Sunspots

— Не сработало, — объявил Гарри, заходя в библиотеку. Он очень нервничал и прекрасно осознавал, что нервничает, но с саркастической надменностью это подавлял. Упав в кресло рядом с Томом, он подпер подбородок кулаком. — Я проснулся с мыслью, что мне нужно заняться сексом с Теодором, но понял, что это твое проклятие Империуса, и оно исчезло. Заклинание немного напористое, тебе не кажется? Как-то слишком жестко. Это, как ни странно, возбудило интерес Тома. Он отложил в сторону книгу, которую читал. — Жестко, говоришь? Скажи мне, каково было проснуться и следовать моей воле? Гарри задумался на секунду. — Ну, я едва проснулся, так что был немного не в себе. Но эта мысль пришла мне в голову так же сильно, как... хм, это скорее, как конкретное представление о том, что я хотел бы съесть на завтрак. Не конец света, если бы этого не произошло, но я бы сделал все возможное, чтобы найти именно это. Понимаешь? — А что произошло, когда ты осознал импульс? — Я сразу понял, что это ты, и это отвлекло меня достаточно, чтобы заклинание просто... слетело с меня. — Это абсолютно нелепо. — Том нахмурился, но выглядел заинтригованным. Казалось, у него не было объяснения, почему проклятие продолжало терпеть неудачу, и если Гарри что-то и знал, так это то, что Том ненавидел невозможность что-либо объяснить. — Хотя, я полагаю, мы ранее установили, что твоё упрямство не знает границ. И что это было? Том ссылался на что-то из детства Гарри? Раздражение нахлынуло на него при мысли о сокрытии какой-либо информации, и о том, что Том имел наглость ссылаться на что-то, чего Гарри не мог знать. — Но я все равно это сделал, — сказал Гарри, откидываясь на спинку стула и скрывая свой гнев самодовольной улыбкой. — Я переспал с ним. — Он ждал намека на ревность, но не получил ничего. — Значит, сработало, — усмехнулся Том и взял книгу, которую положил на подлокотник, и возобновил чтение со скучающим видом. — Ты все же поддался моей воле. — Да, и я думаю, что буду продолжать это делать. В конце концов, он так похож на тебя. Том поднял взгляд, не удивившись. — И каково было обменяться с ним магией? — О, мы этого не сделали. В прошлый раз, когда я упомянул об использовании Утора на нем, он очень занервничал. Не хотелось портить настроение. Том захлопнул книгу и снова отложил ее в сторону, выражение его лица было совершенно не впечатленным. — Только не говори мне, что ты привязался к кому-то, кто не в состоянии владеть Темными искусствами. — Я бы не сказал, что привязался. И уверен, что он смог бы, если б очень постарался. Он работает над этим. Том усмехнулся. — Вряд ли этого достаточно. Хотя я не ожидал, что большинство первокурсников Слизерина будут способны использовать заклинание Тьмы, но возлагал большие надежды на отпрыска Нотта. — Он третьекурсник. Моего возраста, просто начал обучение вовремя. Том наморщил нос. — И он не ухватился за возможность наложить на тебя Утор? — Он снова посмотрел в книгу. — Если хочешь, можешь тратить на него время, но будь уверен, тебе это наскучит и ты достаточно быстро прогонишь его. Это было несправедливо. Да, Гарри нравилось растворяться в этой блаженной неге с Хорусом и Анакси, но именно для этого они у него и есть. Он в состоянии отделить это от своей сексуальной жизни. Было оскорбительно подразумевать иное. И что еще более важно, ему действительно нравится Теодор. В этот момент Гарри почувствовал, что его миссия — завоевать его расположение раз и навсегда, пока люди продолжают говорить о том, как они не подходят друг другу. Ну, все могут пойти к черту. Гарри будет поступать так, как ему заблагорассудится. Раздраженный, он вызвал свой учебник по трансфигурации и начал заниматься, решив какое-то время игнорировать Тома. Он поднимет вопрос о памяти позже, когда остынет. К сожалению, Тома это ничуть не смутило. Тот возобновил чтение, как ни в чем ни