Одно чувство на двоих

Сакура проснулась в восьмом часу утра. Какаши уже не было. В отличии от ее графика: с 9 и пока не освободится, у него же был с 7 и пока не освободится (что было, кажется, никогда). Девушка вышла на кухню, на столе стоял заварочный чайник, все ещё тёплый. Сакура помнила этот чайник, но уже давно не видела его и не понимала, как и где нашел его Какаши. На сковородке под крышкой лежал тамагояки . Почему она не проснулась, пока он готовил чай, почему не услышала свист чайника на плите или шипение масла? Журчание воды? Неужели, Какаши был настолько тихим? Или в его присутствие ты просто потеряла бдительность и спала как убитая. Да. скорее всего так. Рядом с ним действительно спокойно, нет никаких недомолвок, как с Саске. Точно, Саске! Куноичи хлопнула себя ладонью по лбу. Быстро позавтракав тем, что так любезно оставил Какаши, девушка начала собираться на работу. Приняла душ, умылась, почистила зубы, уложила волосы с помощью чакры и своей мистической ладони. Собравшись выходить из квартиры, сзади неё послышался хлопок. Девушка обернулась, заметив посреди своего коридора Паккуна, она недоумённо уставилась на него. — Что ты тут делаешь? — И тебе привет, Сакура. Какаши послал меня, чтобы пригласить тебя на обед. Ей богу я будто не нинкен, а какой-то посыльный пёс. В следующий раз не пойду, — Фыркнув отвернулся Паккун. — Да ладно, хватит тебе прибедняться Паккун, давай я тебя угощу кусочком свинины. — А вот это уже другое дело, — Вместе с ним подойдя быстро к холодильнику, она достала кусочек грудинки и дала его псу, тот покорно взял с ладони девушки предназначающийся для него кусочек лакомства. Медленно пережевывая пёс сказал: — Он будет тебя ждать у госпиталя в 15:00. — Хорошо. Харуно выбежала из дома, как ошпаренная, она начинала уже опаздывать в госпиталь. Но чувство легкости где-то в груди не давало ей переживать из-за опоздания! Какаши зовет её на обед, и этого было достаточно. Безмолвно хихикая, как дурочка, девушка не заметила как переступила порог собственного кабинета. Работы был непочатый край, Сакура полностью зарылась в отчётах, документах, и анамнезе больных. Стрелки часов неумолимо двигалась вперёд, не давая ей ни секунды для размышления перед предстоящим разговором с Саске. На часах 13:30, все утренние консультации с «тяжелыми» пациентами были позади, куча бумаг на столе приближалась к заветной середине, а все срочные вопросы, которые дожидались с выходных, были решены. Она жадно перебирала все документы, ставя свои подписи, но не теряя внимательности, вникала в каждую строчку перед глазами. После десятка таких бумаг Сакура откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. Может, действительно стоит подумать над предложением Какаши? Нанять хотя бы в хирургическое отделение главврача? С хирургией больше всего волокиты. Из мыслей ее вырвал стук в дверь. Машинально девушка прильнула к столу с бумагами, взяла ручку готовая записывать и рыкнула: — Войдите! Дверь открылась, на пороге стоял Учиха. Темные глаза, как обычно ничего не выражающие, он был холодный, как лед. Абсолютная противоположность — пронеслось в голове у Сакура. — А, это ты, — девушка устало посмотрела на посетителя. Черт, вот с ним я бы сейчас точно не хотела говорить. — Снимай вверх, садись на кушетку, — отрешенно произнесла Харуно. Учиха лишь молча кивнул и стянул с себя белую рубашку, обнажая свой торс, и уселся на кушетку. Он был напряжен. Сакура наоборот, полностью погрузилась в работу. — Контактировали вы с больными, у которых подтвержденный диагноз: туберкулёз, коклюш, корь и другие заболевания передающиеся воздушно-капельным путем? — Сакура, — Учиха смотрел прямо на нее. Он