Глава 13
6 июня 2022 г., 20:13
Наступили последние дни сентября, золотистые листья с шелестом опадали в траву. Осень всегда была любимым временем года Гермионы. Ей нравилась прохлада, окутывающая всю землю покрывалом из тумана. Дымка придавала всему мистическую атмосферу.
Солнце, до этого ярко светившее, спряталось за серую тучу, отчего весь пейзаж сразу стал унылым, мрачным и неприятным. Настроение самой Гермионы мало чем отличалось от настроения облаков. Она тяжело вздохнула, взглянув на посеревшее небо. Температура неуклонно снижалась. Холодный ветер развевал ее волосы, и несколько прядей прилипли ко лбу и щекам. Всю ее пронизала дрожь. Гермиона на мгновение закрыла глаза и сосредоточилась на своем окружении, пытаясь отыскать источник тепла. Вскоре она поняла, что в нескольких метрах от нее, среди облетевших кустов, растет яблоня. Она побежала к дереву и спряталась под его ветвями от дождя. Ей пока не хотелось возвращаться в Замок. Впрочем, профессор Снейп, наверняка, задал бы ей отработку, что-нибудь мерзкое, вроде чистки котлов после первогодок если бы увидел ее сейчас. Гермиона улыбнулась собственным мыслям. Она укрылась здесь от дождя и от друзей, которые пришли ее навестить. Сначала все было хорошо, почти как раньше, если бы в очередной раз они не заговорили о ее магической несостоятельности…
Шли дни, количество занятий Гермионы увеличивалось, и она продолжала все теснее и теснее работать с Северусом. Она стала замечать, что он действительно весьма внимателен и к ней лично, и к ее урокам. Он никогда не переставал задавать ей вопросы или давать ей советы и подсказки. Он также был очень терпелив с ней. Он не перебивал ее, когда она что-то ему объясняла. Он внимательно слушал и задавал умные вопросы. Он заботился о ней по-своему. Он замечал все, что беспокоило ее. Она очень ценила в нем это качество. Северус был ее опорой. Его твердое и надежное присутствие было единственным, что удерживало ее от потери всего, чем она когда-либо владела. Его забота о ней была еще одной причиной для нее оставаться рядом с ним и просить его побыть рядом с ней.
В этот дождливый день она была особенно расстроена, но не хотела беспокоить его без надобности. Это было обо всем и ни о чем конкретном. Какая-то часть сердца Гермионы ужасно скучала по родителям. Больше всего на свете она хотела провести с ними свой день рождения. Просто на минутку представить себя их маленькой девочкой. Закрыть глаза и сделать вид, что не было ни бед, ни потерь, ни боли. Что она может забыть все плохое, что когда-либо случалось. Что у нее нет никаких обязанностей. И никаких потерь.
Но больше всего Гермиона злилась на себя, за то, что вновь ушла без спросу, за то, что вновь хандрит, и просто за испорченный день рождения. И Профессор убьет ее, когда она вернется в Замок.
Гермиона не хотела чьей-либо жалости. Она отказывалась чувствовать себя слабой и несчастной. Но иногда, как раз в такие вечера, как этот, ей казалось, что тяжесть мира перестала давить на ее плечи. Но она не могла винить в этом бремени кого-либо, кроме себя.
После добрых пяти минут сидения в тишине, прислонившись спиной к большой ветке дерева, она осторожно встала, потянувшись рукой за палочкой. Магические способности или нет, она чувствовала себя в большей безопасности с прочным куском дерева в пальцах. Поместив на ладони свое любимое заклинание синего огня, Гермиона медленно пошла обратно в Замок. Хватит с нее грустных мыслей на один вечер. В любом случае, это был ее день рождения, вместо хандры, она могла бы побаловать себя кусочком торта. Она могла бы хоть на мгновение отвлечься от своих печалей, и одного этого было достаточно.
Гермиона быстрым шагом направилась к главным воротам, где маячила долговязая фигура, лениво прохаживавшаяся из стороны в сторону. Гермиона сразу узнала его. Профессор Снейп ждал ее у ворот, смакуя свою обычную вечернюю сигарету и наблюдая, как дым медленно рассеивается в небе. Когда он заметил ее, его взгляд посерьезнел. Сможет ли он заметить следы слез на ее щеках? Узнает ли он в ее глазах страдание? Конечно. Он был профессором Снейпом, человеком, который мог видеть людей насквозь!
Гермиона подошла ближе и остановилась перед ним в нерешительности. Снейп критически посмотрел на нее, сжал окурок, отмахнулся от дыма и снял пальто, накинув его на дрожащую фигуру Гермионы.
— И что же мне с вами делать, Гермиона? — спокойно вопросил он.
Гермиона отвернулась. — Ничего, — коротко ответила она.
Он вопросительно поднял бровь, но ничего не сказал, проводя ее внутрь. Гермиона пристыженно молчала. Снейп внимательно изучал ее черты. Она выглядела бледной, даже усталой. Как обычно, тени под глазами были отчетливо видны. Гермиона крепко прикусила нижнюю губу. Стресс стал слишком сильным для нее в последнее время. Она слишком много работала. Она была слишком строга к себе, черта, которую он мог прекрасно понять.
Приведя Гермиону в свои покои по привычке, а не по необходимости, Снейп усадил ее на диван и несколько мгновений колебался, прежде чем положить ей на ладонь какой-то круглый блестящий предмет.
— С днем рождения, Гермиона, — мягко сказал Снейп.
Она узнала по волне тепла, разлившейся в груди, музыкальную шкатулку, украшенную золотыми и серебряными камнями, и слова, написанные по всему периметру:
«There's a blaze of light in every word It doesn't matter which you heard The holy or the broken Hallelujah»
— Я бы очень хотел, чтобы тебя больше не беспокоила тишина, — прошептал Северус, когда она обняла его за плечи и спряталась в его объятиях. Он крепко обнял ее, нежно гладя по волосам. Его прикосновение успокаивало и утешало. Уже очень долгое время он оставался единственным человеком, способным дать ей эти чувства. — Большое спасибо, — пробормотала Гермиона между всхлипами. Снейп улыбнулся, успокаивая ее своим надежным присутствием.
