Отогрей мое сердце

«Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею.»

Уильям Шекспир

От лица Виктории:       Мне всегда казалось, что я неполноценна, как будто мне в жизни чего-то не хватает, и именно из-за этого у меня была неуверенность в себе. Это крайне неприятное чувство мешает жить и радоваться каждому дню. Я день за днём мечтала жить иначе, так, чтобы было удобнее мне, полагая, что в этом и заключается счастье. Я искала смысл лишь в странствиях и путешествиях, о которых мечтала, думая, что это единственный способ стать хоть немного счастливой. Но теперь я поняла, что глубоко заблуждалась…       Я не чувствовала себя лишней в тот вечер. Споря с Каем о том, что не обязательно покупать самые дорогие продукты, я заметила, как этот неугомонный вампир то и дело ругается на мою скромность. Набирать полную тележку продуктов тоже было не обязательно, но я не стала спорить, так как не знала, задержимся ли мы надолго. Как только владыка на секунду отворачивался, Феликс каждый раз выскакивал с такой шалостью, что несчастные консультанты по углам шарахались от наших радостных вскриков и смеха. Младший правитель лишь снисходительно улыбался, возвращаясь к изучению состава продуктов.       Когда мы подошли к отделу с алкоголем, я заметила знакомую миниатюрную фигуру Джессики Стэнли. Девушка стояла в компании двух незнакомых мне школьных подруг, привычно наматывая кудрявый локон на палец. Она не увидела меня, так как стояла к нам спиной и увлеченно рассказывала о чем-то. — Кай, — сказала я. Мой спутник оторвался от выбора спиртного. — Могу я отойти на пару минут? — Его взгляд был заинтересованным, он вопросительно изогнул бровь. — Там Джессика, моя знакомая, мы учились в одной школе. Я выпустилась на год раньше неё… — Конечно, иди, — сказал он, его рука легонько схватила рукав моего бежевого пальто, приостановив меня. — Что ты любишь? — Красное полусладкое или портвейн.       Сказав это, я поспешила к знакомой, чуть не врезаясь в проходящих мимо людей. Видимо, услышав шаги сзади, Джессика на автомате повернулась и ошарашенно посмотрела на меня. Пару секунд она просто глупо пялилась, не веря собственным глазам, в то время как её спутницы заинтересованно выглядывали из-за спины. — Привет! — Решив прервать молчание, я театрально прокашлялась и улыбнулась. — Да ладно! — Стенли заверещала так, что даже Кай и Феликс недоуменно подняли головы. — Это же сама Виктория Энни Каллен, собственной персоной! — Она бросилась ко мне и обняла так сильно, что позвоночник опасно хрустнул. — Господи, прости. — Она резко отстранилась и осмотрела меня с ног до головы. — Ты вернулась! — Как видишь… — Но где ты была? Твой отец сказал, что ты уехала к какому-то парню в Италию, я не могла в это поверить, ты мне ничего не говорила. Ты хоть понимаешь, как я переживала? — Девушка быстро тараторила. — Что происходит? Я должна знать всё! — Успокойся… — Я почти забыла, какая она… живая. — Я всё объясню, прекрати трясти меня! — Я внимательно слушаю.       Она скрестила руки на груди, ожидая рассказа, и я лишь тяжело вздохнула. Видимо, пришло время для репетиции. Я не собиралась отдуваться одна, поэтому повернула голову и боковым зрением посмотрела на свою… пару. — Кай, милый, подойди. — Мужчина тут же сорвался с места и приблизился к нам. Я почувствовала, как он плотно прижался ко мне, положив руки на талию, а его холодные губы коснулись щёки. — Что-то случилось, любовь моя? — Джессика, познакомься: Кай Вольтури — мой… — Жених! — Неожиданно выпалил вампир, заставив меня испуганно икнуть, но, взяв себя в руки, я наигранно улыбнулась. — А вы, должно быть, Джессика. Виктория упоминала вас как свою школьную подругу, рад знакомству. — Чёрт возьми, как хорошо он играет роль хорошего парня; я не припомню, чтобы он так мило общался с кем-то, кроме меня. — Я тоже очень рада… — Завороженно