В свете масляных ламп

      Взгляд Ниалла, казалось, мог пригвоздить тебя к земле без какой-либо магии. Ты хотела было возразить, что всё это было провокацией, и ты ввязалась в этот бой только, чтобы снять метку Иштар, но что-то подсказывало, что тебе не поверят. Во всяком случае, не прямо сейчас и не сразу.       Сожги меня Шамаш, если это уже не худший день на неделе. А ведь он только начался. Надо было Су вытащить меня из кровати именно сегодня. Теперь, даже если я вытру всю пыль в его архиве и слеплю сотню учебных мишеней, то столицы не видать. А без неё никаких зацепок я не найду.       — И что, ты даже не попытаешься придумать очередное оправдание, почему позволила себе ввязаться в настоящий поединок, которые, к слову, запрещены на территории моей академии?       Ты хотела буркнуть невесёлое: «Вообще-то, деревня находится за пределами академии», но понимала, что язвить сейчас всё равно, что рыть самой себе могилу.       — При всем уважении, ректор, она согласилась на бой лишь потому, что-       — Су, не вмешивайся. С тобой у нас будет отдельный разговор. Сейчас я разговариваю непосредственно с Никкаль, — он сделал два грозных шага в твоём направлении и хмурой тучей навис над макушкой, — которая в уже четвёртый раз за эти два дня умудрилась нарушить все мыслимые и немыслимые уставы.       За все сто лет, что стоит эта академия, ни один студент так вопиюще не шёл против правил, как это делаешь ты.       — За все сто лет, что стоит эта академия, ни один студент так вопиюще не шёл против правил, как это делаешь ты.       Ха. Я уже знаю все твои реплики наизусть.       — Я не хотела, — промычала ты куда-то ему в пиджак, не поднимая головы. — Я вообще планировала спать сегодня также сладко, как на утренних лекциях у Кики.       Ты не видела его лицо, но могла поклясться, что Ниалл устало потирал переносицу. Он всегда так делал, когда был зол.       — Впервые я бы предпочёл, чтобы ты попыталась избежать отработок, а не ввязывалась в смертельно опасный бой на глазах у одной из Пяти. Если я ещё мог простить твоё безрассудное геройство в отношении жителей деревни, то это, — он рукой указал на сгоревшую солому, подпаленное платье Лихы и, в конечном счёте, на тебя, — это было последней каплей моего терпения.       — Это всё госпожа Иштар, она-       — Никки, — его пальцы твёрдо сжали плечо. — Некрасиво перекладывать всю вину на других, в особенности на столь высокопочтимых представителей круга.       Да, да. Великих Пяти, которые, конечно же, невинность во плоти и не могут делать ничего из личных интересов. Ни разу. Никогда. Вообще.       Ты не надеялась, что в Лихы внезапно проснётся чувство вины, и она побежит тебя защищать, но она в равной степени была замешана в этой драке и заслуживала не меньший выговор. Однако публично отчитывали и угрожали отчислением только тебе. Будто бы тебя, такую нахалку, в голову клюнул Зу, и ты решила покидаться огоньками в других забавы ради.       — Расслабься, дорогуша, а то словно сам Ишкур вышел на прогулку. Ещё немного и ты совсем девчушку задавишь своим грозным тоном, — подол одеяний Иштар показался в поле зрения. — Она всего лишь устроила мне жаркий прием. И даже ловко победила малышку Лихы. Тебе бы стоило гордиться, что вырастил такую огненную, а не исключать её из академии за маленькую дружескую дуэль.       — Дружескую? Она могла погибнуть, Иштар. Лихы не самый искусный маг, но даже этого могло хватить, чтобы нанести ей серьёзные ранения. В первую очередь, она знает, что академия под моей защитой, и даже указ любого из Пяти не является поводом нарушать правила. Она могла отказаться, и ей ничего бы не было.       