Аконитовая кулига

             У Юнги огромный! Эта мысль сводит Чимина с ума. Неужели подарок Тэхёна пригодится?              Но как засунуть в себя эту штуку, если даже палец ощущался так отчётливо, и до сих пор тело помнит его характерным нытьём в той самой мышце. А пробка кажется большой. Она не такая, как член Юнги, и всё же не выглядит, как нечто, что с лёгкостью проскользнёт внутрь.              Чимин хочет секса с Юнги. Ему понравилось быть в его руках. Омега каждый раз с трудом сдерживает стон, когда в воображение врываются предвкушаемые сцены их слияния. Но с этим романтизированным представлением нужно разобраться и хоть немного подготовить тело и разум к предстоящему событию.              День-полдень. Чимин хихикает с эротических угроз в sms от Юнги, которые тот шлёт ему в перерывах работы.              «Попадись мне, и я залижу твои сосочки до мозолей».              «Только попадись, и у тебя появится ожерелье из засосов».              «Я поймаю тебя, и твоя попка будет гореть от моих поцелуев».              «Когда будет следующий раз?»              «Я украду тебя, и тогда…»              Чимин не отвечает. Тупо не знает, что сказать. И он очень смущён. Ещё совсем недавно он ни за что не поверил бы, что будет настолько хотеть Юнги. Но Чимин не планировал нырять в омут с головой, чтобы боль первого раза не вернула все страхи обратно. А если он вступит в эту переписку, то сдастся раньше времени. Потому что Чимин очень возбуждён. И оттого очень кстати мокрый.              Пробка извлечена из упаковки. Инструкция прочитана. Чимин приспускает бельё и укрывается одеялом.              Предмет из приятного материала упирается в анус. Омега всё делает медленно и постепенно. Игрушка предназначена для этого, потому начало введения проходит без дискомфорта. Но дальше тело пробки расширяется, и Чимин чувствует, как его анус начинает сопротивляться. Однако возбуждение при этом не сходит на нет, а становится даже сильнее. Чимин даёт своему телу немного больше времени, чтобы привыкнуть, а затем проталкивает ещё чуть глубже. Ему так хочется стонать, но нельзя: родители услышат. Он нетерпеливо преодолевает самую широкую часть игрушки и всё-таки стонуще пищит, когда анус резко ужимается вокруг тонкой ножки основания пробки, оставляя давление внутри прохода.              — Сынок, у тебя всё хорошо? — слышится голос мамы.              — Мизинчиком ударился, — отвечает Чимин.              Ответ, видимо, её устроил, так что парня не потревожили. И всё же, опасно здесь оставаться, особенно, если Чимин захочет попробовать вибрацию. Лучше пойти к берегу в свои кусты, там меньше вероятности, что его разоблачат.              Полулёжа на боку, Чимин пытается натянуть бельё обратно. Давление в попке заставляет его периодически замирать, привыкая к ощущениям, и слегка разводить ноги в стороны: так легче.              Его немного подколачивает, но на лице почему-то держится глупая улыбка удовольствия, а щёки горят приятной розовинкой. И в мысли настойчиво лезут фантазии, заменяющие пробку на член Юнги. Чимин почти чувствует горячее дыхание на своей шее и крепкие руки на талии. Глаза закатываются, губка закусывается. Ох, это безумие!              После нескольких затянувшихся попыток, Чимин становится на ноги, которые всё равно хотят быть расставленными чуть шире, чем обычно. Это, наверняка, скажется на походке. Но омега не в силах сдерживать тяжёлое дыхание, а порой очень хочет тихонечко простонать, потому нужно отсюда выбираться.              Длинная оверсайз майка хорошо прячет небольшой вставший член. Главное, чтобы ветер не дул в лицо.              Чимин на пробу делает шаг и понимает, что нужно расслабить мышцы, чтобы ощущения не были такими острыми. Несколько минут дыхательных практик, ещё попытка, и при должном сосредоточении он дойдёт до кустов более или менее беспалевно.              