прошептала она, с ног до головы изучая мужчину, словно анализируя его. — Я думала, что это просто твоё новое увлечение, а тут вот как…       Во избежание неловкого молчания я мельком взглянула на стоящих сзади незнакомок, но всё их внимание было сосредоточено на моём спутнике, поэтому мысль о знакомстве была отброшена. Джессика смотрела на него с открытым ртом, как будто видела мужчину впервые. Можно их понять — такой невероятной красоты парень рядом с такой, как я, — просто сказка. Ну что ж, так неприлично пялиться на парня при живой девушке! — Новое увлечение, хм, милая, я чего-то не знаю? — пошутил Кай, выпрямившись во весь рост и переместив руки с моей талии на плечи. — Во всяком случае, я надеюсь, что это не так, — неуверенно пробормотала Стенли. — В прошлый раз это плохо закончилось… — Это уже лишнее! — неожиданно рявкнула я. — Конечно… прости, — растерялась Джессика, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Эм, нам нужно идти. — Она виновато улыбнулась, кидая взгляд на своих спутниц. — Мы же сможем ещё встретиться? На сколько ты приехала? — Кхм, на неделю, — взяв себя в руки, ответила я. — Завтра мы поедем знакомиться с моей семьёй, поэтому будет лучше встретиться во вторник. — Чёрт, у меня были планы, — девушка заметно огорчилась. — Давай позже созвонимся? — Созвонимся, — уже более спокойным тоном ответила я, скидывая с себя руки вампира. Затем подошла к подруге и обняла её, прощаясь. Это удивительно, но было приятно чувствовать тепло чужого тела. Как быстро я позабыла это ощущение, ведь в последнее время контактировала исключительно с вампирами, а кожа у них мёртвецки холодная. — До встречи.       Девушки быстро ретировались к кассе, находившейся в противоположном углу магазина, активно что-то обсуждая. Я ничего не разобрала, но Кай, наверняка, слышал всё. Вопросительно посмотрев на своего спутника, я получила ответ на свой немой вопрос. — Не переживай, они пока не сказали ничего, что могло бы мне не понравиться, собственно, как и тебе самой, — тихо шептал он мне на ухо, продолжая поглаживать плечи. Если бы не обстановка вокруг и стоящий сбоку Феликс, который уже две минуты терпеливо ждал их, это было бы достаточно интимно. — Я бы сказал, что они… очень удивлены, особенно твоя Джессика, — с иронией добавил он. — Я всё правильно сказала? — спросила я, и вампир кивнул в ответ. — «Кай, милый…» — сладко протянул владыка вампиров, затем прижался губами к щеке и коротко чмокнул. — Называй меня так почаще.       В тот момент мне показалось, что всё правильно, что я по-настоящему чувствую себя хорошо. Я совсем недавно забыла это чувство — между людьми, называемое влюблённостью. Как сказала Джессика ранее, последний раз это плохо закончилось. Воспоминания об Августе Бальморе глухой болью отозвались в груди, и я вновь почувствовала этот ядовитый привкус обиды, со временем перетекшую в жгучую ненависть. Этот человек не раз заставлял меня чувствовать себя ковриком, о который можно вытереть ноги, но однажды… всё закончилось плохо. — Кай, я хочу кое-что тебе рассказать. — Мужчина заинтересованно взглянул на меня, театрально прокашлявшись. Феликс тут же зашагал обратно к стойке, не желая вновь становиться свидетелем нашего личного момента. — Но не здесь, это касается Аро и Маркуса, я так думаю.       Рано или поздно они всё равно узнают, либо от Карлайла, либо однажды Аро захочет прикоснуться ко мне, и его дар сделает своё дело. Я боялась их реакции, ведь они уже дали понять, что меня не обидят. Даже Деметрию однажды досталось, когда правителю показалось, что тот как-то неуважительно высказался в мою сторону. Из-за такого пустяка Кай чуть не оторвал голову ищейке, но я вовремя его остановила. Ладно, Деметрий переживёт, он — вампир, а Август — просто тростинка, которую каждый из них поочередно надломит… — Конечно, как скажешь, любимая.