бывало. Тишина все продолжалась, пока не стала невыносимой тяжестью, обрушившейся на плечи Гарри. Он должен был что-то сказать. После столь долгого ощущения, что здесь его игнорируют, он отказался это терпеть. Он скорее вспыхнет, подпитываемый собственной яростью, жгучей потребностью быть замеченным, быть узнанным. Что-то жевало его, и ему нужно было высказаться, но то, что получилось, застало его врасплох. *** — Может быть, я не хочу трахаться с настоящим Темным магом, потому что ни один из них никогда не сравнится с тобой. Том вздохнул и снова отложил книгу. Конечно. Каким бы талантливым мальчик ни был, им все еще управляли эмоции. Это должно было выглядеть неприглядно, но Том нашел его отчаяние забавным. Он старался добавить сильную долю нетерпения в свой тон, когда заговорил. — Подойди. — Ему не нужно было смотреть, чтобы понять, что Гарри огорчился, но все равно подошел. Было ужасно забавно сбивать с него спесь. И вполне уместно, учитывая, что Том был единственным человеком в его жизни, способным это сделать. Для Гарри это было совершенно очевидно, поскольку в бодрствующей жизни все воспринимали его как непогрешимого, почти мифического героя. Ему нужен был кто-то, кто возьмет его в свои руки. Этот предполагаемый спаситель волшебного мира забрался к Тому на колени, и Том прижал его к себе, обняв одной рукой. — Кажется, тебе нужно мое внимание. Скажи, чего ты хочешь от меня? — Я… — Гарри замолчал, а затем что-то пробормотал, и Том наслаждался тем, что заставил его повторить. — Я хотел попросить тебя об услуге. Том никогда раньше не видел Гарри с этой стороны. По-крайней мере до такой степени. Он был скромен, почти застенчив. Это в равной степени раздражало и возбуждало, и Тому стало очень любопытно узнать, чего именно он хочет. — Продолжай. Гарри посмотрел на него, а затем отвел взгляд. — Не мог бы ты пересмотреть возможность вернуть мои воспоминания? — Он прикусил губу, и выражение его лица изменилось с нервного на решительное. — Я думал об этом, и думаю, что преимущество восстановления стольких лет обучения у тебя — это равноценная замена любой… неловкости, которая может возникнуть. Я имею в виду… кажется, ты с этим справляешься, не так ли? Это не неловко? — Затем он переместил бедра, целенаправленно прижимаясь к коленям Тома. Тому хотелось смеяться над этими бурно меняющимися эмоциями. На самом деле это поразительно манипулятивно, и Гарри должен был знать, что эта конкретная цель была невосприимчива к такой тактике. Но что именно натолкнуло Гарри на эту мысль? Тома пронзил приступ беспокойства. Неужели Четвёртый снова сбежал? Он выследил Гарри в уединении библиотечных стеллажей, чтобы подкинуть ему эту ненужную идею? Том думал, что у него есть больше времени. Прошло всего пять посещений Гарри с тех пор, как часть его самого, привязанная к кубку Хаффлпаффа, сбежала обратно в библиотеку. В то время Том не видел причин упоминать Гарри о побеге, но если они вдвоем собирались предпринять попытку сговора, Том должен был пресечь это на корню. — Том? — пробормотал Гарри. Он провел рукой по груди Тома, надавливая кончиками пальцев. — Только подумай, насколько полезнее я стал бы со всеми этими знаниями. Я бы нашел этот камень в мгновение ока. — Сомневаюсь, если камень находится во владении Дамблдора. Но я это учту, — ответил Том, хотя и не собирался. Да, Гарри восстановит большую часть фундаментальных знаний, но, как уже заметил Том, эти знания и так проявлялись. Теперь они были инстинктивными. — Учтешь что? Это нечестно, ну же… Том схватил Гарри за подбородок и повернул его голову так, чтобы они оказались лицом к лицу. Затем он погрузился в разум Гарри и был доволен, не увидев никакого сопротивления. И что еще лучше, никаких доказательств того, что у него были какие-либо стычки с любым из других крестражей. Не то чтобы это было возможно. Конечно нет. Том был очень