такое скажешь, я лично буду учить тебя реверансам и бить по спине. — Тебя били? — Угу, но на второй раз я кинула трость к стене. Поэтому, скоро у меня будут небольшие проблемы. — Не волнуйся, ничего не будет, — сказал Уильям. — Скоро это закончится. Я слабо улыбнулась и закрыла лицо руками. Я лежала так несколько минут, пока до моего плеча не дотронулись. Это был Льюис, и он протянул мне руку. Я сразу поняла, что мы будем делать. — То, что развеселит нашу дорогую Лилит — это танцы! Я посмеялась и положив свою ладонь в его, мы закружились в танце. Уильям поглядывал на нас, а после Льюис уступил ему очередь. По завершению, ко мне вернулись силы. — Ну вот, это отличное лекарство для тебя! —сказал Уильям. Рядом с ними мне было хорошо. Даже очень. И я думала, так будет всегда.                                       *** Минуло три дня. Настал тот день, который изменит нашу жизнь. Как Уильям и предполагал, несколько раз к нам в комнату приходили мать и брат Альберта. Узнавали, где у нас что лежит. Уильям предположил, во сколько времени кто-то из них придёт. Ближе к полуночи. Поэтому, к этому времени мы из подушек сделали силуэты, будто спим. А на самом деле, спрятались в конце коридора. Была глубокая ночь, поэтому нас не было видно. Я, Уильям, Льюис и Альберт услышали скрип половицы. Кто-то шёл. Силуэт был небольшого роста, поэтому я сразу догадалась, что это был Уильям. Когда он зашёл в комнату, мы тоже подошли к ней и стали ждать. Уильям взял всю ответственность на себя. А Альберт был исполнителем. Они зашли в комнату. — Какая неожиданность! Пришли пожелать нам спокойной ночи? — сказал Уильям саркатичным голосом. От испуга другой Уильям выронил кольцо и столовые приборы. — Что? Но вы спите… — он подошёл к одной из кроватей и дёрнул одеяло. Кроме подушек, там ничего не было. Но подойдя к другой кровати, он увидел саван. — Ч…что это? — Это то, что поможет перенести ваше тело. — Моё тело? Что за шутки? Тишина. Никто из них не двигается. Но мой брат продолжил: — Глупо было надеяться, что если ты спрячешь здесь серебряные столовые приборы и кольцо, то сможешь от нас избавиться. Другой Уильям отвернулся. Его план раскрыли. А в этот момент мой брат подошёл к стулу и кинул его о стену. Ножка отломалась, образовав острый конец. Уильям смотрел на моего брата изумленными глазами. — Ты что, убьёшь меня…? Этим? — взволнованно проговорил брат Альберта. — Конечно же, нет. Это сделаю не я. В этот момент Альберт зашёл в комнату. И мы с Льюисом вместе с ним. Уильям прижался к стене от страха и сказал: — Брат? Что ты здесь делаешь? Альберт проигнорировал его вопрос. Уильям вручил ему палку и он взял её. — Не делай этого, дорогой брат. Мы ведь родные друг другу. В нас течёт одна кровь! —через слёзы говорил Уильям. — Заткнись! От одного напоминания, что в нас течёт одна кровь, я хочу быстрее убить тебя! Я ненавижу тебя! Я хочу избавиться и от тебя, и от семьи. Начиная с этого дня, мы будем менять мир. И не важно, что для этого стоит сделать. Альберт побежал вперёд и проткнул тело Уильяма ножкой стула. В печень, в правое подреберье. Он упал на пол и почти не мог пошевелиться. Интуитивно, он решил вытащить палку. — Не стоит этого делать, умрёшь от кровопотери. — сказала я. — Именно. А для нашего плана нужно, чтобы ты ещё мог дышать. Если твоё тело найдут и отправят на вскрытие, будет лучше, если твои лёгкие будут сожжены. Ладно, а мы пойдём. Нужно завершить план. Мы поднялись на вверх. Нужно было сделать так, чтобы все подумали, что это несчастный случай. Идеальное — это утечка газа. Сделав всё нужное, мы спрятались в подвале. Через час поместье заполнилось газом. Произошёл взрыв. Но мы все ещё сидели на месте. А через время, мы вышли и начали уходить. Уильям и Альберт пошли вперёд, а Льюис встал как вкопанный. — Идём, нужно уходить! Иначе, скоро рухнет потолок! — сказала я, почти крича. Льюис быстро схватил горящую палку и прислонил к своей щеке. Я невольно вскрикнула его имя, из-за чего Альберт и Уильям оглянулась. Младший брат упал на колени, и я вместе с ним. — Зачем ты это сделал? — спросила я. — Это будет отличным доказательством версии Уильяма. Нужно, чтобы всё было правдоподобно. Никто не должен ничего заподозрить. И к тому же, это моя благодарность вам троим. Ведь вы спасли меня! Я готов пожертвовать всем, ради вас! Уильям и Альберт быстро подошли к нам и протянули руки. — Конечно. Мы же семья? — спросил Альберт. — Семья. — сказала я. Мы с Льюисом приподнялись. Альберт и Уильям вновь пошли вперёд, а я держалась рядом с Льюисом. Под ногами подламывались доски. Вокруг сыпались камни. Лопались стёкла. Потолок начал осыпаться быстрее, чем предположил Уильям. — Лилит, Льюис, быстрее! Скоро рухнет потолок! — крикнул Уильям. И в этот момент я задрала голову вверх и взглянула на него. Треск. Он летит на нас. — Осторожно! — крикнули Альберт и Уильям. Нужно было мыслить моментально. Льюис сильнее сжал мою руку, но я отпустила его и толкнула вперёд со всей силы. Дальше, всё как в тумане… Я отскочила и мне на голову упал камень. Я упала на пол. В глазах — темнота… Я закашляла от дыма и начала терять сознание. Впереди слышался какой — то шум, крик… «Братья что-то кричат… Наверно, потолок упал», — подумала я, и закрыла глаза.                       *От лица Льюиса* — Лилит, нет! — на всё горящее поместье крикнул я. «Нет, нет, нет! Такого не может быть!» — я хотел побежать вперёд, к своей сестре, но мою руку схватил Уильям. — Что ты делаешь? Нужно её спасти! Вдруг она жива?! — кричал я брату. — Если она ещё жива, нам нужно скорее выбраться отсюда. Наверняка спасатели уже приехали и тушат огонь! Чем быстрее мы выйдем, тем больше шансов, что её спасут! Я уже хотел опровергнуть его слова, сказав: «А вдруг не успеют?», но он грубо потащил меня за собой. Через пару минут мы вышли на улицу. — Дети? Давайте врача! Тут дети! —крикнул один из пожарников. — Меня зовут Альберт Джеймс Мориарти. Это мои братья: Уильям и Льюис. Пожалуйста, помогите вытащить нашу сестру! Её совсем рядом засыпало! Она может быть ещё жива! — сказал Альберт. Мы быстро объяснили, где произошёл обвал и пожарники тут же побежали внутрь. Ко мне подбежал врач и обработал ожог. Было больно. Но не больнее, чем думать о том, что возможно, мы потеряли родного нам человека. Уильям и Альберт сдерживали эмоции. Но зачем? Было видно, что им даётся это сложно. Тем более, что в этом такого? Прошла минута, три, восемь, десять… Ни пожарников, ни сестры. Никого. Внутрь забежали ещё спасатели. И через несколько минут все спасатели вышли. Без сестры. Сердце сжалось. — Нам очень жаль. Но там, где вы описали, был огонь. Мы посмотрели рядом, и нашли только вот. — нам протянули бант. Это был бант Лилит, подаренный в прошлом году на день рождения от Альберта. Он смотрел на него, а на его глазах застыли слёзы. Все до конца верили, что всё будет хорошо. Но ничего не будет. Уже не будет. Я перевёл взгляд на Уильяма. Лицо, как у Альберта, разбитое. Но опять же, он этого не показывал. — Гхм. — привлёк к себе внимание один из пожарников. — Молодые Господины, вы знаете место, где можете переночевать? Мы молчали. Всё ещё смотрели на этот бант. Но через минуту Альберт ответил: — Здесь неподалеку находится поместье Господина Роквелла. Думаю, мы можем обратиться туда. Нам организовали бричку и мы уехали. Поместье всё ещё пылало пламенем. Зайдя в поместье, нас встретил мистер Рейфилд. — Добрый вечер… Мне жаль, — сказал он, смотря нас нас. Он что-то ждал. Точнее, не «что-то», а кого-то. — Где Лилит? Неужели, она поранилась и её отвезли в больницу? Он смотрел на нас и хотел услышать ответ. К сожалению, он был не таким, каким бы он хотел его услышать. — Лилит… она… она погибла. На неё обрушился потолок. — сказал Уильям и даже он не мог больше сдерживать эмоции. Брат опёрся на моё плечо и начал тихо плакать. Он боялся показать эмоции. А тем временем наш учитель присел на стул и закрыл лицо руками. Альберт аккуратно обнял нас. Хозяина в поместье не было, поэтому, о нас заботился Джек. Он выделил нам три комнаты. Не четыре, а три… Ночь. Мне не спалось. Как и моим братьям. Мы просто стояли и смотрели в окно, в надежде на что-то хорошее. Но ничего не было. Лишь небо, на котором светились миллиарды звёзд и тишина. Ни надежды, ни счастья.                     *От лица Уильяма* Это… Больно. Очень больно. Больно осознавать то, что рядом с нами нет Лилит. Осознавать, что не слышно её чудесного голоса, не видно её улыбки. Ничего нет. Только бант. Я посмотрел на Льюиса. В отличии от нас с Альбертом, он не боялся показывать эмоции. Я даже ему завидовал. От размышлений нас отвлёк голос младшего брата: — Это я виноват в её смерти. Если бы я не решил доказать вам свою верность, то этого бы не произошло! Теперь этот шрам будет напоминать мне об этом всю жизнь… — Льюис, ты не виноват. Ни на секунду не вини себя. Лилит бы точно этого не делала. — сказал я. Видно, что ему даётся это сложнее всего.                      *От лица Альберта* Я слушал Льюиса и Уильяма. И задумался: может, это я вообще виноват? Если бы я не взял их под попечение своей семьи, то этого бы не произошло. И сейчас бы Лилит спала в комнате в детском доме. А на утро проснулась и танцевала бы, как делала это обычно. Для меня её смерть далась сложнее всего. Мне было всё — равно на прислугу, брата, родителей. Возможно, звучит слишком эгоистично. Но это так. Потеряв её, каждый из нас потерял частичку себя. Даже не частичку, а полноценную часть. Которую вырвали с мясом. Она заставила каждого из нас чувствовать себя счастливым и нужным. Но так недолго… — Спокойной ночи. — сказал я, не выдерживая такую тишину. Мои братья понимающе кивнули и тоже разошлись по комнатам.