Качается маятник старых часов

Гарри промчался мимо Джона, продолжавшего травить байки. У него пылало лицо, хотя по правде стыдно не было. Наоборот, сердце замирало и сбивалось дыхание. Потели ладони. Хаос, творившийся в голове, очень быстро улегся, припечатанный осознанием, что времени на поиск кучки незнакомцев осталось не так много. Снейп мог просто-напросто попасть под суд раньше, чем он приволочет в Аврорат настоящих виновников. Сзади послышались быстрые шаги. Задыхавшийся Джон нагнал Гарри. Уперся руками в бока, пытаясь выглядеть грозным и уверенным. Хотя смотрел непонимающе, хотел что-то сказать, но резко передумал и оттащил Гарри за поворот. Они замерли. Гарри уже собрался возмутиться, но Джон зажал ему рот и весомо указал на коридор, откуда они только что убрались. Глава Говард, бледный и покрасневший, быстро шел в сторону лифта. За ним спешил низкий полный мужчина в темно-синей мантии и изящных очках. Его прилизанные темные волосы даже не шевелились, будто были намертво схвачены клеем. Он что-то втолковывал Главе Говарду и успевал похлопывать его по плечу. Тот без энтузиазма кивал. — Это кто? — шепотом спросил Гарри, когда лифт, прощально звякнув, уехал. — Ты его не знаешь? — изумился Джон. Кудряшки на лбу подпрыгнули. — Жиль Моррис. Он отвечает за хранение вещдоков, которые мы сдаем в Отдел Тайн. Там книги всякие, артефакты. — Погоди. Моррис? — Гарри чуть не споткнулся. Закралось очень нехорошее подозрение. Джон не успел ему ответить, как оно сбылось самым наглядным образом. К ним плавной походкой приближался хрупкий изящный юноша, одетый по последней моде. Его укороченная мантия развевалась на каждом шагу. Длинные иссиня-черные волосы свободно струились вдоль изящной спины. В тонких пальцах он сжимал трость. Поверх кружевных перчаток поблескивал перстень с большим ониксом. — Гарри, радость моя, — большие синие глаза моментально наполнились восторгом. Пухлые розовые губы изогнулись в нежной улыбке. — Донни, — Гарри с трудом вспомнил, как дышать. Его окружил приятный арахисово-апельсиновый флер, неуклонно вытесняя из головы все прочие мысли. Неожиданно обдало невнятным жаром, будто склонился над кипящим котлом. Никакого привычного напряжения в паху или щемящей нежности в груди, как было еще полгода назад. Просто противный липкий туман. Очень похожий на утренний, неизменно сопровождавший сны о часах. — Извини, малыш, нам не до тебя сейчас, — вклинился Джон, моментально рассеивая наваждение громкостью своего голоса. Ни намека на дружелюбие в нем не было. — Тебя не спрашивали, выскочка американский, — поморщился Донни и снова преданно взглянул на Гарри. — Я не хотел тогда... — Ага. Верим-верим, — фыркнул Джон и потащил Гарри по коридору. — Счастливо оставаться. Очень неприятно было тебя повидать. Гарри послушно шел следом. В голове, все еще затуманенной знакомым запахом, не осталось вообще никаких мыслей. Только воспоминания, как он хватал Донни за длинные смоляные пряди и целовал. До дрожи, до крика, до ощущения власти над его хрупким гибким телом. Сжимал его в объятьях. Тогда все было хорошо, все было правильно. «Тайная жизнь всеобщего любимца Магической Британии! Откровенное интервью любовника знаменитого Гарри Поттера». Злополучный заголовок сам собой всплыл в памяти. Яркие картинки недавнего прошлого сменились новыми опасными желаниями. Очень хотелось вернуться и спросить Донни о многих вещах. Напомнить ему, как просто с его лживых губ срывались клятвы в любви. Интересно, также как и «откровенное интервью» или намного проще? Гарри выпрямился и высвободил руку из болезненного захвата Джона. Потер лицо. Не время думать о мести. Он все забыл, все простил и зажил спокойно. Прошлого не изменишь. Связался с подлецом, расплатился за это. Можно идти дальше. Тем более, что путь был совершенно ясен. Незнакомцы и Снейп. При мысли о последнем по макушке проскальзывала приятная дрожь. Надо же было додуматься пригласить его в кафе в таких обстоятельствах. Более удобного случая подождать никак, если уж припекло? — Гарри! Гарри, вернись с небес на землю. Потом будешь мечтать о своем профессоре, — хихикнул Джон, щелкая перед его лицом пальцами. — Да я не... — хотел было возмутиться Гарри, но взглянув на его веселое лицо, махнул рукой. Кого он пытался обманывать? — Идем, надо порыться в картотеке. — Кого ищем? — с готовностью отозвался Джон. Архивной