Чимин спрятал пультик в карман длинных шорт и медленно начал свой путь.              Какая удача, впритык ни с кем не столкнулся! И, наконец, желанное уединение. Можно корчиться и похныкивать сколько хочешь!              А состояние такое стонательное. Здесь нет эха, и тихие звуки не достанут ни чьих ушей. Чимин возбуждённо гладит себя по бёдрам, двигается, переминаясь с ноги на ногу, слегка сжимается внутри, чтобы прочувствовать растягивающий предмет, чтобы привыкать и разрабатывать себя. Манипуляции пускают судорожное удовольствие по телу, сковывающее мышцы. Омега аккуратен. Он не спешит и наслаждается. Нагибается, но ощущения ещё слишком сильные. От попыток присесть тоже. Он стремится отдышаться после них. И слышит, что кто-то сюда идёт.              Нервная ужимка прокатывается очередной волной удовольствия, и Чимину приходится зажать рот ладонью, чтобы приглушить стон.              «Да блять! — сокрушается он в мыслях. — Никто сюда никогда не приходил. Что за напасть? Какого чёрта надо?»              — Привет, Чимин! Наконец-то я тебя встретил! — послышался радостный голос молодого омежки за спиной.              Чимин приводит мимику в благопристойный вид и поворачивается.              — Привет, Гюбо, — звучит немного болезненно. — Ты меня искал? Зачем?              Смазливый, миловидный парень стеснительно подходит ближе.              — Я хотел у тебя кое-что спросить.              «Ааааа! Чего ты тянешь резину? Давай спрашивай и оставь меня, пока я не спалился!» — не терпит Чимин. Но вслух отвечает сдержано:              — Спроси.              — Вот, ты же замужем…              — Да. И что?              — И ты… — Гюбо не решается продолжить.              — Что? Говори.              Парень отчего-то жмурится и быстро произносит:              — Научи меня целоваться.              — Ч-что? В смысле, я расслышал, но… Почему я? Ты хочешь с кем-то поцеловаться, с ним и учись, — Чимин в шоке.              — Я не знаю, хочу ли я целоваться с кем-то. Поэтому решил попробовать… с тобой. А то мне предлагает один альфа, но с ним я стесняюсь… Прости. Я знаю, что это странно. Если ты не хочешь… — парень выглядел немного расстроенным и как будто собирался уйти.              У Чимина защемило в груди.              — Эм, подожди, Гюбо, — ринуться за ним он, конечно, не смог по понятным причинам, потому рассчитывал только на слова. — Это действительно странно. Почему ты не попросишь свободного омегу?              — Ты же знаешь, какие они все сплетники. А ты столько вытерпел, что, наверно, поймёшь меня.              Если подумать, Чимин тоже просил в подобном деле помощи у Тэхёна, только он просил рассказать о сексе, а не показать. С другой стороны, это всего лишь поцелуй, а они оба омеги. Что тут такого?              — Гюбо, если ты уж очень хочешь, я помогу. Но подумай хорошо. Поцелуи такая вещь. Они приятны только с теми, кто нравится.              — Это ещё одна причина, почему я прошу именно тебя. Ты мне нравишься.              Чимин молчаливо, но выразительно удивился.              — Не подумай ничего плохого! — быстро спохватился Гюбо. — Я имею в виду, как человек.              Парень подошёл почти вплотную к Чимину и взял его за ладони. Тактильный контакт снова заставил мышцы внизу сжаться вокруг «проклятой» пробки, и омега очень некстати закатил глаза и облизнул губы. Гюбо заметил этот вполне однозначный признак удовольствия на лице своего потенциального «учителя» и, превозмогая застенчивость, решил показать, что он вовсе не против такой реакции.              — Кажется, ты возбуждён? — мягко поинтересовался парень, поглаживая кожу ладоней Чимина, отчего тот шумно вдохнул и выдохнул.              — Просто, ты немножко не вовремя…              — Так ты мне поможешь?              «Нужно быстрее покончить с этим, и он уйдёт. Это невыносимо».              