***

От третьего лица — Это случилось полтора года назад, прошлой осенью — дождливой и холодной, какой она и должна быть. Я совсем недавно покинула школьную суету, ведь по окончании учёбы проигнорировала уговоры моей семьи отправиться учиться в колледж — я никогда не стремилась к этому. Поэтому я стала подрабатывать официанткой в местной забегаловке. Не слишком перспективно, я знаю… — Виктория поморщилась, но продолжила свой рассказ. — …но, выбрав эту простую работу, я чувствовала себя хорошо, мне нравилось это занятие. Эта мнимая свобода выбора была для меня всем, хоть Карлайл и Эсме и сомневались в моём решении — их можно понять. Порой я чувствовала себя одинокой, думала, что подвожу семью и вообще, по сравнению с другими, ощущала свою никчемность. Меня никогда не обсуждали за выбор, но казалось, что они во мне разочарованы… — Это твой выбор, — прервал её Маркус, нежно взяв за руку, заставив разжать нервно сжатые пальцы. — В этом нет ничего плохого, даже если это лишь способ дистанцироваться от родителей в силу твоего юного возраста. — Иногда Марк действительно выступал в роли отцовской фигуры. — И если ты в дальнейшем захочешь учиться, пусть это будет твоим выбором. — Я понимаю… я хотела стать учителем истории, но… впрочем, сейчас не об этом, — Девушка прокашлялась и оглянулась на Аро, который одобрительно кивнул. — …как сейчас помню: за девятым столиком сидели парни из моей школы — Перси. Мы вместе ходили на химию, и среди них был Август Бальмор. Он выпустился на год раньше меня, но я частенько видела его белое Вольво на школьной парковке. — Виктория опустила голову, разглядывая свои руки. — Вам не обязательно знать подробности, — горько прошептала она, боясь поднять взгляд, боясь признаться. Её дыхание стало учащенным, нервозность с лёгким ароматом страха наполнила комнату, заставив владык напрячься. — Ты в порядке? Я чувствую, что ты боишься… В чём ты боишься нам признаться? — Я полюбила. — Кай даже подскочил от неожиданности. — Я любила этого человека. Вот что я хотела вам сказать. — Шмыгнув носом, она наконец подняла свои большие тёмные глаза, в которых отражались невинность и глубокая печаль. — Он был так добр ко мне, вежлив и обходителен. Август покорил меня… Я верила своему сердцу, которое словно выпрыгивало из груди, стоило ему взглянуть на меня своим притворно нежным взглядом. Когда он гладил мои волосы и говорил о любви, я верила в эту чёртову любовь. — Она выплюнула последнее слово, сжав в кулаке пушистый плед, лежащий на коленях. — Милая, неужели твоё сердце занято… — Аро и Маркус переглянулись, когда тихое рычание Кая стало резать уши. Громкость нарастала, и младший ощетинился, его грудь вздымалась в нарастающей ярости, перемежающейся с мужскими переживаниями и ясной ревностью. — Этого быть не может! Ты — наша! Я никогда в это не поверю, Аро! — он обратился к среднему правителю и, не найдя поддержки, просто сильнее вжался в кресло, мотая головой, изо всех сил сдерживая себя. — Как же так? — Ты не хочешь дослушать, а? — недовольно пролепетала девушка, обняв себя руками, как бы закрываясь от негативной реакции собеседника. — Я знаю, что вам неприятно это слушать, но я прошу, услышьте меня. Это было давно, Кай, — Виктория попыталась успокоить владыку вампирского мира, протянув руку к его лицу и мягко коснувшись его холодной щёки. Мужчина поддался, облегчённо закрыв глаза, когда теплая ладонь скользнула по его коже, очерчивая линию от скулы до краешков губ. — Мы больше не вместе… Как бы сильно я ни любила этого человека — этого оказалось недостаточно для прощения. Он причинил мне такую боль, которую я ещё не пережила. Представляете? А я ведь ещё боюсь его, — скомканно обьяснила героиня, продолжая успокаивать вампира. — Боишься? — Голос Аро странно дрогнул, и это заставило Каллен поежиться от смеси страха и удивления. — Что он сделал? Ты мне покажешь? — Правитель вмиг оказался напротив, протягивая свою руку, желая использовать свой дар. Героиня отстранилась от Кая, замотав головой и пряча руки за спиной. — Почему? — Я не хочу. Это не важно. Я боюсь доверять своему сердцу. Моя любовь вышла мне боком, вот почему я и боюсь, — попыталась увильнуть она. — Виктория! — прорычал Аро. — Что он сделал? — Да успокойся ты! Я же сказала, что не хочу об этом говорить! Ай! — Виктория вскрикнула, когда её резко опрокинули на диван. — Есть воспоминания, которые тебе лучше не видеть. Я не хочу их показывать никому! Убери руки, отпусти!       