не понимал, что происходит, он пришел за ответами, за разговором. — Отвечай, — рявкнула девушка, а после смягчилась. — Это стандартная процедура перед осмотром, — от ее командного тона у наследника все перевернулось в груди — Нет. — В течении полугода бывали вы в странах, где был зафиксирован всплеск таких заболеваний, как: малярия, чума, полиомиелит? — Нет. — В последние несколько месяцев делали вы какие-то прививки? — Нет. — Хорошо, теперь я проскандирую твое тело на наличие повреждений, — Сакура встала и поднесла мистическую ладонь к груди и спине Учихи, сканируя все тело. Саске лишь замер и на секунду перестал дышать, когда маленькие нежные ладони двинулись по его груди. Наваждение, которое пришло с этим безобидным осмотром, никак не хотело уходить. Они лежат на футоне в его доме, задыхаются от страсти и ее маленькая прохладная ладошка водит по его неровно вздымающейся груди, а девушка что-то шепчет. Скорее всего слова любви, или что-то вроде этого, но он не слушает, слышно только биение его сердца и облегчение присущее после оргазма. — Все в порядке, — девушка отрывает свою ладонь от живота Учихи, но тот лишь перехватывает ее, не давая Сакуре двинутся. Она встала в оцепенении, а его холодный взгляд прожигал ее изнутри. Что-то в душе встрепенулось, что-то давно забытое, спрятанное подальше вместе с воспоминаниями о самом плохом. — Ч-что ты делаешь?! Отпусти! — девушка стряхнула плечи, показывая, что ей не нравится его хватка — Хорошо, только давай поговорим, ладно? — он лишь крепче сжал ее запястье. Внутри Харуно все сжалось. Поговорим? Он хочет поговорить? Ну сейчас поговорим, милый. Тебя даже Наруто не узнает после нашего разговора. Нахальная морда. Жалко мой кабинет конечно, но ничего, попрошу у Какаши немного денег на ремонт. Снесу тут всего парочку стен с его наглой рожей мудацкой. — На счет три, я тебя отпускаю. — Хорошо, отпускай, — Сакура посмотрела в окно. Ну на крайний случай, я смогу выкинуть его в окно. Лететь недалеко, но с эффектом неожиданности, пару десятков костей сломает, пока не сгруппируется для падения. Хм. Слишком быстро она согласилась, и этот взгляд в окно. — На счет три, но ты не пытаешься убить меня или выкинуть в окно, и сама не сбегаешь тоже. Договорились? — спокойный тоном произнес Учиха. Вот черт, он что мысли мои читает? А сбежать самой я и не додумалась. Конечно, шаннаро! Это мой кабинет! С какого хера я должна бежать?! — Я постараюсь, — процедила сквозь зубы куноичи. — Сакура, я хочу просто поговорить. Один, — девушка напряглась, уже готовая собрать всю чакру в кулак, но что-то ее останавливало. На лице Учихи не было никакой наглой ухмылки, он не смотрел на нее свысока, да он был также холоден и закрыт, но что-то в его взгляде изменилось. — Два, — Харуно скрипела зубами, все-таки вариант с окном будет дешевле. — три. Девушка со всей дури отвесила Учихе пощечину, тот лишь отлетел на кушетке к стене. Осознание к ней пришло слишком быстро, от сладкого чувства победы не осталось и следа. Учиха взбесился, но не подал виду, он ожидал чего-то такого, но пощечина была больнее ее кулака полного чакрой. Почему? Секунда и он уже держал ее руки над головой прижимая к стене, смотря на нее пустыми черными глазами. Она лишь отвернулась от его взора, ладонь горела, но она не пожалела о содеянном. Это ему за всю ту боль, что он ей когда-то причинил. Лишь малая капля её злости, её обиды, её презрения к нему. Он бывал ранен хуже, намного, так что от одной пощечины не развалится. — Не хочешь разговаривать спокойно, хорошо, я начну первый, но не выпущу тебя пока не буду уверен, что ты не выкинешь чего-то подобного снова. Сакура, — его голос резко смягчился — я