My overseer~

На обшарпанной поверхности стола стоит небольшой, общий кувшин, наполненный водой. Енджун никогда не видел, чтобы Дон Су брал его, по этому пользуется сам. И сейчас он допивает уже второй по счёту кувшин за сегодняшнее утро.. В последние несколько дней его мучает сильная жажда, а еще он достаточно ярко чувствует, внезапно охватившую его слабость, которой он старается не уделять слишком много внимания, потому что незачем. Енджун хватает с собой книгу — ту самую, по психологии, — и прячет ее под футболкой прежде, чем покинуть камеру. Умело и очень эффективно он надоедает тюремному работнику, который его сопровождает, по этому у того просто не остается выбора и он отводит его в кабинет полковника, несколько раз извиняясь за доставленные неудобства в виде Чхве Енджуна. — Что-то случилось? – спрашивает Субин, глядя на довольного киллера, который получил то, что хотел, а теперь усаживается на стуле напротив. В свободное время заключенным не обязательно носить специальную одежду, по этому вместо яркого комбинезона на Енджуне сейчас спортивные серые штаны и черная футболка, немного свободная. Почему-то Енджун даже близко не похож на преступника. Выглядит как-то по-домашнему, хотя разгуливает тюремными коридорами. — Пришел вернуть, - Енджун кивает на книгу в своих руках, а затем кладет её на стол перед полковником. А тот молча поправляет воротник своей рубашки, случайно открывая вид на свою шею. — Не наблюдал у тебя раньше тяги к психологии, - проговаривает полковник, пытаясь найти что-то, чем можно занять себя, чтобы отвлечься от Енджуна. — Узнал что-то полезное? – вскидывает вверх бровь и спрашивает так, будто бы ему, на самом деле, совсем не интересно. Лишь бы заполнить свою внутреннюю пустоту и, слегка напряженную тишину в кабинете. — Возможно, - пожимает плечами Енджун, по привычке склоняя голову набок и проводя языком по нижней губе. Он завороженно смотрит на свои пальцы, которыми плавно скользит по поверхности стола, но когда собирается коснуться руки Субина, тот, в последний момент её убирает. Енджун на это хмыкает и губы обиженно дует. Его так бесит тот факт, что из-за полковника он чувствует себя шестнадцатилетним, по уши влюбленным мальчишкой. Тем самым счастливчиком, которого постоянно отшивают. Енджун прекрасно понимает, что тот на работе, а сам он далеко не подарок.. но ведь, пока никто не видит, полковнику вполне себе можно побыть немного человечным и наконец разложить его на столе. Никто даже возражать не будет. Но Субин такой ужасно правильный. Такой.. сухой и бессердечный! — Например? – зачем-то спрашивает Субин, в который раз поправляя воротник рубашки, а затем берет в руки книгу, чтобы открыть её на первой попавшейся странице и заинтересованно начать рассматривать. — Например?.. – откидывается на спинку стула Енджун. Сначала он вдумчиво разглядывает Субина, а после вглядывается в потолок, перебирая путающиеся в голове мысли. — Например, ты постоянно поправляешь рубашку, хотя сидит она на тебе и так идеально. Часто стучишь пальцами по столу или щелкаешь ручкой, что немного раздражает, кстати, - кивает Енджун. — И что это значит? – выдыхает Субин и возвращает книгу обратно. Он даже не особо верит во все это. Но воротник рубашки больше не трогает. — Что ты немного нервничаешь, хотя и пытаешься выглядеть так, будто само спокойствие, - поджимает губы Енджун, блуждая своими лисьими глазами по лицу полковника. Тот лишь незаметно ухмыляется и, некоторое время просто молчит. — Возвышение себя над собеседником, - продолжает Енджун, когда Субин поднимается с места, чтобы подойти к окну. — Поднятый вверх подбородок и твои руки, большие пальцы которых выглядывают из карманов, — жесты, выражающие превосходство и доминирование, - отрываясь от стула, он медленно подходит ближе к Субину и заглядывает в темные глаза. Ему определенно нравится строить