Возмездие

Phantogram - Black Out Days

Пятнадцатое сентября две тысячи шестнадцатого года. Полицейский участок. Семь тридцать утра. Токио.

- Я украл у тебя Чифую, - приоткрыв дверь в кабинет Баджи, кричит Коко и, не дождавшись ответа, захлопывает оную. Сегодня по планам дополнительный обыск дома Ханагаки, ключи от которого Хаджиме взял у Наото. С той ночи, с тринадцатого на четырнадцатое, в доме не было никого. Ворота и дверь опечатаны. Хината сейчас находится в квартире у брата, а дворецкий, судя по всему, уволен. Коко думает, что не удивится, если там не убраны следы крови. Логично, в принципе, кто бы этим занимался? С самого детства Хаджиме отличался умом и логикой от своих сверстников. В школе ему особенно хорошо давались точные науки. Математика в младших классах, а потом и алгебра, и геометрия, физика, химия… Слагаемые и множители вычислялись в голове сами собой, а числители, знаменатели, логарифмы и интегралы не пугали его так, как остальных ребят. То есть, правильно сказать, вообще не пугали. В начальной школе из-за своего ума Коко пользовался популярностью не только у одногодок, но и у старшеклассников. К сожалению, до сих пор вспоминает Хаджиме, он не сразу понял, что за свои знания и сделанные домашние задания можно получать деньги. А когда осознал это – «математический» бизнес пошёл в гору. За особо сложные задания Хаджи без зазрения совести мог потребовать пятьсот и более йен. И ему, удивительно, платили. Спустя несколько месяцев процветания импровизированного бизнеса пришёл конец. Бизнесу. Когда за помощью обратилась светловолосая зеленоглазая девушка, тремя годами старше, Коко не смог ей отказать, как и не сумел взять плату за задания. Мальчик помогал школьнице безвозмездно, а позже и вовсе предложил ей что-то типа репетиторства. Смешно, наверное, когда младший учит старшую. Сейчас Коко злили воспоминания из детства. Есть такой вид злости у людей. Не взрывающийся и сносящий всё и всех вокруг, а тихий, свербящий внутри и пожирающий. Когда ненависть изнутри направлена не на окружающий мир, а больше на самого себя. Хаджиме знает, с чем связаны накатывающие громовыми раскатами порывы, но что с ними делать? Себя не любишь и в других не влюблён. С чувством любви Коко был знаком только в детстве. В те времена, которые во взрослой жизни стали ненавистны, и о которых он, не желая, вспоминал. Познакомила его с трепетными чувствами та самая девочка. Акане. Девочка, которую он ежедневно, как по распорядку, провожал из библиотеки до дома. Которую всегда был рад видеть, и жалел, что встретиться удаётся не каждый день. Девочка, которую он по сей день считает первой и единственной любовью. Она ушла так рано. Хаджиме сильнее сжимает руль и давит на газ. Чифую, мирно заснувший на переднем сидении автомобиля, дергается и испуганно распахивает глаза. "Ребёнок" – думает Коко. - Не спи, Мацуно, - детектив натягивает добрую улыбку. - Ты на работе. - Извините, - бурчит студент. - Я поздно лёг. Долго ещё ехать? - Почти на месте. С одной стороны Коко может понять Баджи, такого же взрослого и такого же одинокого человека, как он сам. Одинокого в прошлом. Хоть Кейске и старается что-то скрыть ото всех, но Хаджиме всё видит. И он рад за коллегу. На одного обделённого счастьем меньше, разве это плохо? Как ни крути, человеку нужен человек. А Баджи нужен Чифую. Мы влюбляемся в тех, кто дополняет нас. Заполняет пустое пространство внутри: собой, чувствами, действиями, словами и даже банальным присутствием. Такие вещи, как интерес о прошедшем дне, о самочувствии, о тревожащих вещах, - далеко не мелочи. Из них по крошечным пазлам закрываются раны в человеческой