Качается маятник старых часов

Гарри шел. Не знал, куда и зачем, но шел. Вокруг сгущалась тьма. Казалось, что вот-вот и покажутся старинные часы. Он прислушивался, но назойливого тиканья не было. Зато иногда можно было разглядеть искривленные стволы деревьев и услышать, как под ногами шуршала листва. Больше ничего. Хотя постепенно появлялось ощущение, что рядом был кто-то еще. Он следовал по пятам бесшумной тенью, невидимым защитником. Именно так. Никакой угрозы не было. Этот кто-то поймал Гарри за руку и несильно сжал пальцы. От прохладного прикосновения сердце взволнованно забилось, кровь мигом разгорелась и понесла приятное тепло по телу. До дрожи. — Гар-ри, — легкое колыхание воздуха ласково пощекотало ухо. По шее поползли мурашки. Гарри остановился и осмотрелся. Никого. Хотя чувство, что он не один, никуда не делось. На глаза легла узкая ладонь, усиливая окружавшую его тьму. Губ коснулось горячее дыхание, а вслед за ним сухие обветренные губы. Сердце пустилось вскачь. Пальцы вцепились в мягкую ткань и запутались в ее тяжелых складках. Ярко запахло сбором горьковатых трав. Влажный язык неспешно заскользил по губам, будто уговаривал довериться. Гарри приоткрыл рот. Даже сомнений не возникло. Куда там, когда по телу разбегаются упругие волны трепета, концентрируясь на макушке и выдувая из головы связные мысли, а внизу живота стягивается тугой горячий ком. Гарри знал, кто был рядом. — Профессор, — простонал он и отнял от лица руку. Перед глазами резко стало слишком светло. Очертания собственной спальни вызвали глухое разочарование, хотя отдельная часть тела продолжала пульсировать и требовать внимания. Ничего себе сны — не часы, так Снейп. Хотя он был лучшей альтернативой. Впору за голову хвататься, но не хотелось. Холодный душ проблему не решил. Его струи стекали по телу Гарри, только усиливая возбуждение. В голове яркими вспышками мелькали уверенные руки с тонкими пальцами, сжимавшими чайную чашку, внимательные темные глаза, в которых чернело беззвездное небо, и тонкие губы, которым хотелось довериться. Гарри принялся ласкать себя сам. Без его непосредственного участия проблема решаться не хотела. Ладони заскользили по телу не так приятно, как во сне или с Донни, но как получалось. Под закрытыми веками продолжали всплывать разрозненные образы — Снейп в гостиной возле камина, Снейп в кухне за столом, Снейп в лаборатории у котла. Снейп. Снейп. Снейп. Огненный шар внизу живота разрастался, пока не взорвался праздничным фейерверком. Яркие всполохи были вполне натуральными. Гарри хрипло дышал, прижавшись лбом к кафелю. Вода продолжала хлестать по плечам и спине, стекать по волосам, смывая выступивший пот и возвращая трезвость разуму. Последний ничего противоестественного не обнаружил. Да, был целиком и полностью захвачен Снейпом. Да, признал, определенный шарм в нем присутствовал. Да, продолжения хотелось наяву. Делать-то со всем этим что? На первый взгляд, ничего. А вот на второй — брать себя в руки, как бы двусмысленно ни звучало, и бежать вытаскивать Снейпа. Глава Говард долго ждать не будет. Собственно, пинками выгнали Гарри на улицу именно воспоминания о его перекошенном от ярости лице и презрительном шипении: «У нас есть виновный». Да черта с два! Снейп не имел никакого отношения к распространению «Сладких Грез» по Лондону. Гарри с Джоном уже были на полпути к фактам, которые позволили бы это доказать. Подумаешь, тупик появился из ниоткуда. Так и прекрасно! Если понадобится, Гарри был готов пробить стену лбом или расколотить голыми руками. Зависит от обстоятельств. В боевом настрое он ворвался в Аврорат. И тут же едва не оглох. Толпа магов возмущённо кричала. Невозможно было разобрать суть сборища, но заместитель Главы терпеливо пытался выслушать всех, даже отвечать что-то умудрялся. По нескольким фразам из разряда: «Вы бездари! Сколько ещё детей должно погибнуть, чтобы вы, сволочи, начали что-то делать?» быстро стало ясно, что это недовольные борьбой со «Сладкими грезами» граждане пожаловали. Некоторые воинственно размахивали газетами. Ага, совершенно точно, что и журналисты приложили руку. — Почему мы вообще должны что-то им объяснять? — ворчала пожилая колдунья, оказавшаяся рядом. — Да нужно просто перестать платить налоги и все! Министр все собирает и собирает деньги на обучение кадров, на повышение квалификации, а толку-то! — согласилась с ней молодая женщина. — Давно пора дать власть в руки народа! — заявил полный маг с залысинами. — И что, по-вашему, сделал бы этот народ? — фыркнула в его адрес женщина, ратовавшая за неуплату налогов. — Ну, решил бы