Иштар звонко рассмеялась, совсем не страшась гневного Ниалла, который, похоже, был готов разразиться громом.       — Я смотрю, ты готов даже меня испепелить из-за волнения о ней, — краем глаза ты уловила, как её губы изогнулись в усмешке. — И всё же она оказала мне честь, приняв вызов и одолев Лихы. Я пообещала исполнение любой просьбы на её усмотрение, не так ли, Никкаль?       Ты лишь сконфуженно кивнула.       — Поэтому, прежде чем ты сгребёшь её в охапку и поставишь в угол за непослушание, я, пожалуй, исполню свою часть уговора.       — Иштар, сейчас не время для твоих сделок, — Ниалл попытался преградить ей дорогу, но Иштар полностью проигнорировала его предостережение и, хлопнув в ладоши, остановилась рядом с тобой.       — Ну что, Никкаль? Ты устроила мне поистине забавное зрелище и заслуживаешь награды. Каково твое желание? Все ещё хочешь снять мою метку, — это она уже промурлыкала тебе на ухо, чтобы Ниалл не услышал, — или…у тебя есть другие мысли?       Ты сглотнула, невольно чеснув оставленный на руке знак. Да, конечно, ты хотела избавиться от него, но с грозившим исключением и невозможностью официально попасть в столицу ты бы потеряла куда больше. Ты могла бы попытаться уговорить Ниалла не идти на столь жёсткие меры, но он слишком ревностно относился к вопросу правил. И к твоей безопасности.       — Я бы хотела отменить моё исключение, госпожа.       — Никки, — твое имя прозвучало почти как приговор, настолько медленно и твёрдо Ниалл процедил его сквозь плотно сжатые губы. — Твоё исключение не обсуж-       — А-а-а, — Иштар игриво покрутила пальцем, прерывая того на полуслове. — Всё законно и очень даже по правилам. Она — мне, я — ей. Никаких ограничений выставлено не было. Так что я буду рада посетовать, чтобы эта бойкая девчушка и дальше продолжала занимать всё твое время в этой драгоценнейшей академии.       — Ты не понимаешь. Если я позволю одной, то и все остальные решат, что вольны делать, что им вздумается.       Да, да, конечно, именно поэтому я всё еще похожа на единственную виноватую здесь. Чтоб эту Лихы вместе с её любимой Иштар Лаббу покусали. Потратила желание на то, чтобы прийти туда, откуда пришла.       — Иногда я забываю, что ты сын Энки, настолько ты скучный, — тебе на секунду показалось, что Ниалл сжал свое запястье сильнее обычного. — Не заставляй меня отвлекать его от важных дел ради такой мелочи, как нашкодившая студентка.       Прошло долгих десять секунд прежде чем Ниалл устало выдохнул, пробормотал что-то похожее на древнее заклятье, из которого ты уловила лишь слово «терпение», и, в конечном счёте, кивнул Иштар.       — Вот и славно, — она последний раз похлопала тебя по плечу и отошла в сторону. — А теперь, если ты пришёл только для того, чтобы отчитать её — можешь возвращаться обратно. Я прослежу за тем, чтобы работы по восстановлению прошли без происшествий.       — Рассчитываю на это, — Ниалл сложил пальцы в знак уважения и воспарил над землёй, подняв за собой вихрь прелой соломы. — Однако больше никаких сделок и сомнительных предложений, по крайней мере, пока ты находишься на моей территории.       — Конечно, конечно, о великий уважаемый ректор, только благотворительная помощь в сборе древесины и посадке новых деревьев.       Сарказмом, что она источала, пожалуй, можно было резать воздух. Ниалл, однако, не стал более идти у Иштар на поводу и бесшумно опустился у тебя за спиной.       — Ты больше не исключена, но наказание за проступок никто не отменял, — голос его уже не казался тебе сталью, хотя ты не рассчитывала, что это сильно спасёт положение. — Иштар вместе с Су и Лихы останутся, чтобы помочь жителям. С ними я поговорю позже. А ты, Никки… ты идешь со мной.       — Но я —       Разве я уже итак не занимаюсь отработкой, что ты мне дал?       — Это так, но на помощь деревне у тебя есть ещё как минимум три дня. Меня гораздо более волнует факт того, что стоит мне хоть чуточку ослабить бдительность, как ты раз за разом оказываешься там, где не следует, подставля свою жизнь под угрозу. Так что никаких возражений, отбываем сейчас.       — Но я даже ничего не успела сделать!       — Поверь, ты уже сделала достаточно, — непрозрачность намёка на твою выходку была очевидна.       Тебе хотелось настоять на своём, но Ниалл смотрел так пристально, что все язвительные слова вмиг растаяли на языке. Его пальцы на краткий миг коснулись твоей щеки и убрали крапинки грязи. Безмолвно, но нежно. Словно он хотел сказать так много, но не мог, ограничившись этим мимолётным жестом.       Твоя ладонь метнулась к лицу, там, где невесомое прикосновение ещё отдавало теплотой, и ты подняла на него удивлённый взгляд. Такой же, как тогда, в оранжерее.       Но он не ответил на немой вопрос, отступив на пару шагов назад. Следом протянул руку и, понимая бессмысленность сопротивления, ты приняла её, ухватившись свободной ладонью за плечо.       — Мы полетим. Обхвати вот тут за шею. Проще будет удержаться.       Ты послушно обвила его руками, что в виду его статности и роста со стороны выглядело крайне комично. Последний раз, что ты летала с магом воздуха, закончился тем, что в волосах бедняги остались проплешины и подпалины от огня. Повторять подобное с длинными локонами Ниалла было бы некстати, так что ты лишь надеялась, что он не даст тебе неуклюже грохнуться в какой-нибудь куст.       Словно ощутив скованность тела и то, как крепко ты впилась в ткань его плаща на затылке, Ниалл аккуратно обнял тебя одной рукой за талию, а другой поднырнул под колени, чтобы дать дополнительную опору. У тебя не было шанса даже подумать об интимности ситуации, ибо уже через мгновение он взмыл в воздух. ***       Упаду, упаду, точно упаду!       Сердце ушло в пятки, и ты закрыла глаза, в мыслях моля о том, чтобы эта пытка скорее кончилась. Одно дело залазить в комнату брата на третьем этаже, а другое — летать на такой огромной высоте.       — Всё хорошо, я держу тебя, Никки, — Ниаллу пришлось чуть ли не крикнуть, чтобы ты могла расслышать его голос среди воя ветра вокруг. — Просто не смотри вниз и доверься мне.       Ты лишь сильнее вжалась щекой ему в грудь, не желая представлять красочные картины падения и их не менее ужасные последствия.       И всё же Ниалл летел плавно, аккуратно облетая препятствия и не слишком разгоняясь для твоего комфорта, словно сам Энлиль нёс тебя по небосводу. А ведь мог рвануть во всю скорость. Плащ его, раскрывшись, напоминал крылья. Наверное, маги воздуха чувствовали себя птицами, вот так подчиняя строптивые потоки в угоду своим прихотям, но ты всё же была рада, что в своё время испытание определило твою принадлежность к огню.       Казалось, прошла вечность прежде чем под ногами вновь возникла твёрдая земля. Ниалл почти что неохотно выпустил тебя из объятий, напоследок лёгким взмахом уложив растрепавшиеся волосы. Ты же постаралась унять дрожь в коленках и не осесть на мокрую траву прямо здесь.       Только сейчас ты заметила, что вы стоите на пороге какого-то помещения.        — Проходи, — Ниалл отворил резную дверь. — Нам предстоит очередной серьёзный разговор.       Ты так выговоры теперь называешь, да?       