душе. Не нужно иметь никаких ученых степеней и медицинских квалификаций, чтобы суметь вылечить другого человека от одиночества и душевных мук. Нужен ли кто-то самому Коконою? Хаджиме гордо ответит: «нет». Никто не врет тебе больше, чем ты сам. - Господин Коконой, - подаёт голос Чифую, окончательно отошедший от короткого сна. - Давно хотел спросить, почему вы решили стать детективом? - Детская мечта, - быстро отвечает мужчина, ухмыляясь собственным мыслям. На самом деле не было никакой детской мечты. Лет с тринадцати Хаджиме беспокоили только деньги и способы их заработка. Деньги в наше время решают везде. Стоит дать кому-либо на лапу и у тебя будет то, что только пожелаешь. Абсолютно всё в этом мире продаётся. Должность, слава, сила, здоровье, красота, секс, люди и даже любовь. Отказывает сердце - заплати за имплантат и живи ещё лет тридцать. Не вышел лицом - пластическая операция в помощь. Обделён женским вниманием - плати за час, затем можно и продлить. И так во всем, аналогично. Деньги - религия современности. Хаджиме будучи подростком умел найти разные пути их добычи. Ставки, азартные игры, а после и связь с преступными группировками, нелегальная торговля, наркотики и прочие незаконные вещи. Поэтому, став совершеннолетним, Коко первым делом позаботился о своей непричастности и обзавёлся дипломом из полицейский академии. Как иначе прикрывать тылы? Затем тем же способом получил удостоверение. И вот, он не последний человек в среде представителей исполнительной власти. Но работать в отделении полиции Хаджиме не планировал. Важно было лишь, что бумажки на руках. Он числился в рядах западного отдела, точнее где-то в тени его сотрудников, и не переживал о привлечении к ответственности за свои незаконные дела. Однако, в какой-то момент начальник отдела, Вакаса Имауши, недосчитался одного сотрудника на рабочем месте и пригрозил тому увольнением. Взятку Имауши не принял, что никак не входило в планы Хаджиме и очень удивило. Чтобы мент отказался от денег? Фантастика. Вакаса подсунул Коконою дело, которое было «висяком» уже полтора года. Видимо, в качестве наказания за прогулы и дерзость. И Коко затянуло. Он познакомился с Наото Тачибаной, который только пришёл работать в отдел и казался Коконою диким занудой. С ещё одним членом теперешней «тройки», Баджи, Коко сначала не поладил. Дерзость Хаджиме и агрессивность Кейске - вилка с розеткой или огонь с бензином. По сути, сочетаемые, но в тандеме крышесносные. Хаджиме научился применять дедуктивные и прочие методы переработки информации. Справился с техникой снятия отпечатков и с правильным чтением результатов экспертизы из лаборатории. И, наконец-то осознал, что табельное оружие необходимо не только для того, чтобы носить его в кобуре, как лишний груз. То самое, первое дело Хаджиме не закрыл бы без помощи Наото. Они оба были новенькими в этом занятии, но совместными усилиями смогли найти разгадку и наказать виновных. С того дня детективы Наото и Хаджиме советуются друг с другом по каждому новому делу. В дружбу Коко не верил, поэтому считал сначала и думает так до сих пор, что с Наото у него не более чем коллегиальные отношения, а Кейске - инструмент, на нервной системе которого одновременно опасно и весело играть. По большей части из-за Наото и Баджи Коко стал чаще появляться на рабочем месте и полюбил детективную деятельность. На зарплату полицейского хорошо не проживёшь, и вообще ничего полезного с ней не сделаешь, но так сложилось, что во второй раз в жизни Коко делает что-то не за деньги. - Приехали, - оповестил Чифую детектив, когда авто затормозило у больших ворот из кованных прутьев.