хочу все исправить. — Тебе потребовался год, чтобы это понять? — девушка отвечала, не глядя на него. В ее душе, что-то перевернулось, но что? Прошел целый год, у нее есть Какаши, они настроились на серьезные отношения, они оба хотят быть счастливыми, жить стабильно и размеренно, но почему эти мысли сейчас не вызывают того тепла, что было с утра? — Нет, меньше, пару месяцев, может четыре, остальное время потребовалось что бы принять этот факт. — Ты опоздал, Саске. У меня своя жизнь, у тебя своя. Я никогда не вписывалась в нее. Зачем ты сейчас бередишь мои старые раны? — Сакура, пожалуйста, все что я хочу — это начать вместе с тобой. Узнать тебя заново. Прошел всего год, но ты так изменилась. — Всего год? Прошел уже ЦЕЛЫЙ год, Саске. Я сказала, что не буду ждать хуй пойми чего! Я взрослая женщина, у меня своя жизнь! Прекрати делать вид, что все крутится вокруг тебя, я больше не глупая девочка генин! — Сакура кричала, пытаясь вырваться из захвата последнего наследника великого клана. Он послушно отпустил ее и отошел. — В одном ты права, ты больше не генин, но все такая же глупая. — ШАННАРО, САСКЕ! Прекрати, почему я? Строй свою жизнь с кем-нибудь еще. С той, которая будет ждать тебя из твоих ебанутых путешествий, как послушная собачонка, кто будет любить тебя с твоими ебанутыми замашками. Я то тут причем?! — Я пытался, Сакура, пытался, — Учиха не свойственно ему начал повышать голос — я, твою мать, пытался, и знаешь, что? У меня ничего не вышло! Ни гребаной капли не вышло, потому что все сводилось к одному, я всех поголовно сравнивал с тобой! Все повадки и привычки других мне были омерзительны, потому что они не были тобой! Я вернулся ради тебя, если ты скажешь мне остаться, я останусь, только ради тебя! Скажешь не уходить — я не уйду, только потому что ТЫ попросила! Сердце больно кольнуло, от признания Учихи. У Сакуры прошло тепло по телу вперемешку с чем? С обидой? С яростью? Больную любовь, которую она так долго закапывала, вставая на свой путь без него, что-то снова раскопало. Его слова, раскапывали это, с каждым предложением, доставали все похороненное внутри. Она сжалась не понимая, что сейчас чувствует. К нему, к Какаши, к себе. -Я уже тебя просила, и не раз. Я даже не просила тебя оставаться, поняла, что это бесполезно. Я просила тебя взять меня с собой, я не один раз просила забрать меня из деревни! Ты всегда отказывался! Так что же изменилось, Саске? — последний вопрос прозвучал почти шепотом, но он услышал. — Я изменился, Сакура. Я…т., — слова застряли комом в горле, он хотел сказать, но не мог. Он столько раз думал, как скажет ей эти три слова, но не может. Он и так сказал слишком много. Слишком тяжело для него говорить о своих чувствах. — единственное, о чем я тебя прошу, подумай. Еще один раз, дай нам шанс. С этими словами Учиха вышел из кабинета главы госпиталя, не обращая внимания на шепотки, идущие в след за ним. На притихший коридор, который слышал всю их ссору на повышенных тонах. Весь персонал притих, ожидая бури из кабинета главной. Сакура присела на стул и закрыла руками лицо. Слезы лились не переставая. Если бы она не была сейчас с Какаши, даже не задумываясь, дала Учихе второй шанс, наплевала бы на всю обиду и злость и шагнула бы с ним к свободе неизвестности. А к свободе ли? Да не важно, она бы и в пропасть за ним шагнула, но не сейчас. Ей надо подумать. Какаши показал, как может быть хорошо рядом с другим, что не нужно вечно сидеть на иголках, что можно не только молчать и заниматься жарким сексом, но и разговаривать. Доверяться друг другу и открываться с новых сторон. И что теперь? Ей нужно выбирать? Какаши или Саске? До момента признания Саске она была