аккуратен, когда заталкивал сознание Четвертого обратно в Чашу. Нет, единственный сговор был между Гарри и этим жалким подобием наследника Ноттов. Он воспользовался моментом, чтобы изучить их утреннюю встречу, насколько полон решимости Гарри притвориться, что это был Том вместо Нотта, и позволил улыбке скользнуть по губам. — Мм. — Гарри с трудом сглотнул, выбрасывая Тома из головы. — Видишь что-нибудь, что тебе нравится? На самом деле, да. Ему очень нравилось наблюдать за тем, что именно мелькало в голове Гарри, пока он притворялся, что человек, трахающий его, был его Лордом. Это еще раз напомнило Тому о том, как сильно он хочет вернуть свое тело. Но он отбросил эту мысль в сторону и продолжил расследование, и, убедившись, что мысль о возвращении детских воспоминаний исходит от кого-то совершенно незначительного, он отпустил Гарри. Немного отодвинувшись, Гарри запрокинул голову, вытягивая шею. — Ты же не собираешься их возвращать? — Не сегодня, нет. — Когда? Том одарил Гарри своей самой приятной улыбкой. — Мы вернемся к этому вопросу, как только я обрету физическое тело. — Когда выражение лица Гарри тут же помрачнело, Том снова обнял его, нежно обхватив щеку. — Итак, ты хотел обсудить что-то еще? Они смотрели друг на друга, глаза Гарри были яркими и немигающими, затем он прикрыл их и оперся на руку Тома. — От поцелуя не отказался бы. — Это едва ли обсуждение. — Правда? О, верно. Я уверен, тебе захочется поговорить о чем нибудь, прежде чем ты сдашься и все-таки поцелуешь меня… Его речь прервал большой палец Тома, прошедший между его губ, затем скользнул сквозь зубы и сильно надавил на его язык. — Иногда я боюсь, что ты забыл, с кем именно имеешь дело, — пробормотал Том, и Гарри присосался к нему. Позволив ему это всего на мгновение, Том опустил большой палец вниз, заставив Гарри открыть челюсть. — Ты темный маг, не так ли? Тебе следует проявлять больше уважения к своему Лорду. Глаза Гарри вспыхнули, но он издал звук, который, вероятно, был кратким, искаженным извинением. Ему было трудно говорить с открытым ртом. Том предпочитал, чтоб было именно так. У Гарри была тенденция продолжать и продолжать. Мгновение он рассматривал парня, беспомощно раскрывшего рот. Его щеки раскраснелись, а язык был таким горячим и влажным. Агент хаоса, нарушивший вечный покой библиотеки. Тот, кто думал, что имеет право входить сюда и предъявлять требования. Каким бы могущественным он ни был, он действительно был одним из подданных Тома. Разве он не продемонстрировал то же самое во время своего предыдущего визита? Том, возможно, не заявлял публично о своем титуле Темного Лорда до того, как создал свой первый крестраж — эту новую, идеальную версию себя, — но он уже заслужил это право. Задолго до того, как он сделал первый шаг на пути к бессмертию, он захватил контроль над своей личностью в тисках своей же магической бездны и заявил о власти над всеми, кто присоединился к Тьме. Гарри был одним из тех, кто стремился раствориться в бездумной легкости самодовольства, кто отдал свое чувство независимости в бездну, как бездумный, нетерпеливый раб. Но Том вручил ему ключи от свободы во время его предыдущего визита. Он поделился с Гарри секретом, который мог привести его к его собственному магическому просветлению. Все, что Гарри нужно было сделать, это протянуть руку и взять так же жадно, как он взял большой палец Тома в рот. Это было так просто. Внутри него была искра — это очевидно с тех пор, как Том впервые заглянул в его разум. Ему просто нужно было попробовать. Но, казалось, он был слишком увлечен плотскими делами, жалкой, всепоглощающей потребностью в удовольствии. Это было продемонстрировано, когда он наклонил голову вниз, снова сомкнув губы вокруг пальца Тома. Возможно, он был безнадежен. Его определенно не переубедило, что Том начал отстраняться. Он поднял руки, удерживая Тома на месте, и