Качается маятник старых часов

Холодное тонкое стекло хрустело под пальцами, но проламываться не хотело. Мелкие колючие осколки впивались в кожу и слегка покалывали, вызывая волны волнующей дрожи по телу. Тихое тиканье, постепенно нараставшее, уже не казалось раздражающим. Оно умиротворяло, расслабляло. Хотелось слушать его и слушать. Только метание маятника вызывало бешенство. Его нужно было остановить раз и навсегда. Тогда все будет хорошо. Спокойно. Чертов маятник! Поток ледяной воды обрушился на голову так неожиданно, что сердце замерло на мгновение и забилось с утроенной силой. Уши заложило. Гарри сжался в комок. Зубы стучали друг о друга. Нечеткие линии небольшой спальни расплывались и искажались в слабом свете Люмоса. Люмоса? На самой границе поля зрения маячила волшебная палочка в бледной ладони. Красивой. Тонкой. Смертоносно сильной. — Не смейте мне врать! — хриплый голос Снейпа и высушивающее заклинание подействовали отрезвляюще. — Вы сейчас же расскажете мне все, что с вами происходит! То, что у вас отсутствует инстинкт самосохранения, давно известный факт. Герой и есть герой. — Нет… Я не выбирал быть героем! Я этого не хотел! Я хотел быть просто Гарри. Всегда. Мне с рождения приписывали героизм и смелость, которые мне не нужны до сих пор. Я делал то, что считал правильным! То, что был вынужден делать! — крик поднимался откуда-то из глубины души, из самых темных ее уголков. — Я не хотел быть знаменитым. Я не хотел, чтобы на меня надеялись. Я хотел спокойной жизни, чтобы меня просто оставили в покое. Но нет. Каждый год в Хогвартсе оборачивался против меня. Каждый. Я боролся. За жизнь. Свою. Других. Не было выбора. Только не помогало. Они умирали! Седрик. Сириус. Дамблдор. Люпин. Мерлин, сколько же людей погибло… А я только и слышал, что кому-то что-то должен. Почему я? Почему они? — злые слезы жгли глаза, но Гарри продолжал кричать, пока голос не сорвался. — Жизнь всегда несправедлива, — спокойно заметил Снейп. В его отстраненном взгляде не было ни намека на осуждение или насмешку. Хотя на дне темных глаз едва заметно мерцало что-то… Неуловимое. — Почему они, профессор? — Гарри уткнулся носом в колени. Глаза высохли. Во рту было горько. Горло забилось комком. — Никто не ответит вам на этот вопрос, мистер Поттер. Время умирать приходит в положенный срок. Хотя и бывают исключения, — он неопределенно дернул плечом. — Вы думаете, что я хотел? Не скрою, могущество за которым погнался глупый мальчишка, выглядело очень соблазнительно, вот только очень быстро пришло горькое понимание, что он натворил. Прошлое неизменно. Нужно было идти вперед, пытаться исправлять ошибки. Переступать через себя, выворачиваться наизнанку, чтобы дать другим еще немного времени. И я делал это, потому что понимал — никто не обязан отвечать за мою глупость. — Вы думали, что умрете, сэр? — Я предполагал, что исход в моем случае один, — Снейп будто очнулся от зыбкого забытья и нахмурился. — Мистер Поттер, хватит разводить сырость. В Лондоне и без вас хватает источников влаги. Поднимайтесь. Гарри сидел на полу. Пораненные ладони были влажными. На оконном стекле красовались кровавые отпечатки, заманчиво поблескивавшие в свете Люмоса. Что происходило? Прохлада стекла из снов ласково коснулась кончиков пальцев, но уверенная рука Снейпа, до боли вцепившаяся в плечо, быстро развеяла желание приложить к отпечаткам руки. Хотя это казалось наиболее правильным. Мягкая кровать, куда его усадил Снейп, сразу же обдала холодком простыней. Не приятным, как стекло, а скорее разочаровывающим. Давным-давно, будто в прошлой светлой жизни, здесь выгибался Донни, ерошил волосы Гарри и шептал милые пошлости на ухо, захлебываясь в стонах. Когда-то только воспоминания об этом пробуждали недвусмысленный интерес, теперь они вызывали глухую тоску, скребущую где-то на периферии сознания. Донни сказал все, что хотел сказать. Журналистам. Низко, подло, обидно. И осталось лишь одиночество, душащее с каждым днем все сильнее. — Вы уснули? — совсем рядом звякнуло что-то стеклянное. Снейп хмуро расставлял на прикроватной тумбочке флаконы. — Рассказывайте. Только без лишних слов. Ваши сентенции о трудности жизни знаменитого героя мне понятны. Ближе к делу. К делу? Легче сказать, чем сделать. Гарри потряс головой, прогоняя из нее липкий туман, плотно оплетавший мысли. Отпуск. Часы. Руки. Те самые, которых касались прохладные пальцы Снейпа, поворачивали, промывали зельем с кислым запахом и покрывали густой мазью. Темная прядь, упавшая на нахмуренный лоб, аккуратно прикрывшая прочертившие его морщинки, мешала