С минуту они молча смотрели друг на друга в полной тишине: Аро — неподвижно, но взгляд его был раздражённо-враждебным, что заставило Викторию вжаться в диван ещё сильнее. Она чувствовала, что бежать некуда, но прижималась всё сильнее, словно надеялась просочиться сквозь него. Затем мужчина изобразил улыбку и тут же убрал руки, от чего героиня рвано вздохнула. Взгляд алых глаз мельком скользнул по её лицу, перемещаясь к быстро вздымающейся груди. Он слушал, как быстро стучало её сердце, и чувствовал, как что-то внутри начинает закипать. Выпрямившись, он продолжал наблюдать за девушкой, которая, казалось, решила просто притвориться «мертвой». — Кхм, дорогая, прости, — вампир нервно сглотнул яд и чуть попятились назад. Повернувшись к братьям, он начал оглядываться по сторонам, словно ища угол, в который мог бы укрыться. — Тебе лучше уйти, — гневно выпалила собеседница, наконец приняв сидячее положение и разминая затёкшую шею. — Верно… — озадаченно пробормотал Аро, но вскоре вновь приблизился к Каллен. Медленно и аккуратно он наклонился к ней, его чёрные локоны скользнули с плеч и закрыли левую сторону её лица. Казалось, он потянулся к её губам, но прошёлся тихий шёпот над ухом. — Пусть он только появится, и мне не важно, что ты так старательно пытаешься утаить от меня правду… Я его уничтожу. Уничтожу. — Лицо владыки исказила ядовитая улыбка. — Это ведь облегчит твою боль? — Я ещё не пережила это, но... — тихо ответила ему девушка. — Оно того не стоит…       Аро на мгновение замер, но вскоре быстро преодолел расстояние до входной двери, торопливо накидывая чёрное пальто на плечи. Его движения выдали нервозность, рассеянный взгляд метался по комнате, от угла к углу. За окном накрапывал дождь, и Виктория с изумлением вскинула брови: — Куда ты уходишь? Там же дождь идёт. — Девушка подорвалась с места, но сделав пару шагов, была остановлена лёгким взмахом руки. — Мне лучше уйти, — произнёс он, цитируя её слова. — Ты права, я сейчас не в духе, а дождь… — Он кивнул в сторону двери, поправляя воротник и смахивая невидимую пыль с плеч. — …он мне не страшен. — Прости, если я тебя чем-то обидела… — Не стоит, тут нет твоей вины, — сказал он, поворачиваясь к ней спиной в знак того, что разговор окончен. — Не забудьте покормить её, и пусть ложится спать — завтра рано вставать. До встречи, любовь моя.       Он ушёл, растворившись в ночной прохладе и сырости густых зарослей. Лишь шелест его одежды и глухой стук закрывшейся двери остались в ушах. Девушка стояла посреди коридора, нервно сжимая кулаки. Её личная нестабильность, видимо, становилась яблоком раздора между ними, и что-то было не так — снова. Каллен медленно направилась обратно в гостиную, окинув присутствующих совершенно потерянным взглядом. — Что я опять сделала не так? — Маркус отвёл глаза, нервно сглотнув. — Понимаешь… — Он на мгновение остановился. — Ревность — штука опасная. Если наш союз претерпевает временные трудности, это не значит, что мы не можем ревновать тебя к другим мужчинам. Да, он в прошлом, но ты ведь понимаешь? — Собеседница отрицательно покачала головой. — Ну конечно, я сейчас постараюсь объяснить, — сказал он, указывая рукой на себя. Виктория повиновалась и встала напротив него. — Пойми, если он вдруг появится и мы поймём, что твоей жизни что-то угрожает, вряд ли ты простишь нас. Кай вряд ли остановится в таком случае. — Может, всё-таки скажешь? — Младший правитель с надеждой посмотрел на героиню, но, получив отказ, лишь злобно фыркнул. — Я бы не хотела его смерти, — покачала головой она. — Он был хорошим