Том не смог издать ни звука, когда Гарри прижался к нему языком. — Вряд ли так проявляют уважение, — сказал Том, и его голос был намного слабее, чем ему хотелось бы. Гарри уставился на него, его глаза были такими же яркими и зелеными, как залитый солнцем клевер, полными жизни, как мир за пределами этой изолированной крепости. — Да? — выдавил он, формируя слова вокруг большого пальца Тома и отпуская его, когда Том отстранился. — Как же тогда мне проявлять почтение к своему Лорду? Ах… — Он усмехнулся, что-то заметив. — Тебе нравится, когда тебя так называют, не так ли? Вот почему прошлой ночью ты заставил меня называть тебя Хозяином, не так ли? На самом деле Тому это очень понравилось. — Я верю, что ты найдешь оба этих титула подходящими. — Да? — Гарри наклонился, целуя край его челюсти, шею. Он прижался лицом к коже Тома. — А я-то думал, что я тебе ровня. Том уставился в потолок. Вес Гарри на его коленях был таким сладким, таким отвлекающим. — Вряд ли, — сумел протянуть он. — Тебе еще предстоит заявить о своем величии. Я видел в твоем разуме, что ты даже не делал попытки медитировать, как я тебе велел. — Я сделаю это. — Он констатировал это как факт. — Я не подведу тебя. Гарри поцеловал его, и Том позволил. Лишь на мгновение. Несмотря ни на что, Гарри чувствовал себя хорошо. Он заслужил некоторое поощрение. И действительно, и Том заслужил его, за то, что был с ним так терпелив. Так что Том облизывал губы Гарри, пробуя на вкус каждый сантиметр его рта, крепко держа его в своих объятиях. Зубы впились в губы, руки искали отверстия в ткани, ногти находили кожу. — Да, хорошо. Спасибо, Хозяин. Спасибо, — пробормотал Гарри, заставив Тома застонать от шока возбуждения, вырванного этими словами, и Гарри потянулся, глотая звук и вытягивая языком другой язык. Он опустил руки на колени Тома, играя с отверстием на его мантии. — У меня есть лучший способ выразить свое уважение, если хотите, Милорд. Пожалуйста, позвольте мне. Позвольте мне это. Том усмехнулся, обдувая лицо Гарри своим дыханием, а Гарри умоляюще уставился на него, приоткрыв губы. — Продолжай, продолжай умолять. — Да, мой Лорд. — Гарри соскользнул с колен Тома. Он прижался лицом к ткани, покрывающей внутреннюю поверхность бедра Тома, и глубоко вздохнул. Том не осмеливался смотреть на него там, внизу. Он знал, что произойдет, если он это сделает. Проблема была в том, что, как только Том сдался, у него больше не было рычага воздействия на Гарри. Это делало искушение непреодолимым, особенно когда он знал, что его собственное удовольствие будет отложено до тех пор, пока Гарри не выполнит свою задачу. И именно этот рычаг гарантировал, что Гарри останется сосредоточенным. Нет. Уступить, позволить Гарри остаться на коленях и показать Тому почтение, которого он заслуживает, было бы контрпродуктивно. Это было бы чудовищной слабостью. — Ниже, — сказал Том, сохраняя голос холодным и властным. — Если ты так настроен пресмыкаться, ты будешь делать это на полу. Поцелуй мои ноги и считай, что тебе повезло, если хочешь. Он бросил взгляд вниз, когда почувствовал, как Гарри отстраняется. Его глаза сияли открытым гневом. — Я воздержусь. — Гарри встал и отошел, скрестив руки на груди. — Что нужно, мой Лорд, чтобы получить разрешение отсосать вам? — Он улыбнулся, но тонко и едва скрывал нетерпение. — Я обещаю, что действительно хорош в этом. — Ты уже знаешь ответ на этот вопрос. Гарри смотрел на него какое-то время. — Я делаю все, что могу. Теперь мне доверяют даже дети Пожирателей Смерти. Но на это потребуется время. — Возьми столько времени, сколько тебе нужно. Но ты не получишь того, чего хочешь, пока я не получу то, что нужно мне. — Действительно? Отлично. — А потом Гарри зажмурил глаза и исчез. *** Гарри не знал, сможет ли он разбудить себя таким образом, но это сработало. Его глаза распахнулись, и он увидел кровать Анакси. Что