Правда нужен

Уже достаточно стемнело. На улице был ноябрь и дождь поздней осени уже как неделю не прекращался. Учитель русского и литературы собрался и, взяв с собой свой огромный зонт, только лишь для того, чтобы дойти до машины, вышел из дома. Арсений добрался до места, куда ему теперь предстоит ездить по вечерам в ближайшее время. К удивлению учителя от самого дома до места назначения, все светофоры мужчина проскочил на зелёный. Что там, даже ни в одну пробку не попал. «Это хороший знак» — подумал брюнет. Словно сама судьба вела его в квартиру ученика, и как можно быстрее. Припарковавшись недалеко от нужного дома за пятнадцать минут до начала занятия, Арсений открыл заметки, чтобы ещё раз сверить адрес, но не успел — айфон сел. Зарядку мужчина, как назло, оставил дома у стола. На домофоне Арс набрал по памяти семнадцать, ему открыли, даже не спросив кто. «Отлично, значит правильно» — подумал учитель и зашёл внутрь. Он поднялся на нужный этаж и, предвидев, что ему уже открыли, дернул за ручку двери. Арсений зашёл в квартиру, но его никто не встретил. — Здравствуйте! — громко сказал Арс, предупреждая, что он уже здесь. Никто не вышел в прихожую. Он слышал только шум воды в ванной и какой-то металлический удар чего-то падающего на кафель оттуда же. Арсений собрался снять обувь и пройти дальше, мало ли его не услышали. Он повернулся к белому столику, ставя туда свой портфель. Его привлекло пятно, дерево было испачкано кровью — это точно. Арс, предвещая недоброе, направился быстрым шагом на шум. Он открыл дверь в ванную, слегка прикрытую. То, что было дальше, Арсений точно никак не мог предвидеть. Кровь была везде. Весь пол и вода в ванной окрасились красным, а в самой этой ванне лежал Шастун, ученик девятого класса, без сознания. Арсений увидел лезвие, валяющееся на полу и глубокую рану на левой руке, от запястья почти до предплечья. Рядом с лезвием валялся едва заметный пакетик с зип-закрывашкой. Он не знал что делать, просто не знал: до жути бледный и с синими губами, серьёзным ушибом в области виска, Антон был похож на фарфоровую куклу, точно не на живого человека. Арс приподнял голову шатена, и, слава богу, нащупал пульс на его шее. Он был ещё жив. Арсений начал трясти Антона и кричать, чтобы тот пришёл в себя, ведь он не знал как действовать в таких случаях. Арс попытался абстрагироваться от всего и просто оказать хоть какую-то первую помощь. У него тряслись руки. Подросток без сомнений принял наркотики. Только какие и сколько? «Думай, Арс, думай, чёрт возьми!Если передоз, а по симптомам это точно он, значит Шаст съел больше одной таблетки. Предположим, что это был не порошок. Следовательно фен, ведь только его можно достать в количестве передоза подростку по дешевке». Шастун едва смог открыть глаза, когда Арс задел ногой лезвие и оно снова издало противный скрежет об кафель, ужасно режущий слух, но тут же снова начал отключаться. — Антон, блять, Антон Шастун! — парень резко разлепил красные глаза, когда услышал папин голос до жути приятный и такой родной. А потом он увидел его. В том самом свитере отец смотрел на сына испуганными глазами и просил не засыпать. Шаст обнял его, пачкая тёмной кровью чёрное пальто и мужчина вытащил его из воды. Он донёс Антона до ближайшей кровати и ещё что-то долго говорил, кричал, спрашивал. — Где телефон?! Где?! — Арс засунул