Чимин кивает согласие и придвигается ближе. Он опускает взгляд на красивые омежьи губы, явно увлажнённые бальзамом. Подготовленность парня заставляет Чимина улыбнуться. Ему уже даже хочется попробовать этот вкус, и он медленно тянется к чужим губам. Гюбо растерянно глядит на приближающееся лицо. Но, не долго думая, кладёт ладони на скулы Чимина, притягивает и касается своими губами его губ. Чимин слегка удивился, однако мешать не стал.              Парень оказался действительно неопытен. Он не двигал губами, а только прижимался к губам Чимина, и то, совсем невесомо. Он мотал головой из стороны в сторону, так, что получались поглаживания, но никак не поцелуи. Возбуждённый Чимин не мог выдержать такой пытки и начал его целовать.              Почувствовав нежные переминающие движения горячих пухлых губ, Гюбо замер и лишился всей своей былой решительности. Ощущения были настолько новыми и настолько сладкими, что парень растерялся, почувствовав характерные позывы возбуждения. Но долго волноваться ему не пришлось, потому что жадный до ласки Чимин углубил поцелуй, а от мокрого языка во рту у Гюбо сорвало крышу.              Все эти нехитрые действия парень уловил быстро и теперь снова перехватил инициативу, целуя Чимина дерзко и страстно. Поцелуй оказался слишком вкусным для обоих и каких-либо ограничений не терпел. Парень опустил руки на плечи Чимина, сползая ими ниже по лопаткам. И в момент, когда Гюбо в своих несдержанных объятиях чуть сильнее сдавил ладонями талию старшего, Чимин вырвался из поцелуя, откинул назад голову и громко простонал.              — Сонсенним, — восхищённо произнёс Гюбо. — Вы такой страстный и чувственный. Мне безумно нравятся Ваши уроки. Молю, продолжайте!              Зацелованные губы обнаглевшего Гюбо растянулись в нахальной улыбке.              — Перестань издеваться. Я же сказал, ты просто неудачно выбрал время.              — Спасибо, Чимин, — уже более серьёзно ответил парень, ластясь и прижимаясь к пышущему страстью телу. — Мне действительно очень понравилось. Однако ты так высоко задрал планку, что я сомневаюсь, сможет ли кто-нибудь до неё дотянуться.              Гюбо целует Чимина в шею, от чего у того подкашиваются ноги, а стоны совершенно невозможно сдерживать.              — Только… не трогай метку.              Гюбо останавливается и ошарашенно разглядывает шрам, поглаживая кожу на шее Чимина с другой стороны.              — Это больно?              — Да, — честно. А смысл врать?!              На Чимина поднялись испуганные глаза.              — Не переживай, от любимого и в возбуждённом состоянии должно быть легче.              Чимин выглядит затраханным, так его извела игрушка и сокращающиеся от удовольствий мышцы вокруг неё.              Гюбо ещё раз припал к его губам, ещё раз сплёл их языки, и наконец выпустил Чимина из этой пытки.              — Спасибо, — ещё раз поблагодарил Гюбо.              — Ага, — переводя дыхание и справляясь с ощущениями, ответил Чимин. — Теперь можешь смело идти к своему альфе.              Счастливый Гюбо наконец ушёл, а Чимин начал осознавать произошедшее. Если бы не состояние крайнего возбуждения, он, наверно, не согласился бы на такое. Похоже на эротическую фантазию наяву.              Было и было. Проехали.              Теперь Чимину хотелось кончить, а то возбуждение начинало отравлять.              Он достаёт из кармана пульт. Что-то подсказывает ему, что, чтобы дойти до финиша, совсем не обязательно будет себя касаться.              — Привет, — позади раздаётся грубый голос Юнги.              От неожиданности пульт из рук Чимина вылетает вверх и падает в траву. Омега делает резкую попытку поднять его, но не успевает согнуться и на половину, как его тело снова охватывает волна резкого удовольствия, он стонет и замирает на месте, в ожидании, когда спазмы отступят.              Юнги поднимает пульт вместо него.              «Да что за…?» — Чимин в шоке от всего происходящего и от своего тупого решения прийти в эти долбаные кусты!