ж. Это было неловко. Его гнев исчез почти сразу, сменившись сожалением. Анакси и Хорус крепко спали рядом с ним, и, судя по тому, что в глазах Гарри пульсировало полное изнеможение, было еще очень раннее утро. Вздохнув, он решил, что бесполезно беспокоиться о недосыпании. В тот раз это было его решение бежать. — Гарри? Ты в порядке? — пробормотал Хорус. — Я в порядке. Спи, — прошептал Гарри. — Что случилось? Вы подрались? — Его глаза отражали медленное сияние сотворенного вентилятора. — Не совсем. Я потерял самообладание и проснулся. Это… стыдно. — Могу ли я чем-нибудь помочь? — Нет, просто ложись спать. — …М’кей. — Хорус прижался ближе, но схватил Гарри за руку, когда тот начал подниматься. — Куда ты идешь? Гарри хотел встать и пойти найти свои старые тетради. Их нужно было просмотреть, прежде чем он мог бы передать их Теодору, и это казалось лучшим использованием его времени, чем пялиться в потолок. — Мне нужно пойти кое-что сделать. Извини, если разбужу Анакси. — О, он спит как убитый. Ты скоро вернешься? Это был хороший вопрос. Если Гарри вернется в постель с блокнотами, ему придется показать их Хорусу и Анакси. А это означало, что ему придется объяснить, что он солгал им о своих снах до того, как вернулась его магия. И вообще, почему он солгал? Чтобы сохранить в тайне степень своей связи с Томом, и, как он полагал, потому что это было слишком надуманным. Он знал Хоруса и Анакси — и Теодора, если уж на то пошло — всего пару дней. Неужели он действительно хотел рассказать о Томе все грязные детали? Ну нет, не все детали. Он не упомянул Риддлов во множественном числе. Секрет бессмертия Тома абсолютно никого не касался, и выдать его было бы невероятным предательством. Но, может быть… Может быть, было бы хорошо иметь друзей, которым можно было бы доверять все остальное. — Мне нужно кое-что показать вам двоим, но это может подождать, пока вы не выспитесь, — наконец ответил Гарри. — Я… хочу вам кое-что сказать. — Что? Ты ужасен! Как я смогу сейчас уснуть? Можно подсказку? — Конечно, но это только больше тебя расстроит. — Все равно скажи. — Хорус придвинулся ближе, и Гарри проигнорировал эрекцию, впившуюся в его ногу. — Я вам солгал. Мне снился Волдеморт дольше, чем месяц. Намного дольше. Поспи немного, и я расскажу больше вам обоим. У Хоруса перехватило дыхание, и он еще сильнее прижался к Гарри, впиваясь в него. — Осторожнее, — пробормотал Гарри. — Что я говорил об этом? — Не помню, — признался Хорус. Он застыл на месте, все еще прижимаясь к боку Гарри. — Ты хочешь, чтобы я ушел? — Нет. — Гарри сделал паузу, борясь с самим собой. Было бы неплохо уступить, не так ли? Это заставит его чувствовать себя лучше. Но дать Хорусу хотя бы малейшую ниточку надежды, за которую можно ухватиться, было бы жестоко, и, хотя в тот момент Гарри чувствовал себя немного жестоким, у него хватило духа понять, что это была плохая идея. Это только усложнит дело. Кроме того, он заботился о Хорусе. — Я хочу, чтобы ты уснул. — О. — Хорус отодвинулся, повернувшись лицом к краю кровати. — Хорошо, Гарри. Так Гарри провел некоторое время в каком-то оцепенении, наблюдая, как меняющийся цвет от заколдованного веера тает на кровати, прислушиваясь к легкому дыханию Анакси и Хоруса. Когда он услышал, что кто-то ходит по комнате, решил, что пора вставать. — Доброе утро, — пропел Ласло, когда Гарри высунулся из-за полога. — Хорошо спалось? — Не особо. — Гарри направился к своему сундуку, встал перед ним на колени, чтобы отыскать несколько блокнотов. Ласло с любопытством посмотрел на него, затем быстро выразил соболезнование, и ушел в ванную. Гарри просмотрел варианты. Его самый первый блокнот отлично подошел бы для этой цели, учитывая крупный почерк и абсурдное написание. Это точно продемонстрирует, как долго это продолжается. И был один из периодов, особенно наполненных тоской, когда он провел много