Глава 15
18 июля 2022 г., 16:49
Северус осторожно открыл коробку с украшениями и почти с благоговением заглянул внутрь.
Все они были разных цветов: розового, оранжевого, красного, зеленого и синего, усыпаны всевозможными блестками и завитушками. Он ощутил неясное волнение, и откашлялся, после чего повернулся и взглянул на Гермиону, которая стояла у входа в комнату, все еще хмурясь из-за его неожиданной реакции. Она вообще не собиралась праздновать Сочельник, она ожидала, что будет страдать в одиночестве своих покоев. Пока он неожиданно не пригласил себя к ней в гости полчаса назад.
Он отчаянно пытался подавить тревогу и продолжал рассматривать содержимое коробки. Он точно знал, какие украшения ей понравятся. Он поднял первое, что увидел, — набор цветных огоньков, и протянул их ей, их пальцы соприкоснулись, от чего по телу пробежали мурашки. — Вот, — тихо сказал он, пытаясь не обращать внимания на то, как близко они стоят друг к другу. — Это точно вам понравится.
Гермиона приняла гирлянду и кивнула.
Ей действительно нравились лампочки и свечи. Словно бы она пыталась заменить кромешную тьму, окружающую ее, чем-то ярким, но простым, вроде искры спички. Она любила огонь. Она любила яркие цвета, яркие звуки, красоту и свет. Ее любимыми заклинаниями были Люмос и Чары Патронуса, потому что они изгоняли тьму. Даже если она больше не сможет их использовать. Она любила пламя, особенно потому, что оно было ее стихией.
Гермиона улыбалась, но неясные тени все еще мелькали в ее взгляде.
— Как же вам удалось разыскать такую огромную елку?
Снейпа позабавил ее комментарий. Сейчас это казалось немного глупым. Он потратил на нее время, приложил уйму усилий. У нее сжалось сердце. Северус пожал плечами, показывая, что она должна подождать. И вновь полез в коробку.
— Видите ли, мисс Грейнджер, я директор этой школы не просто так, — загадочно ответил Северус и вручил ей темно-синий шар, украшенный белыми елками.
— Значит, вы намекаете, что Запретный лес тоже находится под вашей так называемой «юрисдикцией», не так ли?
Северус усмехнулся ей.
— Это не значит, что я могу приказать дереву войти в Большой зал и встать в центре, и, по правде говоря, я не хочу злоупотреблять полномочиями и приказывать Хагриду. Он прошел через темные времена, мне не нужно махать перед ним титулом директора. Я пытаюсь сказать, что собирал ингредиенты несколько ночей назад, знаете, снежную ягоду нужно собирать в особое время на новолуние… Но это так, неважно.Так вот, во время моей «полевой экспедиции» я случайно наткнулся на это дерево. Оно мне понравилось, и у меня появилось ощущение, что оно могло бы понравиться и вам. И поэтому я принес его сюда. Вам. Для нас… чтобы мы его украсили, — медленно пояснил Снейп, в его голосе слышалась нерешительность, как будто он не был уверен, что сказал правильные слова. Он был очень серьезен, говоря это ей, но его щеки слегка порозовели, а голос дрогнул.
Гермиона одобрительно кивнула ему.
Северус спрятал под елку несколько пряничных человечков вместе с несколькими мисочками со сладостями от Сладкого Королевства, для домовиков, как пояснил Снейп. Гермиона улыбнулась этому зрелищу и взяла из коробки фигурку ангела, чтобы поместить ее на вершину дерева.
— Вам придется помочь мне с макушкой, я не достаю, — сказала она Северусу, касаясь большим пальцем изящных крыльев ангела. Это было прекрасное существо. Пастельные тона, хрупкость и мощная магия света, скрытая внутри.
Северус взял ее ладонь в свою руку и осторожно подвел к дереву.
— Знаете, мне всегда нравились ангелы. Моя бабушка в детстве рассказывала мне библейские истории и обещала, что что бы ни случилось в моей жизни, Ангел-хранитель всегда будет рядом и присмотрит за мной, — тихо призналась Гермиона, пристально глядя на Северуса.
Северус помог ей водрузить ангела на макушку и вполголоса ответил:
— Возможно, он все еще присматривает за вами, мисс Грейнджер, отважьтесь поверить.
Быть может, она потеряла почти всю свою магию во время Последней Битвы, но именно Северус стоял над ней на страже, принес ее в Лазарет и был рядом с ней тогда и сейчас. Ее не удивило, его магический резерв тоже работает не в полную силу, и у него все еще дрожат руки, если он переработает. Благодарность переполняла ее сердце.
Они оба одновременно отступили в сторону, чтобы полюбоваться своей работой. Рождественская елка ярко сияла в тускло освещенной комнате. Мягкое сияние освещало игрушки.
Они стояли рядом, смотрели на гирлянду и держались за руки. А над головой у них цвела омела. Северус мог запретить этому волшебному растению доступ в комнату Гермионы, но почему-то не хотел этого делать.
На самом деле, он чувствовал странную солидарность с омелой. Как растение могло почувствовать его тоску по Гермионе и пыталось дать ему утешение. Северус не мог отрицать, что эта мысль заставила его покраснеть. Он покраснел. И был в этом абсолютно уверен. И все же ему было все равно. Он не хотел нарушать их нынешний уклад вещей ненужными признаниями. Не сейчас. Возможно, никогда. Еще нет. С тех пор, как он встретил ее. С тех пор, как он увидел, как она улыбается ему, с тех пор, как он услышал ее смех, с тех пор, как заметил, как ее лицо просветлело, когда она увидела, что он принес ей украшения, и призналась ему в своих детских мечтах. Он не был готов отказаться от этого хрупкого чувства между ними. Однажды ему придется это сделать, но сейчас пришло время праздновать. И быть благодарным за все в этой теплой и уютной комнате, наполненной светом и духом Рождества.
