Детектив Джонстон и магический хрустальный шар

      Неопрятно одетый, вихлястый молодой человек был похож на крысу: прилизанные серые волосы, длинный нос и выпирающие верхние зубы — чисто внешнее сходство — дополнялись какими-то едва уловимыми крысиными повадками. По кабинету он прошмыгнул, поводил носом из стороны в сторону, словно принюхиваясь, а мелкие темные глазки пробуравили Йонси насквозь.       Маг прищурился лисьим взором в ответ. Посетитель был немного старше мага. Ха! Ишь! Смотрит! Йонси сразу решил показать, что он держит комнату в фокусе внимания… Немного подвыпустил резких метательных искр в сторону «дворового». Жизнь таких закаляет, это да. Чёрт. Но Йонси умнее. Маг только набрал состояние, чтоб… А гость уже переключился на детектива.       Впрочем, на Джонстона человек-крысак не смотрел, а, сложившись в нелепом поклоне, протянул ему свою ношу — какой-то завернутый в грязную ткань плоский предмет.       Детектив жестом показал визитеру, где оставить посылку. Тот аккуратно положил сверток на стол и, присвистывая, залепетал:       — Уважаемый мистер Полторак просил передать господину инспектору с наилучшими пожеланиями и заверениями в искренней…       — Господину — фыркнул Йонси и почти уронил презрительное «тьфу». Но остановился… Эпатаж предназначался посетителю… А детектива задевать не хотелось. И вовсе не потому, что отхватил по заднице!!!       — Бывшему инспектору. — Перебил Джонстон. — В этот раз вы легко отделались, Шухер. Не думаю, что Боунины станут поднимать шум, так и передай Микки. Но, когда вам опять придет в голову спереть что-то из дома магов, подумайте дважды: эти ребята способны на такие штучки, от которых даже мне не по себе.       Посетитель кивнул, и Йонси готов был поклясться, что у того дернулись уши!       — Заказчика вы, конечно, не знаете? — спросил детектив.       Молодой человек шмыгнул носом, покачал головой и попятился к двери, руки он держал, прижимая к груди, как нюхающая воздух крыса. Дверь щелкнула, гость исчез.       Всё это время Йонси молчал и наблюдал за Джонстоном.       Было ли дело в появившемся Зеркале? Притом, в сочетании с хрустальной сферой? Или в мороке и искрах, которыми молодой маг щедро заливал и засыпал сыщика. Скорее всего — всё вместе, всё сразу… И в единении всех факторов: детектив начал «прозревать».       Допустим, вряд ли увидел всё полотно энергетических нитей целиком и научился заглядывать за границу, пребывая между слоёв одновременно, и гарантированно не ощущал вибрации из мира «духов».       И всё-таки кое-что запредельное, сверхреальное мистер бывший инспектор стал различать.       Пусть пришлось заплатить некоторую энергетическую, скажем так, цену за настоящее магическое сотворение… Оно того стоило.       Йонси, весь словно наэлектризованный, поглядел на сверток:       — Это Зеркало!       — Проверь. — Детектив пододвинул посылку к консультанту. Ему было любопытно, что маг станет делать.       Развернуть зеркало оказалось не так-то просто, домушники запеленали его, словно ребенка — видимо, боялись разбить. Йонси нетерпеливо срывал тряпки, швыряя их на пол. Наконец, Зеркало оказалось у него в руках. Юный маг осторожно провел пальцами по тонкой серебряной раме, пристально осматривая семейную реликвию, как музыкант осматривает дорогой сердцу инструмент. В его тонких пальцах магический предмет заиграл бликами.       Маг постарался не попасться в отображение. Только не сейчас. Не после того, как тебя выпороли…       — Как оно вернулось? — почти шепотом спросил юный маг.       — Никакой магии. Подрядить на кражу такой вещи из вашего дома можно не так уж много народу, и всех их я хорошо знаю. Продать краденый антиквариат уже непросто, а волшебный антиквариат — задача почти невыполнимая. Его выкрали на заказ, но что-то сорвалось, и товар задержался у воров. Как только начались поиски, они запаниковали и решили вернуть вещь хозяину, пока последствия не разрослись, как снежный ком. Я всего лишь выступил посредником.       — Я забираю Зеркало и иду домой, — солгал глядя в глаза Йонси, убирая указательным пальцем чёлку вправо. — А Шар оставим у вас. Пригодится в консультациях.       Йонси не собирался советоваться со Свадри. Тем более — с Амандой. И уж точно, категорическое «НЕТ» — спрашивать у Сильвии. Нет, нет и нет.       Шар дедушка оставил Йонси. Это его наследие. И ему распоряжаться. Даже если у дяди другое мнение — может преспокойно пойти…       Детектив снял трубку с телефона, покрутил диск.       — Кому вы звоните? — тут же поинтересовался «лис» с длинным носом, не умеющий долго держать язык за зубами.       — Мистера Боунина, пожалуйста! — Джонстон откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул. — Мистер Боунин? Джонстон. Я нашел ваш артефакт, сэр. Да, сэр, с ним всё в порядке, мой специалист его уже осмотрел. — Детектив подмигнул опешившему Йонси. — Нет, сэр, мы договаривались только о поисках самого артефакта, найти вора я вам не обещал, это задача куда более сложная и дорогостоящая.       Джонстон побарабанил пальцами по столу, слушая ответ в трубке.       — Это другой разговор, я дам вам ответ, возьмусь ли за это дело через несколько дней. Нет, сэр, на этот раз время терпит. Ваш племянник, сэр? — Джонстон взглянул на сложившего руки подмышки консультанта, — нет, сэр, не знаю. Вы хотите поручить мне его поиски? Нет? Вот как. Что же, до завтра, сэр, я занесу вам артефакт. Пожалуйста, подготовьте чек. Всего доброго!       Пропажа обнаружилась, очевидно. Со школы небось доложили, что Йонси безалаберно прогулял все уроки. Без спросу, совершенно нежелаемо в разум влезло, ярко представилось перекошенное лицо Сильвии, а будто в ушах чётко раздалось «Бестолочь!», хотя никакого звука не было. Это из мира «духов» прилетело.       Боунин «отёр» белый лоб от липкого наваждения. И переключил всё внимание на артефакт.       Детектив звякнул трубкой об аппарат и пристально глядел на Йонси. Тот, хоть и был поглощён осмотром Зеркала, взгляд поймал.       — С тобой, как с лицом заинтересованным, и, к тому же, моим консультантом по вопросам магии, я поделюсь информацией, которую приберег пока от твоего дяди. — Джонстон подался вперед и потер пальцами широкий подбородок. — Воры никогда не смоги бы вынести этот предмет без содействия кого-то из членов семьи. Кто это, я не знаю. К сожалению, выводы из этой информации придется делать тебе самому, расследование всех обстоятельств дела займет уйму времени, и не факт, что мне, — детектив поправился, — то есть нам — удастся это сделать.       Джонстон посмотрел на лежащий на столе шар, как-то загадочно потемневший, перевел взгляд на зеркало в руках у Йонси и вздохнул.       — Присядешь? — спросил детектив.       Йонси взбеленился, в нутре заклокотало. Вот как?! Присядешь?! После того, что произошло?!       Маг знал, кто он, и почему его наказали. Знал, что ему нет доверия и нет веры. Что он весь…       — По правде говоря, я надеялся только на тебя и твои умения в магии. Ты сказал, что можно подсмотреть сцену кражи в шаре. Хотя я не уверен, много ли это даст — исполнителей мы уже нашли, а увидишь ли ты в шаре заказчика, большой вопрос. И главное, — детектив подался вперед, пристально глядя на Йонси, — это твоя семья. Я не имею морального права втягивать тебя в расследование, в котором…       — Им на меня наплевать, — ляпнул Йонси и через пару секунд пожалел.       