руку в карман джинс подростка. Сырой насквозь телефон едва заметно мерцал, но больше особо не подавал никаких признаков жизни. Свой был намертво разряжен — Блять, бинты! — Арсений по наитию побежал на кухню. Шаст почувствовал приступ тошноты, его рвало. Образ папы исчез в коридоре, а парень немного пришёл в себя. Он не понимал где он и что происходит. Цвета плыли в глазах, голова кружилась, Антон попытался подняться. — Антон Шастун, мать твою, ты идиот? Чем ты только думал?! — в комнату вбежал Арсений Сергеевич с медикаментами и салфетками. Он присел на корточки дёрнул руку Антона и начал наспех заматывать её белыми бинтами. — Арс-сений, вы, что… — Антон увидел учителя русского и литературы, но не понимал, это очередные галлюцинации или действительность. Бинт пропитывался кровью всё быстрее, поэтому учитель был максимально сосредоточен, когда, порвав на парне футболку, затягивал чёрную ткань чуть выше раны. — Молчи, Антон, молчи! — Арс хорошо перевязал руку и более менее остановил кровь, а Антон всё быстрее и быстрее начинал приходить в себя. Учитель сел около кровати, медленно выдыхая. — Где зарядка или телефон или что-нибудь с чего можно вызвать скорую? — уже спокойно спросил брюнет, потирая переносицу. — Нет, нет, нет, нет! — подросток подскочил на месте, вспоминая как ему угрожали, как просили без глупостей. — Пожалуйста, пожал-луйста, только не скорая! — Антон начал дрожать, в глазах читался неподдельный страх. — Успокойся, тш-ш… — Арсений схватил хрупкое тело и с силой прижал к себе, чтобы парнишка тоже успокоился. — Пожалуйста, Арс-сений! — Антон не отпускал учителя, он всхлипывал, пачкая чёрное пальто слезами с кровью. — Но, Антон, тебе помощь нужна, понимаешь? Ты с собой чуть не покончил… — Арс не понимал, почему Антон так нервничал, ведь родители всё равно узнают об этом, не от подростка и врача, так от самого Арсения. — Вы, вы не понимаете! Он убьёт меня, убьёт за это, пожалуйста… — Шаст более менее соображал, только вот слова свои не контролировал, как и действия. Он цеплялся за Арса как за воздух, нутро подсказывало, что ему можно доверять. — Антон, ты бредишь, никто не убьёт тебя, никто и пальцем не тронет, скоро родители придут, слышишь? — на слове «родители» Шаст напрягся ещё сильнее, да так, что даже бинты намотанные в пять слоев окрасились в бордовый цвет. — Помогите, прошу вас! — запуганные зелёные глаза напротив не могли соврать. — Что ты прикажешь мне делать? Антон, ты кровью истекаешь и у тебя передоз… — Что угодно, только заберите меня пожалуйста отсюда, умоляю… — Шаст перешёл на шёпот и расплакался. — Хорошо, хорошо только успокойся, я заберу тебя отсюда. Арсений сам не знал, что он творит, любой адекватный человек давно бы уже нашёл телефон и вызвал скорую, позвонил бы родителям всё бы рассказал, ведь это не его проблемы. Но что-то заставляло его верить мальчишке и он верил. Как бы там ни было Антону действительно нужна помощь как моральная так и физическая, ему срочно нужно в больницу. Арсений закутал подростка в покрывало и взял его на руки. Он знал, что нужно делать. Практически не почувствовав веса, учитель вынес парня из квартиры и донёс до своей машины. Шаст тихо всхлипывал, находясь в прострации. Он положил подростка на заднее сидение машины, закрыл дверь. Ещё никто не отменял частные больницы, где сама главврач у тебя в долгу.