из себя умника. — Расширенные зрачки говорят о том, что тебе со мной явно комфортно, а долгий зрительный контакт, который лишь несколько секунд задерживается на моём лице, а потом сползает куда-то вниз.. - Енджун прослеживает за взглядом полковника, который тут же возвращается обратно к его лицу, — Очевидно, либо ты меня оцениваешь, либо хочешь, либо книга — полная чушь. Всё просто. Все, что может сделать Субин, и что он, собственно, делает — отворачивается от Енджуна, который раскидал всё по фактам, и увлеченно пялится в окно. Он думает о том, что оставить ту книгу Енджуну было ошибкой. В следующий раз он принесет ему какой-нибудь сборник сказок, потому что тот будет самым безобидным, и без каких-либо подобных последствий для самого Субина. Потому что чем больше Енджун болтает, тем больше становится желание заклеить скотчем его прекрасный, милый рот. Или не скотчем. Или, вовсе не заклеить. — Ясно, - откашливается полковник. Енджун не говорит больше ничего, только улыбается как-то хитро и так само стоит у окна, заглядывая в него. — Тебе пора, - кивает Субин на выход. — Ладно, - вытягивает одну руку вперед, чтобы на неё нацепили противные наручники. Затем Субин ждет, пока ему послушно протянут вторую, как это происходит обычно, но сегодня Енджун решил побыть непослушным и повыделываться. Субин дотягивается до второй его руки, мягко касаясь кожи, но в какой-то момент он чувствует, что теряет контроль, потому что его внезапно хватают за предплечье. И он заметно напрягается, в отличии от расслабленного Енджуна. Каким-то волшебным образом один из стальных браслетов обхватывает запястье полковника, из-за чего тот несколько раз резко дергает рукой, а затем вопросительно поднимает её вверх, демонстрируя Енджуну. — Серьёзно? – закатывает глаза Субин. Он вдруг вспомнил, что работает в тюрьме старшим надзирателем и, что ему непозволительно подпускать к себе кого-то настолько близко. Да и вообще хоть как-то подпускать. Субин совсем потерял бдительность, стал более мягкотелым и податливым. У Енджуна здесь, кажется, слишком много прав и дозволенностей, по его же вине. И это нужно исправить, как можно скорее. — Я подумал, - смотрит на их скованные руки Енджун. — Быть может для того, чтобы ты начал на меня смотреть так, как смотрю на тебя я, мне стоит привязать тебя к себе? — Чхве Енджун, ты, - чуть повышает голос Субин. Он так хочет разозлиться. Ему и правда нужно поставить его на место. Нужно, но он переводит взгляд на Енджуна, и тот выглядит таким искренним сейчас.. Несколько темных прядей свисает на лоб, а тело тонет в солнечных лучах, и Субину становится тяжело оторваться от своих мыслей, потому что Енджун выглядит слишком красиво. Если бы он был не в своём уме или пьян, то сказал бы даже, что невинно. Но Енджун далеко не невинный, а крыша у Субина всё ещё на месте. — Тебе пора, - спокойно повторяет Субин, вынимая из кармана штанов ключ. — Даже не собираешься наказать меня? – вздыхает Енджун и как-то разочарованно смотрит. Когда полковник собирается высвободить свою руку из наручников, он вдруг начинает хаотично дергать рукой, чтобы не дать тому сделать задуманное. — Енджун, хватит, - раздраженное. — А сейчас? - но Енджун продолжает и, в какой-то момент ключ выпадает из рук полковника и скрывается от любых глаз, теряясь где-то на полу. — Всё ещё уверен? — Енджун! - звучит еще более раздраженно, чем до этого. Субин слегка наклоняется, в надежде найти потерянную вещь. Енджуну из-за этого приходится стоять в неудобной позе, скрючившись к низу, по этому он тянет Субина обратно на себя, а у того, кажется, нервы сдают. Впервые, за всё время его работы здесь. — Я сказал хватит! - хватает Енджуна за шею свободной рукой и припирает к стенке, заставляя подавиться воздухом. — ...