***

В доме с последнего визита ничего не изменилось, замечает Коко. Слегка осела пыль на светлой мебели, а на столе в гостинице покоился сморщенный виноград, который не успел доесть Па. Богатый интерьер, бело-чёрный мрамор, золотистые вставки в панелях и ангелы на потолке - безусловно, восхитительно, но жизни здесь больше нет. Чифую становится жутко. Сейчас нет возможности ухватиться за край куртки комиссара, чтобы обеспечить себе иллюзию безопасности, как он делал обычно на выездах и при задержаниях. Потому он, съёжившись, следует за Коконоем, который по-хозяйски проходит в гостиную. Повсюду, на всех поверхностях приклеены бумажные красные кружочки - полицейская метка, специально придуманная Вакасой, для того, чтобы сыщики видели, откуда уже сняты отпечатки. Коко проходит вглубь огромного зала, оглядывая помещение. Огромный стол, диваны, телевизор, рояль, витрина с ножами… Безвкусно и отвратно, думает Коко. Так халатно распоряжаться деньгами - смертный грех, поэтому возможно, что кара настигла хозяина дома, а не безжалостный убийца. В гостиной ему понравилось только кресло. Светлое, с мягкой обивкой и деревянными ножками. Понравилось лишь потому, что Инуи (которого Коко не ожидал увидеть не то, что здесь, а, в принципе, в своей жизни) так хорошо смотрелся на нём, что даже кислотно-зелёный пиджак блондина не портил вид. Призрак прошлого. - А здесь кружочка нет, - констатирует Мацуно, указывая на стол со стеклянной поверхностью, в котором хранился любимый антиквариат покойного. - Отсюда пропал тот нож? Коко подходит к парню, заглядывая на указанное место через его плечо: - Судя по всему, да, - Хаджиме открывает небольшой чемоданчик, достаёт пару латексных перчаток и протягивает их Чифую. - Действуй, студент. - Ну, я… Плохо умею, - мнётся Чифую, но получив грубое «научишься», всё-таки принялся натягивать тесные перчатки. У Мацуно, по правде говоря, не было выбора. Во-первых, если с Кейске в ход могла пойти милая мордашка, из-за которой Чифую часто получал поблажки по работе, то с детективом Коконоем это бы не сработало. Не помогут отговорки. Во-вторых, Хаджиме сам ненавидел заниматься дактилоскопией , потому что манжеты рубашки и пиджака безжалостно марались чёрной мелкодисперсной пылью. А это приносило детективу физический и духовный дискомфорт. Поэтому всегда было проще спустить это занятие на Па-чина, Пеяна и прочих недальновидных сотрудников. Сегодня пришла очередь Чифую, который только без пяти минут полицейский. Правда, думает Коко, стоило бы всегда контролировать процедуру, потому что происходят такие ситуации, как сейчас. Тело есть. Дело есть. Зацепок нет. Есть, конечно, версия, что Хината убила мужа. Очевидно всё. У неё был ключ, а на ноже - её отпечатки. Но это все слишком просто. Чересчур. - Я закончил! - торжественно заявил Чифую, показывая две плёночки со следами. - Тут два разных: большие и маленькие. Детектив не ответил. Мужчина стоял неподвижно, заострив взгляд на бежевом кресле, и покусывая шарик пирсинга во рту. Чифую, заметив сосредоточенное выражение лица Хаджиме, сложил полиэтиленовые квадратики в специальную ёмкость и подошёл к детективу. Встал на уровне с ним и начал пристально вглядываться в ту же точку. - Что там, господин Коконой? - спрашивает курсант, не найдя ничего подозрительного в непримечательном кресле. - Я думаю, Чифую… - О чем? - Думаю, что в доме где-то должен быть сейф и нужно его проверить. - Вы всё о деньгах, Хаджиме-сан? - хихикает Чифую, расслабившись, и отойдя от детектива. - О них, конечно, тоже, но не сейчас, - Коко порылся в кармане брюк, достал черно-красную пачку и, вытянув из неё никотиновую палочку, закурил. - У меня появилась версия, что это могло быть ограбление. Допустим, подстроенное дворецким и ещё одним, пока неизвестным, лицом. Но тогда… Как удалось избежать шумихи? Зачем было бы убивать Ханагаки, запертого в своём кабинете? Бред. - Это вам кресло подсказало? - Не ёрничай, Мацуно, я тебе не Баджи-сан, - шикнул детектив, выдыхая серый дым. - Версия хреновая, согласен. Думаем дальше… Коко миновал застывшего Чифую и приблизился к столу-витрине. - Представь, что отпечатки на ноже могли быть оставлены до убийства, днём, например, - детектив с курсантом переглянулись. - И настоящий убийца об этом знал изначально. Может, видел её. Может, догадывался. - Или вообще не задумывался, что там чьи-то «пальчики»? Просто взял нож в такой же перчатке, - неожиданно прозрел Чифую, поднимая вверх руку и оттягивая край перчатки. - Возможно, - задумчиво произносит Коко, делая очередную затяжку. - Тогда нужно предупредить господина Тачибану, чтобы он поговорил со своей сестрой и узнал, трогала ли она орудие убийства днём или утром. Ещё, кто мог это видеть. И в таком случае, в список подозреваемых нужно включить всех, кто находился в доме тринадцатого сентября, но сначала дождёмся экспертизы пальчиков с витрины, - заканчивает мысль Мацуно с гордым видом. - Чифую! - удивлённо вскрикивает Коко, едва не роняя изо рта сигарету. - Прекращай водиться с Баджи, он погубит твой потенциал!

