life before and after.

Прошёл месяц со дня операции Льюиса. Он полностью восстановился. И моя рука уже не болела. Всё это не могло не радовать.  Сегодня Уильям ушёл в город, чтобы  проконсультировать людей. Он предупредил нас с вчера, так как думал, что мы будем спать. Но я проснулась в тоже время, что и брат. Он надел красивый костюм. Альберт давно принёс ему свою старую одежду, которая была на него мала. Уильям не был против, и с радостью носил. Мы вышли с ним на улицу. Он ушёл, а я решила пойти в сад. Побыв там немного, я начала возвращаться назад. Но по дороге встретила Саймона. — Да куда ты лезешь?! И так всё испачкала! Теперь давай, убирай! Я просто не могла испачкать лестницу. Ведь на улице была хорошая погода и не было луж. Но спорить с ним было бесполезно, и я, чтобы он ещё и не пожаловался Графу и Леди Мориарти, решила спокойно вытереть лестницу. Но на этом он не остановился! Он сказал мне подмести дорожку. Она была очень большой, поэтому, это было сложно сделать в одиночку. Но я справилась примерно за два часа. Я собиралась уже уходить, как вдруг меня остановил голос Саймона: — Куда собралась, а? Ты ещё не закончила. Он вручил мне метлу и показал места, где стоит убрать. Пока я убирала, на экипаже приехал Уильям и Альберт. — Что ты здесь делаешь? Я ведь говорил…—начал говорить Уильям, пока его не перебил Саймон. — Говорил. И что? Почему только из вашей троицы старший брат должен работать? Они тоже должны приучаться к труду на благо семьи Мориарти. — Они вообще не должны работать. Ведь они, как и я, часть этой семьи, а не прислуга. Это ваша работа, так и убирайте. — сказал Альберт, сдерживая злость. Пока Альберт разговаривал с Саймоном, ко мне шёпотом обратился Уильям: — Лилит, пожалуйста, иди в свою комнату. И вот, возьми. — он протянул мне коробку с печеньем. Когда я зашла в поместье, я спряталась за дверь и начала подслушивать: — И вообще, почему ты так одет? Снимай куртку, ботинки. Хоть это и поношенные вещи Господина Альберта, для тебя это слишком жирно. — закончил Саймон, но через время продолжил.- Я даже завидую. Ходишь в дорогом костюме, ездишь на экипаже… И да, кто тебе разрешил в повозку залезть?! Наверняка все там испачкал. — Довольно, Саймон. — заступился Альберт. — Во-первых, это я разрешил сесть в экипаж. Во-вторых, он может носить эту одежду столько — сколько пожелает. И в случае необходимости, ты купишь ему новую. — Но… Господин Альберт! Они же… дети из трущоб. Вам вообще не стоит с ними общаться. Иначе хозяйка отчитает меня. — Саймон, я сказал, что довольно! Альберт не выдержал и взяв Уильяма под руку, увёл его прочь. Я услышала, что они приближаются к двери и убежала вперёд. Завернув за угол, я остановилась и стала их ждать. На их лицах не было эмоций, но увидев меня, они попытались улыбнуться. Скажу честно, вышло неудачно. — О, Лилит, ты ждала нас? — спросил Альберт. — Да… Может, пойдём в комнату? И попьём чай с печеньем? — сказала я, потряся коробкой печенья и улыбнувшись. — Тогда может пойдём в сад? Мы давно хотели туда сходить, все вместе. — Так даже лучше! Альберт пошёл в столовую, а мы с Уильямом пошли к Льюису. Младший брат спросил, почему я такая запыханная и мокрая, но я решила не рассказывать о том, что работала. Всё — таки Уильям нам не рассказывал, куда обычно уходил, и я решила промолчать. Я переоделась, и мы пошли в сад. Альберт уже ждал нас. Сегодня сад казался ещё красивее. Ведь было начало июня. Он буквально утопал в цветах. Больше всего мне нравились здесь лилии! Это мои любимые цветы. А ещё для меня здесь особый запах. Запах цветов, травы и… счастья. Находится рядом с дорогими мне людьми — это настоящее счастье. Даже Альберт стал за полтора месяца дорогим мне человеком. Мы пили чай с вкусными творожными