ты больше не можешь приходить сюда, когда взбредется, - внезапно продолжает он, но не кричит или что-то в этом роде. Почти шепчет. А Енджун чувствует жгучее покалывание в кончиках пальцев, и почти валится с ног, когда Субин вдавливает пальцы в его горло сильнее. Он совсем не жалеет его. Енджун буквально видит звезды на внутренней стороне своих прикрытых век, но голова почему-то кружится не у него, а у Субина. Он смотрит прямо в глаза, так яростно и устрашающе, а затем ослабляет хватку, как только замечает, что тот задыхается под его рукой. — Ты будешь придерживаться всех правил и появляться в этом кабинете только тогда, когда я этого захочу. Когда я скажу. Субин не понимает до конца, почему он так зол. Почему ему вдруг, так невыносимо захотелось сжать пальцы вокруг тонкой шеи минутой ранее, хотя Енджун ничего особенно ужасного не сделал, просто дурачился, как обычно. Он наконец полностью расслабляет руку и медленно скользит пальцами по чужой, тяжело вздымающейся груди, наблюдая за каждым своим действием. Он смотрит на растрепанного Енджуна с раскрасневшимися щеками. Тот пытается отдышаться, хватаясь за свою шею, и смотрит на Субина в ответ. Их руки всё ещё скованы наручниками, из-за чего, скорее всего, у обоих останутся красные отпечатки на запястьях. Субин тащит Енджуна к своему столу и находит на нём какую-то скрепку. Он больно сжимает чужое предплечье и снимает с себя стальной браслет, который тут же нацепляет Енджуну на руку. Енджун облизывает нижнюю губу, выпрямляется в спине и молчаливо наблюдает за ним, пытаясь сдуть темную прядь волос, что лезет прямо ему в глаза. Замечая это, Субин сам аккуратно убирает прядь Енджуна за ухо. Будто бы не он только что душил его. Субин думает, что заболел вспыльчивостью. Он практически никогда не позволял себе такой глупой агрессии и не вытворял подобных вещей, всякий раз сохраняя лицо перед самим собой. Но сейчас он чувствует пульсацию в ушах. Его взгляд метается от Енджуна к Енджуну и только. И он ловит себя на мысли, что не чувствует ни вины, ни стыда, за то что сделал. Ему определенно становится легче жить, когда он видит такого, особенно привлекательного как сейчас Енджуна, который почему-то снова улыбается. Енджун шумно сглатывает, ощущая, как от одного только воспоминания о произошедшем, по телу разбегаются мурашки, что заставляет его вздрогнуть. Он так давно ждал такого Субина. — Вау, - хрипловато тянет Енджун. — Неужели мой полковник разозлился? Он ловит на себе немного удивленный взгляд Субина, а потом вдруг хватает его за рубашку своими скованными руками и резко притягивает к себе. Енджун так на него смотрит.. И Субин, в этот раз, даже не пытается его оттолкнуть. Но делает это, потому что кто-то коротко стучит в дверь и входит. Напротив них стоит не высокая девушка с карими глазами. На ней белый халат, под которым все еще видно красивую юбку, что заканчивается чуть выше колен. Её волосы заплетены в аккуратный хвост, а в руках какой-то листок. Сначала она молча оглядывает просторный кабинет, всю мебель, порядок на столе, и только потом замечает Енджуна с Субином возле стены у окна. Она подозрительно рассматривает каждого: один весь растрепанный, с красной шеей и в наручниках, а другой явно в замешательстве. Но затем она внезапно улыбается. Не очень приветливо, как кажется Енджуну. — Здравствуйте, господин Чхве, - обращается девушка к Субину. У неё действительно приятный голос. Субин совсем забыл. Из головы вылетело, что к нему сегодня должна будет зайти медсестра: он обещал ей разобраться с необходимыми некоторым заключенным лекарствами, которых недостает. И ему принесли список, каких именно. О Хаён — новенькая здесь. Она совсем недавно закончила университет, но вместо того, чтобы устроиться работать в какую-нибудь больницу или клинику, попросилась помогать тюремному врачу. Несколько лет назад её брата посадили, так что это всё объясняет. Такая, иногда странная разница в том, что кто-то сразу же отрекается