человеком, добрым другом, заботливым парнем. Но некоторые люди падки на искушения, коих в нашем мире не счесть. Он просто не смог вовремя остановиться и утонул в этой бездне, и лишь иногда его скрытое в забвении человеческое сердце начинает бояться. Сердце не камень, и поэтому он пытался просить прощения, он его выпрашивал. Но вновь и вновь, получая отказ, он становился грубым, даже жестоким. Как и тогда — наркотики в его крови вызывали помутнение рассудка, приводя к насилию… Упаси Господь, пусть моя семья этого не видит. — Она осеклась, увидев, как блондин яростно сжимает подлокотник, озлобленно глядя на неё. — Нет и ещё раз нет. По одной простой причине: я буду чувствовать вину за его смерть. — Ты слишком человечная, слишком! — Ты хочешь меня в этом упрекнуть?! — осадила вампира девушка. — Хватит, — Маркус жестом прервал их короткую перепалку. — Бессмысленные ссоры ни к чему, ты это знаешь, Кай. — Поднявшись с дивана, мужчина теперь смотрел на Каллен свысока, закрывая её своей спиной от младшего правителя. — Ты голодна? — Нет, — процедила она сквозь зубы, стараясь сдерживать новую волну агрессии. — Я лучше пойду посплю, а то я немного не в духе. — Лёгкое прикосновение холодных пальцев обожгло её плечо, и девушка вздрогнула. — Я понимаю твои чувства, — продолжал он, понижая голос до шёпота, — ведь так сложно в этом жестоком мире остаться человеком, особенно когда страх сменяет ненависть… — Он замедлил речь. — И это нормально. Мы не сделаем того, что ранит тебя, но и ты должна найти ту грань, переступив которую, ты не будешь сожалеть о содеянном. — Он говорил обобщенно, но девушка понимала, о чём речь: если ситуация начнёт выходить из-под контроля, то лучше будет сдаться. — Понимаешь? — Угу, — пробубнила она. — Знаешь, я бы и рада, чтобы он никогда не появлялся в моей жизни, — сказала Виктория, отстранившись и отойдя на пару шагов, обходя диван в желании скрыться. Чьи-то холодные руки вновь заставили её задрожать, обнимая за талию и не позволяя сдвинуться с места. Она чувствовала, как прижимаются к её холодной груди вампира напротив, не поднимая взгляда. Но вскоре на плечи легли ещё чьи-то руки, что было непривычно. Виктория мгновенно подняла взгляд на Кая, стоящего напротив. Мотнув головой, она боковым зрением покосилась на старшего правителя, который вяло улыбнулся. Ранее она имела физический контакт с каждым правителем по отдельности, но эти внезапные объятия смутили её, особенно от того, что мужчины зажали её между собой.       Но вдруг стало так спокойно — чувство полной защищённости немного успокоило её. Мимолётная неловкость испарилась, уступив место чему-то новому. Марк положил подбородок ей на макушку, а Кай на плечо, зарывшись носом в светлые локоны и издав звук, подобный кошачьему мурчанию. Виктория зажмурилась, облегчённо вздохнув и медленно приводя дыхание в норму, в ответ обнимая блондина. — Мы все понимаем, — произнёс Маркус Вольтури. Он был хорошим эмпатом и мог найти подход, особенно в вопросах семейных отношений.       Это по-своему больно — получать столько любви и признания, но бояться, что сам не сможешь дать больше, чем нестабильность и раздор. Однако в этот момент Виктория не думала об этом; ей просто нравилась эта невинная связь, та поддержка, в которой она так нуждалась. Это удовольствие стало для неё наваждением. Когда атмосфера стала более чем комфортной, девушка устало зевнула, поёживаясь от ощутимого холода. — Милая, ты устала, — констатировал факт младший, нехотя выпуская девушку из объятий. — Ты должна поспать. — Ты прав. — Виктория, перед тем как ты покинешь нас, я хочу тебя о чём-то попросить, — строго сказал второй, на что героиня устало кивнула в знак одобрения. — Конечно, я слушаю. — Выпутавшись из его рук, она встала напротив, изображая внимательного слушателя. — Перестань нас бояться, — нахмурился он. — Или мы начнём на тебя охотиться…

***

«Есть три ловушки, которые воруют радость и мир: сожаление о прошлом, тревога за будущее и неблагодарность за настоящее».