проблему сам! Переловил бы всех, кто имеет отношение к этим треклятым зельям! — Ага-ага! — вклинилась в разговор дородная дама в украшенной вышивкой мантии. — А если ребёнок заболеет, будете ждать Перечное зелье из Франции и платить за него две, а то и три цены? — У меня вообще-то нет детей, — важно надулся мужчина. — А вы женаты? — поинтересовалась пожилая колдунья. Гарри не успел узнать ответ на этот вопрос, как и основательно углубиться в клокотавшее от праведного гнева общество. Его почти за шкирку оттуда вытащил Джон. Он отбуксировал его в коридор и, оглядевшись по сторонам, сунул под нос стопку пергаментов, так отчаянно пропахших пылью, что Гарри тут же расчихался. — Что… это? — выдавил он, звучно шмыгая носом. — Я ночью дежурил, — торжественно начал Джон, заботливо протянув ему платок. — А утром, когда нагрянули эти, — кивок в сторону гомонившей приемной, — быстренько сбежал в архив. Не подписывался я беседы складывать с кучей злющего народа. Там я поднял информацию о магазине и парикмахерской. — И? — потребовал Гарри продолжения, когда интрига затянулась до неприличия. — Знаешь, кто оказался владельцами этих загадочных заведений, покупавших сладости? Ладно, не напрягайся, я сегодня добрый! Наши старые знакомые — Гарольд Петрис и Бернард Хиппс! Более того, в тех же документах есть их адреса. Скажи, что я молодец? Молодец же! — Попались! — Гарри потер ладони. Похоже, прошибать стены пока не придётся. Нашлась обходная тропика. Тем лучше. — Уж теперь-то они никуда от нас не денутся. — Пока мы не ушли, хочешь заглянуть к своему льву? Он, наверное, соскучился по тебе, — игриво подмигнул Джон. — Говарда нет, зам занят по уши, сам видел. — Хочу, — буркнул Гарри, пытаясь за наигранным возмущением скрыть охватившую его нервозность. Снейп не должен ни о чем догадаться. Лучше признаться ему во всем самому, но позже. Гарри поспешил в сторону камер под негромкий смех. В нем не было ни капли издевки или злорадства. Джон просто радовался так, как умел. Наверное, поэтому Гарри сам начал улыбаться. Льва, значит? Ага, Льва слизеринской наружности. На самом деле, проведать его стоило. Рассказать про склад и про парикмахерскую с магазином. Пусть Снейп в очередной раз обзовёт его тугодумом или упрекнёт в отсутствии мозгов, но хоть будет знать, что дело не стоит на месте. Так? Вопреки ожиданиям обзываться Снейп не стал. Он выслушал сбивчивый рассказ и задумчиво походил по небольшой почти пустой комнатке. Гарри, чьё сердце забилось, а внизу живота наметилось определенное шевеление, пытался дышать на счёт и отвлекаться от неуместных ощущений. Хотя глаза то и дело цеплялись за гордо приподнятый подбородок, ровные плечи и прямую спину. Очень хотелось скользнуть ладонями по худому телу, прижать его к себе и шепнуть Снейпу на ухо, что все будет хорошо. Интересно, он бы вздрогнул или расслабился? Ехидный голос в голове подсказывал, что в лоб бы дал даже за попытку. Если не хуже. — Поттер, вернитесь с небес на землю, — похлопывание по плечу оказалось полной неожиданностью. Снейп опять был очень близко. Заглядывал в глаза. Наверное, придирчиво искал признаки усталости. Какая там усталость! Подъем душевный. И немного физический. Особенно под воздействием слабого травяного амбре. Никакой Амортенции не надо. Лучше что-нибудь, чтобы со взбунтовавшейся физиологией справиться. Будто с намеком флакончик с успокоительным зельем от Снейпа упёрся в бедро. Как хорошо, что Гарри прихватил его с собой. Осталось всего-навсего выпить. Ага, незаметно. Очередная невыполнимая задача. — Я Гарри, — поправил Гарри. В низком и хриплом голосе он с трудом узнал собственный. Взять себя в руки. Главное, взять в руки. Другие аналогичные мысли были безжалостно выдворены из головы. — А я Северус. И что дальше? — насмешливо фыркнул Снейп. — Будем обмениваться рукопожатиями, целоваться на долгую дружбу или все-таки займемся сексом? Мерлин! Он это серьезно? Гарри забыл как дышать, во все глаза глядя на Снейпа. Тот никаких признаков волнения не демонстрировал. Смотрел в ответ прямо и уверенно. Действительно, что тут необычного? В паху отчаянно пульсировало, хотелось что-то с этим сделать. А ещё больше, чтобы чьи-то тонкие руки помогли. Разум же твердил, что быть такого не могло. Бред же, бред. — Чем займемся? — опасливо спросил Гарри. Если Снейп повторит, то он попросту лопнет. — Делом, По… Гарри. Де-лом. Вы перегрелись, что ли? — на лоб легла прохладная ладонь. — Или издеваетесь? — Нет, — отозвался он, пытаясь думать о деле. Вот как можно тут думать? — Я не издеваюсь. Мы с Джоном хотим сходить к владельцам магазина и