пылью они дышали уже часа три кряду. Соревновались в громкости чихания и на скорость пролистывали колдографии. Шуршали пергаменты дел, пахло старыми чернилами, глаза периодически слезились. От входа доносился мерный храп старого архивариуса, так и не дочитавшего свежую газету. На столе постепенно остывал кофе. Его аромат медленно растворялся в спертом воздухе. Гарри зевнул и в очередной раз потер глаза. На его щеках давно красовались влажные дорожки, будто он плакал. Хотя было от чего. Стопки на столе перед ним становились все больше и больше, а стрелки часов, висящих на стене, неудержимо бежали. Все безрезультатно. Гарри разглядывал лысого волшебника. Потом колдунью в нижнем белье. Потом тройняшек, злобно скалившихся в камеру. Лица. Опять лица. Никого похожего ни на представительных мужчин из парка, ни на незнакомцев, напавших на Снейпа. Хотя последних он толком-то и не видел. По походке и росту узнал бы, а в остальном — вряд ли. — Нашел! — Джон вдруг вскочил и пробежался между полками, размахивая пожелтевшими снимками. — Нашел! — Хр-р-р, — отозвался звучным храпом архивариус. Его газета с тихим шелестом упала на пол. — Да? — Гарри выбрался из-за стола, опасаясь столкнуть с него многочисленные папки, и поймал друга за мантию. — Дай посмотреть! На колдографиях высокомерно выпрямились полные мужчины в простых рабочих рубашках. Они воровато оглядывались и убеждали в чем-то фотографа. Когда не получалось, сплевывали под ноги. Все начиналось сначала. Гарри поджал губы. В лицах проскальзывало что-то знакомое, хотя лоска, настойчиво привлекавшего внимание в парке, еще не было. — Гарольд Петрис и Бернард Хиппс, — прочел Гарри подписи. — Да, очень похожи. — Хе-хе, пока ты их разглядывал, я и дело нашел, — Джон пошелестел пергаментами и положил на стол пухлую папку. Стопки бумаг опасно зашатались, но не упали. — Здесь сказано, что они оба были пойманы во время войны. Занимались мелким мародерством и незаконным сбытом товаров. Им грозило несколько лет тюрьмы, но за них выплатили залог, поэтому оба были отпущены под поручительство. — Какое отношение двое торговцев могут иметь к «Грезам»? — На первый взгляд, никакого. Но мы можем у них самих спросить! Домашние адреса их неизвестны, да и имя поручителя не сохранилось. Дело слишком старое и незначительное, чтобы за ним следить. Но есть данные о том, что в настоящее время они занимаются поставками сладостей из Китая. У них есть арендованные склады на юге Лондона. — Отлично! Туда-то нам и надо. Когда их выбросило из аппарации недалеко от просторной площадки, огражденной простым забором из металлической сетки, Гарри вспомнил о беспорядке, оставленном в архиве, и мысленно сделал зарубку потом убрать. Да и поблагодарить старого архивариуса не помешало бы. Он имел полное право не пустить их без бумаги от Главы Говарда. Надо бы прикупить ему хорошего кофе. Да, как только все немного успокоится, так сразу! Джон, руководствуясь записями на маленькой бумажке, пошел первым. Гарри едва поспевал за ним. Они миновали пост охраны, где пришлось предъявить аврорские жетоны, и принялись внимательно оглядывать огромные металлические ангары, в хаотичном порядке разбросанные по территории. Цифры, вычерченные на покрытых слоем грязи листах, сменялись абсолютно случайно. Тридцать пять. Два. Четырнадцать. У ангара с полуоблупившимся номером пятнадцать Джон остановился. Постучал в дверь. На удивление ему ответили. Несколько простых рабочих в грязноватых мантиях сидели вокруг маленького столика и играли в карты. Рядом с ними дымилось блюдо с выпечкой. Булочки выглядели так аппетитно, что Гарри сразу же вспомнил другие. С ароматом корицы. В ответ на вопрос об арендаторах склада рабочие переглянулись и только развели руками. Мол, дело у них маленькое — разгрузить и присмотреть за товаром. Зато платили гораздо выше, чем на других складах. Повезло. Тем не менее, ничего особенно важного не узнали. Прогулялись среди больших коробок, упакованных в тонкую сетку, очевидно, для прочности. Гарри шел мимо стеллажей, скучающе поглядывая по сторонам. Ровные полки уже начали утомлять его, как вдруг он уловил едва заметный сладковатый запах. Выпечка так пахнуть не могла. Уж слишком запах был... Конфетным. — Джонни, — шепотом позвал Гарри. — Ты знаешь, чем пахнут эти самые сладости из Китая? — голова потихоньку начала кружиться. Очень хотелось ощутить