сосредоточиться. Хотелось убрать ее, чтобы полюбоваться изгибами сведенных бровей. Сосредоточенным взглядом темных глаз. Гарри говорил, путаясь в словах и событиях. Говорил и не мог успокоить тревожно клокотавшее сердце. Отводил глаза. Разглядывал углы комнаты, пытался выдвигать версии, которые моментально причислялись к нелепым, если верить насмешливому фырканью сбоку. Горло перехватывало, но это решалось легко — темная фигура, замершая на самом краю кровати, придавала сил. Его слушали. — А что сейчас произошло, я не помню, — Гарри не узнал собственный сиплый голос. Ему казалось, что это был просто шум, доносившийся с улицы. Мало ли, что там происходило под окнами. — Сейчас вы пытались выдавить оконное стекло и кричали что-то про «чертовы часы». Теперь понятно, почему, — кончик черной палочки нацелился точно в переносицу, невольно возвращая в прошлое. Еще немного и с тонких губ сорвется негромкое, безжалостное: «Легилименс!». Гарри закрыл глаза. Нет! Нечего Снейпу делать в его мыслях. Тело обдало легким порывом теплого ветра. — Успокойтесь, мистер Поттер. Диагностические чары. — И что там? — шепотом спросил Гарри, с любопытством разглядывая цветные линии заклинания. — Ничего смертельного. Переутомление, легкие физические травмы. Вы говорите, что начали видеть эти сны с начала отпуска, так? С чем они могут быть связаны? Давайте же, напрягайте какую-никакую память. — Я думал об этом, но ничего не понял. Все было как обычно. Дом. Работа. Вызов. Работа. Дом. Никаких новых знакомств не заводил. Ничего подозрительного не пил. — Ехидничаете, мистер Поттер, — беззлобно хмыкнул Снейп. — Напрасно, вам это не идет. — Учусь у лучшего, — Гарри, повинуясь строгому взгляду, выпил серебристое зелье. В ответ на насмешливое фырканье пожал плечами. Умиротворяющий бальзам он узнал, что бы там всякие гениальные зельевары не говорили. — Лучше бы полезному чему учились, — голос Снейпа долетал издалека. Гарри силился что-то сказать, но слоги в слова складываться отказывались. — Красноречиво. Подушка оказалась очень приятной. Прохладной и мягкой. Такой, какая требовалась для самого крепкого и здорового сна. Затылок нежно кольнули иголочки легкой дремоты. Глаза слипались. Губы невольно растянулись в довольной улыбке. В темноте, сгустившейся вокруг старинных часов, раздавался тихий шепот. Разобрать хотя бы пару слов не получалось. Шепот напоминал тихий шелест газетных страниц. Уютный шорох одежды. Мерные уверенные шаги. Где-то там прятался кто-то знакомый. Пару раз мелькнула эфемерная фигура и растворилась бесплотной дымкой в назойливом тиканье часов. Гарри вскочил и хотел броситься следом, но проснулся. Через неплотно задернутые шторы в спальню проникали солнечные лучи. Они отражались от стеклянных флаконов, оставшихся на прикроватной тумбочке, и рассыпались веселой гурьбой цветных пятнышек по стенам. Кружились в медленном танце пылинки, неизбежно приближаясь к ворсу толстого ковра. Приятная тишина, сосредоточившаяся в комнате, дарила ощущение полноценной жизни. Тело было легким и послушным. Голова перестала напоминать огромный пустой котел. Сила равномерно распределялась по неожиданно гибким рукам и ногам. Умываться было одно удовольствие, несмотря на пощипывавшие ранки. Лицо посвежело, даже безобразные круги под глазами стали заметно меньше. С губ не сходила светлая улыбка. Каждый вдох приносил блаженство, разливающееся хрустальными искорками по всем уголкам сознания. Гарри спустился вниз. Дом на Гриммо встретил его сонной тишиной, будто пригрелся на солнышке. Некрасивый налет на старинном зеркале в прихожей прекрасно подошел, чтобы нарисовать на нем кривую рожицу. Насвистывая песенку, Гарри заглянул в кухню. Никого. Зато в гостиной у погасшего камина обнаружился Снейп. Он дремал, откинув голову на высокую спинку кресла. Бледное лицо стало еще бледнее. Брови даже во сне были нахмурены. Похоже, ему снилось что-то. Он хрипло выдохнул и открыл глаза. — Поттер, ваш топот мертвого поднимет, — заметил Снейп. Гарри хихикнул и намерено громко вернулся в коридор. — Вам даже слишком полегчало, как я погляжу. Неплохо. Возможно, теперь пользы от вас будет больше. — Профессор, если вы надеетесь испортить мне настроение, то у вас ничего не выйдет. Я готов горы свернуть и василиска на салат порезать, если потребуется! — улыбнулся Гарри. Язвительные слова Снейпа не вызывали раздражения и желания вступить в словесную перепалку. Проще было махнуть на все рукой. Как можно препираться в такой чудный день? Лучше прогуляться, зайти в уютное кафе на углу и выпить свежего чаю с булочками. Вглядываться в темные