полностью уверена, что человек, с которым она хочет быть, это не отчужденный и нелюдимый Учиха Саске, это Какаши Хатаке, мудрый и глупый одновременно, веселый и непроницаемый, тот кто читает свои пошленькие книжечки Ича-Ича и готовит завтрак по утрам. Что же изменилось? Червяк сомнения поселился глубоко внутри. — Оххх…. Камии… За что ты так со мной? Какаши освободился раньше трех и решил, что если придет на час пораньше Сакура не выгонит его. Перенесет некоторые свои планы на три часа, а с ним сходит пообедать. Он соскучился, с утра когда он уходил, она так сладко спала. В одночасье, когда у него на пол упала крышка от сковородки он подумал, что разбудил ее, но ей было вообще все равно. Если бы на них напал сам Мадара, она бы так же продолжила сладко спать. Мирное время ее так разморило, что все инстинкты шиноби канули в лету? Ответа он не знал, но наблюдать как розоволосая от шума лишь поморщила нос, было забавно. Он же просыпается от любого шороха, но сегодня ему спалось явно крепче, чем обычно. Никаких кошмаров, никаких ночных пробуждений. Это она на него так влияет? Вспоминая теплое утро он шел и улыбался, хорошо, что на нем была маска, иначе люди подумали бы, что Шестой спятил. Приближаясь к госпиталю он заметил, как все что-то явно обсуждают, даже не заметив прихода хокаге. Так даже лучше подумал он на мгновенье, пока не услышал — Сакура-сама сильная женщина, почему она только кричит, уже давно бы сравняла его с землей и дело с концом. Распинается еще перед этим недоноском. — Согласна, ей лучше сегодня наверно вообще не попадаться на глаза — Это точно. От диалога медсестер у Какаши внутри все сжалось, как можно тише он оказался около нужного кабинета, и достав томик Ича-Ича, принялся делать вид, что читает. Все было слышно даже для обычных людей, его же чувствительный слух слышал даже шепот которым говорила Сакура. Он слышал почти весь диалог начиная с криков про ебанутые путешествия и заканчивая просьбой Учихи дать ему еще один шанс. Кулак в кармане сжался автоматически. От такого словарного запаса его женщины он поежился. Конечно он знал, что Сакура остра на язык, но сам лично никогда не слышал от нее бранного слова. Надо же… Захлопывающаяся дверь. Учиха, чем-то явно напряжённый, удалился в другом направлении от него. Заходить или нет? Оставить ее? До слуха дошло злое и грустное одновременно: — Ками за что мне все это? Сомнения развеяло как рукой. Нужно зайти, иначе от госпиталя ничего не останется, а кланяться перед дайме за каждый рё он порядком задолбался. Тихий стук. Строгое: — Кого там черти принесли? Войдите! — Охх, Сакура-чааан, черти принесли вашего Хокаге, — он улыбнулся, но улыбка тут же сошла с его лица, когда он увидел покрасневшее лицо Сакуры. Опухшие глаза, свежие следы слез на ее щеках, мокрые ресницы. — Сакура… — в долю секунды он оказался рядом, заключая ее в объятьях. — Какаши… — и она не сдержалась, она ревела и ревела, уткнувшись в живот, вдыхая его хвойный аромат, который стал уже таким дорогим, родным и близким. Она обняла его в ответ, продолжая всхлипывать. Вся боль и обида выливалась со слезами. Сакура поняла, что ей пора бы объясниться, но он почему то не торопил ее. Он всегда был таким чутким, он был собой. Никогда не строил из себя недотрогу, но не подпускал никого слишком близко. И вот она уткнувшись в его горячий живот, ревет! Срочно соберись. Хатаке подал голос первый: — Хочешь чаю? — нежно спросил он гладя ее по голове — Угу… — сложив печати, он переместил их в чайную на окраине деревни. Народу в обед днем тут было мало, кабинки были раздельные, так что никто не мог помешать им. Встретившая официантка низко поклонилась приветствуя посетителей и