Детектив Джонстон и магический хрустальный шар

      Джонстон с задумчивым видом снял трубку телефонного аппарата, покрутил диск, где заедало четвёрочку. Помолчал в микрофон, терпеливо ожидая ответа. С той стороны по неведомым причинам слегка мистически зашипело, и на мощном лбу детектива заломилась едва приметная разражённая морщинка.       Йонси извёлся. Загадочный тип, похожий на варфанскую подводную лодку в пиджаке. С засекреченными ядерными ракетами на борту… Непонятный. С секретами. Вайн обожал секреты. До безумия, до огненного нестерпимого желания забраться детективу в голову, узнать все-все тайны!       — Мистера Боунина, пожалуйста!       Детектив рассматривал мальчишку сквозь чуть опущенные веки.       Юный волшебник, фокусник или кто он там испуганно расширил зрачки в раскосых лисьих глазах.       Йонси немножко «сдулся»: что если Свадри всё-таки его ищет?       — Мистер Боунин? Джонстон. Нет, сэр, пока никаких мыслей.       Мальчишка не таясь и не стесняясь матюгнулся. Джонстон рефлекторно развернулся всем корпусом на гостя. И Йонси — тоже рефлекторно — поёжился под укоризненным взглядом гиганта. Не понравилось сильно, как глянули… Тяжеловесно. Как-то не по себе. Угрожающе что-ли… Но непонятно совсем… Иногда вот так учителя, доведенные шуточками и проказами «до ручки» (как деда говорил) смотрели.       —У меня к вам вопрос: сколько лет вашим детям? Угу. Ага. Племяннику? Как его зовут? Йонси. Ага. Благодарю, сэр.       Трубка звякнула об аппарат и мистер Джонстон удовлетворенно кивнул сам себе:       — Да, водить машину в этом штате ты уже можешь. Но все остальное — пока нет.       Так маг и знал. Дядю сейчас больше волнует Зеркало, чем решивший жить самостоятельно племянник.       На самом деле семейство Боунин привыкло к различным причудам Йонси с его богатым воображением. Про записку особо не поняли и были уверены, что тот преспокойненько в школе (трепет нервы несчастным учителям). Парень часто задвигал семейству получасовые трактаты, декларировал собственноразумно сочиненную «философию Йонси», основанную на холистических принципах, и периодически с апломбом «публиковал» (в центре гостиной на камине) меморандумы про свободу и независимость.       — Это не имеет значения, вы не находите? Какая разница, сколько мне лет? Куда важнее, что я умею! Вы без меня не справитесь, уверяю. Давайте к делу, — сухо и ядовито пояснил Йонси и потянулся за шаром по внутренней поверхности которого словно бегали красные муравьи. — Я могу провести спиритический сеанс и…       Мальчишка с искусственными усами выглядел очень глупо и смешно. Совсем «зелёный» ещё и очень наивный. А с такой упрямой самоуверенностью, подумалось Джонстону, юнец набьёт себе очень-очень много шишек… Чего совсем не хотелось.       — Что у тебя над губой, сынок? — перебил детектив «цирковую» чушь маленького лжеца, взялся пальцами за углы бархатной салфетки и потянул её вместе с шаром к себе, подальше от паренька.       Йонси внутри взбесился, всколыхнулся. Серые глаза сверкнули молниями негодования. Чуть не зарычал опять (дедушка отучал так делать, а Йонси с теплом в нутре чтил память).       Ну какой вот идиот этот Джонстон!       Вайн с усилием сдержал полыхание, закусил губу и завернул язык, чтоб ничего не ляпнуть. Нетерпеливо и яростно потёр лицо под разувающимися от невыраженного в полной мере возмущения ноздрями тыльной стороной ладони. Ворсинки слетели. Нос теперь страшно чесался. А чухаться на глазах строго прожигающего взглядом детектива не хотелось.       Лицо Джонстона сохраняло неподвижную маску. Но про себя он улыбался, наблюдая как покраснел со стыда юный конспиратор, уличенный во вранье. Какой всё-таки еще... мальчишка!       — Во-первых, я вам не «сынок»! Во-вторых, давайте начистоту, — начал маг, хотя сам вовсе не планировал был честным с человеком. Не дождётся хрыщ. — Вы ведь понятия не имеете, с чем столкнулись? Признайте! Ну признайте же! Даже этот могущественный шар в ваших руках — бестолковая игрушка. А я знаю, как им пользоваться. Не ясно, чем вообще дядя думал, когда вам его давал… Тупость! И как вы, любопытно узнать, собирались им воспользоваться? А? Если вы не знаете, как это работает. Ничего не знаете!!! И не поймёте… Вот вам дядя сказал наверняка, что покажет скрытое, зашторенное. Ага. Что за занавесью, в мире духов! Надо уметь видеть! Вы не сможете! Нужно смотреть магические линии, сплетения судеб и их истоки, и искать очаги волн, точки импульсов. А вы…       — Я снял с него отпечатки пальцев. — Оборвал поток высокопарной престидижитаторской дребедени мистер Джонстон. — Сейчас их пробивают по картотеке.       Юный вайн сидел, как громом пораженный. Отпечатки!!! А Йонси, замороченный магией, не сообразил! Чёртов детектив. Парень зажал ладони подмышками и поджал губы.       — Охренеть!       Мистер Джонстон ответ проигнорировал, однако решил для себя: это в последний раз он не обращает внимание.       — Есть мнение, что к краже причастны местные воры-домушники. Они собирались унести и шар тоже, но по каким-то причинам не смогли, — детектив рассерженно побарабанил пальцами по столу.       Внутреннее чутьё профессиональной «ищейки» подсказывало, что шар не смогли спереть не просто так, но сознательно мистер Джонстон отказывался поверить в чертовщину.       — Конечно, там слой магии толще моржового хе… — попытался дерзко вклинится Йонси, но ему не дали договорить шуточку.       — Кстати, сынок. Раз уж ты проходишь собеседование на должность консультанта, можешь пока рассказать, что это за штуковина. Только без пустой трескотни. По делу.       Мистер Джонстон пододвинул шар обратно к «эксперту» и выжидательно откинулся в кресле. «Ну, это твой шанс, малыш».       Младшего Боунина наконец впустили в свою стихию. Йонси принялся высокомерно, перемежая рассказ заумными (по мнению мага) колкостями и поддевающими шуточками в адрес бестолкового в магических выкрутасах и тонкостях детектива, объяснять принцип действия артефакта.       Вайн увлеченно придумывал на ходу. Врал как дышал. Лапшу самозабвенно, с наслаждением вешал. Всё, что удалось вспомнить про спиритические сеансы, всякую хиромантию, сказки про призраков и приведений, и прочую человеческую колдовщину и магичество. Завязывал ложь витиеватым клубком, потихоньку примешивая настоящие магические приёмы. Это доставляло удовольствие, но очень выматывало. Магия требует больших энергетических затрат. В итоге, Йонси выдохся, поток иссяк. И незримо вьющаяся за Занавесью магическая линия оборвалась. Вайн брехал бы дальше, конечно. Очень весело и приносит запредельное наслаждение. Но всё…       Получилось? Заморочил, «зачаровал» Джонстона, увлёк его «судьбу» (что-то вроде этого люди вроде подразумевают) в нужное русло?       Сыщик слушал внимательно, не перебивал. Речь паренька хоть и была напыщенной, но производила впечатление. Выяснилось, что шар вполне мог запечатлеть, как на кинопленку, момент ограбления.       Йонси доврался на волне полёта фантазии до того, что самоуверенно сообщил, что может увидеть в шаре воров… Ой.       — Стоп-стоп. Здесь подробнее. И ты можешь заглянуть внутрь и узнать похитителей? — уточнил мистер Джонстон.       Зацепился. Чёрт. Зря вот это ляпнул в одолевшем «вдохновении». Увело самого… В магии нужно всегда держать ухо востро. Быть внимательным и осторожным каждый миг. Не терять голову… Деда постоянно повторял. Магия захватывает в поток, работает в обе стороны, во все стороны. И может с забывшемся, потерявшимся в хитросплетениях нитей мира духов «чародеем» сыграть злую шутку. Похуже, намного похуже, чем творитель задумывал…       Боунина как раз чуть занесло неконтролируемо, упустил момент, петля «ворожбы» для детектива его самого потащила…       Йонси разволновался, смялся с колотящимся сердцем, не зная, куда бы и под каким предлогом скрыться. Может в туалет сбежать? Успеет подумать, как выкручиваться.       — В общем да… Да… Но сейчас именно нет… Сейчас день, а ритуал возможно проводить только исключительно ночью, — выскользнул из щекотливой ситуации «лис». Ох, чуть хвост не прищемили, фух.       — Понятно. — Детектив встал, и совсем разнервничавшийся Йонси в очередной раз инстинктивно-опасливо поразился, насколько тот огромен: возвышавшаяся над столом глыба, казалось, могла иметь собственную гравитацию.       Не стоило раскосоглазому прохвосту соваться с магией прямиком в «конуру» этого скептического «нюхача» с большими секретами.       Йонси сглотнул.       С удивительным для таких габаритов проворством мистер Джонстон неожиданно прошел в угол кабинета, снял с вешалки плащ и шляпу, задумчиво оглядел её, и открыл дверь.       — Куда вы? — окончательно растерялся юный «консультант», мнущий школьный пиджак. — А я?..       — Я хочу есть. — Просто ответил детектив. — Я иду в закусочную на углу Четырнадцатой авеню и Харли стрит. И ты тоже.       — Нет, — автоматически ответил Йонси, не привыкший запросто соглашаться. — Почему?       — Потому что ты тоже хочешь есть. — Детектив надел шляпу и выжидающе смотрел на паренька.       — Не хочу я есть, — из принципа заспорил вайн и поджал губы. — С чего это вы взяли? Откуда вам знать мои желания? Вы меня совершенно не знаете.       — Дедукция, сынок. Тебе шестнадцать. Ты всегда голоден. — Мистер Джонстон надел плащ, скрывая в душе улыбку. — И поторапливайся. Стажера я долго ждать не буду.       — Стажера?! Какого хрена?!.. — возмутился Йонси. — Я не стажер, ясно вам?! Я не учусь! Я побольше вашего знаю! Это вы… вы… это… Вы!       Мальчишка захлебнулся.       Детектив вытолкал из кабинета упирающегося в пол школьными ботинками Боунина.       — Вы оставите шар в кабинете? — мрачно и холодно осведомился стухший мистер-я-не-стажер. Так, на будущее…       — Кроме тебя его пока никто стащить не собирался. Не беспокойся, замок надежный! — детектив с щелчком демонстративно накрепко запер дверь «конуры» с вожделенным дедушкиным наследством внутри.