времени, покрывая страницу за страницей размышлениями о темных искусствах и о том, что отличало их от других видов магии. Теодор определенно найдет это интересным. Похоже, Гарри оставил большую часть своих заметок на парселтанге в хранилище, что было прискорбно, но в любом случае никто больше не сможет понять этот язык. Решив, что лучше начать с малого, Гарри взял самый старый блокнот, и блокнот по темным искусствам и просмотрел их в поисках компрометирующих доказательств того, сколько на самом деле было Риддлов. Повсюду разбросано множество упоминаний о Втором, а также о нескольких других, но он достаточно легко скрыл их заклинанием затемнения, которое сначала проверил на клочке бумаги, так как блокноты были слишком ему дороги. Казалось, это сработало просто отлично, так что Гарри потратил некоторое время, просматривая каждую страницу и скрывая все, где упоминались конкретные Риддлы. Закончив, он отнес книги к кровати Анакси, проскользнул внутрь и встряхнул их обоих. — Хорус, Анакси, — тихо пропел он, — пора просыпаться. У меня есть кое-что для вас. Хорус застонал, перевернувшись и зарывшись лицом в подушку. — Что? Больше секретов? — Да. — Гарри стянул с них одеяло и хихикнул, когда Хорус протестующе ахнул. — Секреты? — спросил Анакси, садясь. — Какие? Гарри стукнул Хоруса двумя тетрадями и усмехнулся, когда его глаза вспыхнули от интереса. Это было довольно захватывающе. Они сойдут с ума, когда начнут читать. — О, дай посмотреть! — закричал Хорус, пытаясь схватить их. — Пожалуйста, Гарри? Ты обещал! Гарри отстранил их, насмешливо держа над головой. — Сначала расскажи Анакси то, что я тебе сказал. Как только Хорус объяснил откровение той ночи, Анакси с удивлением посмотрел на Гарри. — Как давно это продолжается на самом деле? — Всю мою жизнь. — Гарри объяснил им все так же, как и Теодору. Он рассказал о том, как каждую ночь наблюдал за Волдемортом в библиотеке, и о том, что, по-видимому, он не всегда был там невидимым, и что Волдеморт скрывал его воспоминания. Он рассказал, как записывал все, что видел, а затем дал им тетради. Анакси был ошеломлен, а Хорус дрожал от возбуждения. — Вы можете просмотреть их, прежде чем мы спустимся вниз, а тогда я одолжу их Теодору. — Как ты думаешь, Гарри, к тебе когда-нибудь вернутся эти воспоминания? — спросил Анакси через некоторое время, после того как они оделись и были готовы отправиться в Большой Зал. Гарри еще не видел Теодора, но предполагал, что столкнется с ним за завтраком. — Я не уверен. — Но ты действительно этого хочешь, да? — спросил Хорус. — Да. Действительно. *** Теодор уже был в Большом зале к тому времени, как Гарри пришел с Хорусом и Анакси. Он разговаривал с парой слизеринцев-старшекурсников и несколькими когтевранцами, которые, казалось, сравнивали сочинения. На это у Гарри не хватило терпения. Ему предстоял серьезный разговор, который, как он надеялся, приведет к тому, что его трахнет похожий на Риддла в пустом классе перед Зельями. Не то, чтобы это выглядело вероятным. — Привет, мимолетный знакомый, — весело сказал Гарри, опускаясь на свободное место рядом с Теодором. Другие ученики замерли, увидев его. Когтевранцы обменялись неуверенными взглядами. — Ты не возражаешь, если у нас произойдет быстрый, совершенно платонический разговор? Теодор уставился на него, сдерживая смех. — Думаю, нет, Поттер. Что это такое? В этот момент на столах появился завтрак. — О, в любом случае это сигнал нам. Увидимся позже, Теодор, — сказал один из когтевранцев, и они разошлись по своим местам. Другие расположились вокруг них, и Гарри наклонился ближе к Теодору. — Я принес тебе легкое чтение. — Поставив сумку между ними, он открыл ее и вытащил две тетрадки, исписанные каракулями. — Осторожнее с ними, они немного хрупкие. — Хм. — Теодор держал их под столом, критически разглядывая обложки. — Они выглядят достаточно