Никогда не потеряю

      — Лань Сычжуй, тебе пришло письмо. Лови! — проходя мимо комнаты Лань Сычжуя, прикрикнул Лань Цзинъи, бросая свиток тому прямо в лоб.       — А, да, спасибо.       «Письмо? Из ордена Ланьлин Цзинь?»       Аккуратно распечатав свиток, Лань Сычжуй принялся внимательно вчитываться в иероглифы на пергаменте.       «Цзинь Лин приглашает меня на совместную ночную охоту? Место в окрестностях Ланьлин Цзинь? И других адептов в этот раз не брать? Странно всё это… Может, это мой шанс обсудить с ним произошедшее недавно? Прошло уже столько дней, а мы так и не поговорили... Да, так я и сделаю».       Окинув одолженные Лань Ванцзи книги взглядом, Лань Сычжуй вздрогнул, а по спине пробежали мурашки. За эти несколько дней он успел изучить их от корки до корки и хотел забыть прочитанное как страшный сон. Он ведь даже не успел придумать, что скажет Цзинь Лину при встрече. А времени уже было в обрез.       Наспех собрав необходимые для дороги вещи, Лань Сычжуй выдвинулся в путь.       

***

      — Молодой господин Цзинь, приветствую, — поклонился Лань Сычжуй, подходя к уже ожидавшему его Цзинь Лину.       — Да, привет, Лань Сычжуй. Идём, у нас много дел, — с некой долей безразличия отозвался Цзинь Лин и, развернувшись, молча пошёл куда-то вперёд.       — Я снял нам домик неподалёку, чтобы не торопясь подготовиться к вечеру. Ты взял всё необходимое?       — Да… — грустно отозвался Лань Сычжуй, но тут же принял невозмутимый вид.       «Что я ему скажу? Как я смогу? Те книжонки непотребного содержания ещё больше запутали меня… Боже, что же делать?..»       — Проходи, — отворив дверь, Цзинь Лин пропустил Лань Сычжуя вперёд.       Домик, одиноко стоявший слегка поодаль от поселения, внутри был достаточно хорошо обставлен. Две кровати, письменный стол и резной стул, пара сундуков для вещей — всё это вкупе с несколькими статуэтками и картинами создавало довольно обжитую атмосферу тепла и уюта.       — Лань Сычжуй, есть разговор. Давай присядем, — примостившись на одну из кроватей, Цзинь Лин похлопал по месту рядом.       — Да, молодой господин Цзинь.       — Не зови меня так, — с обидой отозвался Цзинь Лин, надув щёчки. — Это лишнее.       — Хорошо… — на секунду замявшись, Лань Сычжуй присел рядом. — Цзинь Лин, что-то случилось?       Пару минут Цзинь Лин лишь молча сидел на кровати, положив нога на ногу, а глаза его судорожно бегали от одного предмета комнаты к другому. Но потом, набрав побольше воздуха в лёгкие, он разом вымолвил:       — Я обручён.       Лань Сычжуй от удивления распахнул глаза и непонимающе посмотрел на Цзинь Лина.       — Ч-что?.. — в неверии переспросил он.       Сердце словно бы перестало биться. Воздухом стало тяжело дышать. А свет в глазах и вовсе погас.       Недовольно отвернувшись, Цзинь Лин буркнул:       — Что слышал…       В домике повисло неловкое молчание. Никто не решался заговорить первым. Даже дуновение ветерка за окном казалось каким-то громким и мешающим в тот момент.       — Цзинь Лин!..       — Лань Сычжуй!..       Одновременно сказали юноши и сразу же оба осеклись.       — Ты первый, — вспылил Цзинь Лин, посмотрев на собеседника.       — Ну, что ты, моло… Цзинь Лин, я вовсе не против уступить очередь тебе, — неловко улыбнувшись, отозвался Лань Сычжуй.       — Нет уж, я и так начал разговор первым в прошлый раз. Теперь твой черёд. Говори уже, не томи…       — Цзинь Лин… с кем ты обручён?       — Что? Это всё, что тебя беспокоит в данный момент? — Цзинь Лин недовольно свёл брови к переносице и потёр виски. — Не знаю я. И знать не хочу. Осталась ровно неделя до церемонии… Невообразимо, просто безумие какое-то...       Цзинь Лин задумчиво перевёл взгляд на окно. Начинало вечереть.       — А ты… сам хочешь этого? В смысле, свадьбы…       — Ага, конечно… Проблем мне мало, но дядя Цзян… Он распорядился со всем. Говорит, невеста — порядочная, из подающего надежды клана и прочее, — Цзинь Лин на минуту притих, но потом вновь продолжил. — Я понимаю, что я единственный прямой наследник ордена и что продолжение рода тоже покоится на моих плечах, но… Свадьба с незнакомкой только ради наследников и «статуса»… — усмехнувшись, Цзинь Лин сморщил нос и потёр пальцем переносицу. — Но дядя Цзян непреклонен в своём решении. Поэтому сейчас и только сейчас я… Я…       Мысленно собравшись, Цзинь Лин обхватил лицо Лань Сычжуя своими ладонями и внимательно посмотрел ему в глаза:       — Лань Сычжуй, я хочу, чтобы ты возлёг со мной как с женщиной!       — Что?.. — Лань Сычжуй непонимающе приподнял брови, изумлённо смотря в печальные глаза Цзинь Лина.       Ещё недавно остановившееся сердце вдруг стало биться чаще, разрывая тишину своим громким стуком.       — Я не произнесу этого вновь! Как маленький… — Цзинь Лин нахмурил брови и отвёл взгляд, всё ещё не убирая ладоней от лица Лань Сычжуя. — Я понимаю, что по правилам вашего ордена нельзя заниматься подобными вещами не будучи супругами, и всё же, я обязан был попытаться и хотя бы спросить… После того случая с лентой и… тем, что было вечером того же дня, я… Я много думал о тебе и обо всех этих предназначениях и прочем, и я… — Цзинь Лин, уже до кончиков ушей покрытый румянцем, зажмурил глаза. — Лань Сычжуй, проведи эту ночь со мной, и больше я тебя никогда не побеспокою!       «Всё, я сказал это… Дважды… Сейчас он либо убьёт меня на месте, либо… Либо моя жизнь станет ещё хуже самой смерти...»       — Лань Сычжуй, я хочу сказать, что, когда ты рядом, моё сердце словно готово выскочить из груди, мысли в голове путаются, и иногда я просто не могу дышать в твоей компании. А в последнее время я… Появилось и иное чувство, которое я не могу объяснить. Как будто бы палящее тепло разливается по телу, когда я думаю о тебе, и я вовсе не могу себя контролировать… Но, пока всё ещё не так плохо, могли бы мы?.. Господи, что я говорю? Должно быть, я тебе омерзителен…       Цзинь Лин от злости на самого себя прикусил губу, всё не решаясь открывать глаза, опасаясь пронзительного взгляда, устремлённого прямо на него.       — Это не правда, — вдруг после долгого молчания отозвался Лань Сычжуй. — Ты мне не противен, вовсе нет. Скорее, наоборот…       — Правда? — Цзинь Лин от удивления машинально открыл глаза, словно бы не веря своим ушам.       — Моло… Нет, Цзинь Лин, я понимаю, что ты чувствуешь. Я и сам испытываю то же самое, находясь рядом с тобой. Поэтому я пойму, если ты захочешь оборвать все наши связи с наступлением свадьбы. Но… Знай, ленты ордена Гусу Лань может коснуться только человек, предназначенный судьбой, и я всей душой в это верю. Уже несколько лет я не понимал, почему грудь так сильно сжимает, когда ты появляешься рядом. Я думал, что это лишь дружественные чувства, не более, но в ту ночь, когда мы… И тот поцелуй... В общем, в ту ночь я понял и принял свои чувства, и поэтому я… А-Лин, я хочу провести остаток своей жизни с тобой! — выплеснув это, Лань Сычжуй зажмурился, но потом вновь открыл глаза. — Один хороший человек как-то сказал мне, что потерять предназначенного судьбою — всё равно, что потерять себя. Поэтому я буду бороться за тебя, и, прошу, не отказывай мне в этом…       На дрожащих ресницах Цзинь Лина заблестели слёзы. Лань Сычжуй, увидев это, тут же запаниковал:       — Я тебя чем-то обидел? Прости меня, я лишь… я!..       Пальцы на лице Лань Сычжуя дрогнули, но потом, вернув себе стойкость, медленно потянули его к себе. Цзинь Лин, закрыв глаза и позволяя предательски появившимся слезам стекать вниз по щекам, запечатлел поцелуй на губах Лань Сычжуя. Он понимал, что их союзу не суждено быть вместе, но хотя бы на одну ночь они имели право побыть счастливыми. Поэтому, без лишних слов, Цзинь Лин притянул Лань Сычжуя к себе, аккуратно ложась на кровать.       — Давай сделаем это, и будь что будет, — сказал он и увлёк Лань Сычжуя в долгий и трепетно робкий поцелуй.       Сбросив обувь, юноши, всё не отрываясь друг от друга, переползли на середину кровати. Цзинь Лин, переместив ладони с лица Лань Сычжуя на плечи, притягивал его к себе ещё сильнее с каждой пролетавшей секундой. Потом, отстранившись, чтобы восстановить дыхание, Цзинь Лин спросил:       — Ты знаешь, что нужно делать?       Застанный врасплох Лань Сычжуй смущённо отвёл взгляд. Он только собрался что-то вымолвить, как Цзинь Лин его прервал:       — Я знаю, как делать это самому или с девушкой, но вот с парнем… — сглотнув, Цзинь Лин продолжил. — Таким вещам меня в ордене не обучали. А тебя?       — Я… — запинаясь начал Лань Сычжуй. — Я… читал кое-что, поэтому…       — Каким интересным вещам обучают в вашем ордене… Дядя Вэй как-то сболтнул о навыках своего супруга — до сих пор забыть этого не могу. Бесстыдники… — хоть и смущённый, но Цзинь Лин от души рассмеялся от этого умозаключения.       Лань Сычжуй было хотел сказать, что это они сейчас те самые бесстыдники, что занимаются непристойностями, даже не состоя в браке. Но он промолчал, лишь запустив руку себе в рукав. Нависая над любопытным Цзинь Лином, распластавшимся на постели, Лань Сычжуй достал пару склянок и положил их рядом.       — Это может пригодиться, — неловко сказал он, возвращаясь в прежнее положение.       Нежно улыбнувшись, Цзинь Лин вновь притянул Лань Сычжуя к себе, но на этот раз он слегка высунул язык.       — Давай попробуем вот так, — с этими словами Цзинь Лин снова утянул Лань Сычжуя в долгий поцелуй, одновременно начиная спускать с его плеч одеяния.       Чуть погодя Цзинь Лин сбросил и свои верхние одежды куда-то в сторону и, отстранившись, распустил волосы. Скинув с кровати всё ненужное, Цзинь Лин удобно лёг на спину, широко раздвигая ноги:       — Позаботься обо мне, А-Юань, — нежно прошептал Цзинь Лин, смущаясь от звучания собственного голоса.       — Хорошо, — не менее нежно ответил Лань Сычжуй, сердце которого пропустило удар.       Весь раскрасневшийся и соблазнительно вздыхающий Цзинь Лин сейчас лежал под ним, широко разводя всё ещё спрятанные одеждой ноги. Лань Сычжуй еле сдерживался, сохраняя благоразумие и ясный разум, чтобы случайно не навредить Цзинь Лину.       Взяв бёдра Цзинь Лина руками, он начал аккуратно их массировать, а сам потянулся за новым глубоким поцелуем. Оторвавшись от уже припухших губ, Лань Сычжуй внимательно посмотрел на Цзинь Лина, явно тонущего в наслаждении. Припоминая что-то из прочитанной литературы, Лань Сычжуй спустился чуть ниже и начал покрывать всю шею Цзинь Лина поцелуями, время от времени оттягивая нежную кожу губами и ненароком оставляя отметки.       — Ай, что ты делаешь? — непонимающе спросил Цзинь Лин, не в силах посмотреть вниз. — Пытаешься меня съесть?       Слегка отклонив голову и оставляя след в виде паутинки из слюны, Лань Сычжуй неловко ответил:       — Говорилось, что так должно быть приятно. Тебе не нравится?       — Не в этом дело… Просто не оставляй следов на видных местах, пожалуйста…       — Хорошо.       С этими словами Лань Сычжуй начал спускаться всё ниже, переходя на часто вздымающуюся грудь Цзинь Лина и спускаясь к чувствительным красным бугоркам. Цзинь Лин начал постанывать сильнее, и, прижав к губам ладонь, попытался вести себя менее смущающе. Но результат явно был хуже ожидаемого.       Особенно когда Лань Сычжуй потянул за узелки, держащие нижние одеяния. Тут же вспыхнув, Цзинь Лин попытался вернуть Лань Сычжуя в предыдущую позицию, но тот явно был настроен спешно двигаться дальше.       