Искры

Землю прямо под ногами вспахали пули. Равиль, отпрянув назад, успел только крикнуть:       — Засада! — и тут же рухнул наземь, заливая кровью траву. Остальные трое, рывком обернувшись, выпустили автоматную очередь по кустам — именно там, судя по выстрелу, находился в засаде противник. Однако в ответ не раздалось ни звука — невозможно было определить, убит снайпер, ранен или успел исчезнуть до того, как его засекли. Место для нападения оказалось выбрано идеально — открытое пространство посреди густого подлеска, окруженного деревьями и зарослями кустарника. Возможностей спрятаться — хоть отбавляй, другой вопрос, как они успели оказаться на месте раньше… Единственный обходной путь — вдоль берега, но там все как на ладони, люди с вертолета могли засечь их на раз-два, как же этим тварям удалось пробраться?..       — Граната! — крикнул Тахир, бросаясь на землю. Саваб, ощутивший опасность секундой раньше, уже скатился в овраг — и тут же земля тяжело вздрогнула он взрывной волны. Боевик оглянулся — позади неподвижно лежал Айзек. Чутье подвело старого волка, не успел среагировать вовремя — и за нерасторопность поплатился жизнью…       — Пошли! — зло прошипел Саваб, сверкнув на Тахира налитыми кровью глазами. — Что разлегся, как девка! И, вытащив запасной пистолет, пополз по земле — незаметный, неслышный, смертоносный, как ядовитая змея.

***

Допустить встречу боевиков с вновь прибывшими было никак нельзя. Одно дело, если те увидят гору трупов и даже не будут знать детали произошедшего; скорее всего, при таком раскладе второй участник встречи поспешит, что называется, смотать удочки. А вот если главарь боевиков распишет случившееся гостям, расскажет, что Амин убит, а где-то на Острове ошивается спецназ… Последствия могут быть самыми непредсказуемыми. Именно поэтому Багира решила рискнуть — пойти в обход, устроить засаду и ликвидировать уцелевшую банду, чтобы уж точно никто не смог выдать их. А там уж по обстоятельствам: если получится — уйти как можно скорее; если выйдет заминка — остаться на острове, затаиться, переждать… Благо с точки зрения опытного спецназовца мест для этого было предостаточно: начиная от лесной глуши и заканчивая обширными пещерами, частью затопленными. Если не знать, кого и где искать — миссия совершенно провальная…       — Ничего себе «простая задача», — пробормотала запыхавшаяся Мура, торопливо перезаряжая автомат. — Тут бы выжить…       — Да ладно, сдюжим! — задорно подмигнул Кот и откатился в сторону, снова прицеливаясь в показавшуюся в пределах видимости мишень. Этих секунд хватило — боевик, вскинув руки, упал, выпуская автомат. Мурашова моментально ринулась за трофеем — в их ситуации пренебрегать лишним боекомплектом было непозволительной роскошью.       — Минус один, — удовлетворенно подытожил Кот, цепко осматриваясь. Итого трое… Но где же главный? — Багира, ты меня слышишь? Никакого ответа. Беззвучно чертыхнувшись, Ионов плотнее прижал гарнитуру к уху.       — Багира, как меня слышишь, прием! Багира!.. Мура!       — Слышу тебя, — моментально откликнулась Женя. — А Багиру — нет. Кот выругался вторично, причем куда более ядреными фразочками.       — Я к ней, — бросил, почти высунувшись из укрытия.       — Да сиди уж, мне ближе. Следи за дорогой лучше, — отмахнулась Мурашова, и в этот момент недолгое затишье вновь разорвалось чередой выстрелов.       — Мура, что там у вас? — крикнул Кот и вовремя пригнулся — дерево совсем рядом с ним прошила автоматная очередь. Женя ответила далеко не сразу. Ионов уже собирался повторить свой вопрос, но тут в гарнитуре раздался запыхавшийся голос коллеги — и все внутри сжалось, когда услышал:       — Багиру зацепило…

***

Кот вытащил из схрона последний баллон, присел на песок рядом с Ритой, кинув на нее встревоженный взгляд. Багира, пугающе-бледная, наспех накладывала на ногу повязку прямо поверх камуфляжа — только чтобы остановить кровь.       — Надо спешить, — бросил Ионов, хмуро глядя на полоску потемневшего горизонта. — Скоро закат, да и бандиты на острове… Не хватало еще им попасться, хватит с нас приключений на сегодня… Багира подняла на бойцов помутневший от боли взгляд. Медленно встала, не обращая внимания на резкую боль в ране — и по виду командира сразу стало ясно: она приняла решение, которое обсуждению и обжалованию не подлежит.       — Вы уйдете вдвоем, — отчеканила, глядя куда-то сквозь Ионова.       — А ты?! — вскинулся Кот, рывком вскочив на ноги. Багира спокойно встретила его взгляд.       — А я останусь. С такой раной мне все равно далеко не уйти… Только вас буду задерживать. Вернетесь — вызовете подмогу… Кот, — повысила голос, видя, что каплей собирается перебить, — кто-то должен доложить о выполнении приказа, а самое главное — передать документы в КТЦ. Если это действительно планы очередных акций, мы не имеем права на промедление!       — А ты? — повторил Кот на полтона тише, неотрывно смотря на нее. В груди вдруг стало так холодно, будто сердце превратилось в сплошной неподвижный кусок льда — он не чувствовал сейчас даже биения крови. Оставить ее одну, раненую, беспомощную, на острове, кишащем вооруженными отморозками… По губам Багиры мелькнула насмешливая улыбка, не улыбка даже — слабая тень.       — Капитан-лейтенант Ионов, вы полагаете, что я засиделась в штабе и напрочь забыла курсы выживания? — осведомилась, слегка прищурившись.       — Багир…       — Выполнять приказ! — оборвала Кошкина на полуслове. Подняла пистолет, деловито убрала его за пояс. Что-то царапнуло Кота при виде оружия в ее руках — но уловить мысль он не успел.       — Кот, уходим! — нетерпеливо подстегнула Мура, с опаской оглядываясь в сторону леса — оттуда в любой момент могли появиться боевики. Шума вертолета по-прежнему не было слышно, а значит, «делегация» с острова так и не отбыла. … Медленно погружаясь в теплую мутную воду, Кот отставал от Мурашовой на полшага, на шаг, и еще… а потом и вовсе остановился, не видя перед собой постепенно багровеющих волн. Что-то стиснуло сердце — так нестерпимо, что больно стало дышать. Уйти? Бросить своего раненого товарища, командира, друга; бросить Багиру… Да ты в своем ли уме? Разве такому учил их Булатов, готовый отстаивать своих ребят не то что перед лицом начальства — перед лицом самой смерти?.. Да как он потом сможет смотреть в глаза командирам, ребятам, Багире… Багире… Снова возникло перед глазами ее бледное решительное лицо — лицо воина, собирающегося совершить свой последний подвиг. Последний… И понимание ударило током. Он вспомнил. Он вспомнил — там, в лихорадке боя, Багира зло выкрикнула «черт, последний!» — за секунду до того, как Мура застрелила истекающего кровью Саваба… Последний патрон… Ионов, ты конченый идиот! Рывком сдернув с лица маску, Кот развернулся и кинулся назад, вспахивая волны и даже не услышав в яростном плеске растерянного крика, ударившего в спину:       — Кот! Вась, ты куда?..