невероятную легкость и свободу. Остальное становилось все менее важным. — В основном, орехами или специями. Почему ты вдруг спрашиваешь? Эй, Гарри! Гарри! — Джон потряс его за плечи. Потом настороженно принюхался. — Та-ак. Это уже интересно! Он почти силой выволок Гарри в прохладные мартовские сумерки и вернулся внутрь. Гарри привалился спиной к стене ангара и пытался прийти в себя. Очень хотелось еще разок пройтись мимо полок и найти источник чудного конфетного запаха. Сладкого-сладкого. Выпить глоточек. Ощутить, как взвесь серебристых блесток пощекочет язык. Часть рассудка вопила, что делать этого ни в коем случае нельзя. Вспомнились внимательные ониксовые глаза и бархатистое «Гарри». Дверь склада с грохотом распахнулась. На улицу вышли рабочие, скованные наручниками, в сопровождении хмурого Джона. Он взглянул на растерянного Гарри и помотал головой. — Эти ребятки, — сказал он, — любезно сообщили мне, что отсюда эти якобы сладости доставлялись в магазин «Лунь-Лунь» и парикмахерскую «Кудряшечка». — Туда? — Гарри никак не мог отлепиться от удобной стены. Небезосновательно казалось, что ноги не выдержат его полного веса и немедленно подломятся. Позорное падение в прекрасную лужу как раз в двух шагах было обеспечено. — Не сегодня, — Джон вызвал Темпус и оглянулся на притихших рабочих. Конфундусом он их приложил, что ли? — Ты неважно выглядишь, дружище. Отправляйся-ка ты отдохни, а я доставлю этих красавчиков в КПЗ. — А как же профессор Снейп? — ослабевшие ноги тут же послушно обрели силы. Уже вполне можно было рассчитывать на них. — Не волнуйся. Мы его вытащим. Сегодня и магазин, и салон уже закрыты. Толку от того, что мы привлечем внимание наших коллег, если вломимся туда? Думаешь, Говард станет нас сейчас слушать? У него есть подозреваемый, которого он уже обвинил, осудил и приговорил. Соберись, Гарри. Встретимся завтра утром у магазина «Лунь-Лунь», — Джон сунул в руку Гарри маленький клочок пергамента с адресом и аппарировал, не забыв прихватить с собой задержанных. Гарри остался один под темнеющим небом. Он устало вздохнул и вгляделся в пухлые облака, лениво проплывающие над окраиной Лондона. Идти никуда не хотелось, но надо было. Не ночевать же на улице. Он оглянулся на запертую дверь ангара. На мгновение померещился соблазнительный запах клубничных леденцов. Гарри отпрянул и ловко перемахнул через поблескивавшую в темноте лужу. Чертыхнувшись, он потер лоб. Не хватало еще увязнуть в грязи. Было холодно. Влажный ветер впивался ледяными иголками в кожу. Ему совершенно не мешали ни мантия, ни рубашка. Слабые отголоски дрожи прокатились по телу и потерялись глубоко в мышцах. Неприятно. Зато небо над головой было красивым. Бескрайнее. Бархатное. Звонкое. Россыпь мелких крошек-звезд таинственно поблескивала и перемигивалась, излучая мягкий свет. Нечастое зрелище в туманном Альбионе. Гарри медленно дышал, пытаясь отогнать всеми силами мысль, что было бы хорошо сейчас сидеть в гостиной у камина и разглядывать знакомый профиль. Прослеживать взглядом высокий лоб, выдающийся нос, изогнутые в усмешке губы. С неба, из обрывков неповоротливых облаков, сорвалась первая капля и упала на замерзшую щеку. За ней еще одна. Начался очередной мартовский дождь. По поверхности лужи под ногами стали расходиться ровные круги, напоминая ритм спокойного дыхания. Гарри дышал вместе с ними. Он почти уснул, когда услышал тиканье часов. Это было так неожиданно, что заставило вздрогнуть. Уже никакое спокойствие звездного света не было способно удержать в умиротворяющей неге. Сердце тут же сбилось с ровного ритма. Спина покрылась потом. Пальцы свело судорогой. Нет, никакого сна, а то эта лужа вполне могла превратиться в его могилу. Хотя предыдущие разы, когда он действовал неосознанно, в основном заканчивались порезами и потерей крови, мало ли, что взбредет ему в голову при отсутствии колюще-режущих предметов в зоне досягаемости. Не раздумывая более, Гарри аппарировал. Маленькая квартирка, откуда он почти перебрался обратно на Гриммо, радостно встретила его уютной тишиной. Гарри быстро принял душ, стараясь не сильно расслабляться во избежание случайных падений. На кухне нашлись ссохшиеся булочки с корицей. Они уже даже выглядели неаппетитно, но на корм птицам вполне годились. Гарри сложил их в пакет и оставил в прихожей. Выпил пустого чая и лег в кровать. Главное, не уснуть глубоко.