***

В кабинете у покойного господина Ханагаки пахло сыростью и железом с примесью аммиака. Чифую страдал. Потому что детектив Коконой запретил даже приближаться к окну, не то, чтобы открывать оное. Мол, там могут быть незамеченные улики, хотя абсолютно на всех местах в комнате был прилеплен чёртов красный кружок! Пока Мацуно морщил нос, Коко медленно бродил вокруг кресла, на котором было найдено тело. На полу подле него уже намертво въелась в ковёр лужа крови, превратившись в грязно-бордовое пятно. - Когда я был маленький, я боялся крови, - зачем-то сказал Чифую. - Кровь - это просто жидкость, Мацуно, и ещё важная улика. В нашей профессии ты должен мыслить только так. Детектив делает очередной круг по помещению, и останавливается у огромного резного комода. Достаёт пару перчаток, надевает и принимается рассматривать содержимое. - Ты можешь подняться в спальню или осмотреть другие комнаты в доме, - говорит Коко, вытаскивая изнутри стопку помятых бумаг. - Тут я сам. - Нет, - боязливо отозвался Чифую, обходя кровавое пятно. - Я хочу остаться с вами. Коко усмехается и указывает на вывороченное содержимое из комода: - Приступай. Читай, рассматривай. Все самое подозрительное забираем в участок. - А что искать-то? - Не расстраивай меня, Мацуно, - хмурит брови детектив. - Записи, письма, документы. Всё, что просветит нам о прошлом Ханагаки и его делах. В голове у Хаджиме родилась мысль о том, что убийство может быть связано с делами по бизнесу покойного. Информацию о его заведениях и финансовых делах сейчас готовят Пеян и Па-чин, но, тем не менее, было бы не плохо найти что-то полезное здесь. Пока Чифую роется в бумагах, стараясь найти какую-либо зацепку, детектив отходит к окну, снова доставая из кармана пачку. В перчатках жутко неудобно доставать скользкие из-за гладкой бумаги сигареты из коробочки и Коко не справляется - одна всё-таки падает на мягкую поверхность ковролина, рядом с небольшой тумбочкой, стоящей у окна. Хаджиме тяжело вздыхает, опускается на корточки за упавшей трубочкой. Когда детектив уже собирается подняться, его взгляд скользит по поверхности ковролина и падает на одну маленькую и пустяковую деталь. Но шестеренки в голове тут же начинают шевелиться и делать своё дело. Коко обводит взглядом тумбочку и деревянную вставку-панель под подоконником. Затем поднимается, разглядывая окно. Оно небольшое, но единственное в комнате. Старого типа - задвигается наверх, образовывая небольшую форточку внизу. На подоконнике виден красный кружок. Значит, следователи были здесь, брали отпечатки. Но не заметили, что шпингалет на окне не заперт и оно придвинуто вниз не полностью. - Убийца запер дверь изнутри и вышел через окно. - Что?! - ошарашено вскрикивает Чифую. - С чего вы взяли, господин Коконой? Курсант в несколько шагов оказывается рядом с детективом и пытается понять, откуда такие выводы у него в голове. - Подоконник слишком высокий, - скептически заявляет Чифую. - Он вам практически до груди достаёт, а вы, между прочим, тоже не маленького роста. У вас в голове бесконечный генератор версий, но не все из них вероятные. Коконой смеётся, мысленно празднуя победу над курсантом в интеллектуальном спарринге. Мужчина снова опускается на корточки, рукой подзывая Мацуно тоже присесть. - Смотри, солнце, - ехидно улыбается детектив, проводя ладонью в перчатке по ковролину. - Здесь повсюду мягкая поверхность. Так? - Ну, - ничего не понимает, но все равно кивает Чифую. - Когда мебель долго стоит на ковре, она вдавливает и вкатывает ворс. Понимаешь? - Чифую снова кивает. - А теперь обрати внимание сюда, - Коко указывает к круглым деревянным ножкам тумбочки. - Видишь? Чифую склоняется ниже и приглядывается к ножкам. Тумбочка стоит, как и полагается, «вдавливает и вкатывает ворс», а рядом с ножкой виднеется уже примятый кружок. - Её недавно двигали, - озвучивает заключение Коко, переживая, что Чифую все равно ничего не понял. - Убийца сначала пододвинул тумбочку ближе к подоконнику, чтобы с помощью неё забраться, а потом решил задвинуть обратно, но сделать это аккуратно не получилось. Детектив поднимает руку выше, показывая царапинку на деревянной панели: - Ещё и стену ободрал, - разочарованно произносит он и, наконец, закуривает сигарету.