Бхагван Шри Раджниш (Ошо)

      Утро понедельника в Форксе не задалось, как и любой другой понедельник. Всю ночь лил дождь, а тучи скрыли когда-то теплое весеннее солнце. В такие дни желание куда-то идти отпадает, уступая место привычной хандре. Но, увы, вместо того чтобы спать и наслаждаться покоем, Виктория изо всех сил старалась не зашвырнуть чем-нибудь в Джейн, когда та наконец пришла будить её. Это постоянное мельтешение перед глазами по какой-то неведомой причине не раздражало; что ещё хуже — усыпляло. Каллен было сложно выползти из-под теплого одеяла и открыть глаза, отгоняя сон. — Джейн… выйди, пожалуйста, — героиня проморгала. — Я приведу себя в порядок и спущусь на завтрак. — Конечно, прошу прощения, — вампирша добродушно улыбнулась и переместилась из одного угла комнаты в другой. — Я приготовлю завтрак. — Блондинка опешила, когда собеседница кисло улыбнулась и как-то странно хмыкнула. — Что-то не так? — А… — Девушка на пару секунд зависла, не понимая, о чем именно её спрашивают. — О, нет! Всё отлично! — Поспешила успокоить её. — Просто, понимаешь, я и сама могу всё приготовить, правда, не стоит. — Вы уверены? — Ты шутишь? Неужели ты думаешь, что я не в состоянии приготовить завтрак? — возмутилась она. — Как, по твоему, я дожила до своих лет? Джейн отрицательно покачала головой. — Дело не в этом. — В чем же тогда? — Встав с кровати и потянувшись, Каллен вновь зевнула. — Только не говори, что владыки указали это в графе твоих обязанностей. — Вольтури кивнула, поджимая губы и размышляя. — Сколько же тебе платят... Впрочем, не важно, ты услышала моё мнение, делай что хочешь, — небрежно бросила она. — Тогда я помогу вам с готовкой, — девушка изучающе посмотрела на вампиршу и одобрительно кивнула.       Близнец уже собиралась откланяться, но почувствовала лёгкую хватку на запястье. Обернувшись, она наткнулась на смятение, читающееся на лице госпожи. Виктория резко отняла руку, прижимая её к груди, словно обожжённую, неловко хихикнула и отвела взгляд. Джейн непонимающе нахмурилась, задаваясь вопросом, чем же вызвана такая реакция. Эмоции на лице хозяйки дома сменялись с бешеной скоростью, а её кожа побледнела. — Как ваше самочувствие? — обеспокоенно спросила блондинка. — Вам нехорошо? — Нет… Я просто хотела спросить. — Более-менее пришедшая в чувства девушка отвернулась, не желая показывать своё состояние. — Аро вернулся? — Ах… да, владыка Аро вернулся пару часов назад. Он заходил к вам, но сейчас короли… — жестом указала вниз, обозначая, что они вновь оккупировали диван в гостиной. Виктория облегчённо выдохнула, ощущая, как невидимый груз падает с плеч. — Вы точно хорошо себя чувствуете? — Это хорошо… — пробормотала собеседница, пропустив вопрос мимо ушей и, как ни в чем не бывало, потопала в сторону шкафа. Проследив за ней, Вольтури не заметила в её движениях ничего из ряда вон, сославшись на дела любовные. Другого объяснения этому не нашлось.       Как только дверь за вампиршей закрылась, Виктория перестала изображать бурную деятельность и скинула стопку одежды обратно в шкаф. Окинув взглядом пустую комнату, задумчиво хмыкнула, постукивая пальцами по дверце. Вместе с облегчением пришли и неприятные воспоминания о вчерашней перепалке; идей о том, как действовать дальше, у неё не было. Чувство вины настигло её, как всегда, не вовремя. Она думала о Аро: с какой тоской он смотрел на неё, как ушёл и не оглянулся. Вспоминалось его гневное выражение лица, когда он склонился над ней — в его словах читалась угроза. Слова Маркуса о ревности и «охоте» полностью сбивали с толку.       