взяв у них заказ, поспешно удалилась. Сакура смотрела в пол, она не хотела, чтобы кто-то видел ее в таком состоянии. Они сели напротив друг друга и молчали. Сакура была благодарна Какаши за то, что тот не давит на нее. Не задает вопросов и не требует ответов. У нее в сердце бушевал ураган, она не могла скрыть печали, да с ним это было и не нужно. Ей было комфортно в его обществе, он никогда не кривил своим отношением к ней, не считал ее слабой и обузой, как это делал Саске. Он просто был рядом, всегда. Он всегда был рядом… Ярость на Саске распирала Какаши на части, он не мог со спокойной душой смотреть на бледную поникшую Сакуру с красными и опухшими от слез глазами. Мысленно он вонзал в сердце бывшего нукенина чидори, раз за разом, пока злость не начала отпускать его. Какаши на автомате разлил по чашкам принесенный чай, отпил глоток и сидел напротив, просто смотрел. Что-то спрашивать было излишне, он не хотел давить — захочет, сама расскажет. И он не ошибся, Сакура подала голос первая: — Прости, Какаши… — За что ты извиняешься? — За свое состояние… — Саку… ну что ты, — он сам не ожидал, насколько мягко прозвучал его голос. Девушка подняла на него глаза. — тебе не стоит извиняться, у всех бывают хреновые дни, и тебя не исключение. Ты не робот и не новая технология, ты человек, за это точно не нужно извиняться. Не ты виновата в том, какое у тебя состояние — Саске… ты все слышал? — Ох — он рассмеялся — поверь, слышала вся деревня, как ты обматерила путешествия Учихи — Камииии, — Сакура закрыла лицо руками. Было видно, как она покраснела, даже уши были красные настолько, что выделялись сквозь нависающие пряди розовых волос. Какаши это позабавило. — Более того, некоторые из твоего персонала по истине не понимают, почему ты не сравняла того с землей, — он продолжил смеяться. Сакуре стало так легко рядом с ним, что она невольно начала хихикать. — ох, Хокаге-сама, вы бы знали, как я хотела, но мне не позволила совесть, вам же потом выпрашивать денег на новый госпиталь, — Сакура прыснула в кулак. — На самом деле, у меня был еще план выкинул его в окно, за стекло вам бы меньше пришлось заплатить, — и она уже в открытую смеялась, не стесняясь своих мыслей. — Сакура-чаан, ну спасибо, что заботишься о коленях старика, ведь именно на них мне приходится просить несчастные рё у этих зажравшихся даймё и феодалов, — Какаши передернулся в презрении. Они оба смеялись. Какаши окончательно отпустило, он видел, как она успокаивается и отвешивает острые фразы на его незатейливые шутки. Продолжив свой незамысловатый разговор, они перекусили бенто и направились в сторону госпиталя. У Сакуры было приподнятое настроение, и весь тот балаган, что буквально час назад творился у нее на душе, утих. Только Какаши мог успокоить ее, вернуть ее душевное равновесие обратно за считанные минуты. Сакура задумалась, а нужно ли ей вообще думать над предложением Учихи? Постоянно жить на пороховой бочке, кататься на сраных эмоциональных качелях, чтобы в конечном счете что? Провалиться в бездну депрессии? Обрести счастье с тем, о ком мечтала с академии? Или все-таки остаться там, где ее место? С человеком, с которым все проблемы становятся решаемыми? Ответа на эти вопросы у нее не нашлось. — До вечера? — мягкий баритон вырвал ее из раздумий. — Зайдёшь за мной в девять? — утвердительный кивок от Какаши не заставил ее долго ждать ответа. Легкое, едва заметное касание рук, от которого мурашки приятной дрожью расползлись по телу, мягкая улыбка которую она видела сквозь маску, будто ее и не было, отставили все ее мысли на задний план. Она предвкушала вечер в компании человека… которого… что? Она подумает об этом в следующий раз.