***

Часы больничного вестибюля раздражали своим вечным тиканьем, которое долбило по нервной системе, неумолимо разрушая её. Могли бы хоть на нормальные часы потратиться раз такие деньги с обычных пациентов гребут. Арсений барабанил пальцами по небольшому столику возле дивана. Его всего потрясывало, пару часов назад чуть на его глазах не погиб ученик, да, что говорить, просто, ребёнок. Время было уже около полуночи, в больнице не было никого кроме дежурной медсестры и уборщицы. Арсению сказали идти домой и сильно не переживать, но не мог же он оставить сейчас подростка одного здесь. Когда медсестра спрашивала кем Арс приходится мальчику, пришлось соврать и сказать что «братом», иначе позвонили бы родителям мальчика. «Нет, вы не понимаете, он убьёт меня!» — и этот дикий страх в глазах. Парень, держащийся за учителя, как за воздух, как за единственную надежду, точно не стал бы выдумывать. Конечно, есть вероятность того, что парень всё приукрасил на фоне стресса, вдруг этот «он» просто образ злого родителя, воспитанного розгами и ремнями? Но его мать совершенно не похожа на ту, которая способна избить своего сына или угрожать ему. А отец? Вдруг «убийство» — это обычная порка, вызванная сильными переживаниями за своё чадо? Возможно. Только вот Шаст буквально весь в ссадинах, ушибах и шрамах. Пока Арсений нёс Антона до машины, он заметил на горле парня свежие синяки, сам бы он себе их не поставил, мальчика душили, причём неслабо. Да и, если уж на то пошло, не смог бы Антон сам себя так виском приложить об угол в прихожей. Здесь, как минимум, домашнее насилие. Арс обязательно узнаёт у парня, что происходит, разумеется, когда тот очнётся. Врачи сказали, что состояние критическое, но он сильный парень и сможет выкарабкаться, если сам того захочет. Только похоже он не особо хочет. Учитель соврал что парень руку себе ветками распорол, когда решил залезть на дерево в наркотическом состоянии, а вещества ему подсыпали в напиток дебильные друзья. Ну, а что ему следовало бы сказать? « Я пришёл на репетиторство, но нашёл ученика в ванной без сознания всего в крови, но не вызвал скорую…?» — сомнительно. Арсений не мог больше сидеть на месте. Он встал, дошёл до кулера в дальнем углу комнаты-коридора. Арс сам не знал, с чего это вдруг он так распереживался за абсолютно чужого ему человека. Хотя, когда он решил, что отвезёт подростка в больницу и сразу не сообщит родителям юноши о попытке самоубийства, он и стал за него ответственен. И теперь, пока Арс до конца не разберётся, что произошло, он не оставит парня. Арсений Сергеевич даже не попытался позвонить матери Антона, да, она обязана знать об этом и поговорить с ней стоит на счёт ситуации в целом, ссадин Антона, но всё-таки вначале Арс хотел послушать версию Шастуна. Судя по всему, Антон часто по ночам из дома уходил раз время уже почти двенадцать, а на едва работающий телефон Антона так никто и не позвонил. Из палаты Шаста вышла женщина в белом халате. Арсений подорвался с места в её направлении. — Ну? — Арс спрашивает и задерживает дыхание в ожидании. — Живой ваш брат, не переживайте, — она нежно улыбнулась, поглаживая перенервничавшего учителя по плечу и отвела его в сторону. — Он сейчас очень слаб и крепко спит, лучше его не беспокоить, рану то мы зашили, а вот с головой… — Что с головой? — Арс переспросил, делая вид, что он не в курсе довольно-таки серьёзного ушиба. — Арсений, парень же не с дерева падал, так ведь? — учитель не знал что сказать, а врач тут же продолжила. — Да и нет у тебя никакого брата… — Я, конечно, благодарна тебе за помощь в том деле, но если ты опять во что-то вляпался… — Не переживай, всё под контролем, — Арс отвёл взгляд. Так он обычно делал, когда приходилось что-то скрывать. — Да ты издеваешься? Там в палате мальчик весь избитый, с огромными синяками по всему телу, да его судя по всему убить хотели! — Я… — Арсений и сам понимал, что это, мягко говоря, ненормально. — Так вот, такие удары по височной части бесследно не проходят. Привёз бы ты его немного раньше, мы бы успели точно свести отёк, но теперь есть вероятность, что всё может ухудшиться, — главврач развела руками, она видела, что старый друг волнуется, даже слишком, — Но ты не переживай, понаблюдаем за ним пару дней, может обойдётся. — К нему можно сейчас? — Арсений попытался выбросить из головы, то что ему только что сказали. — Лучше завтра приходи, Антону нужно отдохнуть, — женщина развернулась и скрылась за поворотом в коридоре. Арс сел на диванчик ожидающих и шумно выдохнул, в голове на повторе крутился один лишь только вопрос: «Может нужно было всё-таки скорую вызвать?»