Прошло пару минут, прежде чем она наконец вынырнула из собственных мыслей, предпочтение отдавая разбору всего по ходу дела. Второпях сгребая одежду с полок, девушка тихо выругалась, ударившись коленкой о многострадальную дверцу. Она никогда не любила ранние подъёмы, но сегодня был особенный день. Не каждый день знакомишь свою вторую половинку с семьёй, особенно когда этих половинок три. — Да, Виктория, это будет твой звездный час, — слукавила она, оглядывая себя в зеркале. — Полная катастрофа…       Десять минут спустя она выплыла из комнаты, уверенная, что её спортивные штаны не оставят эстетов вампирского мира равнодушными. Встретившись в коридоре с Феликсом и пожелав друг другу доброго утра, они спустились на первый этаж. Но непринуждённая беседа о погоде оборвалась, как только они вошли на кухню. — Ого… — в унисон выпалили Виктория и Феликс.       Маркус Вольтури, один из правителей верховного вампирского клана, стоял посреди кухни в темно-синем фартуке с вышитыми на нём белыми лилиями. Эсми подарила его на новоселье вместе с кухонной утварью, и, скрипя зубами, ему пришлось принять этот неожиданный подарок. Виктория не хотела огорчать названную мать, но, как только представилась возможность, запихнула передник в дальний шкаф с химией. Она даже не думала о том, что кто-то в здравом уме наденет его, тем более «король». — Доброе утро, милая моя, — сказал мужчина, поворачиваясь к ним. В одной руке он держал тарелку с яичницей и беконом, а во второй — кружку. — Феликс? — Молодой вампир вздрогнул и сглотнул, подавив смешок. Напоследок улыбнувшись будущей королеве, он поклонился и переместился к дивану, приветствуя владык. — Милая? — повторил Маркус, обращаясь к Виктории. — Да, доброе утро, — ответила героиня, вскользь поздоровавшись и с Аро, и с Каем. Аро добродушно улыбнулся, Кай лишь молча кивнул. — А… где Джейн? Мы хотели вместе приготовить завтрак, — пояснила она. — Ах, да. — Поставив тарелку на стол, Вольтури пригласил девушку к столу. — Прошу к столу, иначе завтрак остынет. — Неопределённо покачав головой, Каллен приняла предложение и присела на отдодвинутый для неё стул. — Я взял на себя смелость приготовить завтрак, а Джейн и Алека заняты более важными делами, — полушутя заметил старший правитель. — Проще говоря, я дал им выходной, они нам сегодня не понадобятся, — Аро небрежно махнул рукой в сторону двери. Мужчина лениво развалился на диване, и Виктория не сразу поняла, откуда доносится его голос, подумав, что он уже куда-то ушёл. — Ну да, — подхватила Виктория. — Строгий папа отпустил детей погулять. — Она улыбнулась, подвигая ближе чашку с чаем. Тихий смешок Кая дотронулся до её ушей, от чего внутри приятно за разливалось тепло. Виктория вновь вздрогнула, задержав дыхание, взяв столовые приборы и начав наконец завтракать. Маркус сидел напротив, внимательно наблюдая, как она накалывает бекон на вилку. — И ещё кое-что… — Да? — Сними фартук. — Героиня застенчиво взглянула на него, боясь, что может его обидеть своей просьбой. Но на это нельзя было смотреть без улыбки: высокий, статный мужчина в женском фартуке с лилиями. И ему, по-видимому, было абсолютно всё равно на это, и это умиляло. Моргнув, она поспешила объяснить: — Он никогда мне не нравился…

«Нет ничего ни плохого, ни хорошего в этом мире. Есть только наше отношение к чему-либо.»

Уильям Шекспир