от своих друзей и близких, когда узнаёт, что тот пошел по кривой дорожке, а кто-то, не смотря ни на что остается рядом — как в случае Хаён. Не то чтобы Субину не хватало медицинских работников в подразделении, но отказать он ей не смог, потому что девушка выглядела слишком уж отчаявшейся. Да и, что тут говорить, она очень милая и действительно переживает за брата, которого теперь может видеть чаще. Субин слишком быстро переключается с вредного Чхве на Хаён и её список лекарств со странными названиями, в попытках отвлечься. Он улыбается девушке — она ему в ответ, а Енджун молчит, моментально отмечая, что девушка совсем ему не нравится. Совсем. А затем Субин отправляет Енджуна с одним из смотрителей обратно в камеру и предпочитает больше не зацикливаться на том, что если бы никто не вошел, он мог бы совершить непоправимую ошибку. Субин сомневается, продолжает доказывать себе, что нет, точно не совершил бы. Но весь оставшийся день он не может даже на минуту выкинуть чужие губы из головы. Он не может избавиться от всего Енджуна целиком в своих мыслях. И это доказывает обратное. Он точно совершил бы. Он хотел бы совершить намного больше, чем просто непоправимая ошибка, на самом деле. На следующей неделе Енджун не приходит к полковнику, за исключением "любимой" вечерней уборки. Но теперь, всякий раз когда он приходил — в кабинете было пусто. Только он, швабра и тюремный работник, который присматривает за ним. Енджун практически не видит его. По рассказам Бомгю, он замечал полковника с медсестрой еще несколько раз, и это действительно раздражает. Енджун держится в миллиметре от того, чтобы не сломать себе руку, дабы попасть в медпункт и поставить Хаён на место. Он знает, что она Субину безразлична, что является правдой, но она слишком прилипчива. Но одна проблема никогда не приходит без второй, иногда третьей и далее по счету. Енджуну слишком не везет в последнее время, потому что кроме назойливой медсестры, у него под боком всё ещё живет Дон Су. Чертов Дон Су. Да, Енджун просил полковника об одолжении в виде переселения в одиночную камеру, но — причин для этого нет, потому что Субину он так и не рассказал о них; без определенной бумажки его никто и никуда не имеет права переселять; в этом здании не осталось больше одиночек, потому что все заняты. И, наверняка Субин уже не помнит об этой его просьбе, по этому Енджун решает, что напоминать не стоит. Он сам как-нибудь сможет. Правда, это его "сам как-нибудь" превращается в то, что он готов жить на улице, пропускать не только обед, но и ужин, а ещё в отвращение к походам в душ и отказ от сна. Енджун думает, что по глупости загоняется из-за своего соседа, но в итоге всё равно возвращается к мыслям о том, что его постоянно тошнит. Круги под глазами, тяжесть в пустом желудке из-за недоедания и провалы в сон днем на лавочке продолжаются до тех пор, пока это не начинают видеть другие. К слову, Енджун ни разу не рассказывал о том, какой у него сосед даже Бомгю, с которым теперь постоянно тусуется. Но Бомгю только кажется глупым, он почти сразу догадывается почему старший не хочет возвращаться в камеру и странно себя ведет. И это именно он идет к полковнику первым. — Его сосед — извращенец, - выдает Бомгю. Он не знает каких-либо подробностей и не думает, что полковник обязательно ему поверит, но если где-то в глубине души Енджун его волнует, то эти слова обязательно должны зацепить. Он как минимум должен будет проверить это. Может быть, Бомгю с Енджуном не согласны, что они друзья, но Бомгю не мог остаться в стороне, наблюдая как старший, который научил его всему что знает и не знает, медленно чахнет. Он подумал, что если даже самого Чхве Енджуна настолько выбивает из жизни одна только мысль о том, чтобы переночевать в камере с тем мужиком, то он должен с этим что-то сделать. Только вот полковник совсем не верит его словам.