You are more beautiful than these stars.

Тёмный лес встречал их холодным ветром и вязким шелестом листвы. Вокруг раскинулись высокие деревья, чьи изломанные тени на фоне неба напоминали сцены из давних, болезненных воспоминаний. Мокрая после дождя земля чавкала под ногами, оставляя грязные следы на изношенных кроссовках. Они шли уже несколько часов — молча, не сбавляя темпа, хотя усталость жгла мышцы и ломала дыхание. Но ни один из них не жаловался. Они знали: остановка сейчас — риск. А риск — роскошь, которую они не могли себе позволить. –Саске… почему мы не подождали Джирайю? – голос Наруто прорезал тишину неожиданно. Он не звучал обиженным или злым — только усталым. И вопрос повис в воздухе, тяжёлый, как сама ночь. Саске на миг задержал дыхание, прежде чем ответить, не оборачиваясь: –Он не сможет приехать. Наруто сбавил шаг. –Почему? –Он попал в ловушку. Один человек… человек, с которым шутки плохи. Пока он не расскажет, где мы – его не выпустят. Узумаки остановился. Он стоял посреди лесной тропы, вглядываясь в силуэт друга, слегка колеблющийся в темноте, как тень на воде. –Ч-что? – голос дрогнул. – Саске, мы должны ему помочь! –Наруто, – голос Саске был хриплым, но ровным. – Если бы он не был уверен, что справится — он бы нас сдал ещё вчера. Он знал, во что ввязывается. –Что ты несёшь?! – вспылил Наруто, снова тронувшись с места. – Он бы не предал! Ни меня, ни тебя! –Я знаю, – тихо сказал Саске, едва слышно. – Потому и сказал это. Он догнал Саске, идя теперь вровень. Блондин дышал тяжело, как будто каждое слово давалось с усилием. Лес шумел вокруг, затаив дыхание, как будто и сам вслушивался в разговор. –Не истери, Нару. Я придумаю план. Обещаю. Просто доверься мне. И Саске сказал это искренне. Без высокомерия, без привычной отстранённости. Словно впервые признавался в ответственности за кого-то другого. Наруто выдохнул. Он не ответил сразу, только продолжил идти, погрузившись в мысли. Но затем, сдерживая волнение, произнёс: –Спасибо. Саске на секунду замер. Не из-за слов — из-за того, кто их сказал. Тот, кого он втянул в этот кошмар, кого почти лишил нормальной жизни… благодарил его. Он мог бы ответить грубо. Отмахнуться. Но почему-то просто тихо произнёс: –Аналогично. И они пошли дальше, в темноту, среди ветвей и теней, не зная, куда ведёт дорога, но уверенные в одном — они будут идти вместе.

***

Саске долго шёл молча, перебирая в голове возможные варианты. Найти укрытие — несложно, но найти безопасное — почти невозможно. Тем более, когда не знаешь масштаб бедствия. А это уже не просто бегство. Возможно, они уже в сети, расставленной Мадарой, и любой неверный шаг — путь в тупик. –Саске, я устал, – голос Наруто сорвался на раздражение. – Куда мы вообще идём? Саске резко остановился. Молчание затянулось, но он не обернулся. –Не знаю. Прекрасно. –Давай к Кибе, – выдохнул Наруто, безнадёжно уставившись в землю. – Твой отец о нём не знает. И он сейчас один. Саске с удивлением взглянул на блондина. Неожиданно разумная идея, и, что важнее, быстрая в реализации. –Хорошо. Веди меня к своему Кибе. Только побыстрее.