Но деваться было некуда. Да и любопытно было увидеть, что за тайная маленькая обитель скрывалась там внутри.       Вопреки изначальным предположениям, это больше напоминало личное уютное логово для приятного вечера за книгой другой, а не комнату, где провинившиеся студенты драили пол тряпками или выуживали всех пауков из углов за заваленные экзамены.       Ниалл снял плащ, аккуратно оставив тот висеть на одном из крючков вдоль стены, и опустился на мягкую кровать. То, насколько обыденно он это делал, наталкивало на мысль, что, в отличии от тебя, он тут не в первый раз. Возможно, даже и не в десятый.       Это что, его личная комната? Смущение окатило тебя с головой от всех тех мыслей, что невольно начали роем кружится на задворках подсознания. Ты не должна была думать о нём в таком ключе, не должна была, не должна.       — Присаживайся, Никки.       — Что, прямо, ну… туда?       Ниалл вопросительно изогнул бровь, словно не понимал, насколько почти что неприлично его предложение на самом деле звучало.       — Понимаю, места здесь не так много, но я хотел поговорить с тобой в боле личной обстановке. Без лишних глаз и, в особенности, без Иштар. Мы конечно можем пойти в оранжерею, но там могут быть другие студенты, да и в целом...       — Ничего, ничего, я просто, — ты замахала руками от волнения, а потом аккуратно устроилась рядом на одну из подушек. — Это я так, не бери в голову.       Ты почти что боялась поднять на него глаза.       Дыши, Ника, дыши, это всего лишь Ниалл. И нет ничего такого, что вы сидите на одной кровати в паре сантиметров друг от друга. Одни. В его личной, тайной, никому не известной комнате. Абсолютно. Ни капельки не странно. Он вообще отчитывать тебя потащил, а не всё это, что ты там надумала себе. Именно! Наказание.       — Так вот, Никки, я...       Наказание. Сейчас он прочтёт тебе очередную лекцию и пошлёт переставлять учебники в архиве по алфавиту. Ничего более.       — Никки? Ты слушаешь меня?       Ты, как сестра, помнишь? Просто маленькая сестрёнка, о которой он заботится, как о семье. Уйми своё воображение, это просто кровать. Обычная кровать. И тут просто мало места. Не мог же он предложить тебе сесть к себе на колени!       — Никки?       Это Ниалл, Ниалл...       — Искорка? — шершавая ладонь легла тебе на колено, обжигающим касанием выводя из путаницы мыслей.       Кажется, всё это время ты сверлила взглядом стенку.       — А? Что? Прости, я просто…эээ… засмотрелась на это чудесный, прекрасный... прекрасный, — ты в лихорадочной панике ткнула куда-то в сторону, — прекрасный цветок! Вот. Очень красивый, да и вообще тут так уютно, правда?       Эрешкигаль, забери меня к себе, что я несу?!       — Там нет никакого цветка, — Ниалл обеспокоенно поднял брови и приложил руку к твоему еще липкому от пота лбу — Ты точно не поранилась?       — Нет-нет, я цела, все… хорошо, ха-ха-ха.       Натянутости твоей улыбки мог позавидовать любой первокурсник на экзамене, вытянувший невыученный билет, а лицо пожалуй стало одного цвета с волосами.       — Точно?       — Да, да, я в полном порядке! Я совсем не думала о том, что мы сидим с тобой на одной кровати. Одни. Совсем. И вокруг никого. И никто не зайдёт. И мы так близко, словно...       Дура, дура, дура! Какая же ты идиотка, Ника. Ещё скажи ему в лицо, ЧТО именно ты представляла. Чтоб уж окончательно опозориться.       Ниалл моргнул, а затем впопыхах отпрянул, отводя взгляд. Пальцы его нервно согнулись в кулак, который он незамедлительно поднес ко рту. И всё же тебе показалось, что на краткий миг он густо покраснел.       — Прости, — его голос показался тебе почти столь же сбивчивым, сколько и твоё дыхание, — я не хотел тебя смутить. Я всего лишь волновался. У меня и в мыслях не было ничего такого.       Вид Ниалла, чуть ли не лихорадочно заикающегося от столь явной интимности твоих мыслей, вызвал невольный приступ смеха. Как тогда, в лесу, когда он прикончил ануннаки.       — Я… сказал что-то смешное?       — Нет, просто, — ты почти что мычала, — я никогда не думала, что смогу сбить с толку великого и грозного ректора самой престижной академии магии своими глупостями. Ты сейчас похож на ручного Хумбабу.       — Хумбабу? Так ты меня видишь? Гигантским чудовищем?       — Нет! То есть да! В смысле, смотри, — ты замахала руками, рисуя что-то на подобии львиной головы в воздухе, — ты обычно весь такой грозный, сильный, мускулистый, да? Ну прямо, как лев, с вот этой пушистой гривой, а у тебя, ну, светлые волосы, и я как бы думала, что ты меня вообще там на месте прикончишь. Прямо, как Хумбаба, тот самый из легенды, помнишь? Стоял весь, как туча, ещё чуть чуть и наверное начал бы рычать. А сейчас ты так мило смутился, что вот, словно ручной Хумбаба, хороший Хумбаба! Я не... Я не хотела обидеть, просто, вот, да, Хумбаба. Лев, как ты. Ха-ха. Во имя Пяти, прости, я несу какую-то чушь...       Твоя бессвязная, путаная тирада из лихорадочных мыслей была прервана тем, что Ниалл перехватил твою ладонь обеими руками.       — Никки.       — Да? — ты почти что пискнула и рефлекторно замерла в скрюченной позе с расстопыренными пальцами.       — Ты чуть не снесла светильник. Будь осторожнее, — он аккуратно потянул тебя на себя, и ты сместилась чуть ближе к его коленям. — Ты могла пораниться.       — Прости, я это не специально. Увлеклась маленько, — ты последний раз издала короткий «рар», видимо желая тем самым закончить образ: — Хумбаба.       Сейчас он подумает, что я точно ненормальная, и сдаст меня таки в этот храм.       Однако вместо этого Ниалл расхохотался. Настолько сильно, что его белокурые локоны спали с плеч и защекотали твой нос. Ты неуклюже заёрзала, запрокинув голову, чтобы иметь возможность лицезреть столь редкую картину. Ты и не помнила, когда он последний раз так искренне смеялся. Тем более из-за тебя.       Ладони вновь вспотели. Его лицо было чересчур близко. Настолько, что ты могла разглядеть каждую неровность на шраме.       Когда тут стало так жарко? Это всё светильники?       — Впервые я слышу, чтобы хоть кто-то назвал меня милым, одновременно сравнивая с Хумбабой. Я почти забыл, что хотел с тобой поговорить. Хитрая ты, Искорка.       — Если ты думаешь, что я всё это специально, чтобы ты меня не отчитывал, то это не так. Просто, когда я волнуюсь, начинаю нести какую-то околесицу. И ещё тут жарко, тебе не жарко? Ни капли?       — А сейчас ты пытаешься увильнуть от разговора.       — Вовсе нет!       — Пытаешься.       — Не пытаюсь, — ты сморщила нос. — Тут и правда жарко, видишь?       Ты демонстративно указала глазами ваши сцепленные ладони, но Ниалл словно и не заметил этого.       — Нам надо поговорить. И не о том, что тут жарко. И не о моём сходстве с мифическим чудовищем, пусть даже твоя пародия меня и развеселила.       — И супер серьезного-важного разговора о моей безопасности никак-никак нельзя избежать? Без шансов?       — Даже если начнёшь грозно ползать на четвереньках и кидать в меня огненные шары. Хотя первое было бы довольно уморительным зрелищем.       — Умеешь ты настаивать на своём, — ты невесело буркнула и попыталась напустить на себя более серьёзный вид. — Но так и быть, я слушаю. Внимательно, как первокурсник на вводной лекции «Магии для новичков».