парикмахерской. Раз они платили мистеру Смиту, то точно замешаны в истории с «Грезами». — О, наконец-то внятные слова. Мысль неплохая. Даже если они откажутся говорить, то их связь со Смитом — подтверждённый факт, да и на их складе вы обнаружили следы «Грез». Меня же до сих пор интересует одна деталь, — Снейп отошёл и задумчиво потёр подбородок. — Какая, проф… Северус? — Гарри усмехнулся в ответ на вопросительно приподнятую бровь. — Наглость — второе счастье? — усмешка на тонких губах была едва заметной, но в темных глазах плясали искорки. — Мы же не зря знакомились сегодня! — Гарри протянул руку. Очень хотелось коснуться прохладной ладони. — Будь по-твоему, Гарри, — Северус ответил на рукопожатие, заставив на мгновение забыть обо всем мире. — Все же о деле. Судя по рассказу Говарда, под действие «Грез» попадали молодые люди. Они впоследствии и становились пациентами Мунго. Как в эту статистику попала восьмилетняя девочка? — Ну, — Гарри почесал затылок, — они пахнут очень вкусно. Ребёнок вполне мог принять их за какую-нибудь жидкую конфету и выпить. — Теперь понимаешь? — Северус прищурился. Гарри не понимал, хотя честно пытался. — Куда делся твой зарождающийся мозг? — Подожди, — в его голове будто что-то оглушительно щёлкнуло. Даже возбуждение отступило. — Ты думаешь, что конфеты в «Лунь-Луне» и «Кудряшечке» и есть замаскированные «Грезы»? Знаешь, у меня тоже промелькнула такая мысль. Это бы все объяснило. — Именно. Оригинально, надо отдать должное. Это самый логичный вариант. На складе, где вы нашли следы, производили сами конфеты, пряча отличительные признаки «Грез» в плотные леденцы, и оттуда развозили их в магазин и парикмахерскую. Браво! Отличный ход. — Но Мэри. Она же не могла сделать стрижку за десять галлеонов или очаровать продавца, чтобы ей дали такую конфету. Почему она пострадала? — Ты слишком много от меня хочешь. Это тебе придётся выяснять самому, иначе вот тут, — Северус постучал по лбу Гарри, — ничего не прибавится. Развивай интеллект. — Издеваешься? — Не без этого. А если без шуток, то теперь ты знаешь, что искать и где искать. Если удастся выяснить, как пострадала девочка, то обзаведешься ещё одним свидетелем или найдешь очередного пациента для Мунго. — Понял, — Гарри кивнул и поднялся. Он дошёл до двери. Обернулся. Окинул взглядом высокую фигуру, почти сливающуюся с полумраком камеры. — Я тебя вытащу, Северус, — и вышел в коридор. — Вижу цель, не вижу препятствий, — услышал он в ответ мягкий смешок. Гарри мчался по коридорам Аврората обратно к приемной, где его должен был ждать Джон. На пути то и дело попадались коллеги, приходилось уворачиваться от них, мимоходом извиняясь и отказываясь от помощи. Похоже, они подозревали, что он напал на какой-то очень важный след. Собственно, это так и было, но незачем привлекать посторонних. В голове билось только имя. Северус. Легким туманом проскальзывало в мысли. Северус. Щекотало прохладным ветром язык. «Северус» отдавалось приятно трепетом в биении сердца. Северус. Он не сомневался, что у Гарри получится, значит, так и будет. Махнув Джону, он выскочил на улицу и подставил лицо тёплому весеннему солнцу, робко выглядывающему из-за хмурых серых туч. Нужно было решить, куда двигаться дальше. Перед ними лежало два пути. Первый вёл по адресам Гарольда Петриса и Бернарда Хиппса. Тут как раз было ясно, что они либо все расскажут сразу, либо сдадутся на допросе. Второй путь представлялся более тернистым. Нужно было каким-то образом выведать у родителей малышки Мэри, откуда она могла взять опасную конфету. — Гарри? — Джон, которому надоело стоять, подергал его за рукав мантии. — Как ты думаешь, если мы прямо сейчас заявимся в Мунго с вопросами к Главе Говарду и его жене, что будет? — Отличная мысль! Говард нас там быстренько прибьёт, а целители тут как тут. — Почему он должен нас прибить? — спросил Гарри. — Да потому что мы пристаем к нему вместо того, чтобы искать доказательства вины Снейпа. Надеешься, что он нас по головке погладит и кашей накормит? Я вот сомневаюсь, — хихикнул Джон. — Выкладывай, что такого ты узнал, что решил изобрести такой неординарный способ самоубийства. Гарри вздохнул и пересказал разговор с Северусом, опустив несколько очень волнующих подробностей. Нет, не потому что не доверял Джону, просто хотелось, чтобы они остались исключительно его собственностью. Тот послушал, покивал и вооружился пыльными пергаментами. В носу моментально зачесалось. Захотелось чихнуть. — Решено, — кивнул Джон. — Сначала прогуляемся к нашим изобретательным предпринимателям, — он ухватил Гарри за руку и утянул в аппарацию.