***

Киба точно не ожидал увидеть Наруто на пороге. Последние дни он только играл, питался лапшой и реже — гулял с Сакурой. Она тоже волновалась. А теперь перед ним стояли двое измученных, уставших парней, и глаза у них были такими, что кофе сварился сам по себе от одной их ауры. Он разлил напитки и сел напротив. –Ну, давайте. Рассказывайте, – выдохнул Киба, глядя то на одного, то на другого. –Нам нужно пожить у тебя, – спокойно сказал Саске и тут же закурил, даже не спросив. Вид у него был такой, что говорить об этикете было бесполезно. Наруто только кивнул, подтверждая. Киба замер с кружкой в руке. Вариантов, почему это произошло, у него в голове было достаточно. Но задавать лишние вопросы он не хотел — не с таким выражением лиц. –Ладно. Только скажите: вы вдвоём на одной кровати спать сможете? – Он встал, отнеся кружки в раковину. Саске лишь коротко кивнул. –Никто не должен знать, что мы у тебя. Никто, – голос Учихи стал холодным и отчётливым. Киба почувствовал, как в нём начинает подниматься раздражение. Не из-за требований. Из-за интонации. –А почему? – он резко обернулся и уставился на Саске. –Саске, я сам, – вмешался Наруто, вставая между ними, чтобы не допустить глупой ссоры. Он не думал, что Киба отреагирует так остро, но и Саске, похоже, даже не собирался объясняться. –Ладно, – коротко бросил Учиха и удалился в другую комнату. Он знал, что Наруто соврёт. Не из страха. Из необходимости. Киба остался с блондином на кухне. –Слушаю, – буркнул он, опускаясь обратно на стул. Он уже ожидал, что услышит что-то неприятное. Но явно не то, что прозвучало: –Саске поссорился с отцом. Всё вышло из-под контроля, мы сбежали. Вот и всё, – голос Наруто звучал ровно. Ни дрожи, ни сомнений. Он сам удивился, насколько легко даётся ложь, особенно другу. И всё равно внутри скрутило от вины. –Серьёзно?.. Ну ладно, – Инузука облегчённо выдохнул и, потянувшись, направился в комнату, которую обычно не использовал. –Вот, тут и останетесь. Всё простенько, но кровать мягкая. Я сплю в гостиной, так что будет вам где разложиться. –Спасибо, Киба, – тихо сказал Наруто, оборачиваясь к Саске. Тот молча кивнул, но в глазах у него промелькнула тень — благодарности, но и чего-то ещё. Может быть, сожаления.

***

–Они сбежали, – Тоби врывается в кабинет, нервно проходясь вдоль помещения. Его движения резкие, напряжённые. Эта ситуация начинает его тревожить всё сильнее. Саске оказывается гораздо сложнее, чем казалось на первый взгляд. –Интересно, – спокойно произнёс Мадара, доставая из ящика пачку дорогих сигарет. Он закуривает, не торопясь, обдумывая информацию. – Как думаешь, куда они могли податься? –Понятия не имею, Мадара. Это и пугает, – Тоби резко опустился в кресло напротив. Маска скрывала его лицо, но в голосе читалась тревога. –Спокойно. Мы оба знали, что просто так Саске не поймать, – Мадара встал и подошёл к стене, на которой висела его любимая картина: фиолетовый глаз с множеством линий внутри. «Бесконечное Цукуёми». Обман, иллюзия, вечный сон. – Он всё-таки Учиха, не забывай. –И что теперь? Как действуем? – Тоби взглянул на него с опаской. Ему не нравилась эта ухмылка. Никогда не нравилась. –Ждём. Он обязательно объявятся. А когда это случится… – Мадара бросил на Тоби короткий взгляд, накинул на плечи тёмный плащ и направился к выходу. Тоби встал и последовал за ним, как тень.

***

Саске мог бы честно ответить, что волнуется за себя, но это была бы ложь. Он переживал. До дрожи, до боли в груди – но не за себя. За него. За Наруто. Спящий рядом блондин выглядел таким беззащитным. Мирным. Таким чужим для его мира, и одновременно – таким родным. И это пугало. Он не знал, с каких пор начал думать о Наруто в первую очередь. С каких пор стал бояться не за свои шрамы, не за своё состояние… а за него. Он не думал, что способен на такую привязанность. На такую… болезненную эмоциональную зависимость. На этот страх – что с Наруто может что-то случиться. Мадара не должен добраться до него. Он не создан для таких, как Наруто. Мадара – это ненависть, завёрнутая в оболочку человека. Он не живёт, он мстит. Всем. И Саске не допустит, чтобы его яд коснулся Узумаки. Он ещё долго смотрел на лицо спящего парня. На спокойные черты, такие чистые, почти хрупкие. Боль внутри разрасталась. Учиха чувствовал, как эмоции выворачивают его изнутри. –Чёрт, – тихо выдохнул он, поднимаясь с кровати. Прошёл на кухню, потом – на балкон. Холодный влажный ветер хлестнул его по лицу, заставив вздрогнуть. Он достал сигарету и закурил, пряча ладони в карманы худи. Он не может спать. Не может позволить себе расслабиться, пока всё это не закончится. Пока Джирайя в плену. Пока Мадара не остановлен. Пока Наруто в опасности. А значит — пора действовать. Не завтра. Не потом. Сейчас. –Нару… прости, – тихо произнёс Саске, туша сигарету и заходя в комнату. Он наклонился и осторожно поцеловал блондина в висок, задержавшись на этом мгновении чуть дольше, чем нужно. Затем взял с собой книгу, отметил нужную страницу и, в последний раз взглянув на его лицо, вышел.