А потом так неудачно, так некстати, так ведь не хотелось! — но Йонси увидел своё бледное лицо и серые глаза в отражении Зеркала…       Детектив кивнул. Молчание затягивалось. Решение он уже принял, но как подступиться к этому спесивому, болезненно самоуверенному ребенку было непонятно. Слова нужно было подобрать правильно, словно шифр на кодовом замке. Он мельком оглядел подростка: тот, поглощенный своей магической игрушкой, выглядел уставшим и очень грустным. Сейчас, когда мальчишка не работал на публику, было видно, как он изможден. Сегодняшний день здорово его потрепал: пиджак изорван собаками, на бледном лице залегли совсем недетские тени, растрепанные волосы придавали ему вид подранка. Джонстону стало не по себе, что и он приложил к этому руку, он уже ругал себя за инцидент с ремнем.       Йонси вертел и гладил Зеркало, не мог оторваться. Не смотрел на мистера Джонстона. Магия всё показывает. Детектив знает. Каков Йонси на самом деле. Почему его не любят дома. Он сегодня себя показал во всей красе. Какой он, и чего заслуживает.       Детектив встал, подошел к окну и кинул взгляд на Пятнадцатую авеню: толпы с улиц уже схлынули. Тротуары заполнились ночными завсегдатаями — шлюхи и их хозяева, праздная молодежь, полуночные гости Манхэттена.       — Час поздний, Йонси. — Детектив взвешивал каждое слово.       — Я не вернусь домой! — агрессивно выбросил как знамя Боунин. И потом вдруг устало осел. Плевать на боль и вообще на всё. Йонси зарылся в кресло, хотя хотел выпрыгнуть в окно и бежать, бежать, бежать…       — Имеешь право. Куда же тогда?       — Не ваше вообще дело! Я пойду в гостиницу! Уеду в другой город! Исчезну и… И! — маг встрепенулся, даже привстал из кресла дрожащей пилой, а в глазах нехорошо сверкнул безумный отчаянный огонёк. — Какая вам разница?! Вы меня больше не увидите! Я вам больше ничего не… Никому…       Йонси было больно и жёстко барахтаться в обширном кресле в кабинете детектива. Что-то такое накатывало в нутре разнузданное, дикое, рвательное. Но разве не так и надо с ним?       Джонстон уловил какие-то нехорошие нотки в эмоциональном «манифесте» подростка.       — Логично, но есть два возражения: во-первых отели на Манхэттене дороги, даже для богачей. Деньги у тебя, конечно, есть, я видел, как ты периодически шаришь рукой под пиджаком — это движение ни с чем не спутаешь — вот только вряд ли так уж много! Цены здесь безбожные. А, во-вторых, ты — несовершеннолетний. Твоя семья тебя уже ищет, и стоит тебе вписать имя в регистрационную книгу, как тут же найдет. Можно, конечно, попытать счастья, поискать дешевый мотель, подписаться чужим именем, хотя… — Джонстон взглянул на часы, — в одиннадцатом часу это будет непросто.       Йонси полыхал до ночных небес. Никому он не нужен! Зачем, зачем детектив так говорит?! Показаться?! Маг выбесил, разозлил. Йонси сам знает. Его наказали, ему должно быть плохо. Должно быть больно, грустно и одиноко.       — Я заночую на улице! Я забираю Зеркало и свою магию и ухожу! Ясно вам?! Радуйтесь!!! — маг вскочил, кресло отъехало. Йонси метнулся к двери с артефактом, плотно судорожно прижатым к груди. К чёрту! Бежать!       — Пожалуйста, дай мне договорить! — рявкнул Джонстон. — Выслушай меня!       Как ни странно, это подействовало. Маг замер.       — Зеркало я тебе отдать не могу, формально оно принадлежит твоему дяде, и вернуть украденную вещь я обязан именно владельцу. На улице ты ночевать не можешь…       — Что значит не могу? Могу! — Боунин чуть не шваркнул Зеркало об пол, но вовремя сдержался. — Ну и… Забирайте! Нате! Любуйтесь! Какие вы все хорошие! Один Йонси… Не…       Маг задохнулся. Тяжело дышал. Так хотелось броситься вон из тесного пространства кабинета или в окно…       — Не получится. У вас тоже!!! Я не марионетка. Не буду делать, что прикажут, что нужно. Меня не переделать! Я знаю, что вы хотите… Я не буду!!! НЕ! БУДУ! Я знаю, что вы думаете обо мне!       Джонстон закрыл глаза. Досчитал мысленно до двадцати. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул:       — У меня есть к тебе предложение, сынок.