Грань

1991 год, Англия, графство Суррей, Литтл Уингинг Судя по количеству коробок, сложенных в углу гостиной дома номер четыре на Тисовой улице, день рождения Дадли обещал быть настоящим торжеством. Огромный торт — безусловный шедевр тети Петуньи — занимал треть холодильника, а от изобилия пирожных и конфет рябило в глазах. Гарри сидел за кухонным столом и завтракал двумя поджаренными тостами. Взяв стакан с соком, он заметил, как стекло подрагивает в его руках: это Дадли спускался по лестнице с грацией гиппопотама. Через мгновение кухонная дверь распахнулась, впуская его гигантскую тушу. Гарри в очередной раз удивился, каким чудом его двоюродный братец умудряется протиснуться в узкий проем. Мать, не замечая ничего вокруг, продолжала накладывать любимому Дадлику огромные порции оладий, щедро политых кленовым сиропом, игнорируя тот факт, что одежда таких размеров в детских отделах не продается. Тетя Петунья тут же бросилась обнимать отпрыска, чмокнув его в пухлую розовую щечку. Дадли, однако, не разделял маминой нежности, жадным взглядом поглощая огромную кучу подарков. Большие и маленькие, плоские, круглые, квадратные — яркие коробки манили его, как магнит. Вырвавшись, наконец, из мамкиных крепких объятий, Дадли с нетерпением бросился к самой большой коробке, украшенной элегантным сиреневым бантом. Обертка, разорванная в клочья, упала на пол, открывая взору детскую железную дорогу. Через десять минут, сидя среди груды игрушек, фломастеров, надувного бассейна, видеокамеры, гоночного велосипеда и новейшей модели видеоприставки, Дадли мрачно нахмурился. — Тридцать шесть, — произнес он, уставившись на мать с явным упреком. — Это на два меньше, чем в прошлом году. Гарри мгновенно заметил, что у Дадли вот-вот начнется очередной приступ ярости, и поспешно принялся доедать тосты, опасаясь, что братец вот-вот перевернет стол. Тетя Петунья, похоже, тоже почувствовала угрозу: — Мы купим тебе в зоопарке еще два подарочка, малыш. Хорошо? — А-а-а, — попытавшийся было встать Дадли тяжело плюхнулся обратно на пол. — Тогда ладно… Услышав звон телефона, тетя поспешила покинуть кухню, но не прошло и нескольких минут, как она вернулась. Озадаченная и недовольная. — Плохие новости, — неохотно произнесла она. — Миссис Фигг сломала ногу. Рот Дадли раскрылся от ужаса, а Гарри почувствовал, как сердце радостно подпрыгнуло в груди. Радуясь, что ему не придется перебирать бесконечные фотографии кошек сумасшедшей старушки, он с интересом уставился на тетю.

***

Полчаса спустя Гарри, не в силах поверить в свое счастье, устроился на заднем сиденье новенького автомобиля дяди Вернона, рядом с Дадли и его лучшим другом Пирсом. Впервые в жизни он ехал в зоопарк. Дурсли так и не смогли придумать, на кого его оставить. Однако, прежде чем Гарри успел сесть в машину, дядя Вернон оттащил племянника в сторону. — Я предупреждаю тебя, мальчишка, — произнес он медленно, будто разговаривал с полоумным. — Если ты вытворишь хоть что-то, хоть малейшую глупость, ты просидишь в своем чулане до самого Рождества! Опасения дяди Вернона были вполне оправданы. Уже тогда с Гарри происходили странные вещи. Однажды, разозлившись из-за того, что очередной поход в парикмахерскую не дал никаких результатов, тетя Петунья решила обстричь его налысо, оставив только небольшой хохолок на лбу. Но проснувшись на следующее утро, Гарри с удивлением обнаружил, что волосы за ночь снова отросли, и он выглядит точно так же, как и раньше. Был еще случай, когда, спасаясь от Дадли и его друзей, Гарри вдруг оказался на крыше школьной столовой. Он всего лишь пытался перепрыгнуть через мусорные баки и сам не понял, как это произошло. После обеда в ресторанчике семья Дурслей, вместе с Пирсом и Гарри, направилась в террариум. В прохладном полумраке помещения, за освещенными витринами, притаилось множество рептилий: маленькие и огромные черепахи, стремительные ящерицы, квакающие лягушки и, конечно, целое множество змей. Дадли сразу же нашел самую большую змею в террариуме. Она была такой длинной, что легко могла дважды обвить автомобиль дяди Вернона. Рептилия мирно спала, свернувшись кольцами на ветке декоративного дерева. Дадли начал барабанить пальцами по стеклу, пытаясь ее разбудить, но питон даже не пошевелился. — Скука-а-а, — разочарованно протянул Дадли и, потянувшись, побрел дальше в поисках нового развлечения. Гарри с готовностью занял свободное место и устремил взгляд на змею. Ему стало жаль бедную рептилию: она была одна, окруженная только глупыми людьми, которые весь день барабанили по стеклу. Это казалось куда более мучительным, чем жизнь в чулане под лестницей. По крайней мере, Гарри мог выходить из своей «тюрьмы» и бродить по дому, а эта бедняга не имела даже такой возможности. — Наверное, это уж-жас-сно надоедает, — пробормотал Гарри, уверенный, что никто его не услышит. Внезапно змея распахнула свои бусинки-глаза, приподняла голову и медленно кивнула. Гарри замер, настороженно наблюдая. Он уже собирался списать это на свою фантазию, как змея вдруг… заговорила. — И так каж-жый день, — прошипела она в ответ, хвостом указав в сторону Дадли, который активно терроризировал пурпурную лягушку. Гарри почувствовал, как по коже пробежали мурашки. То ли от восторга, то ли от волнения, он затаил дыхание, опасаясь даже пошевелиться. Это было невозможно! С ним действительно говорила змея! — Вы говорите? — выдохнул Гарри, прижимая лицо к стеклу, которое сразу запотело от его дыхания. Змея, похоже, была не против поболтать. Она кивнула в сторону висевшей рядом таблички: — Я из-з Браз-зилии. Поверить в происходящее было невозможно! Несмотря на все странности, что случались в его жизни, Гарри никогда не испытывал такого сильного волнения. Вместо прежних сомнений в его душе появилась твердая уверенность: где-то существует нечто загадочное, и он только что прикоснулся к этому секрету. Гарри глубоко вдохнул, пытаясь упорядочить мысли. В этот момент резкий толчок заставил его потерять равновесие, и Гарри рухнул спиной на пол. Дадли, который буквально секунду назад сбил его с ног, теперь стоял, прижавшись носом к стеклу террариума, восторженным взглядом следя за змеей. Гарри, ощущая ноющую боль от удара, злобно уставился в спину кузена, мысленно надеясь, что тот провалится внутрь вместе со стеклом. И вот, о чудо! Стекло, что до этого удерживало змею, словно по волшебству, растворилось в воздухе. Дадли, совершенно не ожидавший такого поворота, кубарем полетел прямо в воду, выдавив из себя нечто среднее между вздохом и сдавленным поросячьим визгом. В это время рядом с ним, разворачивая огромные кольца, выбирался на свободу питон. Так и не успев подняться, Гарри с восхищением наблюдал, как змея с тихим «шлеп» выскальзывает наружу. Он был готов поклясться, что, проскользнув рядом, рептилия отчетливо прошипела: — Браз-зилия, вот куда я отправлюс-сь… С-спасибо, амиго…