***

Утро. Сквозь приоткрытые шторы льются мягкие солнечные лучи, а за окном слышится щебет птиц. Одеяло приподнимается — Наруто зарывается в него с головой, но в воздухе витает аромат свежего чая с корицей и тёплых булочек, который заставляет его распахнуть глаза. Он тянется, разминаясь, и машинально кладёт руку на соседнюю половину кровати — та пуста и холодна. Сердце неприятно сжимается. Он нехотя встаёт, босыми ногами ступая по прохладному полу. Комната кажется тише обычного. Глаза цепляются за раскрытую книгу, оставленную на столике. Видимо, Саске читал её этим утром. Или… не спал совсем? Наруто подходит ближе, взгляд скользит по напечатанным строчкам. И чем дольше он читает, тем шире становятся его глаза: «Хочу умереть. Умереть хочу. Назад пути отрезаны. Теперь уже что ни делай, как ни старайся – всё напрасно… Надо умереть; жить – только дальше сеять семена греха…» Сжав губы, он захлопывает книгу. Мысли смешались, паника медленно поднимается изнутри. Он бросается на кухню — там, за столом, спокойно сидит Киба с кружкой ароматного чая. –Где он? – выдыхает Наруто, присаживаясь рядом. Его голос резкий, глаза лихорадочно блестят. –Ты про Саске?.. Я думал, ты знаешь, – Киба оторопело уставился на друга, чувствуя, как тот начинает напрягаться. –Знаю что? Где он, Киба?! – голос Узумаки дрожит, в нём появляется тревожная острота. Он уже всё понял, просто не хочет в это верить. –Он вроде как вышел ночью… Я точно не знаю. Я подумал, вы договорились, – Киба пожал плечами. Для него всё казалось в пределах нормы — он ведь не знал всей правды. –Чёрт возьми,– Наруто резко встал и начал ходить туда-сюда по комнате. Его трясло от злости, отчаяния и страха. –Ты чего так завёлся? С ним всё будет в порядке, может он… –Киба, да ты ничего не понимаешь! Он не мог просто так уйти домой! – Наруто сорвался, крик вырвался из него прежде, чем он успел сдержаться. Его сердце било тревогу, а внутри всё горело. Киба встал. Его лицо побледнело. Он в упор посмотрел в глаза другу. –Вы мне наврали? – спросил он хрипло. В голосе звучало разочарование. Боль. Наруто опустил глаза. Всё в нём сжалось. Вина заполнила всё изнутри. –Извини… Мне нужно идти. Прости, Киба. Правда, прости… – он вырвался из квартиры, захлопнув за собой дверь. Не зная, куда бежать, куда смотреть – он просто шёл вперёд, вцепившись в отчаяние как в последний ориентир. Саске где-то там. Один. И Наруто обязан его найти.