***

Пятнадцатое сентября две тысячи шестнадцатого года. Полицейский участок. Кабинет старшего детектива Хаджиме Коконоя. Токио

Проведены уже десятки, если не сотни, красных тонких линий на фанерной доске. К имеющимся фотографиям добавились найденные улики и ещё один снимок, который обнаружил Чифую: убитый Такемичи Ханагаки в компании парней в чёрной форме. Фото сделано давно, судя по внешнему виду покойного - высветленные, пожелтевшие волосы, рост чуть меньше и более молодой вид. Да и остальные четверо парней выглядят ещё детьми. Коко посчитал, что будет полезно проверить личности всех изображённых, и скомандовал забрать снимок с собой. После возвращения из дома Ханагаки, Коко сразу же дал вольную Мацуно, аргументируя тем, что обед уже давно прошёл, а комиссар Баджи без своего ученика даже палочек в руки не возьмёт. Не оставлять же наставника голодным? Наото внимательно рассматривал начертанную на доске схему и странно кивал самому себе, пока Коконой, зажав зубами дымящуюся сигарету, заполнял отчёт об обыске. - Хината трогала рукоятку ножа накануне, - ответил на немой вопрос Тачибана. - Так и думал, - не отвлекаясь, ответил Коко, выпуская сизое облачно изо рта наружу. - Она показывала его Сейшу Инуи. Инуи. Инуи. Инуи. Везде он. Последние восемь лет Хаджиме не слышал ни этой фамилии, ни этого имени, поэтому за полтора дня, Инуи в его жизни стало слишком много. Коко тут же вспоминает про психиатрическую клинику и про записанный на листочке адрес лечебницы. Сдержанно выдыхает, стряхивая пепел в переполненную пепельницу на столе. - Давай не будем про Инупи, хотя бы пока? - Инупи? - Инуи, я хотел сказать, - моментально исправляется Коко, встряхнув головой. - Мы будем говорить о подозреваемом, - твёрдо заявляет Наото. - О человеке, который совершил преступление и подставил мою сестру. - Подозреваемом? - Коко оторвался от монитора и устремил раздражённый взгляд в сторону Наото. - То есть ты считаешь, что доктор - потенциальный убийца? Он был другом этого Такемичи. Он бы не смог! - Откуда такая уверенность, Коко? - хмурится Тачибана. - Потому что я его знаю! Наото, не сводя настороженного взгляда с коллеги, отошёл от доски и присел на диван. Он не понимал, чем вызван такой порыв у Коконоя. Да что там говорить, Хаджиме сам перестал давать отчёт гребаной реальности. В какой момент все в жизни идёт не так? И что за чувство появляется внутри? Хаджиме уже и забыл, как доли серого вещества, отвечающие за эмоции, генерируют оные. Он, не под стать окружающей толпе, не верил в то, что чувства рождаются в сердце или за душой. Сердце - обычная мышца, толкающая кровь по большому и малому кругу, а душа вообще не материальна. Нет души в этом мире ни у кого, так только в рассказах и романах. Хаджиме боится появляющихся чувств. Просто потому, что долгие годы ни одна эмоция не выплывала наружу, не появлялась в голове или, черт с логикой, в сердце. Коко ощущает себя оживающим мертвецом. Именно мертвецом, потому что однажды умер, оставив своё тело функционировать и существовать. Маленький мальчик, которого в школе и во дворе кликали «Коко», закопал себя в одну яму вместе с Ней. Забылся. Мозг подсознательно пытался заставить жить, но тело не поддавалось. Сейшу, единственный оставшийся из семьи Инуи, всегда крутился рядом. Тянул, поднимал, помогал, но не оживлял. Боролся, бился, а затем сдался и пропал. И что с ним теперь? Фигурирует в деле о странном убийстве и лечился в психиатрической клинике пять лет. Незаслуженная биография. Хаджиме подрывается с места и стремительно двигается к выходу с кабинета. Нужно во всем разобраться, сейчас. - Коко, ты куда? - доносится позади голос Тачибаны.

***

Пятнадцатое сентября две тысячи шестнадцатого года. Психиатрическая клиника. Токио.

Любая лечебница пахнет лекарствами, но в воздухе этой Коко чувствует примеси каких-то трав. В холле пусто, за стойкой администрации никого нет. Коко нервно стучит по отгораживающему стойку, стеклу и нетерпеливо вглядывается в пустой дверной проем, откуда должен показаться работник клиники. Стук срабатывает, и через минуту за стойкой возникает миловидная девушка лет двадцати. - Добрый день, чем могу помочь? - Здравствуйте, полиция города Токио, - Коко показывает удостоверение, говоря привычную фразу. - Мне нужна история болезни Инуи Сейшу. Он проходил лечение в вашей клинике примерно три года назад. И, в идеале, я бы хотел побеседовать с его психотерапевтом.