глаза Снейпа, сидящего напротив, изучать изгиб тонких пальцев, обхвативших чашку. Вот как сейчас. И с чего это вдруг вообще Гарри начал на него засматриваться? — Гарри! — вопль не только вернул из идиллических мечтаний в необычайно привлекательную реальность, но и не хило испугал. По комнате из стороны в сторону метался Патронус воробушек. — Гарри! Не смей сегодня соваться в Аврорат! Говарда совсем достал этот Смит, теперь он грозится спустить шкуру со всех, кто не смог до сих пор найти Снейпа. Если рискнешь прийти, то и тебе попадет. Он как раз говорил что-то о том, как невовремя ты в отпуск ушел. Я тебя предупредил! — проголосил он и растаял облачком невесомой дымки. — Черт, — Гарри приложил к груди руку, пытаясь унять учащенное сердцебиение. — Джонни, ты меня убьешь когда-нибудь. — Что вы намерены делать, мистер Поттер? — Снейп напомнил о своем присутствии деликатным покашливанием. Зашелестела утренняя газета. — Советую поторопиться. Журналисты меня успешно похоронили, — тонкие губы презрительно изогнулись. — Да я как раз собирался этим и заняться. Что-нибудь делать. — Содержательно, как всегда. Вы отчеты так же пишите? — Нет. Отчеты я сочиняю в лучших традициях Риты Скиттер. — Ни слова правды, полагаю, — Снейп бросил взгляд на небольшие часы на полке и поднялся. — Больше у меня нет времени на разговоры. Извольте заняться делом, мистер Поттер. Я не собираюсь жить в этом доме дольше необходимого. Хоть Гарри и уверенно кивнул, у него не было четко выверенного плана дальнейших действий. Было совершенно ясно, что подозреваемых немного: заместитель Снейпа, которому вдруг надоело быть в тени признанного гения, и та парочка незнакомцев, которая хотела избавиться от свидетеля. Вот только все они не учли, что сам Снейп был крайне опасен. Если бы Гарри не вмешался в покушение, то вполне вероятно, что незнакомцы уже давно сидели бы камере предварительного заключения и наперегонки давали показания. Зачем Гарри полез? Ответ очевиден — не мог пройти мимо. Опасность для жизни Снейпа была. Минимальная, но была. Мозг, заработавший с новой силой, с легкостью воспроизвел поэтапно события того дня. Вот незнакомец вскинул палочку. Вот Гарри бросился на Снейпа. Вот над их головами пролетело заклинание. Ошибка первая — не воспользовался защитными чарами. Вот они со Снейпом выясняли отношения. Ошибка вторая — потратил много времени впустую. Вот сквозь крики раздался едва слышный хлопок. Вот Гарри оглядывался, пытаясь понять, куда убежал незнакомец. Ошибка третья — не попытался вычислить координаты аппарации, хотя услышал ее. Молодец, Гарри! Успешный провал. Гарри, медленно шедший вниз по улице, зло пнул камень. Он глухо застучал по дороге, пока не выкатился на газон. О чем он тогда думал? Аврор. Скорее, неудачная пародия. Даже во время учебы в Академии он не допускал таких глупых ошибок. С началом отпуска куда-то выветрились все знания, которые удалось накопить за недолгую жизнь. Не голова, а пустой котел. Прав Снейп, считающий, что пользы от него никакой. Хоть заявление об увольнении пиши. Хорошее настроение мигом улетучилось, зато понимание того, какие глупости он успел наделать затмило все остальное. Снейпа он решил спасать, недогерой! Гарри сжал кулаки в карманах мантии. Делать что-то надо было. Не можешь терпеть жар, выходи из кухни. Опасность не миновала. Хоть и газеты вовсю трубили об исчезновении Снейпа, незнакомцы могли продолжить свои поиски. Значит, еще остался шанс выйти на их след. Это обнадеживало. Гарри пытался придумать, куда ему двигаться дальше. По хорошему, нужно было досконально изучить личность мистера Смита. Его поведение казалось подозрительным. То беспокойная беготня, то сцепленные в замок руки уверенного человека. Не бывает такого, чтобы кто-то мигом успокоился в присутствии Авроров. Да, потерпевшим становилось легче, но они все равно нервничали. Шнурки на ботинках развязались. Пришлось остановиться, чтобы привести их в надлежащий вид. Когда Гарри поднялся, то не поверил своим глазам. По улице неспешно шел мистер Смит, — какая удача. Аккуратная бежевая мантия делала его чуть стройнее и солиднее, чем привычная рабочая. В зубах он держал изящную курительную трубку, изредка выпуская из нее облачка дыма. Лицо очень красноречиво лучилось довольством. И это тот самый человек, который донимал Главу Аврората? Не похож. Гарри незаметно последовал за ним. Прогулка оказалась недолгой. Очень скоро мистер Смит свернул с людной улицы в небольшой парк. По дорожкам, затерявшимся в тени пока еще голых деревьев, он дошел до неприметной беседки, где его поджидали еще двое.