***

—Отец? —Не ожидал увидеть тебя так скоро, Саске, — Фугаку тянет голос, ухмыляясь своей холодной, выверенной до автоматизма улыбкой. Он спокоен, как всегда. Слишком спокоен. Но зря. —А я, видишь, пришёл сам. Видимо, твои люди настолько бесполезны, что не смогли поймать «психопата» с шизофренией, — Саске неторопливо проходит по кабинету, осматриваясь, а затем останавливается прямо перед отцом. И теперь уже он улыбается. Ледяно. Хищно. Фугаку, хоть и не подаёт виду, чувствует, как по позвоночнику пробегает холодок. —Почему ты пришёл? —Из-за Джирайи. Он у вас. Отпустите его, — Саске садится прямо на край стола, закуривая. Горький дым из его легких разлетается прямо в лицо отцу. —Не думал, что ты вообще способен о ком-то переживать. О себе-то заботиться не умеешь, а тут вдруг — старик, — Фугаку смотрит с пренебрежением, но Саске даже не моргает. — Или, может… это всё из-за того блондина? Точно в цель. Он коснулся самой болезненной струны. Но зря. В одно мгновение пальцы Саске обвивают горло отца, и сдавливают. Зрачки чернеют, взгляд темнеет, злоба хлещет наружу. Фугаку замер. Да, ему страшно. Но он играет на выносливость. —Не делай вид, что тебе не страшно, — шипит Саске, сжимая сильнее. — Ты такой же ничтожный, как и всегда был. Клоун в костюме главы клана. —От клоуна слышу, — выдавливает Фугаку, хрипло усмехаясь. Саске отпускает горло отца и медленно обходит стол, взгляд цепляется за картину на стене — ту самую, что когда-то так гордо выбрал Фугаку. Современное искусство, как он говорил. Показатель вкуса и статуса. Саске без тени сомнений срывает полотно, хладнокровно ломает его об колено и бросает на пол, не отводя взгляда от отца. —Я знаю, что у тебя в голове. Знаю каждый твой гнилой план, каждую гнусную мысль, каждый ход наперёд, — голос Саске спокоен, но за этой тишиной кроется холодная ярость. — Отпускаешь Джирайю. И если вы хотя бы косо посмотрите в сторону Наруто — я сам приду за каждым из вас. Один. И вас не останется. Он докуривает сигарету до конца, будто это последний штрих в его заявлении, и — не моргнув — тушит окурок прямо о собственную ладонь. Не дрогнув. Боль его давно не волнует. Окурок летит в сторону Фугаку и падает рядом с ним. Тот смотрит сначала на сына, затем на обожжённую кожу. —Наруто уже видел твои жалкие шрамы? Саске усмехается, не глядя: —Пошёл нахуй. Он разворачивается и, не оглядываясь, покидает кабинет, оставляя после себя только запах табака, обломки картины и ледяной страх в глазах отца.

***

Он не знал, куда идти. Точнее, не был уверен, куда стоит. Но, пожалуй, вернуться к Кибе — наилучший вариант. Всё, что он должен был сделать, уже сделано. Вроде бы. За ним не следят… или он просто хочет в это верить? Путь затянулся — отец, как назло, любил строить свои заводы в какой-то глуши. Будто специально выбирал самые труднодоступные места. Мерзко. Саске почти добрался до окраины, как вдруг ощутил на себе чужой, слишком знакомый взгляд. Пронизывающий до костей. Он резко остановился. Чёрт. Всё-таки следят. —Кто бы ты ни был, выходи, — голос Учихи звучал спокойно, но в каждом слове ощущалась внутренняя готовность ко всему. Он не приведёт их к Наруто. Никогда. Лучше встретить опасность здесь, чем ставить под удар его. Из-за деревьев медленно вышел человек в маске. —Саске. Рад видеть, — спокойный голос. Легкое наслаждение ситуацией. —Обито. Взаимно, — усмехнулся Саске. Он чувствует смятение даже под этой дешёвой маской. Попался. —Ты не так уж прост, — отметил Тоби, медленно приближаясь. Саске и не думал отступать. А смысл? Он видел, как из-за деревьев мелькнули тени ещё двух людей — подручные Мадары. Всё продумано. Простая, но чёртовски эффективная ловушка. Он не успел сказать Наруто то, что хотел. Возможно, уже не скажет. Спустя несколько минут Саске уже сидел на заднем сидении чёрной машины, смотря в окно на медленно проезжающий мимо город, утопающий во тьме. Его разум лихорадочно работал. Он перебирал варианты, выстраивал хрупкие планы на ходу. Он ещё не сдался.