печеньями. Уильям рассказывал о том, по каким вопросам помог людям. Льюису понравилась книга Даниэла Дефо «Робинзон Крузо» и он делился впечатлениями. Я же, в свою очередь, просто слушала. Но тут заговорил Альберт. — Я, кстати, хотел спросить у вас. Как вы смотрите на то, чтобы начать учиться рукопашному бою? Как я и говорил, у меня это преподаёт Джек Рейфилд. Он управляющий в особняке Роквелла. И он участвовал в войне с Афганистаном, где получил интересное прозвище — «Джек-потрошитель». Как раз за свои навыки. — А какой он вообще человек? — спросила я. — На самом деле, он очень хороший. А главное, его не волнует: из высшего ты сословия или нет. Мы переглянулись с братьями. Это была отличная идея, ведь в нашем мире — навыки рукопашного боя — это первое, что может понадобиться. Поэтому мы согласились. Мы бы ещё сидели и общались, но Альберту нужно было уходить. Он нас предупредил, что занятие с мистером Рейфилдом будет завтра. А когда — он позовёт. На следующий день, ближе к обеду, Альберт пригласил нас на занятие. Мы ждали «Джека-Потрошителя» в специально выделенной для этого комнате. Когда он зашёл, на вид это был обычный пожилой мужчина. Он представился, а Альберт — представил нас. К нам он относился с полным уважением. Первое, чему он нас научил — это прямой удар и как уклоняться от такого удара. Когда мы жили в библиотеке, то Уильям с Льюисом меня такому научили, поэтому было немного легче. Урок прошёл очень интересно. А в конце занятия, мы решили поговорить. Я попросила рассказать, почему он получил такое интересное прозвище и истории из жизни. Он рассказывал с большим удовольствием. А мы рассказали о нашей жизни до появления в доме Мориарти. А потом он спросил о моей ещё не зажившей ране: — Лилит, откуда у тебя эта рана? Видно, что орудие нападения прошло насквозь. И относительно недавно. Может, месяц назад. — А, это… — я посмотрела на Альберта, ведь не знала, что сказать. Он кивнул, как бы говоря: «Можешь рассказать, кто это сделал», поэтому я продолжила: — Это сделал Уильям — родной брат Альберта. Он нас троих сразу невзлюбил. — Вот мерзавец! Как так можно то? Ну ничего, дядя Джек тебя научит, и ты начнёшь давать отпор таким негодяям. Я улыбнулась. Мы составили расписание, где один день в неделю он уделял занятие для каждого отдельно, а в другой день — мы занимались все вместе. А после он ушёл. Мы возвращались в свои комнаты. Альберт очень устал, поэтому сразу пошёл к себе. Весь путь к комнате мы с братьями молчали. Но когда зашли, могли спокойно поговорить. — Знаете, а мне понравилось! И мистер Рейфилд оказался не тем, какое прозвище ему дали. — сказала я. — А мы заметили, что ты стала у него любимицей. — сказал Льюис. — Да ну тебя! Мы посмеялись. Даже после такой сложной тренировки я была полна сил. Но братья устали. И, чтобы хоть чем-то заняться, мы решили почитать.                                      *** С первого занятия по рукопашному бою прошло две недели. Каждое занятие — что-то новое. К примеру, на одном из занятий мы больше узнали о «шоковой анатомии», то есть, о болевых точках у человека. Я научилась наносить удар в глаза, в пах из естественного положения. И научилась использовать подручное оружие и окружающую обстановку. Наш учитель подметил, что мы все держим нож по — разному. К примеру,  Уильям и Альберт используют прямой хват, Льюис — диагональный. А я — обратный хват лезвием к себе. Я даже держала настоящее оружие в руках! Так волнительно было! Конечно, из него я не пробовала стрелять, но господин Рейфилд рассказал все прелести и советы. Но самое сложное — это практика. Особенно когда приходится это делать со своими братьями. Мы просто не могли поднять руку друг на друга! Но, как сказал учитель: «Вы же никогда всерьёз не поднимите руку друг на друга. Вы — семья. А практика очень важна». Мы обходились друг с другом более аккуратно. Конечно, кто-то ударялся головой об холодный пол, но потом мы просто радовались за успех другого. С помощью этого, мы смогли узнать о небольших слабостях друг друга. К примеру, я одна подметила, что у Уильяма левая рука медленнее правой!        *** Прошло ещё два месяца. Сегодня 16 августа. Мой день рождения и день смерти моей мамы. В этот день мои эмоции смешиваются: день рождения, день смерти, ощущение праздника, чувство утраты. Каждый год я ходила к могиле своей матери и в этом хотела это сделать. После смерти, её знакомые организовали ей похороны. Но из-за наших средств мы не смогли позволить что-то лучше, чем есть. Я всегда мечтала, чтобы у моей мамы была достойная могила. Я лежала на кровати и не вставала. К счастью, сегодня у меня не было занятий и я могла спокойно провести время в комнате. Льюис и Уильям знали, что произошло ещё в этот день. Но не Альберт или Джек. К нам в комнату постучали. Я не реагировала, поэтому открыл дверь Уильям. Я повернулась и увидела Альберта с коробкой в руках. Но Уильям быстро закрыл дверь и вышел из комнаты.                      *От лица Уильяма* — Что с Лилит? Она плохо себя чувствует? — с беспокойством спросил Альберт. — Нет, просто сегодня, помимо её дня рождения, день смерти её мамы. Она не очень любит этот день. Поэтому, её лучше не беспокоить. — сказал я. — Она никогда об этом не рассказывала… Я не знал. — Ничего, ты не виноват. — Нельзя как-то вытащить её из этого состояния? И да, у меня для неё подарок. Он приоткрыл коробку, где лежала ткань и сверху бант. — Это платье, да? А сверху, очевидно, заколка для волос. — Да, ты прав. Если ей это вручить, она обрадуется? Или нет? — Я даже не знаю. Мы несколько минут молчали и не знали, что сделать. От размышлений меня отвлёк голос Альберта: — А что с могилой её матери? — Мы пару раз ходили туда. Она похоронена рядом с рекой Темза. Лилит очень хочет ей достойную могилу. Но у нас не было и нет нужных средств. — Я могу организовать это. Я надеюсь, что смогу её осчастливить. — Каждый год она ходит к могиле. Если не сложно, ты можешь взять экипаж и попросить отвести нас? — Да, конечно. Альберт ушёл и вручил мне коробку, с просьбой передать её моей сестре. Я зашёл в комнату и она уже стояла рядом с дверью.                                       *** — Лилит, ты знаешь, что подслушивать нехорошо? — сказал Уильям. — Да ну! А ты знал, что нехорошо рассказывать то, о чём тебя не просили? — Лилит, не пойми меня неправильно. Альберт правда очень волнуется за тебя. И даже подарок принёс. Он вручил мне коробку. Я открыла её и достала оттуда очень красивое белое платье. Белую основу сверху укутывало кружево. Пышная юбка и рукава давали ощущение сказочности! Увидев огонёк в моих глазах, братья тут же вышли, дав мне возможность одеться. А на волосы я нацепила красивый бант. Весь образ дополняла золотая цепочка. Пока я одевалась, к комнате подошёл Альберт. Он был явно рад, что я приняла его подарок. Я вышла из комнаты и мальчишки улыбнулись. — Ты… — голос Альберта ещё сильнее потеплел. — Лилит, ты выглядишь замечательно! — Большое спасибо. И за платье, и за бант, и за то, что организовал экипаж. — сказала я, еле сдерживая слёзы. — Альберт прав, Лилит. Ты правда очень красивая. — сказал Уильям. — Ну что, идём? — спросил Льюис. — Разумеется. Дорога была долгой. Я решила не скрывать от Альберта историю смерти своей мамы. Он слушал очень внимательно. Через час мы подъехали к нужному месту. Выйдя из экипажа, я подставила лицо тёплым лучам солнца. Я прислушивалась к мягкому щебетанию птиц и шелесту травы, даже немного расслабилась. К сожалению, моменту спокойствия не суждено было длиться долго: вскоре сознание заполнилось тем, ради чего мы приехали. Я прошла вдоль реки и подошла к большому чёрному ореху. Там была могила моей мамы. — Здравствуй, мам. Вот, я сегодня пришла не одна, а с Уильямом, Льюисом и Альбертом. Теперь живу в поместье Мориарти. Братья стояли недалеко от меня. Они слышали мои слова, от которых им становилось больно. А я же, в свою очередь, не могла больше сдерживать эмоции. — У меня сейчас всё хорошо. Я живу в тёплой комнате, имею тёплую одежду и вкусную еду. Большинство людей, с которыми я сейчас знакома, очень хорошие. Поэтому, ты не переживай. И я учусь на своих ошибках, как ты и учила. А ещё смотри какое у меня красивое платье. Мне его Альберт подарил. Но не волнуйся, я не забываю о твоей цепочке… она всегда со мной. Я начала плакать ещё сильнее. Ко мне сразу подошли братья. — Лилит, я узнал, что ты бы хотела достойную могилу для своей матери. Как ты смотришь на то, чтобы я это организовал? — сказал Альберт. — Но, Альберт, это ведь очень дорого. — Не волнуйся на этот счёт. Я лишь хочу сделать своей сестре лучше. Эмоции нахлынули на меня с новой силой. Альберт прижал меня к себе и крепко обнял. Так мы простояли несколько минут. Все трое понимали мои чувства, поэтому спокойно ждали. — Спасибо, Альберт. Это лучшее, что может быть. Я отстранилась и посмотрела на могилу. Я решила, что нужно было уходить, поэтому подошла напоследок и сказала: — Мама, я очень рада, что меня окружают такие люди. Я скоро ещё раз тебя навещу. Люблю тебя. Я подошла к Льюису, Альберту и Уильяму, и мы подошли к экипажу. Бричка тут же тронулась и мы уехали. Приехав в поместье, Альберт пошёл к своему отцу. Я волновалась, так как думала, что он откажет. Но, на удивление, он согласился. Конечно, слышались крики ссоры, но Альберт настоял на своём. *** Через неделю могилу моей мамы перенесли на Хайгетское кладбище. Памятник сделали из белого камня. Он был достойным. Ведь, «какой человек, такой и памятник». Я не знаю, сколько раз сказала спасибо. И Альберту, и его отцу. Конечно, второй не очень был рад всему этому, но перечить сыну не стал. После повторных похорон я не чувствовала опустошение. Возможно, звучит странно, но в этот раз… Я чувствовала покой и умиротворение. Моя душа больше не кричала о прошлых ранах, а наоборот, стала заживать. Всё, что когда-то напоминало мне о маме и доводило до слёз, осталось в прошлом.                                    *** Через неделю, после дня рождения, у меня было индивидуальное занятие с мистером Рейфилд. Но сегодня урок отличался от всех предыдущих. — Лилит, я узнал, что у тебя недавно было день рождения, поэтому решил сделать тебе подарок. И узнал о похоронах, мне очень жаль. — сказал он, и вручил мне небольшую коробку. Открыв её, я увидела кинжал с красивой рукоятью. На нем была выгравирована лилия и моё имя. — Это очень красиво! Спасибо вам огромное. Он раскинул свои руки для объятия, вскоре заключив меня в них. — Вот, улыбайся чаще! Для меня это приятнее всего. Вскоре он достал ещё три коробки. Это было для Уильяма, Льюиса и Альберта. Он попросил меня их позвать, что я и сделала. Мальчишкам очень понравился подарок. Но занятие было моё личное, поэтому они ушли. Сегодня учитель научил меня точить нож и использовать его в действии.                                  *** Прошёл год. Это было сложное для всех нас время. Произошло слишком много изменений не только снаружи, но и внутри нас. Мы изменились и стали… Более равнодушными к каким-то ситуациям. Но не друг к другу. Я даже Альберта стала называть братом, а он меня сестрой. А с Уильямом и Льюисом я сблизилась ещё сильнее. С Господином Рейфилдом отношения тоже стали лучше. А мои навыки в рукопашном бою только росли. Что же может быть лучше? К сожалению, ничего не вечно.