Бережно приподняв Цзинь Лина за поясницу, Лань Сычжуй стянул последний кусок ткани, защищавший дрожащее тельце.       — А-Юань, постой! Мне как-то неуютно совсем без одежды…       Быстро пораскинув мозгами, Лань Сычжуй снял свою лобную ленту, заодно распуская и хвост, и повязал её на руку Цзинь Лина. Несколько раз обернув ленту вокруг запястья, он завязал её бантом и сказал:       — Вот, теперь на тебе есть одежда. Лучше?       Не находя себе места от ещё более нахлынувшего смущения, Цзинь Лин лишь пару раз кивнул, вновь ложась на спину и закрывая глаза.       А Лань Сычжуй тем временем спустился ещё ниже к уже подрагивающей от нетерпения плоти.       — Я подготовился, всё чисто, — вдруг невзначай бросил Цзинь Лин, закрывая лицо ладонями. — Только аккуратно, хорошо?       Лань Сычжуй, утвердительно произнёс:       — Хорошо.       И аккуратно дотронулся до органа, проводя тонкими пальцами вдоль вниз и снова вверх. Потом, убрав щекочущие волосы за ушки, он вплотную нагнулся и неуверенно лизнул самый кончик.       Цзинь Лин, вздрогнув, протяжно застонал.       — Тебе необязательно делать это, если ты не хочешь…       — Хочу, — немногословно ответил Лань Сычжуй.       И начал медленно вылизывать плоть, закрыв глаза. Медленно проводя горячим языком то вниз, то вверх, он буквально вгонял извивающегося от наслаждения Цзинь Лина в экстаз. Орган начинал сочиться белёсой жидкостью. И Лань Сычжуй старательно собирал её горячим язычком.       Но, не удовлетворившись этим, Лань Сычжуй приоткрыл рот и втянул самый кончик, стараясь не навредить мешающими ему зубами, и потихоньку начал посасывать его. Хлопающие звуки начали ещё активнее заполнять тишину, ранее прерываемую лишь вздохами Цзинь Лина.       — А-Юань, помедленнее, я не могу… Я сейчас, нет… — Цзинь Лин вцепился ладонью в тёмные волосы на макушке Лань Сычжуя, как бы останавливая его.       Ещё раз проведя вдоль плоти влажным язычком, Лань Сычжуй отстранился. Всё ещё не пряча язык, он исподлобья посмотрел на Цзинь Лина. Тот всё не убирал одну руку от лица, и даже кончики его ушей ярко горели красным.       Поняв, что пора, Лань Сычжуй взял один из пузырьков. Махом открыв его, он вылил содержимое себе на ладонь и, поудобнее укладывая Цзинь Лина на постели, раздвинул ему ягодицы.       — Начну пальцами, постарайся максимально расслабиться. Если будет неприятно или больно — не молчи, сразу говори. Хорошо?       — Да, ах…       И Лань Сычжуй ввёл один палец, бережно и не спеша начиная двигаться внутри разгорячённых стенок. Цзинь Лин, убрав ладонь с лица и сжав пальцы на простынях, выгнулся и откинул голову назад, едва не ударившись и спинку кровати. Глаза его предательски заблестели.       Увидев это, Лань Сычжуй приблизился к лицу Цзинь Лина и начал покрывать его щёчки поцелуями, чтобы приглушить накрывший его дискомфорт. Вскоре прибавился и второй палец.       — А-Лин, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Лань Сычжуй, внимательно смотря в глаза Цзинь Лину, чтобы заприметить любую деталь, говорящую о плохих ощущениях.       — Не больно, необычно… Но когда ты прижимаешь пальцы вверх — очень приятно.       Вняв пожелание, Лань Сычжуй тут же сделал так, и Цзинь Лин прикрикнул от удовольствия.       — Нашёл, — только и сказал Лань Сычжуй, продолжая подготовку.       Но через несколько минут Цзинь Лин со стоном произнёс:       — А-Юань, прошу, давай станем одним целым…       От этих слов у Лань Сычжуя по спине пробежали мурашки. И он, вытащив скользкие пальцы, снял и свои нижние одеяния.       Неловко нахмурив брови, он взял в руки вторую склянку, в этот раз выливая содержимое на свою плоть.       — Я вхожу, — прошептал он, нависая над Цзинь Лином, но отчего-то мешкая. — Могу я… поцеловать тебя?       Недовольно надув щёчки, Цзинь Лин притянул Лань Сычжуя за шею. И почувствовал, как его нутро заполнилось обжигающим теплом.       Не спеша, шаг за шагом, Лань Сычжуй входил всё сильнее. Но когда Цзинь Лин сам начал двигать бёдрами навстречу, Лань Сычжуй понял, что можно начинать. И начал двигаться.       Поначалу ритм был сбивчив, ведь оба юноши еле-еле сдерживались, чтобы не закончить всё здесь и сейчас. Но с каждым новым вздохом, с каждым всхлипом двигаться становилось всё легче, а рывки получались увереннее и глубже.       — А-Юань, сильнее, не сдерживайся, — сквозь поцелуй всё шептал Цзинь Лин, по губам которого тонкой струйкой уже текли слюни. — Я хочу запомнить этот раз на всю жизнь. Ох, А-Юань, ах… Очень хорошо… Не хочу, чтобы это заканчивалось! — обвивая поясницу Лань Сычжуя ногами, Цзинь Лин ещё сильнее прижимался к нему.       Скольжение за скольжением, каждое новое соприкосновение дарило бурю эмоций. И сил сдерживаться вскоре и вовсе не осталось.       — Горячо… Внутри тебя так горячо… Больше не могу… Нгх!       И долгожданный пик наконец-то наступил. Первым содрогнулся Цзинь Лин, прогибаясь в пояснице и с силой вжимая в себя Лань Сычжуя, излившегося следом за ним.       Слегка отдышавшись, Лань Сычжуй растерянно посмотрел на Цзинь Лина, не сразу осознав, что произошло.       — А-Лин, прости! Я должен был вытащить! — запаниковал Лань Сычжуй, и, не выходя, начал что-то искать на кровати. — Ты будешь плохо себя чувствовать, если не вывести всё это. Давай, приподнимись и обопрись об меня, я всё сделаю.       Помогая Цзинь Лину подняться, Лань Сычжуй придерживал его за талию. Потом, заняв нужную позицию, он аккуратно вышел, со словами:       — Раздвинь ноги пошире, я очищу тебя. Потерпи немножко, я постараюсь поскорее.       Цзинь Лин, крепко вжавшись в плечи Лань Сычжуя, послушно развёл ноги. Вниз по бедру потекли белоснежные капли, которые сразу же были вытерты тканью. Разводя ягодицы Цзинь Лина ещё шире и помогая пальцами, Лань Сычжуй услышал легкий вскрик от боли:       — Мгх!..       — Прости, я виноват. Ещё совсем немного…       И вот, наконец-то закончив обтирание Цзинь Лина, Лань Сычжуй позаботился и о себе. Потом, встав и оставив Цзинь Лина на постели одного, Лань Сычжуй быстро снял покрывало с соседней кровати, отворачивая край одеяла и подготавливая место для сна.       Потом, вернувшись к Цзинь Лину, он бережно взял того на руки и перенёс на чистое спальное место. Уложив его на кровать, он уселся рядом. И только тут заметил то, от чего в горле встал ком.       Из глаз Цзинь Лина хлынули слёзы.       — А-Лин… Я сделал тебе больно? Тебе было неприятно? Прости, я…       Отрицательно замотав головой, Цзинь Лин лишь прижался головой к тёплой груди Лань Сычжуя. Плечи его начали содрогаться, и Цзинь Лин разрыдался в голос.       — Спасибо тебе, А-Юань. Сегодня я действительно счастлив… Хотел бы я, чтобы этот момент никогда не заканчивался… А-а-а!       Больше не в силах выдавить ни слова, он лишь сильнее вжался в грудь Лань Сычжуй, уже приобнимающего его за спину.       — И тебе спасибо. За всё… — прошептал Лань Сычжуй, чувствуя, что и по его щекам побежали влажные дорожки.       На этой загадочной ноте Лань Сычжуй уложил плакавшего Цзинь Лина в постель, накрывая их обоих холодным одеялом. Приобнимая содрогающиеся плечи, Лань Сычжуй начал медленно гладить Цзинь Лина по голове, вовсе не желая, чтобы он увидел ещё один сильный поток слёз от человека, который должен его успокаивать, а не синхронно рыдать вместе с ним.       Уставившись стеклянными глазами в темноту, Лань Сычжуй сделал выбор. И не собирался отступать назад.       И так, под тихие всхлипы друг друга, они постепенно заснули...