настоящими. — Не медли слишком долго, иначе Хорус и Анакси могут вырвать тебе зубы. Этим утром я позволил им только мельком взглянуть. Теодор рассмеялся, оторвавшись от книг и взглянув на двоих, сидевших напротив них, очень заметно делающих вид, что не слушают, пока ели свой завтрак. — У меня сложилось впечатление, что у тебя их больше. Более чем достаточно, чтобы хватило и им. — О, у меня их около сотни, но большинство в хранилище. Я просмотрю остальные, которые привез с собой, и посмотрю, есть ли что-то еще, чем стоит поделиться. Но думаю, что эти две прекрасно иллюстрируют то, что я пытался донести прошлой ночью. — И как прошла оставшаяся часть ночи? У вас были продуктивные разговоры? Настроение Гарри испортилось. — Нет, не совсем. Я должен кое-что сделать для него, прежде чем смогу… вспомнить. — Об этом действительно не стоило разговаривать за завтраком, и Теодор, к счастью, казалось, полностью это осознавал. — Хорошо, дай мне знать, если тебе понадобится помощь. Это был хороший знак. — Вообще-то, я просто подумал, что мне может понадобиться твоя помощь кое в чем. Я… видел кое-что. В одном из пустых классов в подземельях, если ты понимаешь, что я имею в виду. Теодор усмехнулся. — Я так не думаю, Поттер. Если только нет сообщения, которое тебе нужно передать. Сообщение? Гарри пришлось задуматься об этом на мгновение, но потом он вспомнил, что Теодор хотел учиться у Тома, и разве это не забавная мысль? Том вряд ли хотел чему-то учить Гарри, не говоря уже о ком-то, кто не являлся его чертовым Крестражем. Его охватила волна горечи, и он покачал головой. — Нет, пока ничего. Он не был особенно болтлив. Я дам тебе знать. — Пожалуйста, сделай это. Я уверен, что все, что ты нашел в той комнате, может подождать до тех пор. Прекрасно. Еще один высокомерный, манипулятивный, темноволосый засранец, воздерживающийся от секса, пока Гарри не даст ему то, что он хочет. Он посмотрел через стол, где Хорус и Анакси шептались друг с другом. Может быть, ему все-таки стоило позволить Хорусу подрочить на него. Анакси определенно присоединился бы к ним, если бы его разбудили. Это выглядело довольно весело. — Поттер. Очень приятный голос вырвал Гарри из его угрюмого состояния, и он посмотрел на Габриэля, который сел рядом с Анакси. — О, привет, Трембле. Где Соль? — Она отправила меня сегодня утром на что-то вроде квеста. Это была проверка моего скудного словарного запаса, но в конце концов я понял, что она хотела, чтобы ее привели к озеру. Думаю, она охотится за завтраком. Примерно так все и происходило. Гарри надеялся, что она нашла вкусных лягушек. Он улыбнулся Габриэлю. — Что ж, спасибо, что присмотрел за ней. Честно говоря, я чувствую себя безответственным родителем. Габриэль слегка пожал плечами. — Она очень независимое существо. Но на самом деле, у меня есть сообщение для тебя. Профессор Квиррелл попросил меня напомнить тебе, что в эту субботу у тебя с ним отработка. Он говорит, что боялся, что ты мог забыть. Гарри действительно забыл. На самом деле, он почти забыл, что они вообще разговаривали после той вспышки Нокса. — Я действительно не думал, что университеты занимаются подобными вещами. Немного по-детски отбывать наказание. — Насколько я понимаю, ты действительно сильно встревожил класс этим показательным Физическим заклинанием, не так ли? Габриэль уставился на него, и Гарри, возможно, это почудилось, но, похоже, ему было очень любопытно узнать, как Гарри удалось одурачить профессора Защиты от темных искусств, из всех людей. Гарри и сам не был до конца уверен. — Думаю, мне придется столкнуться с последствиями. Как ты считаешь, что он будет делать? Заикаться надо мной по поводу написания строк? Хорус рассмеялся. — Либо так, либо надоест тебе до смерти одной из своих бессвязных историй о вампирах. Ну что ж. До отработки ещё несколько дней. До тех пор Гарри есть о чем беспокоиться.